Лесная братва 2: Путь через бурю

На рассвете второго дня, когда снег ещё не растаял, но уже не был чистым, Найджел вышел осмотреть окраину. Он прошёл мимо старых деревянных заборов, заросших кустарником, и ступил на забытую тропинку, ведущую туда, где когда-то стоял забор. Но теперь вместо обычного человеческого барьера, между лесом и жилыми кварталами зияло нечто странное. Изгородь. Не деревянная. Не проволочная. А словно... выросшая из мусора. Сломанные телевизоры, обёртки от фастфуда, пластиковые бутылки, старые игрушки и даже ржавые велосипедные рамы — всё это сплеталось в стену, словно чья-то невидимая рука собирала всё отброшенное человеком и превращала в щит. И это пугало. «Что за…» — пробормотал Найджел, медленно приближаясь. Он провёл рукой по пластиковой поверхности. Сухая, холодная. Местами будто плавилась на солнце, местами держалась гвоздями. «Такого я не видел даже в Нью-Джерси…» Изгородь была тиха. Слишком тиха. Ветер шевелил обрывки пакетов, и где-то в глубине послышался шорох. Быстрый, но нервный. Как будто кто-то дышал. Или прятался. — Есть кто? — позвал он. Молчание. За изгородью был лес. Такой, каким он его помнил. Но казалось, что даже деревья теперь смотрели на него с укором. Как будто они знали, что придёт день, когда человек вернётся — не ради вырубки, а чтобы искупить. Он осмотрел мусор внимательнее. Некоторые из упаковок были свежими. Другие — старше его самого. Некоторые явно из местных домов. Это значило одно: кто-то всё ещё продолжал это делать. «Они не выбрасывают мусор на свалку… Они носят его сюда.» Но зачем? Найджел чувствовал, что это больше, чем просто помойка. Это — символ страха, попытка отгородиться от природы. От тех, кого боятся. Или кого предали. Он присел у края стены и начал делать пометки в блокноте. «Мусор. Стена. Поведение как у людей, боящихся войны. Или болезни. Это не просто барьер — это предупреждение. И я чувствую... за ним кто-то есть.» Он ещё не знал, что за этой изгородью звери уже начали собираться, скрываться и решать, что делать дальше. Но они знали: человек пришёл Он уже собрался уходить от изгороди, как его взгляд зацепился за нечто мрачное на горизонте. Развалины. Полузасыпанный снегом фундамент. Выбитые окна. Оголённые, как сломанные пальцы, балки. Когда-то это был дом — но теперь от него остались лишь обломки и пепел. Найджел медленно пошёл ближе, осторожно переступая через исковерканный забор. — Подожди... я знаю это место. Он остановился, поражённый внезапным воспоминанием. Это был **дом Маргарет Хэндс — той самой риэлторши, которая когда-то водила экскурсии по пригородным новостройкам и улыбалась с рекламных щитов, обещая «тихое, чистое будущее». Но сейчас на этом будущем лежали плесень, гвозди и тишина. «Два года назад его снесли, — вспомнил Найджел. — Или… уничтожили?» По слухам, люди сами собрались и сожгли его. Никакого суда. Никаких новостей. Только обрывки разговоров на парковке супермаркета и пьяные признания старожилов. «Они говорили, что она… мучила животных? Что-то случилось. Но никто не хотел объяснять. Словно молчание — часть сделки.» Найджел встал на обугленную ступеньку. Снег похрустывал под ногами. Он чувствовал, как этот дом смотрит на него из прошлого, даже без окон. «Почему? Почему она это делала? Почему никто не остановил её раньше?» — подумал он. Ответов не было. Только холод, пепел и ощущение, что кто-то за ним наблюдает. Может быть, с другой стороны изгороди. Может быть, изнутри воспоминаний.