Тени Марса(Shadow Of Mars)

Гарри со стоном опустился на койку. Он только что вернулся с изнурительной тренировки Тела с остальными Посвящёнными в спортзале Подземелья Четвёртого. На первом занятии Посвящённые учились эффективно уклоняться от заклинаний, но им не разрешалось использовать магию для самообороны. Конечно же, это означало, что они провели целый час, беспорядочно бегая по спортзалу, пока несколько Бронзовых Черепов обстреливали их Жалящими Заклятиями. Благодаря превосходной реакции Гарри ни разу не получил удара, но с неловкостью осознал, что немного не в форме. Не чувствуя больше ног, Гарри решил, что не встанет с постели еще целых десять лет. — Эй, Синезис, — сказал Гарри, доставая книгу-демона, которую он всегда держал под подушкой для сохранности. — У меня есть сверхъестественная сила, не так ли? Тогда почему я не могу пробежать милю, не умерев? Синезис испустил многострадальный вздох, словно не понимая, зачем Гарри тратит его время на столь элементарный вопрос. —Выносливость — это не то же самое, что сила. У тебя есть грубая сила, но нет возможности использовать её бесконечно. Ты можешь выбить каменную дверь ногами, но не сможешь бежать час подряд, не уставая. — Как я могу выбить дверь, не используя эту силу, чтобы бежать? Это же бессмыслица, — нахмурившись, сказал Гарри. — Жаль, — резко сказал Синезис. Гарри выпрямился и поморщился от боли в пояснице, чтобы посмотреть на книгу. — Почему ты такой злой? Что за ворчливость? — спросил он, не в силах скрыть боль в голосе. — …Прости, — Синезис прозвучал достаточно виновато, поэтому Гарри решил не вмешиваться. — Просто Мабон будет через два дня, а я всё ещё не уверен. Гарри склонил голову набок, пытаясь не выдать своего раздражения. Это не сработало. — Ради Мерлина, в чём твоя проблема? — Синезис обещал Гарри, что его тело будет достаточно сильным, чтобы удержать ещё одного демона на Мабоне. 21 сентября считалось днём силы Призывателей, и Гарри ждал его с самого начала учебного года. Он не позволил Синезису все ему испортить. — Просто Ауранос… ну, это крайне малоизвестный и неизученный демон, — сказал Синезис. — Его вызывали всего четыре раза, жалко по сравнению с двенадцатью Кардина. Чем больше раз вызывали демона, тем он безопаснее. Ты это знаешь, и всё равно выбираешь демона, о котором я ничего не знаю… — Это Астрал второго ранга , так что он недостаточно силён, чтобы быть опасным, — сказал Гарри, закатив глаза. — А когда я увидел его в твоём лексиконе, я понял, что он идеален. Это должен быть Ауранос! К тому же, ты же сам посоветовал мне выбрать Астрального демона, так что на что тебе жаловаться? Гарри хотел призвать демона, который бы усилил его тело, подобно тому, как он получил силу от Кардина. Но Синезис, конечно же, тут же отбросил эту идею. Согласно Синезису, человеческое тело способно выдержать лишь ограниченное количество неестественных улучшений одновременно. Гарри мог призвать больше демонов, таких как Кардин, чтобы стать умнее, улучшить память и увеличить выносливость (чтобы он мог бегать эти дурацкие круги в спортзале, не жалуясь). Многие из них были невероятно высокоуровневыми демонами, но некоторые — например, демон, способный увеличить выносливость — были второго и третьего ранга. Но поскольку Гарри только начал призывать демонов, наложение демонов, изменяющих его тело, могло иметь непредвиденные побочные эффекты. И Синезис не хотел рисковать так рано, пока тело Гарри полностью не привыкнет к жизни с одним демоном. — Подожди до Самайна, может быть, до Йоля. Возможно, пройдёт ещё несколько месяцев, прежде чем ты сможешь безопасно пройти ещё одно улучшение тела, и тебе придётся растянуть их так, чтобы не получить больше одного за те же шесть месяцев, — сказал Синезис, игнорируя хор стонов Гарри. — И я не позволю тебе призвать этого демона, повышающего интеллект, на которого ты слюни пускаешь. Пока тебе не исполнится хотя бы пятнадцать. Не хмурься на меня! Это демон седьмого ранга, а ты едва ли ростом в полтора метра! После короткого спора, который Гарри с треском проиграл, он угрюмо просмотрел на Синезиса, выискивая демона, который мог бы быть полезен, хотя и не делал бы его сверхчеловеком. Он остановился на Аураносе, малоизвестному демону класса Астрал. Второго ранга, то есть не слишком могущественному на первый взгляд, но Гарри был уверен, что у него есть скрытые способности. Класс Астрал состоял из спектральных демонов: демонов, способных покидать тело Призывателя. Большинство астральных демонов были слабы и в основном использовались для предупреждения своих хозяев о невидимых атаках или проклятиях. Некоторые из них могли чувствовать древние проклятия на артефактах и ​​зданиях. В любом случае, большинство из них не могли отдаляться от своих хозяев более чем на десять-двадцать футов, поэтому Призыватели в прежние времена призывали их лишь в качестве меры предосторожности. Однако Ауранос был особенным. Хотя он не мог обнаруживать проклятия и заклинания, его можно было послать куда угодно в радиусе ста футов, что означало, что Гарри мог отправить его в любую точку замка или на его территорию. А поскольку он был невидимым, он мог исследовать запретные зоны замка и подслушивать тайные разговоры, оставаясь незамеченным. Конечно, существовали шпионские заклинания, но для их применения требовалось оставить магическую подпись. И если бы Гарри попытался шпионить за кем-то, кто хранит настоящую тайну, были бы приняты меры предосторожности и защиты, чтобы поймать злоумышленников, и они смогли бы отследить его заклинание до него самого. Гарри мог бы научиться защищать себя от слежки, но для этого требовались сложные чары вроде Магического Обтюраментума , которые Драко, возможно, и мог бы разгадать, но Гарри точно не мог. Но поскольку у демонов не было магической сигнатуры, Гарри мог использовать их для шпионажа, не опасаясь быть пойманным. — Ауранос — идеальный компромисс, — продолжил Гарри, слегка покачивая Синезис. — Его призывали четыре раза, но, думаю, это достаточно безопасно. Он настолько непонятен и бесполезен, что мало кто хотел его вызывать. Есть демоны получше, более высокого уровня, которые могут всё, что он, и даже больше. И поскольку я не собираюсь убивать его разум, как убил разум Кардина, мы можем поговорить с ним. Ты можешь спросить его о том, что происходит в… твоём мире, царстве, как ты его там называешь. Ты ведь об этом думал, не так ли? Голод сказал мне, что Тёмный Лорд его уничтожил, так что он определённо не тот, что был, когда ты там был. — Ауранос — хороший выбор для второго демона, а демон второго ранга относительно безопасен и прост в призыве», — признал Синезис. — Но в Аураносе есть что-то странное, что я просто… просто не могу понять. — У тебя нет головы», — заметил Гарри. — Хотя у тебя и есть физическая голова, Гарри, ты ею редко пользуешься, поэтому я не позволю тебе предвзято относиться ко мне, — сухо сказал Синезис, а затем продолжил, как будто его и не прерывали. — С Аураносом есть что-то странное. Это демон второго ранга, но три из четырёх раз, когда его призывали, он использовался в бою, несмотря на то, что не был боевым демоном. В частности, его использовали в демонических дуэлях. В демонических дуэлях два Призывателя вызывают по одному демону, чтобы сразиться со своим демоном. Это похоже на собачью схватку. Демонов низкого ранга часто использовали, потому что их можно легко призвать, а затем изгнать в конце дуэли. — Ну и что? — спросил Гарри, приподняв бровь. — Итак, — сказал Синезис, вибрируя в руках Гарри, — мы можем заключить, что у Аураноса есть скрытые свойства, которые делают его полезным в боях с другими демонами. Свойства, которых нет в моём словаре. Он сильнее, чем кажется. — Почему это плохо? — спросил Гарри, начиная раздражаться. — Чтобы оно могло себя защитить. Ну и ладно. Похоже, ты пытаешься придумать причину, почему мне нельзя что-то призывать. Ты что, моя мать? — Дело не в этом, — пронзительно сказал Синезис. — Мне не нравится, что я не всё знаю об этом демоне. Мне кажется подозрительным, как редко его вызывали, и три раза из четырёх его использовали не для шпионажа, а это единственное, что ему положено делать! Ему не положено сражаться! Почему он сражался в 89 году нашей эры на демонических дуэлях? Что он делал во время этих дуэлей? В чём его скрытая способность? — Не знаю, понятно? — Гарри перевернулся на другой бок, застонал в колючую, покрытую ворсом подушку и чихнул. — Это может быть опасно для тебя, ведь ты демон, а оно сражалось на демонических дуэлях, но сомневаюсь, что это будет опасно для меня. А ты заперт в книге. Думаешь, там ты будешь в безопасности? — Я не знаю, что он делает, так откуда мне знать? — раздражённо сказал Синезис. — Думаю, я буду в безопасности, если всё пойдёт по плану, и ты как следует привяжешь демона к себе и будешь держать его в круге. Если что-то пойдёт не так, он может напасть на меня. — Почему ты думаешь, что что-то пойдёт не так? — Гарри решил дать Синезису немного передышки. Бедняжка не переставала из-за него переживать. — Ладно, слушай, я тебя развлеку на минутку. Какого демона ты бы предпочёл, чтобы я выбрал? — Астральный демон первого ранга, который может чувствовать скрытые проклятия рядом с вами, — сказал Синезис. — Хороший, безопасный демон. — Нет, — тут же ответил Гарри. — Я не собираюсь тратить силы и подвергать своё тело риску ради бесполезного демона. Найди мне что-нибудь полезное, что-нибудь, что стоит усилий. Кардин был Третьего ранга, и при его призыве всё прошло без проблем. Не понимаю, почему с Аураносом должно быть иначе. — Ладно, ты победил, — сказал Синезис, смиренно перебирая страницы. — Вызови Аураноса. Может, я зря волнуюсь. Но всё равно будь предельно осторожен. — Я сделаю, сделаю. — Гарри пренебрежительно махнул рукой. — И вообще, почему тебя так волнует моя смерть? — добавил он, ухмыляясь. Он чувствовал, что знает ответ на этот вопрос, но не мог удержаться от желания подшутить над Синезисом. Его самолюбие нуждалось в поощрении, и Синезис явно заботился о нём. Возможно, почти так же сильно, как Драко. — Потому что ты единственный человек, который может меня освободить, — не впечатлился Синезис, и Гарри надул губы. — Но я ведь тоже тебе нравлюсь, не так ли? — Ой, да заткнись ты, а? — проворчал Синезис, и Гарри с облегчением откинул голову назад, улыбаясь до ушей. — Я хочу показать тебя Драко, — вдруг сказал Гарри, не понимая, откуда взялось это жгучее желание. — Думаю, вы понравитесь друг другу. — Похоже, он единственный известный тебе человек с головой на плечах, и единственный, способный сохранить тебе жизнь, — ровным голосом сказал Синезис. — Так что да, гипотетически, возможно, я с ним полажу. Но это спорный вопрос. У него нет возможности общаться со мной, как у тебя. Он меня не слышит. — Ах, конечно, — сказал Гарри, чувствуя себя идиотом. Оба молчали. Синезис лишь перелистывал страницы. — Как думаешь, мне стоит рассказать Драко о том, что я с тобой делаю, как с демоном? Ведь ты был его книгой, так что когда-нибудь он вспомнит, что я тебя украл, и спросит, зачем. Мне понадобится какое-нибудь оправдание. Но я просто хочу всё ему рассказать, понимаешь? Синезис фыркнул: — Месяц назад ты жаловался, что больше никогда не сможешь ему доверять. — Это… ну… это не изменилось. Я не уверен, что могу доверять ему во всём, особенно в том, что касается Черепов. Но это не имеет к этому особого отношения. Весь прошлый год он скрывал мою магическую силу от Тёмного Лорда. Он столько раз меня спасал, он обо мне заботится, и ты согласнен, он умён. Если я кому-то и расскажу, так это ему. Драко не знал, что Гарри сломал Себастьяну пальцы, и отчасти поэтому Гарри не рассказал Драко о своей… стычке с Себастьяном в Черепной Яме. Это привело бы к долгой и запутанной истории — истории о том, как он призвал демона, чтобы тот дал ему силу ломать кости голыми руками. Тогда он подумывал всё рассказать Драко, но сдержался. Что бы сказал Драко, если бы узнал, что Гарри рискует жизнью ради большей силы? Хотя Гарри считал риск призыва относительно минимальным, воспримет ли Драко то же самое или будет переживать, как Синезис? Он снова и снова говорил Гарри не высовываться, а призыв демонов Гарри был полной противоположностью этому. Или Драко одобрил бы стремление Гарри вернуть себе всю власть, которую он потерял в конце прошлого года, и обрадовался бы он этому? Он сказал Гарри, измученному после битвы с Голодом: — Мы вернем его. Должен быть способ. Что ж, Гарри нашёл способ, пусть даже окольный и опасный. И, возможно, Драко поймёт, как отчаянно, мучительно Гарри нуждался в возвращении своей силы. Возможно, он поможет, окажет моральную поддержку, в которой Гарри нуждался, когда призывал. От этого сценария у Гарри закружилась голова, и он уже почти решил пойти в комнату Драко и разом раскрыть ему все свои секреты. — Расскажи ему обо мне, если ты уверен, что он умеет хранить секреты, доверяешь его суждениям и готов прислушаться к его советам. — Что ты имеешь в виду? — спросил Гарри. — Советы по чему? Ты имеешь в виду про Череп? Я уже слушаю его советы по этому поводу. Синезис загудел. — Или ты имеешь в виду его советы по вызову демонов? Что он вообще может мне посоветовать по призыву демонов? Синезис снова загудел. Гарри сдержался и не захотел разбить его о стену.

***

Мабон рассветал вместе с палящим жарким солнцем, одним из последних в этом летнем сезоне. Наступило 21 сентября, и Гарри едва мог усидеть на месте во время уроков. Он решил пока не рассказывать Драко о Синезисе. Он уже понял загадочный намёк Синезиса: Синезис, похоже, решил, что Драко не одобрит «увлечение» Гарри, а Гарри не хотел рисковать и ввязываться в ещё одну драку, особенно в такой близости от Мабона. Но Гарри расскажет Драко, когда-нибудь, возможно, скоро. Если бы была хоть малейшая возможность, что Драко будет рядом с ним, Гарри бы ею воспользовался. «Даже если не собираешься ему говорить, возьми свою Сферу Нитей, чтобы было с кем связаться в случае чего», — сказал Синезис, пока Гарри упаковывал мел и другие необходимые для призыва принадлежности в сумку. Было около трёх часов ночи, и Гарри выбрал заброшенный класс на шестом этаже, который никто не посещал лет десять. Он призовёт Ауранос через полчаса и смоется оттуда ещё до того, как кто-нибудь успеет заметить его отсутствие. — Эй, ты слушаешь? — Ага, ага, — сказал Гарри, бросая туда Сферу Нитей. Он застёгнул сумку, положив туда Синезис, накрылся мантией-невидимкой и выскользнул из комнаты. Двадцать минут спустя он вошёл в заброшенный класс и осторожно закрыл за собой дверь, стараясь не шуметь. Но Синезис нарушил тишину меньше чем за секунду. Когда он достал книгу из сумки, она тут же раскрылась и, издав громкий скрип, показала правильный рисунок круга призыва. — Делай медленно и осторожно! — прорычал Синезис, просматривая различные схемы призыва в поисках нужной. — Спешить некуда! — Ладно, ладно, — сказал Гарри, но пообещал себе, что выберется отсюда меньше чем через тридцать минут, вооруженный новым демоном. Верный своему слову, он закончил рисовать круг через пятнадцать минут. В конце концов, он усердно тренировался рисовать узор последние несколько дней, решив не давать Синезису больше поводов для нытья. — Ну как? — спросил Гарри, выпрямляясь и отряхивая мел с рук. — Я не вижу никаких ошибок, — сказал Синезис, не поясняя, как он вообще может считать что-либо книгой. Синезис пытался объяснить Гарри, как демоны видят мир, но, видимо, это обсуждение оказалось слишком сложным для «ничтожных человеческих умов». — Проводи ритуал. Помни, что я тебе рассказывал о призыве астральных демонов. С Кардином было легко, потому что ты подавил его разум. Ауранос будет опаснее, потому что тебе придётся поддерживать его разум на протяжении всего процесса призыва. Он сможет мыслить самостоятельно. Не отвлекайся на то, что он тебе говорит. — Ты меня отвлекаешь, — сказал Гарри, роясь в сумке в поисках ножа, который он стащил на кухне у матери тем летом. Синезис хмыкнул и замолчал. Гарри глубоко вздохнул, оглядывая свой круг, который был чуть меньше того, что он создал для демона третьего ранга Кардина. Он отчётливо ощущал, как Синезис шуршит страницами на заднем плане. — Хорошо, — сказал Гарри, расставив ноги так, чтобы встать на краю круга. Сердце тут же забилось, вся тревога, которую он неделями игнорировал, нахлынула тошнотворными волнами. — Я сделаю это сейчас. Всё будет хорошо. — Конечно, так и будет, — сказал Синезис, но это не заставило Гарри почувствовать себя лучше. Понимая, что потеряет самообладание, если промедлит ещё секунду, он резко вонзил нож. Капля его крови упала на центральную и самую важную руну круга: имя «Ауранос» в двумерной форме демонического языка. Он сделал то же самое для Кардина, напомнил он себе. Это рутина. Затем, когда круг вспыхнул светом, на который Гарри не осмеливался смотреть, он вспомнил, что боль тоже была обыденностью. Его вены горели, он согнулся пополам, держась за живот и задыхаясь, словно его только что ударили. — Сейчас! Вытащи его из круга! — приказал Синезис, голос которого в панике повысился. Гарри выгнул спину, кусая руку, чтобы не издать ни звука. Сквозь туман он потянул за физическое тело Аураноса, втягивая его в своё тело. Руны стерлись — Хорошо, Ауранос теперь в твоём теле! — взвизгнул Синезис. Гарри пошатнулся на месте, пытаясь восстановить дыхание, когда он вошел в самую опасную стадию ритуала призыва — ментальную битву, в которой души человека и демона боролись за господство. — Ты перерезал нить сознания Кардина, лишив его способности мыслить, но пропусти этот шаг для Аураноса. Вместо того, чтобы перерезать его интеллект, обвяжи его своей душой, заперев его внутри вместе с душой Кардина. Ты будешь знать, что делать. Мы уже сто раз это проходили. Гарри не нуждался в комментариях Синезиса, но они помогли ему успокоиться, сузить фокус до одной ясной, пылающей точки. Как и в случае с Кардином, Гарри скорее чувствовал, чем видел, ещё одну светящуюся нить, струящуюся вокруг его собственной души – его светлой души, переплетённой с тёмной, дремлющей душой Кардина. Душа Аураноса – если бы Гарри мог дать ей цвет – была прозрачной, постоянно адаптирующейся и меняющейся, её было трудно уловить. Собрав все свои силы, Гарри потянул, словно набрасывая лассо на дикого фестрала, затягивая бьющегося демона все глубже в себя. Битва Гарри с Кардином закончилась за секунду, но его битва с Аураносом растянулась с каждой секундой на целый год, настолько растягивая боль и напряжение, что Гарри почувствовал, будто его тело – резинка, готовая вот-вот лопнуть. Ауранос ничего не говорил, не пытался его урезонить или договориться. Он лишь извивался, кричал и визжал, пока Гарри прижимал его всё ближе и ближе. Несколько раз он почти выскальзывал из мыслей Гарри, но он крепко держал его, не давая своей ноющей голове ни минуты покоя. «Как будто я вытаскиваю рыбу», — нелепо подумал Гарри, сжимая кулаки так сильно, что ногти кровоточили. Резкая, но кратковременная боль отвлекла его от постоянной пульсации в голове. Затем, к удивлению Гарри, он вскрикнул и щелкнул Аураносом, словно замком, запертым в его душе. Сработало. У Гарри подогнулись колени. — Всё готово, — прохрипел он, хватаясь за грудь, уверенный, что сердце вот-вот выскочит, забрызгав все кровью. — Я сделал это. Синезис, я сделал это… — Не расслабляйся пока. Что-то… не так, — прошипел Синезис, и Гарри замер. — Слышишь? Поговори с ним, сейчас же! — Всё в порядке, — озадаченно сказал Гарри. — Теперь мне это не повредит. Самое худшее уже позади. — СЛУШАЙ МЕНЯ, — сказал Синезис. Слова прозвучали, словно звон погребальных колоколов, низкий и пугающий. На этот раз Гарри не стал спорить. Он тут же потянулся к Аураносу, потянув за далёкую нить его души, чтобы привлечь его внимание. — Вы звали меня, Мастер? Гарри вздрогнул. Голос Аураноса, его высокий, леденящий душу тон, было трудно описать. Как и у Синезиса, у него не было пола и даже возраста, но для Гарри он вызывал в памяти образ ребёнка с мёртвым взглядом, молчаливого и злого, очень злого. Когда Гарри был маленьким мальчиком, он боялся, что из-под его кровати вылезут монстры, замаскированные под детей его возраста, и предложат ему дружбу, но в тот же миг, как он возьмет их за руку, утащат его в темную бездну. Услышав Ауранос, Гарри точно понял, как звучал голос этого ребенка-монстра. — Кто ты? — спросил Гарри, пошатываясь, поднимаясь на ноги. — Ты уже знаешь, кто я. Ауранос. Второй ранг, Астральный вид. Кто твой друг?— Ауранос замолчал, и Гарри почти представил, как он задумчиво склонил голову. — А, точно. Я чувствую это. Седьмой ранг, Разум. Ещё одна пауза. Страх Гарри усилился десятикратно. — Хммм. Интересно. Я могу справиться с Сапиенсом. Голос Синезиса повысился до такой степени, что стал таким же пронзительным, как крик летучей мыши. — Ауранос, я приказываю тебе рассказать мне, что случилось с нашим царством. До меня дошли слухи о том, что человек, называемый Тёмным Лордом, уничтожил его. Это правда? «Ты мне не хозяин», — сказал Ауранос, надувшись. «Ты не имеешь права мной командовать». — Эй, ответь на вопрос! — прорычал Гарри. — Ваше желание – мой закон, господин, – произнёс Ауранос, внезапно ставший скользким и маслянистым, как отвратительные волосы Снейпа. — Слухи верны. Тринадцать лет назад в наше царство проник человек, назвавшийся Тёмным Лордом, и поработил королевских демонов, тем самым дестабилизировав наше царство. С тех пор ядовитый воздух Земли проник в наше безопасное убежище, сокращая продолжительность нашей жизни и ослабляя наши силы. Единственный выход – быть призванным человеком, хотя это случается крайне редко. Внутри тебя, мальчик, я могу прожить гораздо дольше, чем в своём собственном мире. Синезис булькнул: — Значит… возвращаться небезопасно… — Прости, Синезис, — сказал Гарри, стараясь сдержать ликование в голосе. Ему было жаль, что Синезис застрял здесь навечно, но это означало, что ему не придётся беспокоиться о том, что он заставит Синезис остаться, когда их маленькая сделка закончится. — Как человек попал в наш мир? — спросил Синезис, и его депрессия сменилась вспышкой ярости. — Как простой человек смог поработить всех королевских демонов? — Ответь нам, — приказал Гарри, чувствуя нерешительность Аураноса. — Никто из нас не знает, как он это сделал, – наконец произнес Ауранос. — В один момент он объявил о своём присутствии. Он назвал себя Тёмным Лордом, единственным истинным богом среди людей. В следующий момент все семеро членов королевской семьи исчезли. Мы думаем, он пытался призвать их, но не смог. Членов королевской семьи нельзя призвать; они глубоко вплетены в ткань нашего мира. Поэтому вместо того, чтобы призвать их, он умудрился призвать себя обратно, оказавшись в нашем мире… Он хотел вырвать членов королевской семьи из него и затащить обратно в свой мир. Мы думаем, именно поэтому наш мир так быстро дестабилизировался. Члены королевской семьи оставили после себя зияющие дыры. Им никогда не было суждено покинуть нас. — Вот как он это сделал, — с благоговением произнес Синезис, но через секунду опомнился. — Что? Нет. О чём я думаю? Это невозможно. Этого не может быть. Гарри обсуждал Синезис, с трудом сдерживая свой пыл. — Почему… как Тёмный Лорд оказался настолько силён, что смог совершить прыжок в ваше измерение? Вы его видели? Вы знаете, какими силами он обладает? — Мы не можем знать наверняка, но Динамоса призвали за неделю до прибытия Тёмного Лорда. Мы думаем, что это не может быть совпадением. Синезис ахнул. — Что? — спросил Гарри, схватив книгу и потрясая её. — Что такое Динамос. — Демон. — Синезис содрогнулся, и руки Гарри вспотели. — Левиафан седьмого ранга, один из самых могущественных демонов, не являющихся королевскими. Он наделяет своего хозяина практически неограниченной магической силой. У человеческих тел есть предел безопасного использования магии, и этот предел индивидуален для каждого. Динамос позволяет волшебнику выйти за пределы своего естественного предела. Призыв Динамоса подобен открытию шлюзов. Ни один человек не выжил после призыва Динамоса, но, судя по тому, что ты мне рассказал, Гарри, я сомневаюсь, что Тёмный Лорд теперь по-настоящему человек. С Динамосом он, должно быть, смог пробраться в наш мир. Чистая магическая сила в невероятных количествах, которые несёт Динамос, теоретически может сделать путешествие между мирами возможным. Гарри смотрел на стену расфокусированным взглядом, слова Синезиса отдавались в голове. Чистая магическая сила — сила, которой Гарри когда-то обладал. До того, как Голод высосал её из него. Если бы существовал демон, способный вернуть ему эту силу, если бы существовал способ призвать Динамос, украсть её у Тёмного Лорда… Синезис снова заработал, такой истеричный, что Гарри с тревогой посмотрел на него. — Но я не понимаю. Зачем Тёмный Лорд украл членов королевской семьи? Нет ничего на Земле, чего он не мог бы получить с помощью магии, которую ему дал Динамос, и он, должно быть, уже был силён от природы до того, как призвал Динамо. Какое желание он хотел, чтобы члены королевской семьи исполнили? Чего он может хотеть такого, чего у него нет?» — Бессмертие. Тёмный Лорд желал бессмертия, — сказал Гарри, и его голос прозвучал как-то отдалённо даже для него самого. — Голод рассказал мне об этом в прошлом году. Он сказал, что моя мать пришла к королевской семье — это через несколько лет после того, как Тёмный Лорд привёл их на Землю, если временная линия Аураноса верна, — чтобы умолять их спасти мне жизнь. У Тёмного Лорда было своё желание, и они использовали его и мою мамины желания, чтобы создать меня. Синезис, конечно же, знал, что Гарри — Колосс. Он давно рассказал ему всю историю, но не вдавался в подробности. Например, он забыл упомянуть о желании Волан-де-Морта. Гарри сглотнул, вспомнив громовой голос Голода. Мы вернули ребёнка к жизни, но лишили женщину рассудка. Мы даровали мужчине бессмертие, но украли его душу. И мы использовали силу их желаний, их жадности, чтобы выковать тебя. Ты — наше главное творение, наше смертоносное оружие. Ты — ребёнок, заменивший женщину, и смертельный враг мужчины. Из-за своей жадности они невольно произвели на свет мальчика, которому суждено уничтожить мир. — Ты мальчик, созданный из двух желаний? — вдруг спросил Ауранос, и Гарри вздрогнул. Астральный демон последние несколько минут был подозрительно тих, и Гарри это не понравилось. — Это не твое дело, — сказал Гарри. — Ты — Колосс, — не теряя ни секунды, сказал Ауранос. — Это то, что я только что услышал? — Я никогда не упоминал этого слова», — сказал Гарри, и сердце его заколотилось. — Где ты его услышал? — Из дома, — сказал Ауранос, и Гарри почувствовал, как демон задрожал, словно натянутая струна арфы, вокруг его души. — Что... — начал Гарри, но Ауранос перебил его, да так громко, что он не мог ничего услышать в своей голове. — Каждый демон, застрявший в нашем мире, знает, что нам следует сделать, если мы столкнёмся с Колоссом. Прости меня, Хозяин, но я не стану рабом человека… особенно человека, созданного быть нашим рабом. Слова Аураноса дошли до него за секунду. В следующую секунду Гарри упал на пол, боль разлилась по его венам, словно лесной пожар. Он сжал губы, стиснув зубы так сильно, что чуть не сломал челюсть пополам. Ауранос делал невозможное: он выпутывался из сети, которую Гарри сплел, чтобы поймать его. Нити его души, видимые лишь мысленным взором, разматывались с невероятной скоростью. Прежде чем Гарри успел осознать, что Ауранос освободился из клетки, его волнами захлестнула боль, начинавшаяся в сердце и спускавшаяся до кончиков пальцев рук и ног. И тут Гарри почувствовал это. Он почувствовал, как отделился от собственного тела, когда Ауранос взял его под контроль. Синезис кричал на полу у его уха. Гарри только что выронил книгу. Он хотел бы тоже закричать – может быть, это облегчило бы боль, – но Ауранос уже полностью овладел его телом, заковав его в тиски и не давая пошевелить челюстью. — ГАРРИ! ИЗГНИТ ЕГО! ИДИ В КРУГ! Ауранос выгнул спину Гарри, растягивая и напрягая позвоночник. Гарри всё ещё не мог закричать об освобождении, не говоря уже о том, чтобы доползти до призывающего круга. — Я верну тебе твоё тело, так что не волнуйся, — сказал Ауранос высоким и нежным, как у ребёнка, голосом. — Твоё тело не моё. Твоё тело принадлежит Хаосу, как и всё остальное, и Хаос будет им управлять. Гарри понял, что умрёт. Не имело значения, что Ауранос вернёт ему его тело. К тому времени он уже будет мёртв во всех смыслах, которые имели значение. Какая жалость. Он не собирался погибнуть от рук Черепа или даже Голода. Его должен был убить демон второго ранга, который даже не должен был взять его под контроль. — ГАРРИ! — в последний раз закричал Синезис. — ПРИКОСНИСЬ КО МНЕ! ТЕБЕ НУЖНО ПРОСТО ПРИКОСНУТЬСЯ КО МЕНЯ! Гарри слышал книгу сквозь что-то, похожее на воду, медленно и прерывисто. Он немного отвлекся. Ауранос был… Прокладывать след? Иначе это не описать. Душа Ауранос проникла в тело Гарри глубже, чем Гарри мог себе представить, и каждый раз, когда демон продвигался вперёд, он оставлял что-то позади. Гарри вспомнил, как его мать сажала семена одно за другим в их маленьком садике, когда у неё ещё хватало присутствия духа, чтобы поддерживать его в хорошем состоянии. Сейчас у меня есть шанс. Гарри раскрыл рот и застонал. Боль утратила свою остроту, перейдя в тупую пульсацию, но иногда возвращалась с новой силой, когда он меньше всего этого ожидал. Он не позволит этому одолеть его. Он сдвинул руку всего на дюйм, проведя пальцами по потертой кожаной обложке Синезиса. Ауранос взвизгнул. — Как ты?.. — В следующую секунду его колючая душа плотно обхватила душу Гарри, выталкивая его из тела. Но на этот раз Гарри был не один. Душа Синезиса была здесь, с ним. — Сохраняй спокойствие, Гарри. Я попытаюсь вытолкнуть Аураноса. Я смог переместиться в твоё тело, потому что Ауранос открыл тебя для одержимости. Но это же должно быть невозможно! Я не понимаю! Ни один демон не может контролировать тело человека, особенно если человек уже успешно призвал демона. Твой призыв Аураноса прошёл успешно, так что я не… я не понимаю! Ни демоны второго, ни седьмого ранга не должны быть способны на… это! Но, похоже, с тех пор, как я там оказался, в моём мире всё изменилось. Они что-то запланировали для тебя, и они каким-то образом могут тобой управлять, а я не… ах! Изумлённый вздох Синезиса перешёл в вой, а затем в душераздирающий крик. Гарри лежал, его пальцы самопроизвольно дёргались, пока два демона разрывали друг друга внутри него. Душа Синезиса кружилась, словно буря, серебристая и сверкающая, такая же гипнотизирующая, как и ожидал Гарри. Но чем дольше она кружилась, тем сильнее она рвалась и разрывалась, а крики Синезиса становились всё слабее и слабее. «Мы можем сделать вывод, что у Аураноса есть скрытые свойства, которые делают его полезным в сражениях с другими демонами», — с чувством все большей уверенности в сердце Гарри вспомнил слова Синезиса, сказанные им всего несколько дней назад. Ауранос победит. Гарри снова взял под контроль своё тело, воспользовавшись рассеянностью Аураноса, и потащился к кругу призыва. Ему нужно было вспомнить, какие руны нужно изменить, чтобы ритуал призыва превратился в изгоняющий… Дерьмо! Он испортил руны, проведя по ним собой, размыв меловые края круга так, что их стало невозможно различить. — Синезис, пожалуйста, пожалуйста… Последний крик Синезиса оборвался на полпути, а в голове Гарри раздался звонкий и радостный смех Аураноса. Теперь настала очередь Гарри кричать. Новая острая, как бритва, боль пронзила грудь, вырываясь изнутри, и он схватился за рёбра, задыхаясь и рыдая. Тёплая кровь пропитала рубашку и капала между пальцами. — Ауранос исчез, — прохрипел Синезис, свободно паря в теле Гарри, словно одуванчик на ветру. — Ауранос, кажется, мёртв. Я его не убивал. Он самоуничтожился. Он избивал меня, так что я не знаю, почему. Не понимаю! Зачем ему самоуничтожаться? Что он с нами сделал? Голос Синезиса дрожал. — Я… я в порядке, кажется. Идеально… в порядке. Не думаю, что оно что-то со мной сделало. Неважно. А если оно что-то сделает с тобой? Гарри? Ты слушаешь? Гарри, что… Гарри издал сухой всхлип, пытаясь сдержать спазмы в груди. — Синезис — помоги — — О, — тихо сказал Синезис. — Это кровь? Гарри издавал тихие, прерывистые, хриплые звуки, пытаясь набрать в лёгкие как можно больше воздуха. Зрение у него затуманилось и размылось по краям, как во время битвы с Себастьяном. Сколько крови он уже потерял в Хогвартсе? На первом курсе его разрывал на части Долохов и Голод, а в этом году его разорвали Черепа и демон второго ранга. Это была тревожная тенденция, не правда ли? Смех подступил к горлу Гарри, а может, это была еще одна кровь. — Сфера Нитей! — кричал Синезис, извиваясь и вращаясь внутри Гарри. — Позови Драко. Кажется… я перегрузил твоё тело, когда прыгнул, поэтому оно и кровоточит. Прикоснись к книге. Я выпрыгну обратно. Думаю, дыра, проделанная Аураносом, закроется через несколько минут. Это было временно. Если я останусь здесь ещё хоть немного, я могу оказаться в ловушке твоего тела». — Ты не собираешься пытаться контролировать меня?»— хрипло спросил Гарри, зажмурившись, чтобы сдержать слезы. — Конечно, нет, — сказал Синезис. — У меня нет… у меня, во всяком случае, нет такой способности. Но даже если бы она у меня была, я бы её не использовал, понимаешь? Гарри с облегчением откинул голову назад и коснулся книги. Синезис выскользнул из его тела. Гарри чувствовал себя опустошенным. Синезис начал бормотать, едва вернувшись в свою книгу. — Кардин не мог причинить тебе вреда, потому что ты убил его разум. Значит, ты не сможешь призывать разумных демонов, даже Первого ранга. Очевидно, у всех них теперь есть какая-то дополнительная способность – способность контролировать тебя. Мой вид что-то задумал для тебя. Хотел бы я знать, что именно. Может быть, мне стоит позволить им это осуществить. Но я не хочу им этого позволять, потому что, ну, они же причиняют тебе боль, не так ли? Так что, конечно, я не могу им этого позволить. Синезис глубоко вздохнул, по-видимому, он еще не закончил болтать. — И меня там не было. Меня там не было, когда они получили… эти новые способности, эти инструкции… что бы Ауранос с тобой ни сделал. Так что я не знаю. Я не знаю, зачем они это делают, что они делают, и я им не доверяю. Так что ты можешь мне доверять, Гарри. Я демон, но ты… ты единственный, кто может мне помочь. Я не могу вернуться домой, правда? В голосе Синезиса слышались слезы. — И если я помогу им убить тебя или помочь им контролировать тебя, мне больше не с кем будет поговорить. Я останусь один в этой книге навсегда. Поэтому ты можешь быть уверен, что я тебя не предам. Ты же мне доверяешь, да? Ты рассказал мне, что ты Колосс, я знаю, ты уже мне доверяешь. Ты доверяешь, да? Гарри? Стоная и продолжая жалко всхлипывать, Гарри подполз к своей сумке. Кровь медленно, но верно капала на пол, а грудь пульсировала. Он даже не мог понять, где рана, но кровь, казалось, текла отовсюду. Как будто кровь была настолько обильной, что просачивалась сквозь кожу. Разве не будет еще смешнее, если Синезис случайно убьет меня? Гарри держал Сферу Нити в одной руке и вдохнул. Кап, кап, кап — капала его кровь.

***

Драко проснулся от непрерывного звонка. Он вылез из кровати, выпутался из одеяла и доковылял до прикроватного столика. Его Сфера Нитей светилась. Драко схватил его. — Гарри? Что… — Д-Драко, мне нужна… нужна помощь. Принеси… принеси лечебные принадлежности. Шестой этаж, четвёртый заброшенный класс в правом крыле. П-поторопись. Пожалуйста. Сфера отключилась. Драко тихо выругался. Неужели Себастьян напал на Гарри? Другой Череп или кто-то из Посвящённых загнал его в угол? Почему он бродит по замку в три часа? Во что, черт возьми , ввязался Гарри на этот раз? Драко не стал переодеваться. Торопливо плеснув воды в глаза, он бросился за аптечкой, которая была в каждой спальне, и задержался лишь для того, чтобы накинуть плащ. В гостиной было пусто, если не считать нескольких четверокурсников, спавших в библиотеке, подложив под себя книги, и плечи Драко расслабились. Если бы он вёл себя тихо, его бы не обнаружили. Приготовившись к тому, что он мог увидеть, когда доберется до Гарри, Драко бросился бежать.

***

Тео резко проснулся, тяжело дыша. Палочка горела в кармане. Он наложил на дверь Драко чары, которые предупреждали его каждый раз, когда тот выходил из комнаты в неурочное время, и его тайные похождения наконец-то принесли плоды. Тео пожалел об этом. Но это не обязательно означает... Тео не договорил. Ему нужно было выяснить, не замышляет ли Драко что-нибудь, чтобы защитить его от гнева Себастьяна. Но если Драко что-то задумал с Поттером, тогда... Эту мысль Тео тоже не закончил. Он быстро оделся, сердце колотилось где-то в горле. Через пять минут он выскользнул из комнаты, держа палочку на ладони. — Направь меня на человека, Драко Малфой, — сказал Тео, наблюдая, как его палочка головокружительно быстро вращается, прежде чем замедлиться и направить её прямо к выходу из гостиной. Значит, модификация, которую он внёс в заклинание Четырёх Точек, сработала. Конечно, так и было. Его заклинания всегда срабатывали. Приготовившись к тому, что он увидит, когда доберется до Драко, Тео вышел из общежития Черепа, его горло и легкие сжались.

***

— Гарри, почему у тебя всегда идет кровь, когда я тебя вижу? Глаза Гарри распахнулись. Он лежал на земле, положив голову на чьи-то колени. Зрение не сразу привыкло к яркому свету факелов, но ему удалось удержаться на ногах, глядя на возвышающееся над ним лицо. Как обычно, Драко выглядел как ангел с его блестящими светлыми волосами и большими светлыми глазами. В конце концов, он был ангелом — ангелом- хранителем Гарри. Он был им с прошлогоднего Самайна. На его щеках выступили два румяных пятна, но Гарри не мог понять, был ли он в ярости или в смущении. — ЧТО ты сделал на этот раз? Значит, он в ярости. Гарри хихикнул, чувствуя одновременно головокружение и дурноту. Боли он больше не чувствовал, поэтому решил, что Драко его уже исцелил. Наверное, я сразу после звонка ему в обморок упала. Потеря крови. Вероятно, ему не помогло и то, что Драко обнаружил его без сознания посреди странного рунического круга с книгой в руках. — Я расскажу тебе позже. Обещаю, — прохрипел Гарри, протягивая руку, чтобы коснуться щеки Драко. Через секунду он опустил руку, слишком слабый, чтобы держать её. Всё по-прежнему казалось ему размытым, даже лицо Драко. Драко выдохнул, возможно, вытесняя гнев вместе с воздухом из лёгких. Когда он заговорил снова, его голос стал тише. — У тебя шла кровь из груди. Я не смог найти рану — было слишком много крови, — поэтому просто намазала тебя лечебной пастой, а потом эссенцией бадьяна, надеясь, что что-то получится. Кажется, кровотечение уже остановилось. Что-нибудь болит? — Не совсем. — Гарри понял, что рубашка снята. Краем глаза он заметил окровавленный комок ткани и решил, что Драко бросил его именно туда, торопясь снять. Драко провёл руками по волосам Гарри, его пальцы были слишком нежными и лёгкими, чтобы делать это ненамеренно. Должно быть, он делал это намеренно. — Зачем ты так с собой поступаешь? Голос Драко звучал измученно, а не злобно. Гарри, похоже, всегда его изматывал. Он раз десять втягивал Драко в неприятности. — Это не моя вина, — сказал Гарри, надувшись. — Это никогда не моя вина. В прошлом году виноват Долохов. В этом году это… всё ещё не моя вина. Сегодня вечером его вины определенно не было . — Это всегда твоя вина», — резко бросил Драко, но снова выдохнул, и раздражение снова исчезло из его голоса. — Даю тебе пять минут отдохнуть. Потом мы оба вернёмся под мантию-невидимку, и я помогу тебе подняться в твою комнату. Чёрт возьми, Гарри! Зачем ты всё время так усложняешь мне жизнь? А вдруг нас обнаружат? — Спасибо, Драко. Я серьёзно. Гарри хотел спросить, почему Драко так о нём заботился. Он продолжал спасать ему жизнь, продолжал приходить ему на помощь, как бы мало Гарри этого ни заслуживал. Возможно, он всё ещё чувствует вину за Вальпургиеву ночь. Возможно, не потому, что ему не всё равно, а потому, что он хочет искупить свои преступления. Но, глядя на Драко, Гарри понял, что это неправда, не совсем правда. Возможно, Драко пытался искупить вину за Вальпургиеву ночь, но в то же время он явно заботился о Гарри не только из-за собственной вины. Он был единственным, кто вставал посреди ночи, чтобы подлатать Гарри. Даже в прошлом году, благодаря пыткам, устроенным Долоховым, Драко просыпался поздно ночью, чтобы перебинтовать Гарри, особенно когда заставал его хнычущим и мечущимся в постели. Можно было бы утверждать, что Драко сделал для него так много лишь потому, что хотел предать в Вальпургиеву ночь как можно более болезненно, но Гарри понимал, что и это не может быть правдой. Именно Драко искал дружбы с Гарри после Вальпургиевой ночи, именно он молил его о прощении. Если бы он хотел причинить Гарри боль, если бы он изначально не хотел дружить с ним, он бы не стал так стараться сохранить их отношения. Он заботится о тебе, Гарри. Понятия не имею, почему, но это так. — Зачем ты все это делаешь для меня? — спросил Гарри, и его голос был настолько слабым от усталости, что было чудом, что его вообще кто-то мог услышать. Но Драко, конечно же, услышал это. — Потому что ты бы сделал то же самое для меня, не так ли? Ты бы причинил боль любому, кто причинит мне боль. Как ты сделал с Забини и Смитом, когда они издевались надо мной в прошлом году. Я этого не забыл, знаешь ли. — О, — сказал Гарри. Он ухмыльнулся, но через секунду поморщился, потому что от улыбки ему было больно. — Верно. Ага. Впрочем, не то чтобы я тебя особо спасал». Драко шмыгнул носом. Он в последний раз провёл руками по волосам Гарри, затем выпрямил спину. — Давай, слезь с моих колен, чтобы я мог встать. Нам нужно вернуться в постель. У нас завтра занятия, ты же полный идиот. Неужели ты не мог подождать до выходных, чтобы попытаться покончить с собой? Гарри позволил Драко поставить себя на ноги, морщась. Пронзительная боль в груди утихла, но всё тело всё ещё оставалось болезненным. Немного пошипев, чтобы снять напряжение, он достал палочку и быстрым заклинанием стер уже размазанный призывный круг. Драко сунул Синезис в сумку Гарри. Его взгляд задержался на книге, в нём вспыхнуло узнавание. Возможно, он понял, что это та самая книга, которую Гарри у него украл. К счастью, он промолчал. Он засунул окровавленную рубашку Гарри и весь мел в сумку, следующую за книгой, и перекинул её через плечо. Он протянул Гарри руку, накинув мантию-невидимку на другую руку, но лицо его было непроницаемым, словно он изо всех сил старался скрыть неодобрение и разочарование. Неодобрение и разочарование по поводу чего, Гарри не знал, но он решил, что Драко был им недоволен. Совсем. — Вот. Обопрись на меня. Держись рядом, чтобы всё осталось под мантией. Гарри так и сделал, решив, что если ему суждено обниматься с Драко каждый раз, когда получает травму, то в следующий раз он с тем же успехом может позволить себе попасть под поезд.

***

Когда Гарри и Драко выскользнули из заброшенного класса, скрывшись под плащом, Тео стоял у двери, скрытый заклинанием. У Поттера была мантия-невидимка. Возможно, они встречались весь год тайно, и никто их не видел. У Тео дрожали колени, а глаза жгло. Когда он пришёл в эту комнату, Драко старательно наносил лечебную пасту на грудь потерявшего сознание Поттера. Руки Драко были испачканы грязной кровью Поттера, его чистая кожа была испачкана. Изуродована. На земле лежал рунический круг и книга, но Тео не смог как следует разглядеть ни то, ни другое со своего места у двери. Он запомнит их на будущее. В своё оправдание скажу, что он был довольно отвлечён происходящим перед ним. Драко обращался с Поттером — и разговаривал с ним — с нежностью, которую никогда не проявлял к Тео, с такой трогательной нежностью, что у Тео перехватило дыхание от одного взгляда, словно он стал свидетелем чего-то глубоко личного и священного. Словно ритуала между двумя родственными душами. Тео хотел смерти Поттера. Он хотел, чтобы его грязная кровь была разбрызгана по стенам, и он хотел сделать это сам. Он хотел, чтобы Драко наблюдал за ним и помогал. — Он никогда этого не сделает, знаешь же, — сказал себе Тео, смаргивая слезы. Он тут же стиснул глаза, стыдясь. Он вёл себя как ребёнок. Это не конец света. То, что Драко так бережно относился к Поттеру сейчас, не означало, что он всегда будет относиться к нему так же. Драко не стал бы вечно зацикливаться на грязнокровке. Сейчас Драко просто вёл себя как дурак. Дурак, который вытирал кровь грязнокровки, словно обычная медсестра-целительница. Драко придётся усвоить урок, и когда он это сделает, Тео простит его за… за его отступления, за его неверные действия. Тео зажмурился, пытаясь сдержать слёзы. Он не собирался плакать. А даже если бы и плакал, то это были не совсем слёзы грусти. Они были ярости. Этот лжец! Драко — грязный, вонючий лжец, и я заставлю его заплатить за это. Он сказал, что больше не будет видеться с Поттером. Он сказал это с каменным лицом. Сколько раз он бесстыдно лгал мне? Зачем он лгал мне так много, снова и снова? Тео знал ответ на этот вопрос. Потому что ему на тебя наплевать. А если бы Поттер был мертв, если бы от него остался лишь лужица крови, стал бы Драко заботиться о Тео? У Тео возникло смутное подозрение, что он тоже знает ответ на этот вопрос.