Над Петербургом гроза

Идти в Управление на следующий день было невероятно стыдно. Получить дива и в этот же день так сглупить — это надо суметь! Сережа шел к своему кабинету, и ему казалось, что на него все смотрят и перешептываются. Неумеха-колдун с запертым в клетке несговорчивым дивом — та еще парочка. И все же не прийти на работу Разумовский не мог. По пути к Управлению он зашел в пекарню и купил два пирожных, которые лежали в бумажном пакете. Нужно было поговорить с Олегом. Уже знакомое подвальное помещение было слабо освещено голыми лампочками на потолке. Сережа прошел чуть дальше и зашел в узкую комнатушку, все пространство которой занимала серебряная клетка. На полу, не прислоняясь к прутьям, сидел Олег. Наручники с него так и не сняли, и смотреть на его руки без тошноты было невозможно. Серебро разъело кожу, плоть и вовсю разъедало кости. — Здравствуй, Олег, — подойдя ближе, Сережа остановился и показал диву ключ от клетки, — я за тобой. Див не шелохнулся. Его ярко-синие глаза смотрели на Сережу немигающим, как у змеи, взглядом. — Наше сотрудничество началось не так, как мне бы хотелось, — сглотнув, Сережа попытался улыбнуться. — Как ваша рука? — очень тихо спросил Олег, но Сережа его услышал. — Чародей дал мне мазь и настойку, останавливающую кровотечение. Уже все хорошо, — ответил он. Олег прищурился. — Ненадолго, — отозвался он с ухмылкой. — В каком смысле? — Вы же знаете, с кем работаете, — осклабился див, — вас отговаривали. — А ты не хочешь со мной работать? — спросил Сережа. — Я ни с кем не хочу. — Не признаешь колдунов? — А у меня есть причины это делать? — Олег сделал быстрое, неуловимое для человеческого глаза движение и оказался рядом с прутьями, — это сделали колдуны. И он показал свои изувеченные запястья. — Их могли снять, но оставили. Знаете, почему, хозяин? — последнее слово Олег выделил особенно презрительно. — Возможно, забыли, — прошептал Сережа. Олег оскалил длинные клыки. — Забыли? Вам удобно так думать. Сережа качнул головой. — Так ты остаешься здесь? Не пойдешь со мной? Я купил тебе поесть. — Пытаетесь меня купить? — Зачем? — от бесконечных вопросов у Сережи начала болеть голова, а по слабой еще Связи он ощущал волны боли, исходящей от дива, — я пришел за тобой, потому что мы теперь с тобой работаем вместе. Сейчас я открою клетку и сниму с тебя наручники, а потом накормлю тебя. Но я должен быть уверен, что ты не нападешь на меня, как вчера. — Как вчера? — Олег приподнял брови, — вы считаете, что я напал на вас? — А что это было? Ты был в общежитии дивов, но почуял мою кровь и примчался меня сожрать, разве нет? Див усмехнулся, но ничего не ответил. Сережа начал терять терпение. — Ладно. Сейчас я пойду наверх пить чай. А ты оставайся, если хочешь. Он подождал пару минут, но Олег так ничего и не ответил. Сережа рассердился и вышел. С ним совершенно невозможно работать! И все же див был ранен, ему было больно и хотелось есть. Уйти сейчас и оставить Олега мучаться еще несколько часов — значит, отдалиться от него и показать, что новый хозяин ничем не лучше Стрелкова. Сережа вздохнул, и мысленно ругая себя, вернулся обратно. — Даже если ты на меня нападешь, я успею тебя поджарить, будь уверен, — заявил он, открывая клетку. Олег медленно вышел наружу, с наслаждением потянулся, разминая затекшую спину и шею, потом протянул колдуну скованные руки. Сережа, помедлив, расстегнул наручники. Кисти держались на истонченных костях, и выглядело это жутко. — Пойдем, — сказал Сережа, отворачиваясь, — тебе нужно привести себя в порядок.

***

Сережа сидел за столом. За его левым плечом стоял Олег. Прокопенко барабанил пальцами по столу и хмурился с каждой минутой все сильнее. — Дело вот какое, ребятки… — сказал он, — в своем доме был зверски убит бизнесмен Батор Дагбаев. Перед этим его пытали. Вся охрана также убита. Олег скрестил руки на груди. — Наверняка кто-то убрал конкурента. Дагбаевы — мафия, занимаются в основном вырубкой лесов в Сибири. Они половину Петербурга под себя подмяли. Прокопенко хмыкнул в усы. — Верно. Да вот только убил не человек. — Почему так решили? — подался вперед Сережа. Федор Иванович положил на стол фотографию. Сережа подался вперед, взглянул, и его передернуло. На переднем плане лежало обезглавленное тело мужчины в восточном халате, залитым кровью. — Головы в доме нет, видимо, убийца забрал её с собой. — Это див, — подвинув фото обратно к Прокопенко, сказал Сережа, — у человека нет столько сил. — Именно что див, Сережа! — Поднял вверх указательный палец Прокопенко, — не демон. Тот бы просто сожрал. А здесь явно приказ. — Ясно, нужно найти убийцу. — И голову, — вдруг неприятно оскалился Олег. Федор Иванович взглянул на дива чуть прищурившись, потом перевел взгляд на Сережу. — Я скажу твоему диву пару слов, хорошо? Сережа напрягся, но возражать не стал и вышел в коридор. Через минуту вышел и Олег, по его лицу нельзя было понять, о чём был разговор. — Надо ехать на место преступления, — сказал Сережа, когда они вышли на улицу. Олег кивнул. — Вы водите машину, хозяин? Сережа качнул головой и прикусил губу. Еще один просчет. — У меня не было времени, — признался он, — из детского дома сразу в Академию. Олег не ответил. Они подошли к служебной машине, и див открыл дверцу пассажирского сидения. По понятным причинам Сережа не имел ни малейшего представления о закулисных войнах за власть в родном городе. На слуху были некоторые фамилии известных людей, но сам Сергей ими не интересовался, пока учился. Не до этого было. Теперь же приходилось все схватывать на лету. Особняк убитого Батора Дагбаева был недалеко от центра исторического Питера. Изящное здание под старину украшали резные колонны и струящийся по ним дикий виноград, правда, сейчас уже пожухлый и практически без листьев. Возле двери Олег остановился, прикрыл глаза. — Дивов нет, — констатировал он, и Сережа постучал. Дверь открыл бледный мужчина. Сережа показал ему звезду колдуна. — У нас уже были из полиции, — нервно сглотнув, ответил мужчина. Олег, стоявший за плечом Сережи, отодвинул его в сторону и вошел, заставляя мужчину отступить. — А мы из Управления, — неприятно оскалился он. — К-куда вы? — Нам нужно осмотреть место преступления, — Сережа поспешил следом за дивом, — кто вы такой? — С-секретарь господина Дагбаева, — заикаясь, ответил мужчина. Олег окинул его неприятным взглядом и насмешливо фыркнул. — Покойный господин Дагбаев знал толк в извращениях. — Олег! Див пожал плечами. — Покажите нам, где всё случилось. Следуя за секретарем, они вошли в гостиную. Её уже успели почистить от крови, но на полу белой краской было обведено место, где лежало тело. — Кто-то был у вашего хозяина незадолго до его гибели? Или он сам к кому-нибудь ездил? — А как же, работа у него была, — ответил секретарь, неодобрительно поглядывая на Олега, осматривающего стены. — Он с кем-то ссорился? — терпеливо продолжал опрос Сережа, но с каждой минутой чувствовал, что их свидетель закрывается всё сильнее. Напуган? Возможно. А может, и сам как-то причастен к гибели начальника. — Господин Батор — человек дела, — с неприязнью ответил секретарь, — он решал вопросы цивилизовано. — Но это не помешало оторвать ему голову, — Олег шагнул вперед и показательно скрестил когтистые руки на груди, — не боитесь, что будете следующим? — Вы мне угрожаете? — вспыхнул секретарь. Сережа потер пальцами виски и еле заметно покачал головой. Олег отступил. Секретарь явно что-то знал, но откровенничать явно не спешил. Див, отошедший в сторону, вдруг остановился и принюхался. Зрачки его резко увеличились и также быстро сузились. По связи до Сережи долетело с трудом сдерживаемое возбуждение. «Неужели что-то почуял?» — подумал Сережа. Они обошли особняк, но ничего нового выяснить так и не смогли, а Олег откровенничать в присутствии секретаря явно не желал. И только уже когда они уже сели в машину, Разумовский повернулся к диву. — Ты что-то узнал? Олег облизнул губы, на мгновение показав ряд нечеловечески длинных и острых зубов. — Запах цветов. Гладиолусы. Сережа с недоумением поднял брови. — И что это нам дает? — А то, что большинство сортов гладиолусов не пахнут. Кроме нескольких. Gladiolus murielae. В Питере очень мало людей, от которых пахнет так.