Les genoux

На протяжении нескольких часов стилисты колдовали над Сонхва: пробовали разные варианты макияжей, терзая лицо кисточками и спонжами, выливали литры, не меньше, лака на волосы, укладывая в незамысловатую прическу, согласованную с модельером. Пак смотрел на себя в зеркало и раз от разу морщился, когда очередную прядь оттягивали и приклеивали к каркасу. Экзекуция закончилась фразой стилистки: - Осталось одеть вас в первый костюм и покрыть открытые участки кожи маслом, - девушка мило улыбнулась. - Но это будет примерно через полчаса. Пока вы можете отдохнуть. Девушки быстро, словно при ускоренной съемке, собрали всю косметику и кисточки, поклонились и покинули номер корейского гостя. Хва не успел моргнуть, как оказался в номере совершенно один. Он подошел ближе к зеркалу, разглядывая свое отражение, с усмешкой отмечая, что вся помпезность, которую сотворили стилисты, сейчас смотрится крайне комично на фоне махрового белого халата из отеля, словно голова и тело принадлежало разным людям. - Наконец-то, - прозвучал за спиной знакомый голос. - Я думал, что они никогда не уйдут. Покажи, на что потребовалось такое неприличное количество времени. Хонджун щелкнул замком на двери, предусмотрительно оставив с другой стороны табличку “Не беспокоить!” Пак медленно обернулся, понурив голову, и грустно вздохнул. Очевидно, ему не нравилось. Ким знал это выражение лица и ссутуленные плечи. В начале пути он не раз замечал, как Хва скукоживается, чтобы стать как можно незаметнее. Тогда получалось - не сейчас. - Как ты сияешь… - понизил тон голоса Капитан, приближаясь к нему. - Еще чуть-чуть и я ослепну. Сонхва чуть улыбнулся, поднимая взгляд на Хона и сделал шаг навстречу, окончательно сокращая расстояние: - Бессовестный льстец. - И корыстный подлиза, да-да, - тихо рассмеялся Ким, развязывая пояс халата, и осторожно коснулся губами уха, чтобы не смазать макияж. - Зато я искренен в своем желании что-нибудь вылизать. - Хон! Показ скоро начнется, - выдохнул Сонхва, закрывая глаза и стараясь держать себя в руках. - И мне нельзя испортить макияж. - Мы будем осторожны, - парировал лидер, увлекая Пака за собой на кровать. Белье и халат лежали на полу бесформенной кучей, к которой присоединилась и футболка Хонджуна, снятую быстрым рывком вместе с кепкой для экономии драгоценного времени. Рэпер прижался обнаженной грудью к спине Сонхва, беспорядочно целуя плечи, поглаживая руками грудь и живот. Хва расставил ноги шире, прогибаясь под любовником, что нависал над ним и торопливо расстегивал джинсы, ни на минуту не прекращая свои ласки. - Прости, придется немного потерпеть, - выдохнул Ким, облизывая указательный и безымянный пальцы. - Упрись на локти. Ладонь хаотично ласкала напряженный член Сонхва, перемежая ласку и торопливую грубость, и выдаивая на покрывало редкие вязкие капли смазки. Парень сжал зубы, не пуская наружу стон. Капитан был известен своей непредсказуемостью и духом авантюризма, но Хва и предположить не мог, что тот нагрянет прямо перед показом, рискуя не только своей репутацией, но и всей группы. Осознание пришло не сразу, однако, к своему стыду, Сонхва почувствовал, как новая волна возбуждения накрыла с головой, практически лишая рассудка. Опора дрогнула, парень чуть не упал лицом на кровать, в попытках вскинуть бедра выше в умоляющем жесте. Ким ловко подхватил его под грудь, не дав случиться катастрофе, и с улыбкой прошептал на ухо: - Осторожнее, малыш. Хоть я и предпочитаю видеть на твоем лице смазанную косметику и мою сперму, но в этот раз мы должны сохранить твой макияж. А пока я позабочусь о тебе. Влажные пальцы Хона опустились между ягодиц, дразня. Мужчине было невыносимо любое промедление. Он жаждал ворваться в это податливое тело, принадлежащее только ему, но не хотел упустить возможность насладиться дрожью Сонхва, его тщетными попытками сдержать стоны, рвущиеся из груди с каждой новой лаской. Хонджун коснулся сжимающегося колечка мышц, неторопливо массируя сморщенную кожу, и тяжело дышал. Хва вздрогнул и качнул бедрами навстречу пальцам, заскулив от нетерпения. - Хон, пожалуйста, возьми меня… Я сойду с ума… - Это месть за твою красоту, малыш, - усмехнулся Ким. - Потерпи немного. Иначе твоя походка всему миру расскажет о нашем маленьком путешествии. Капитан чуть отстранился, аккуратно плюнув между ягодицами и собрал слюну пальцами, размазывая ее по анусу. Толчок. Пальцы резко вошли в трепещущее нутро. Сонхва сдавленно завыл, плотнее прижимаясь к груди любимого, и развел руками ягодицы еще шире, впиваясь пальцами в кожу. - Готов к нему?  Головка члена скользнула от подобравшихся яиц выше ко входу, оставляя на коже мокрый след смазки. Сонхва отчаянно закивал, всхлипывая от нетерпения. - Тогда оседлай его, - выдохнул Хонджун и удобнее устроился на кровати, вынимая пальцы, оставляя вместо себя пустоту. Пульсирующая головка уперлась в едва разработанный вход. Хва набрал в грудь воздуха медленно опустился. Рука Хона на талии задавала скорость, пока сам он придерживал член и двигался навстречу. Войдя в тело Сонхва до основания, Капитан переложил руки на его плечи. - Готов прокатиться? С этими словами Хонджун на пробу толкнулся в тугой плен мышц и зарычал, наслаждаясь приглушенными стонами партнера. Все вокруг уже было неважно: люди за дверью, скорый показ, грубая ткань покрывала. Был только его Сонхва - горячий, податливый, словно патока, ненасытный и абсолютно прекрасный. Грубые рванные толчки перемежались с медленными и чувственными, пока Ким окончательно не потерял голову от ощущений и звуков, что издавали их тела в унисон. Он был готов обильно излиться в Сонхва, но не мог себе этого позволить, пока не почувствовал ритмичные судороги, свидетельствовавшие о скором оргазме любимого. Переместив руку на его член, старательно приближал его пик. Лавина удовольствия не заставила себя долго ждать. Сонхва уперся в кровать и, прогнувшись, кончил. Сперма толчками выходила из него прямо на ладонь Хонджуна, который вошел в него до самого основания в последний раз, изливаясь внутрь. Семя обжигала раздраженные стенки, даря дополнительное извращенное удовольствие. Их стоны слились воедино, венчая эту сумасшедшую авантюру. Тишину, повисшую в комнате, нарушало лишь рваное дыхание и бешеное сердцебиение двух сердец. - Мистер Пак, я могу войти? - Из-за двери послышался уже знакомый голос девушки-визажиста. - Минуту, - дрогнувшим голосом отозвался Сонхва и глянул на Хонджуна испуганным взглядом. Капитан ловко слез с кровати, подхватил свои вещи и кинул Сонхва халат, опускаясь на пол. Он приложил палец к губам и забрался под кровать. Растерянный Пак наспех надел халат и мельком посмотрел на себя в зеркало. Ничего, кроме раскрасневшихся щек, не свидетельствовало против него. - Уже иду, - Хва поспешил открыть дверь и отвел взгляд в сторону кровати, чтобы еще раз убедиться, что Хонджуна не видно. - Я принесла масло. Только его нужно наносить на чистую кожу. Примите, пожалуйста душ. Только осторожно, чтобы не повредить макияж и укладку! - улыбнулась она и показала бутылочку окидывая взглядом парня. - А что с вашими коленями? - Я… Я искал сережку на полу, - выпалил Хва, проклиная Хонджуна, который скорее всего лежал там под кроватью и самодовольно улыбался. - Нужно было попросить меня! - Всплеснула руками девушка. - Вы коленки стерли… А лицо! Раскраснелись, как при простуде. Может быть позвать врача? - Нет-нет, - отрицательно покачал головой Пак. - Со мной все хорошо. И сережку нашел, так что давайте поскорее закончим подготовку. - Точно! У нас осталось совсем мало времени! Я за костюмом, а вы в душ! Прощебетав это, девушка пулей вылетела из номера. Из-под кровати показалась рыжая голова Хона, который действительно самодовольно улыбался: - С тобой можно идти в разведку! - Лезь обратно, разведчик хренов! - Сонхва ногой надавил на макушку Капитана, словно пытался затолкнуть его под кровать. - Ты такой секси, когда смущен и зол, - хихикнул Ким, чмокнув парня в ступню, скрылся в своем укрытии. - Пошел ты, Ким Хонджун! - И я тебя тоже очень люблю.