Моя чертова одержимость

Александр проснулся к позднему завтраку. Редко, когда он спал так долго.  Может, сказались вчерашние эмоции. Он огляделся и не увидел Ризу, прошел по номеру в небольшую гостиную. Никого. Тишина, лишь шум улицы за окном, тихие разговоры персонала в коридоре отеля. Александр взял телефон и набрал номер. Звонок раздался в прихожей. Не опустившийся кортизол с утра после пробуждения начал вновь подниматься. Злость и недовольство от того, что снова все не так, как хочет Александр. Пора с этим что-то делать. И никакого предупреждения, куда могла пропасть его жена. Морозов решил умыться и попытаться успокоиться. Но и через 15 минут в номере никого не появилось. Александр начал нервничать. Он быстро оделся, нашел карту от номера и уже хотел выйти, как раздался щелчок двери. — Где ты была? — сверкая серой сталью, сдерживая вырывающийся наружу гнев, спросил Александр. — Я за завтраком ходила, — поднимая пакет с едой, застыла в прихожей Риза, хлопая большими глазами. — Я не стала будить тебя и спустилась за завтраком, иначе мы бы пропустили его. — А почему ты телефон не взяла или хотя бы не предупредила? — продолжал сверлить взглядом Александр. — Я записку оставила. У кровати. На тумбе, — мотнула головой в сторону спальни Риза. — Поэтому не стала возвращаться за телефоном. — Черт! — терпение стремилось к нулю. — Все в порядке, Александр? — все же прошла вглубь номера к столу Риза, ставя на него пакет с завтраком. — Ничего не в порядке! — раздраженно выкрикнул Александр, на что Риза даже дернулась от испуга. Та недоуменно посмотрела на своего мужа и отчего-то немного сжалась. — Извини, — тихо произнесла Риза. — Да за что ты извиняешься?! — снова повысил голос Александр. Риза не отрывала от него взгляда, смотрела с приподнятыми домиком бровями. — Вот, не надо! Не надо смотреть на меня с жалостью! — Это не… — хотела что-то сказать Риза, но замолчала, когда на нее снова бросили полные злости глаза. Она сжаласьеще сильнее и, как запуганный зверек, сделала шаг назад. Потом еще один. — Черт! — Александр сорвался с места в спальню, бросил наугад какие-то вещи в небольшую сумку и направился к выходу. — Я приду позже. Дверь захлопнулась. Риза так и застыла на месте. Она почувствовала, как по ее щеке стекла одна единственная слеза. Не без удивления смахнула ее и посмотрела на завтрак. Аппетита не было. Александр поднялся до верхних этажей отеля. Там находился спортзал и бассейн.  Сегодня его выбор пал не на бассейн. Он давно не выбивал гнев кулаками. Чувствовал себя, как последний кусок дерьма. А что Риза? Риза даже не злится на него. Да могла бы хоть разок треснуть хорошенько. Смотрит на своего мужа любящими глазами, а он захлёбывается от осознания, что не достоин этого. Морозову показали боксерский зал. Пусто. То, что надо. Александр подобрал себе перчатки, надел, предварительно замотав кисти бинтами. Разогрелся. Первые пять минут на груше он не чувствовал ничего. А затем из глубин подсознания один за другим начали всплывать образы. Мать, что умерла. Дядя, что протянул ему нож. Ян, погибший за рулем. Кира, призрак прошлого. Роман, что верно следует за ним, и его сестра Ника. Дмитрий Лебедев, бывший следователь, утопающий в крови. Риза, задыхающаяся на полу. Анна. Сам Александр. Удар за ударом лица проносились и разбивались на мелкие осколки. Прошлое отступало, меркло, не способное достать. Легкие жгло, кислорода не хватало, пот затекал в глаза. Руки, ноги, сердце, тело работало на износ. В удары Александр вкладывал все силы, шум в его голове нарастал. Звон становился все отчетливее. Прямой левой рукой. Прямой правой. Боковой левой. Лоу-кик с правой ноги, носок касается пола и тут же фронт-кик в центр груши. Все исчезло из головы. Наступил покой. Морозов стоял и смотрел на покачивающуюся грушу, слушая скрип цепей, на которой та висела. Тяжелое дыхание медленно приходило в норму. Александр опустился на лавку, скинул с себя перчатки, выпил немного воды, набрал хорошо знакомый номер. — Со мной совсем тяжело? — тут же спросил он, как трубку взяли. — Ты что мою Ризу обидел?! Иди быстро извиняйся! — с наигранным, а может нет, недовольством возмутилась Анна. — Ты даже ничего не знаешь, — опешил от подруги Александр. — Я тебя знаю! Иди быстро извиняйся, говорю! Что ты натворил? — Анна сменила тон на более спокойный и участливый. — Я сорвался на нее просто, блять, не из-за чего. Просто потому что в моей голове бардак! Я если не вижу ее возле себя, не знаю, где она, меня тут же охватывает паника. Ладно, если страх потерять ее был связан с потерей матери в детстве. Но есть же еще обоснованный страх. Ей реально угрожали. Она могла на самом деле покинуть меня, — на эмоциях единым монологом проговорил Александр, а после тяжело вздохнул.  — А с психологом ты это обсуждал? — Да он не помогает! Скажет что-то наподобие «вам нужно научиться снова доверять миру» или «вам нужно перестать винить себя». Второе более вероятно. А я чувствую вину, потому что привык все держать под контролем и любое отклонение принимаю на свой счет, — ответил мужчина, раздался громкий смех Анны. — Что ты ржешь? — А говоришь, психолог не помогает. Ты только что сделал анализ своих эмоций на раз-два. Хороший психолог не хочет, чтобы подопечный ходил к нему годами. Он хочет, чтобы человек научился справляться с трудностями самостоятельно. Делает мышление более гибким. И ты стал мыслить более рационально не только по отношению к другим, но и к себе. Сильным эмоциям нужно время. Они с тобой годами жили, а хочешь, чтобы утихли за пару консультаций, — пояснила Анна.  — Ты вообще не помогаешь, — размотал бинты с кистей Александр, отпил еще воды и собрал немногочисленные вещи. — Зато ты помог сам себе. А теперь быстро иди извиняйся! — угрожающе проговорила подруга.  — Иду.  Александр принял душ сразу в зале. Он спустился до своего номера и тихонько зашел. Риза, подперев колени к подбородку, сидела в телефоне с поникшей головой, и ей было явно неинтересно листать ленту. На звук открывающейся двери она тут же оживилась, но замерла, не зная, как себя вести.  Морозов кинул сумку и подошел к ней. Зеленые глаза, не моргая, внимательно следили за каждым движением. Александр сел позади Ризы и обнял ее со спины.  — Прости меня, — прижимаясь сильнее к жене, проговорил Александр. — Последние месяцы я только и делаю, что извожу тебя.  — Ты не изводишь меня. Я не против твоего собственничества и контроля. Оно мне не мешает. По крайней мере, пока ты говоришь со мной, а не делаешь поспешные выводы, — Риза аккуратно развернулась к Александру лицом и притянула длинными руками в ответ. Морозов вслушался в слова и задался одним единственным вопросом.  — Ты когда такой взрослой стала? - не требовал ответа Александр и вздохнул, кладя подбородок на плечо жены.   

***

Риза и Александр вернулись из Парижа неделю назад. Девушке предстояло адаптироваться к новой жизни — семья, учеба, работа, встречи с друзьями.  — Ты точно не против? Я ведь могу позвонить Марку и предложить посидеть у нас, если тебе до сих пор некомфортно отпускать меня, — лихорадочно бегала по первому этажу дома Риза и собирала вещи. Телефон, который почему-то оказывается всегда в руках. Резинку для волос, которых полно, но нет в нужный момент.  — Ты хочешь, чтобы я потом и ему оплачивал психолога? — прибирался на обеденном столе Александр и не смотрел на жалкие попытки Ризы успеть вовремя к другу.  — Почему? — донеслось откуда-то из прихожей.  — Он до сих пор на меня в упор не смотрит и называет жутким, — ответил Морозов.  — Ну, ты… и так, — задумалась Риза, вспоминая первые впечатления от знакомства, когда на нее обернулась пара стальных глаз. — Такой милый, маленький ангелочек. Вот, что я хотела сказать. — Маленький? — развернулся полностью лицом к соплячке Александр и скрестил руки на груди.  — В смысле нет. Я не про это. У тебя не маленький, — оговорившись по Фрейду, начала оправдываться Риза. — Где у меня не маленький? — перебил Александр, приподнимая одну бровь и расплываясь в улыбке. Плечи Морозова начали слабо содрогаться от сдерживаемого смеха.  — Рост! Я просто рост! Все, я пошла. Забудь этот разговор. Боже, — дверь за Ризой захлопнулась.  — Моя милая Риза, я не забуду, — проговорил Александр уже в тишину дома.  Ближе к ночи она вернулась домой. Александр сидел в гостиной перед телевизором, и как только послышалось «Я дома», «не маленький» вспомнил не закончившийся разговор. Риза подошла к мужу и наклонилась для поцелуя. Ее колени тут же оказались подбитыми и на полу. — Где у меня не маленький? — расположившись на диване, спросил Александр, смотря на неугомонное бедствие сверху вниз. Риза, хлопая большими глазами, посмотрела сначала в сталь серых глаз, потом ниже. Выпуклость между ног становилась все заметнее. Александр запустил пальцы в каштановые, длинные волосы и сжал. — Снимай. Риза, мысленно выругавшись из-за собственной реакции на приказной тон, аккуратно, даже робко, спустила домашние штаны мужа до бедер, как ее рот тут же оказался заполненным членом. Александр немного подался вперед, напрягая ноги. Он приподнял голову Ризы и насадил обратно. — Ну так что? Где у меня не маленький? — словно сытый кот, расплываясь в удовольствии, повторял Александр. Глаза Ризы хитро сощурились, губы растянулись в улыбке, на сколько это вообще было возможно. Морозов бы это заметил, если не наслаждался властью. Риза обнажила клыки. — Ай! Ты меня укусила?! Риза оторвалась от Александра и поднялась на ноги, приближаясь к лицу. Руки уперлись в мужа, зеленые глаза с разгорающимся голодом встретились с серыми. Женские пальцы сжали воротник футболки мужа, губы нетерпеливо накрыли в поцелуе. Риза, вставая, потянула Александра за собой.  — Куда ты? — Морозов признал, все чаще и чаще он стал терять всю спесь.  Он оторвался от губ, прерывая поцелуй, а Риза развернулась в сторону кухни. Морозов почувствовал бедрами обеденный стол, наглое бедствие опустилось перед ним на стул и полностью стянуло штаны, не теряя хищной улыбки. — Вы, наверное, не заметили, Господин. На мне нет ошейника. А чтобы ответить на вопрос, мне нужно вас распробовать, — кончиком языка Риза провела по тонкой коже над косточкой бедра. Тонкие пальцы с когтями впились в ноги мужа. Горячий, мягкий язык накрыл головку. Морозов запрокинул голову назад, чувствуя разряд, поднимающийся вверх по позвоночнику. Стон сорвался с губ. Риза с жадностью сжимала сильные ягодицы и брала член до самого основания. Она проталкивала его глубже и задерживалась. Слюна стекала от желания взять с каждым разом больше. Влажные звуки, стоны, шипение, ругательства. Глаза Александра никак не хотели находить фокус. Но должны. Морозов обязан это видеть. Он кое-как сконцентрировался на Ризе, на спадающих каштановых волосах. Зачем он это увидел? Александр обессилено взвыл. Напряженный пресс сокращался, из приоткрытых губ выходил горячий воздух. И эта чертова соплячка, котораяпереливалась сильнее тысячи звезд. С еще одним слетевшим ругательством Морозов запустил пальцы в длинные волосы. Удовольствие готовилось вырваться наружу. Собирая все ощущения в теле, оргазм устремился вниз. Он набирал силу, опаляя нервные окончания. Риза сильнее притянула мужа к себе, беря член максимально глубоко.  Теплая жидкость вырвалась, тело перед Ризой содрогнулось с громким стоном. Разгоряченная плоть пульсировала и постепенно успокаивалась.  — Весьма немаленький. Вкусный. В самый раз, — вынесла свой вердикт Риза.  — Я куплю новый стол, — еле проговорил Александр, смотря куда-то в потолок. — Оставь мне этот, — надула губы Риза.