Моя чертова одержимость

— А почему ты сам не можешь все проверить? — спросила рядом находившаяся с мужчиной женщина. Она быстро, но аккуратно наслаивала веревку на крепких кистях. Не самый паршивый день, чего не скажешь про погоду за окном. Двое взрослых людей занимались не пойми чем, стоя на кровати.  — Мне попрыгать на ней? Вяжи давай, — ответил с привычным недовольством мужчина. Женщина подняла мужские, перевязанные руки к пологу, перекинула через него веревку в несколько слоев и скрепила все прочными узлами. — И ноги? — И ноги, — передразнил подругу все так же фыркающий мужчина. Женщина в очках ненадолго задумалась, держа в руках шершавый материал, и со вздохом принялась за работу. Через 20 минут под пологом своей кровати висел мужчина. Он подергал ногами, руками, немного раскачался и повис. — Ну, как? — с интересом спросила женщина, что уже наблюдала за всем действом со стороны.  — Все, развязывай, — пробубнил мужчина, но подруга скрестила руки на груди и заговорщически улыбнулась. — Женщина. Не смотри так. — Я думаю… тебе часа должно хватить на полную проверку оборудования. Как думаешь? — наигранно смотря на часы, задумчиво протянула женщина. — Нет. Даже не думай. Анна! — дернулся под пологом мужчина, но женщина в очках лишь послала воздушных поцелуй и помахала пальчиками. Она вышла из спальни на втором этаже просторного дома и спустилась на первый этаж в гостиную. Сверху доносился шум, скрежет металла и мат. Анна с улыбкой до ушей расположилась на диване. Это было три года назад.  

***

— И что Александр сделал потом? Как ты жива осталась после такого? — с интересом слушала Риза. Она сидела рядом со своим мужем и держала в руках бокал игристого. — О. Я когда пришла, там такие искры из глаз летели. Ну, я и развязала сначала руки. Вдруг бы все вылетели из головы. А только потом ноги, — Анна перевела взгляд на Александра, осмотрела его сверху вниз и обратно. — А потом убежала на всякий случай. Не хотела проверять, на сколько быстро у вредных кровоток восстанавливается. Анна не глядя пригнула голову, когда в нее полетела мягкая подушка с дивана. — Мне вас по углам расставить? — неся в руках всевозможные закуски, строго посмотрел на двоих «взрослых» высокий, светловолосый мужчина. Он поставил блюда к уже имеющимся на кофейном столике. Пусть он и был длинным, но тарелки уже некуда было приткнуть. — А мать-наседка соизволит уже прижать пятую точку и отметить день рождения в кругу друзей? — послышалось откуда-то с другого конца дивана от еще одного мужчины. — Дмитрий, и правда. Олег дело говорит. Мы уже объелись, — растекаясь в кресле, довольно пролепетала Анна. Они только-только вышли из-за стола в надежде, что поток еды остановится, но у их именинника были другие планы. — Олегу, как адвокату, положено дело говорить. И вообще, я вам еще не все показал! У меня теперь новый шеф-повар в ресторане! Вы только посмотрите, чему он меня научил! — начал было свою тираду Дмитрий, как услышал вздохи и стоны безысходности. — Ничего вы не понимаете! Риза огляделась вокруг, прошлась взглядом из-под густых ресниц по всем собравшимся. Теплый, осенний вечер. Заразительный смех Анны. Забота и укутывающее чувство безопасности Дмитрия. Недовольное фырканье Александра на падающие крошки с тарелок. Бахвальство Олега. Тактичность и светлый взгляд Максима, капитана полиции тоже позвали на день рождения. И Марк, который был рядом все это время. Оставался на стороне подруги, даже если не понимал, что происходит. Что уж там. Даже смирился со взглядом ее мужа, что подкрадывался со спины и пугал до чертиков. — Кем вы все работали до этого? Вам же, наверное, не умершая бабушка бизнес завещала, — чуть осмелел Марк после нескольких бокалов шампанского. — У нас только Олег остался в своей стезе. Я судмедэксперт, по некоторым делам консультировала компанию, где работали Александр и Олег. Там и познакомились. Я бубнящему деду так надоела, что он мне бесплатно рассказал, как возможно открыть свою лабораторию для проведения анализов. Это был изначально единственный перечень услуг. Потом начали добавляться другие специалисты. Так получилась многопрофильная клиника. Хотя… получается, я тоже осталась в своей стезе, — гордо указала большим пальцем на себя Анна. — Я юрист-консультант для компаний и предпринимателей. Все, что связано с имуществом, сделками, лицензиями и все в этом духе. И уж говори всю правду сразу, Анна. Ты об меня запнулась! А потом я от тебя избавиться не мог, — ответил Александр, а в конце бросил злой взгляд на подругу. Та лишь лучезарно улыбнулась и подмигнула в ответ. — Я следователь по уголовным делам. С Александром познакомились на одном ДТП. Тогда я, конечно, еще не был следователем и смутно помню, зачем вызвался ехать на ДТП. Но вот, как все обернулось. Сейчас занимаюсь раскрытием дела по подметанию крошек с моего пола. Александр, успокойся, — добавил Дмитрий и направил на друга пристальный взгляд голубых глаз.  — У нее рот не закрывается и оттуда все летит, — возмутился Александр, показывая на Анну. Бывший капитан полиции лишь покачал головой.  — Я работал с Александром, как Анна уже сказала. Дальше получил адвокатскую лицензию. Защищаю добрых, вредных людей, — хихикнул Олег.  — Вы сговорились сегодня? — еще раз возмутился Александр.  — Кризис среднего возраста по всем так бьет? — донесся голос Максима, который скромно сидел все время в еще одном кресле.  — Никакого кризиса не будет, если быть готовым к переменам, — перевел внимание на молодого капитана полиции Александр. — С возрастом страхов больше, ставки растут, за ошибки приходится платить не только синяками, но и деньгами. Дерьмовый, жизненный опыт постоянно воняет на периферии сознания. Уже не получится так, что мама животик погладит и тот болеть перестанет. Если готов рискнуть один раз, то будь готов еще раз и еще сто раз до тех пор, пока не получится. Кризис настигает тех, кто застрял между привычным и желаемым. Сначала, как ком в горле, потом, как тяжесть в груди. В итоге оказываешься под бетонной плитой. И ведь кому-то удобно. Хорошо, сухо, укрывает от осадков. — Александр пытается вам сказать, что страх неизвестности, пожалуй, один из самых сильных. И с возрастом становится только сильнее, — включилась Анна. — С одной стороны, этот хмурый дед маниакальный чистюля и контролер, но с другой — имеет большую смелость ступать вперед. У нас есть настоящее и прошлое для прогнозирования будущего. Даже если посмотреть на небо, можно увидеть последние дни жизни звезд. Свет, что доносится до нас, лишь прошлое, когда как звезда давно уже мертва. А будущее? Будущего там нет. Лишь догадки и теории. — Не пугайте детей, а то они уже протрезвели. Малышня, — обратился к молодым людям Дмитрий, поднимая бокал. — Посвятите ваши сердца жизни, стремлениям и мечтаниям. Выпьем за это.  — Посвятим наши сердца! — хором проговорили Анна, Олег и Александр, поднимая бокалы в ответ. Бархатный смех разнесся по гостиной. Оставшиеся трое гостей переглянулись и, пожав плечами, ответили.  — Посвятим наши сердца! — звон бокалов наполнил вечер.  

***

— Профессор, у вас есть минутка? Я бы хотела кое-что спросить у вас, — подошла после лекции к преподавателю Риза.  За ее спиной раздался свист, на который она никак не хотела реагировать. Студенты выходили из аудитории, а один из последних, чьи волосы отливали медью, прихватил себя за шею, закатывая глаза и подставляя свой зад для шуточных шлепков под руки такого же не блещущего умом друга. Риза отвела взгляд.  — Наверное, не к месту говорить, не обращай внимания, — наблюдая за этой сценой, проговорил профессор Константин Станиславович. — Как у тебя дела с одногруппниками? — Не считая пары человек, все нормально. Да и в живую мы видимся не так часто. Но про события полугодовой давности как будто знают все, боюсь, даже преподаватели, — поникла головой Риза.  — Не как будто, а знают. Те, что не знали, им рассказали. Но поверь на слово, одна часть сама профессионально занимается БДСМ, вторая часть — хотя бы что-то пробовала. А такие, как эти, — кивком указал в сторону двери профессор, где уже не было ни одного студента. — Они вряд ли в жизни испытали хоть один сильный оргазм или довели до него партнера.  — С… спасибо, профессор, — немного засмущалась Риза от прямоты преподавателя.  — О чем ты хотела спросить? — собирая вещи в сумку, спросил Константин Станиславович. — А. Да. Вы же работаете с брендами? Я планирую магазин открыть. Когда-нибудь. А с количеством визиток, что мне дали в Париже, уже запуталась. Мне лучше напрямую с производителями работать из-за рубежа или искать поставщиков ближе? А как работать с люксом? Они меня пошлют на три буквы, — закидала вопросами профессора Риза.   — Давай по порядку, — выпрямился Константин Станиславович и посмотрел на Ризу, одаривая теплой улыбкой. — С брендами я работаю. Это в основном аксессуары — сумки, кошельки, перчатки. Помогаю магазинам, выступая кем-то в роли посредника, связываюсь с производителями, обо всем договариваюсь. Сам я ничего не продаю. Если хочешь открывать магазин, то у меня было бы больше доверия, если бы ты была официальным представителем бренда или брендов. То есть работала с производителем напрямую. У тебя визитки с собой? — Да, часть с собой, — начала рыться в небольшой сумке через плечо Риза. Она достала порядка десяти разноцветных карточек и разложила перед профессором. Константин задумчиво склонился над столом и быстро раскидал визитки на две группы.  — Эти более сговорчивые, — указал пальцем на одну кучку профессор. — А, так называемый, тяжелый люкс пока не трогай. Их не так просто называют тяжелыми. Когда у тебя будет достойное предложение в ответ на их три буквы, как ты выразилась, тогда и связывайся с ними. Может, согласятся не сразу, но смелость оценят.  — Спасибо, профессор! — просияла в улыбке Риза и быстро распределила визитки по разным карманам. Она попрощалась с профессором и в прекрасном расположении духа направилась на выход из университета.  — Что, Риза? Папочку нового ищешь? — снова этот скрипучий голос, который аж режет по ушам. Но настроение Ризы сейчас ничего не могло испортить.  — Он был уже занят тобой? Извини, не заметила. В следующий раз лучше подставляй зад, — не останавливаясь, на ходу прихватила себя за шею Риза, чуть закатывая глаза, как до этого делал одногруппник. Тот замолк. Лицо провокатора стало в цвет его волос. Может, от гнева, может, совсем по другим причинам. Но Риза этого уже не заметила. Она направлялась к мужу, который ждал на парковке.