Я прощаю тебя

Канрай Ушироно ходил из стороны в сторону. Он был задумчив. Он находился в своем доме. Где-то этажами ниже личный шеф-повар, убираются уборщицы. Мысли тяготят голову. Жизнь потеряла смысл со смертью Ришшуна, а видеть его сына Аки в подавленном состоянии было непонятно. Удивительные чувства, которые нельзя понять. Канраю плевать, что он будет чувствовать, он просто хочет чувствовать что угодно, только не пустоту. Этот мир казался понятным. На лице не было обычной улыбки, было безразличие. В своем доме не к чему иметь маску на лице, как и не к чему было иметь маску при собственных детях. Натсу была слишком мала, чтобы понять, каков ее отец, а Фую просто его ненавидит, но не мог не слушаться. Как бы то ни было, Канраю все равно. На тумбочке стоит фотография вместе с Ришшуном. Он подходит к столу и смотрит на нее. Ни воспоминания, ни мысли не успевают заполнить голову, они прерываются стуком в дверь. Канрай поворачивает голову, фотография "падает" на горизонтальную поверхность лицом вниз. Политик видит, как открывается дверь. Заходит его сестра и совместительству супруга — Ушироно Ритсука. Канрай натягивает улыбку. - Ох, Ритсу, что привело тебя?~ Я же не собран! - как всегда маска. Главное, что она верит ей. Она верит этой маске. - Канрай, - начинает супруга, прикрыв дверь, - Ты сказал, что Фую в больнице. Канрай наклонил голову. Его сестра сама согласилась стать его супругой и родить ему детей ради "святого" блага. Это даже было смешно. Столько лет быть некудышной матерью, а сейчас очнуться? - Да, я говорил, что он в больнице. Наш мальчик в больнице. - он убрал улыбку с лица, чтобы хотя бы сделать вид, что ему не все равно. - Я не была лучшей матерью, но я не рожала тебе детей, чтобы ты калечил их. Сначала умерла наша дочь, а затем наш сын в больнице и может не очнуться.? - она не любила своих детей, но чисто с человеческой точки зрения, ей было ужасно жаль ребенка, что не увидел свет, и как ни странно ей было жаль своего старшего ребёнка. Она не хотела, чтобы по ее вине умер еще один человек. - Я не хочу, чтобы ты причинял боль нашему единственному сыну. Ты знаешь, я люблю тебя, но не до такой же степени. - она отвела взгляд. - Ко мне в сон сегодня приходила Натсу и маленький Фую, понимаешь? Им нужна мама. Им всегда была нужна мама. Канрай подошел и обнял ее, прижал к себе. Ему было смешно с ее чувств и завидно, но Ритсука ему еще нужна. Поддержать статус идеальной семьи да и в целом для шарма. - Мне тоже грустно, что нашим детям пришлось так несладко, Ритсу… хочешь, я отведу тебя к нашему сыну?. - ему не сложно отвести. Ее слезы об его плечо лишь увеличат "доверие" между ними… Нужно ещё разобраться в стирателе памяти, что создал его сын, и роить подозрения супруги было невыгодно. На тумбочке стоял телефон. Канрай глянул на него. Одной рукой прижимал к себе рыдающую Ритсу, а второй взял телефон и приложил к уху. - Да? - спустя мгновение, - хорошо, будем. - он погладил жену по волосам, - Поехали, наш сын жив. Выбить из Фуфика информацию должно было быть не сложно, когда под контролем его мать. Все же дети любили мать, несмотря на то, какая она была неискренняя с ними, хотя вряд ли они могли бы это понять. Для них мама хорошая, и они никогда не узнают, какая она на самом деле.