Я прощаю тебя

Стены больницы не давали покоя для Тсугино. Он переживал за Дока, он любил его. Разве всё, что они пережили вместе, вовсе ничего не значило? Хару постоянно наблюдал за Аки, но не подходил, ибо услышать: «Иди на хуй, Хару», не очень-то и хотелось. Эта быдловатость притягивала Хару, не потому что он был мазохистом, а потому что... Куро тронул пирсинг в ухе — это единственное, что напоминало о Янки. Школьный хулиган со своей быдловатостью… Аки определённо не был таким, но Хару всё равно видит что-то похожее в их чертах. Наверное, хорошее отношение когда-то? У них был какой-то общий вайб, что ли. Несмотря на спокойную обстановку в больнице и добрый медперсонал, Хару хотел только своего дока. Он сжал в ладони ухо с пирсингом Янки. «Я скучаю» — осознание этого факта было ножом по незатянувшейся ране, свою тоску по Янки осознавал давно, но никак не мог сложить 2+2. Он не любит Маэно, он любит образ, который сам себе выдумал. Да, именно образ. Помогали немного сны с участием Янки, где у них всё хорошо, жалеет ли он, что съел того, раскаивается? Он считает это истинной любовью. Больной на голову псих, с которым Маэно не станет возиться. Хару продолжал следить за Аки. Он лишь видел одно — Аки всё крутится вокруг Фую, как надо его оставить, то он буянит. Куро видел, как Аки целовал Фую в губы… Аки любит его? Чем Фую лучше? Конечно, правда была далека от этого. Аки был в такой печали, что вспомнил про уроки литературы, где зло можно разрушить поцелуем, но ничего не вышло. Аки крутился вокруг Фую, казалось, он был счастлив быть рядом с трупом. Тсугино подумал: «Может быть, мне тоже умереть, чтобы Док заметил меня? А может устранить Ушироно?» — хотелось бы воплотить второе, но с Фую рядом Аки или медицинский персонал. Так больно и страшно быть одному сейчас. Так ещё и новость, которую услышал Тсуги… Фую жив! У мальчишки опустились руки. Он не знал, что ему делать или чувствовать. Закрыл глаза. На миг в голове возник образ Янки: «Эй, Хару, чего витаешь в облаках?» — улыбался этот образ, но стоило открыть глаза, и никого не было рядом. Он остался один, никому ненужный. Хару просто заплакал. Его кошмар сбылся.