Там , где кончается смерть ( рабочие )

Когда родители подошли и осторожно забрали меня на руки, я почувствовала, как их руки дрожат, словно они сами боятся того, что сейчас будет. Но в их прикосновениях была нежность и решимость. Я поняла: сейчас начнётся ритуал. Я не знала всех его особенностей и не представляла, что именно меня ждёт, но в глубине души искренне надеялась, что этот жуткий холод, пронзающий меня изнутри, наконец уйдёт. ━━━━━━━━━━━━━━━━━━━ Когда ритуал начался и вокруг вспыхнул мягкий, пульсирующий свет, в меня начала вливаться энергия ядра феникса и запах горьких трав. Внезапно моё тело сковала волна боли, такая острая, что даже воздух вокруг будто застыл. — Аааааа… — сорвался с моих губ детский, беспомощный крик, в котором слышалось отчаяние. «Нельзя же так… Почему вы не предупредили, что будет так больно?..» — мелькнула в голове единственная мысль, прежде чем её смыло новой волной боли. Я кричала и плакала, чувствуя, как кости внутри меня будто ломаются и перестраиваются, как по спине пробегает холод, сливающийся с горячей, обжигающей болью. Мне казалось, что я горю, и одновременно замерзаю, а мир вокруг меркнет в тумане боли. Вдруг я услышала голос мамы, дрожащий, полный страха: — Ей больно! — закричала Юйлинь, делая шаг вперёд, её руки задрожали, готовые сорваться и схватить меня, спрятать от боли. — Остановись! — крикнул лекарь, резко преграждая ей путь. — Если мы сейчас прекратим, она умрёт! Да, ей больно, но я предупреждал: это будет тяжело и опасно. У нас нет другого выбора. Если хочешь спасти дочь — продолжай ритуал! Я услышала каждое слово. И поняла. Им тоже больно. Но у нас нет выбора. «Если ради того, чтобы продолжить жить в этом мире… чтобы оставаться рядом с ними… я должна стерпеть эту боль… я согласна.» ━━━━━━━━━━━━━━━━━━━ Я чувствовала, как что-то из моей спины медленно пробивается наружу, пронзая меня болью, которую невозможно описать словами. Словно ледяные когти и горящие иглы одновременно проходили сквозь меня, разбивая хрупкое тело изнутри. Я кричала и задыхалась, а глаза застилали слёзы, скатывающиеся по щекам и падающие на холодный алтарь. Несколько раз я теряла сознание, погружаясь в кромешную тьму, но голос брата, зовущий меня, или тёплая аура, исходящая от родителей, возвращали меня обратно. «Если бы я была обычным ребёнком… я бы уже погибла…» Сквозь боль я чувствовала, как моё сердце окутывает мягкая, но сильная энергия. Она была как дыхание зимы, но в ней было тепло, которое я искала всю свою жизнь. Словно нежные крылья, эта энергия обволакивала меня, успокаивая леденящий страх. Я почувствовала крылья. Они прорвались из моей спины, раскидывая вокруг сверкающие осколки инея и голубых искр. Я не видела их, но чувствовала — они были частью меня. Холодные, но защищающие. Я не знала, была ли это сила ядра феникса или энергия трав, использованных в ритуале, но я знала одно: я не одна, и эта боль приведёт меня к жизни. Когда ритуал закончился, боль медленно начала отступать, оставляя после себя приятное тепло в груди. Я чувствовала, как слабость накрывает меня, унося в сон. Последнее, что я помню перед тем, как провалиться в бессознательность, — это голубое сияние, окутывающее меня, и ощущение, что отныне холод больше не сможет меня сломить. ━━━━━━━━━━━━━━━━━━━ Когда я проснулась, комната была наполнена мягким светом, а рядом со мной мирно спал Ма Хунцзюнь, его дыхание было ровным, тёплым, и мне стало спокойнее. Рядом сидели родители, их лица выглядели уставшими, но в их глазах отражалась надежда. Я услышала, как мама тихо говорила отцу, почти шёпотом, чтобы не разбудить нас: — Она уже третий день спит… Я боюсь… Шу Чаньюэ говорит, что она просто восстанавливается, но что, если… — Она сильная, Юйлинь. Она справится, — тихо ответил отец, сжимая руку мамы. Я поняла, что проспала так долго, что родители всё это время сидели рядом, не отходя от меня, переживая и молясь. Мне стало тепло и немного стыдно. Я хотела показать им, что я жива, что я рядом. Я набрала в лёгкие воздуха и изо всех сил закричала: — Уааааа! Мама и папа подскочили и мгновенно оказались рядом. Мама прижала меня к груди, её тёплые руки дрожали, а слёзы текли по её щекам. — Она проснулась… Наконец-то… Моя девочка, моя сильная малышка, — шептала она, укачивая меня, словно боялась отпустить. — Цинь И, принеси ей молока, — сказал отец с улыбкой, глядя на меня с гордостью. Цинь И, наша служанка, принесла бутылочку, и я жадно принялась пить, ощущая, как возвращаются силы. После того как я поела, меня снова потянуло в сон, но на этот раз он был тёплым, словно одеяло, а рядом звучали спокойные голоса родителей и размеренное дыхание брата. «В этой жизни я проживу долго и счастливо… Я стану си льной и защищу свою семью, как они защищают меня сейчас.» ━━━━━━━━━━━━━━━━━━━