Там , где кончается смерть ( рабочие )

«Каждая душа зажигается в час рассвета. В этот миг — ты не просто ребенок своего рода, ты — наследник звезды, что будет сиять в веках».

--- Зал, в котором должно было произойти пробуждение духа Рон Рон, был поистине великолепен. Просторный, залитый утренним светом, он дышал спокойствием и величием. Высокие окна, обрамлённые резьбой из благородного дерева, были выполнены из мозаичного стекла. На каждом из них была изображена сцена из истории клана Семи Сокровищ — красочная, насыщенная деталями, словно живая. Я не могла оторвать взгляда от этих окон. На первом — молодой мужчина стоял на поле, его лицо было сосредоточенным, а в руках он держал сияющую пагоду с семью ярусами. На втором — он уже не один: рядом с ним стояла женщина, и в их взглядах читалась решимость и вера. На третьем витраже изображение сменилось тревогой — разгоралась война, а мужчины и женщины, облачённые в доспехи, сражались с яростью и доблестью. Четвёртое окно показывало триумф: мужчина с пагодой стоял на вершине горы, а под ним простирались земли, озарённые светом. И, наконец, пятое окно — основа клана: вокруг мужчины с пагодой стояли люди, и на их лицах светилось благоговение. Так появилось наследие, которое мы теперь защищали. Я чувствовала, как Рон Рон ловит мой взгляд и, приблизившись, прошептала: — Там изображён наш предок, первый глава клана Семи Сокровищ. Он был обычным человеком, но, по легенде, смог достичь уровня бога… — её голос был тихим и трепетным. — Я бы хотела однажды стать такой же сильной, как он. — Ты станешь ещё сильнее, Рон Рон, — Хунцзюнь говорил искренне. Он всегда верил в Рон Рон, в её особенную, тихую силу. Неожиданно в зале раздался уверенный голос главы Нина: — Рон Рон, становись в центр. В центре зала, прямо перед шестым витражом — тем самым, где была изображена фигура мужчины с пагодой в руках, находился небольшой круг, инкрустированный светлыми камнями. Как только Рон Рон встала внутрь круга, его очертания засветились, и в воздухе закружилось мягкое золотое сияние. Камни вокруг медленно засияли, и из рук Рон Рон вспыхнуло светом. На её ладонях появилась сияющая пагода — прекрасная, прозрачная, словно выточенная из горного хрусталя. Она состояла из семи ярусов. Радужная дымка мягко окутывала её, медленно вращаясь вокруг, создавая впечатление волшебства. Мы все затаили дыхание. Я ощутила, как сердце сжалось — от восхищения, от гордости, от счастья. — Рон Рон, ты унаследовала дух Пагоды Семи Сокровищ, — торжественно объявил глава. — Теперь измерим твою духовную силу. Слуга поднёс ей сияющий шар. Рон Рон осторожно взяла его в руки, и он вспыхнул ярким, чистым белым светом. — Отлично! Полная сила духа! — воскликнул старейшина Чень Синь. — Рон Рон, ты настоящий гений! Даже среди мастеров пагоды Семи Сокровищ подобное редкость. Я не смогла сдержать радость и первой подбежала к ней, когда она вышла из круга. Обняв Рон Рон, я прошептала: — Рон Рон, поздравляю! После получения первого кольца ты сможешь использовать мой подарок — он усилит твою пагоду и сделает тебя ещё сильнее. Старейшина Гу Жун смахнул слезу и с улыбкой толкнул локтем Чень Синя. — Наша малышка так выросла, — пробормотал он, и в его голосе звучала настоящая гордость. — Фэнчжи, пошли выпьем. Завтра выдвигаемся за кольцом для нашей малышки. Церемония завершилась, но день ещё только начинался. После официальной части нас ждал праздничный вечер. В зале звучал смех, старейшины то спорили, то вспоминали старые времена, глава Нин впервые за долгое время позволил себе расслабиться и даже улыбался. А Рон Рон сидела между мной и Хунцзюнем, сияя, как звезда, и вся светилась от счастья. На следующее утро мы с Хунцзюнем провожали Рон Рон и старейшин — они отправлялись в охоту за её первым кольцом духа. Мы долго махали ей вслед, пока её силуэт не скрылся за воротами. Затем мы вернулись к тренировкам — нам нужно было отточить использование артефактов, чтобы не отставать. Вечером, когда уже закатывалось солнце, Рон Рон вернулась — уставшая, но светящаяся от радости. Её кольцо было золотое такое же как у нас с Хунцзюнем. — Рон Рон, ты такая сильная! Но ты слишком мало кушаешь! — засмеялся Хунцзюнь, бережно тронув её плечо. — Если не будешь кушать, не вырастешь и никогда не догонишь брата по силе! Она засмеялась, чуть стесняясь, но тепло посмотрела на нас обоих. Мы были семьёй. Мы были вместе. В тот вечер мы с Хунцзюнем написали письмо родителям, сообщив им о достижении Рон Рон, о её духе, о том, как мы скучаем, как хотим их обнять… Письмо отправилось в путь. Мы не знали, что оно никогда не дойдёт до адресатов. Но это мы узнаем позже.