Bizarr'ный олух и другие овощи

Пока Корделий что-то выписывал из фолианта, Мэлори опустошил весь поднос: аннигилировал и куриный бульон, и тонко нарезанный хлеб, и канапе с кусочками мяса и сыра, и десерты, а полирнул всё чаем с мятой (малиновый уже закончился). Не мог избавиться от привычки бедного студента: пока бесплатно, надо съесть всё. Наевшись до отвала, откинулся на бархатную спинку кресла и даже хотел подремать немного, но послеобеденному сну не дал случиться внезапный порыв ветра, распахнувший высокие двери балкона. В кабинет потоком ворвалось черное облако: темный туман оформился, приобретя человеческие черты, и на выложенный плиткой пол ступил высокий молодой человек в иссиня-черных одеждах. Подведенные сурьмой глаза, цепкий прищур, враждебный взгляд, бледное лицо, и длинный стилет на поясе, — Мэлори точно опознал в незнакомце злодея и в шоке выронил из рук очередной кекс. Точно, злодей! Иначе быть не может. Очевидно, сейчас мрачный человек нападет со спины на Корделия, который не заметил его появления, завяжется схватка, глава гильдии примет удар на себя, но не сможет справиться с чужой силой, — и вот тогда-то Мэлори окажется избранным, пробудит в себе древнюю могущественную магию, одолеет ассасина, заслужит уважение гильдии и станет героем этого мира! Только нужно обязательно стереть со щеки сладкий крем, а-то несолидно побеждать всесильного чародея в таком виде. Пока иномирец мечтал о славном будущем, незнакомец уже оказался за спиной Корделия, до сих пор увлеченно читавшего фолиант, и занес кулак над головой гильдмейстера. Чужая рука опустилась вниз так резко, что Мэлори даже вскрикнуть не успел, — только зажмурился. Вот вам и «заслужил вечную славу».       — Мастер. — услышал иномирец во тьме.       — Этельстан. — спокойный, обыденный ответ. — С возвращением. Что ты принёс? Мэлори открыл глаза и опешил: увидел «злодея», учтиво склонившего голову перед мужчиной и протянувшего тому бледную ладонь, — Корделий взял из его руки какой-то камень, поднял на свет и осмотрел через линзу лорнета.       — Я не уверен, но похоже на руду марганца. — ответил молодой человек. — Нашли сегодня на левом берегу Безмятежной. Возможно, совпадение?       — Едва ли. Слишком далеко от ближайших рудников. Тем более, марганцевые шахты давно закрылись вместе с шахтерским городком. — констатировал гильдмейстер, рассматривая минерал. — Что-то еще обнаружили в тех местах?       — Вот, обсидиановое стекло, тоже с берега. Посмотрите, как обработано, видна рука мастера. Есть предположение, что оно выпало из торгового каравана…       — Не думаю. — покачал головой. — Караваны не ходят через Безмятежную, да и обсидиановое стекло привозили четыре месяца назад. Кажется, этот камень принесли с Багра. А заброшенные шахты исследовали?       — Еще нет, но есть сообщения о гоблинах. Несколько авантюристов сообщили, что видели одного-двух в тех окрестностях. Корделий чуть нахмурил черные брови и задумался. Еще раз внимательно осмотрел камень, пощупал пальцами, поскреб длинным ногтем, поднес к носу, опустил на небольшое весы, стоявшие рядом.       — Отправим образцы в лабораторный кабинет Елизаветы, чтобы убедиться. Магистр уже знает о результатах рейда?       — Капитан Ги составил отчет и направил в форпост.       — Хорошо. Как, думаешь, нам стоит поступить?       — Я? — Этельстан едва заметно растерялся.       — Да. У тебя есть соображения, я уверен. Молодой человек ненадолго замолчал, будто собираясь с мыслями. Посмотрел в сторону, на распахнутые двери балкона, и снова перевел взгляд на мастера. Увидел фолиант на столе Корделия и вдруг начал вчитываться. Поднял глаза и посмотрел уверенно.       — Мне кажется, стоит привлечь авантюристов. Запросить у их гильдии исследовательскую миссию. Дать шанс проявить себя.       — Это звучит разумно. Я напишу запрос в гильдию. Ты молодец, Этельстан. «Злодей» сдержанно кивнул, но уголки его губ чуть дернулись вверх, — как у подростка, довольного похвалой, но стеснявшегося этого. Корделий захлопнул фолиант, взял заготовленный бланк, сделал несколько надписей и поставил печать, затем передал карточку чародею и, поднявшись, оправил длинный камзол и мантию. Глянул на молодого человека и вдруг начал поправлять его воротник и рукава.       — Опять весь мятый, пыльный. Говорил же тебе, ходить аккуратно.       — Мастер, в самом деле!.. — проворчал смущенно, пытаясь вывернуться. Это еще чё такое… — подумал Мэлори, глядя на них округлившимися глазами. Голова кипела, как перегруженный компьютер: сначала незнакомец врывается в кабинет — значит, ассасин, — затем докладывает о каких-то исследованиях — ну, значит, ученик, — а теперь он, такой мрачный и нахмуренный, стоит перед Корделием как мальчишка и терпит причиняемую «заботу». Что здесь вообще творится?! Судя по всему, Мэлори думал так громко, что его душевные метания заметил и гильдмейстер.       — Мэлори, — обратился Корделий. — прости, я забыл представить: Этельстан, мой ученик, чародей. Этельстан, это Мэлори, иномирец от Галатилиэль. Будьте знакомы. Застенчивый от природы Мэлори весь сжался от стеснения и пробормотал стандартное: «з-здравствуйте», но тут же замолк растерянно, получив в ответ только внимательный прищур и молчание, — очевидно, новый знакомый тепла к нему не питал. Однако чародей вдруг посмотрел на его лицо и постучал пальцем по своей щеке, указывая на что-то. Мэлори понял его мгновенно: быстро поднял руку к лицу и остатки крема, подумав обреченно: «Стыд-то какой!..». Корделий заметил их «командную работу» и задумался на пару мгновений.       — Этельстан, ты занят?       — Пока нет, мастер.       — Тогда, если тебе не трудно, покажи Мэлори гильдию. Мэлори, вот твое рекомендательное письмо для устройства на работу, передай его хозяйке, Гретхен. Иномирец вскочил на ноги и, подбежав к столу, обеими руками взял протянутую бумагу: важного вида, с витиеватой подписью и печатью. Удивился только, как Корделий успел не только оформить полный пакет документов для новичка, но и устроить его в таверну.       — Спасибо, господин Корделий.       — Не стоит. Теперь, если вы не против, мне нужно поработать. Мэлори тут же поспешил к двери, не переставая благодарно кивать, и, запнувшись о собственные ноги, врезался в постамент с вазой. Побледнел, уже представляя себя на коленях и рассыпающимся в извинениях, но внезапно оказавшийся рядом чародей взмахом руки вернул уже летевший вниз фарфор на место. Иномирец пискнул: «спасибо!» и, бросившись к дверям, столкнулся на пороге с входившей служанкой, крайне смущенно извинился, после чего спешно сбежал из кабинета, — Этельстан вышел следом.       — Господин Корделий… — растерянно пробормотала девушка, провожая их удивленным взглядом.       — Что-то случилось, Хлоя?       — Прибыл посыльный из форпоста в хребте Багра. Сообщает, что экспедиция магистра успешно завершена, и отряд прибудет в цитадель завтра.       — Хорошо. Передай обер-камергеру, чтобы подготовил к завтрашнему дню красный камзол с золотым шитьем. И принеси мне последний номер «Шелкопряда».       — Будет сделано, господин. Тем временем Мэлори остановился в коридоре, тяжело дыша, не понимая своего состояния: в самом деле, так перенервничал, будто школьник после родительского собрания.       — Подожди. — раздалось со стороны. Этельстан подошел, и его тень накрыла иномирца. Нет, он не оказался гигантом: обычный высокий человек с развитой в меру мускулатурой под камзолом, — только его аура давила мраком: взгляд — пристальный, поза — напряженная, спина — колом.       — Я могу сам сориентироваться, чтобы вас не утруждать. — неловко пробормотал Мэлори. Чародей выгнул черную бровь, чуть склонив голову набок. Ну, всё, — обреченно подумал Мэлори: сейчас он разозлится, ударит каким-нибудь суперсильным магическим шаром и испепелит такого маленького и скромного покорителя сараев. Или что там персонажи подобного вида делают с героями? Казнят, растворяют, отправляют в черную дыру на встречу с бесконечным вечным?       — Не волнуйся, в этом нет проблемы. — неожиданно спокойно хлопнул иномирца по плечу: неумело и машинально, как ребенок. — Пойдём. Мэлори удивился, но решил не спорить и покорно зашагал рядом по уже знакомому коридору. Этельстан шел чуть впереди, расправив плечи, и молчал. Тишина начала угнетать.       — Ты недавно умер? — спросил неожиданно.       — А? А, да. Кофеварка током ударила. Потом меня забросили в ваш сарай, и я сломал шею.       — Так это ты его снёс? Я думал, гоблины напали. — отозвался сухо.       — Ну, я это не специально. Меня товарищ жрица сбросила с неба, а приземляться не научила.       — Галатилиэль, скорее всего. Она многое забывает сказать. Запоминаешь дорогу? Мы идем в гильдию авантюристов.       — Вроде да. — немного приврал. — А разве мы уже не в гильдии?       — В Симбельмейне их три: наша «Сизигия», «Вечные Странники» авантюристов и орден Золотых Шипов паладинов. Тебе про них не рассказывали?       — Ну… не успели. Сначала я попал в сарай, потом господин Корделий меня очень случайно застрелил из ружья, тут не до матчасти было.       — Корделий застрелил тебя из ружья? — искренне удивился Этельстан. — Как?       — Из ружья. — усмехнулся. — Я и сам не понял. Мы подходили к ним, потом выстрел, и я отключился. Наверное, это из-за моего невезения. Господин сказал, у меня удача отсутствует совсем. Тут же Мэлори снова врезался в декоративное дерево и только чудом не опрокинул его на пол, — чародей успел предотвратить падение.       — Ясно… Вышли на улицу. Солнце светило ярко, и Этельстан нахмурился, пытаясь спрятать глаза от лучей. При дневном свете мрачность его вида выделялась особенно сильно: чародей в темной одежде, черными волосами и сурьмой на глазах напоминал уголек.       — Если хотите, я могу пройтись сам… — пробормотал неуверенно Мэлори, растерянно теребя край рубахи.       — Тебе не по душе моя компания? — поджал губы.       — Не-не-не, дело не в этом! — засуетился. — Просто, мне кажется, вы раздражены?       — У меня просто лицо такое. А гулять я и сам люблю. И можно на «ты». Идем. Мэлори зашагал рядом, и вскоре оказался посреди шумящего города: рабочие развешивали по домам цветочные гирлянды из ромашек и украшения из ракушек, женщины пришивали белые бусины к платьям, по дорогам ползли повозки, груженые множеством коробок с подписью: «хрупкое» и «взрывоопасное».       — Простите… прости, а у вас что-то готовится? Украшения развешивают.       — Скоро фестиваль. Это прекрасно, конечно, а подробнее можно?.. Чародей заметил вопросительный взгляд Мэлори и пояснил:       — Фестиваль моря и маргариток. Тут надо долго рассказывать. Тебе интересно?       — Угу.       — Точно?       — Да.       — Хорошо. Есть город мореходов, Маргерия. Симбельмейн воевал с ним очень давно. Когда Корделий пришел к власти, война прекратилась. В честь этого каждый год проводится фестиваль. В прошлом году его проводили в Маргерии, в этом — у нас. Да уж, очень долго рассказывал. — с усмешкой подумал Мэлори.       — Понятно… И когда праздник?       — В последний день июля. Через две недели. Приедет делегация из Маргерии. Ты тоже можешь пойти.       — Я бы рад, конечно, но с моим невезением боюсь взорвать что-нибудь. Бывали случаи. — криво усмехнулся.       — Я тоже не пойду. — отрезал Этельстан. Иномирец удивился его резкой смене настроения, но промолчал: чародей, судя по всему, не отличался любовью к душевным разговорам, да и знакомы они ничтожно мало для дружеских излияний. Этельстан шел прямо, и люди расходились перед его темной фигурой, как лед перед ледоколом. Все, кто попадался им на пути, старались поскорее уйти с дороги, бросая вслед косые взгляды. Через пару минут чародей остановился перед небольшим одноэтажным зданием, на фасаде которого пестрела вывеска:

═ ✤ ВЕЧНЫЕ СТРАННИКИ ✤ ═

      — Это и есть гильдия авантюристов? — уточнил. — Не маловата?       — Это только бюро, здесь выдают миссии и награды. Сама гильдия расположена в «Сизигии». Пойдем.       — Алхимики всех под себя забрали, получается? — улыбнулся иномирец, проходя в здание следом за Этельстаном.       — Так просто удобнее. И не всех. Паладины расположены в цитадели. Мэлори осмотрелся. В целом, именно так о представлял себе гильдию: просторный зал, чучела животных и разных существ на стенах (трофеи, очевидно), гобелены, несколько бюро из темного дерева, за которыми сидели работники. В глаза бросилась широкая доска на одной из стен, увешанная разными листами, — вокруг неё стояли люди в походной одежде и с яркими эмблемами гильдии на плечах. Иномирец подошел ближе и окинул взглядом прикрепленные гвоздиками объявления:

[МИССИЯ]

Помогите кузнецу Эйнару помириться с супругой

УРОВЕНЬ СЛОЖНОСТИ:

— I —

☆☆☆☆☆

МИНИМАЛЬНЫЕ ТРЕБОВАНИЯ:

От 1-го уровня, навык дипломатии, крепкое психическое здоровье

ДОПОЛНИТЕЛЬНО:

Будьте осторожны, гражданка Хельга вооружена скалкой!

ЗАКАЗЧИК:

Эйнар

НАГРАДЫ:

Искренняя благодарность гражданина Эйнара и скидка 20% на любые изделия из металла в кузнице «Эйнар и Супруга»

[МИССИЯ]

Исследуйте подземелье «У гниющей ивы» и одолейте Деву Ивы. Добудьте пораженные недугом корни и ветви и передайте растительные образцы в лабораторию №15 гильдии «Сизигия»

УРОВЕНЬ СЛОЖНОСТИ:

— III —

☆☆☆☆☆

МИНИМАЛЬНЫЕ ТРЕБОВАНИЯ:

От 27-го уровня, базовое вооружение и снаряжение, навыки травника или лекаря

ДОПОЛНИТЕЛЬНО:

Дева Ивы — крайне враждебная сущность, атакующая на расстоянии 5-ти метров! Подробности уточните в бюро №3 у секретаря Розы

ЗАКАЗЧИК:

Елизавета Николаевна, старший алхимик

НАГРАДЫ:

19.750 силей и 135 талассов

[МИСЯ]

Ищу сабутыльника. Конюх Кондрат, канюшня у заподных варот. Будем пить пиву и доедать карову

Мэлори удивленно выгнул бровь, прочитав последнее объявление, — клочок бумаги — явно отличавшееся от предыдущих. Значит, авантюристы выполняют не только суперважные геройские задания по спасению мира, поискам сокровищ и уничтожению монстров? Интересно… Между тем Этельстан подошел к одному из бюро, отмеченному номером «1», и обратился к сидевшей за ним женщине с длинным носом:       — Карла, миссия у Безмятежной завершена, вот отчет. — положил на стол небольшой свиток. Секретарь косо глянула на него, затем нервной рукой развернула свиток, быстро пробежалась по строчкам глазами, буркнула недовольно: «что за почерк, переписывать заставлю!», ударила по листу, поставив печать, после чего открыла большой сундук, достала увесистый кошель и передала его чародею вместе с документом.       — Вот, проверяй. Низкий уровень сложности, задание выполнено, дополнительные требования выполнены, награда — пять тысяч силей и тридцать талассов. Всё верно?       — Еще нейтрализовано два гоблина, и добыты редкие коренья. Вот, в отчете же написано. Карла посмотрела на чародея испепеляющим взглядом, поджала от недовольства сухие губы, медленно наклонилась к сундуку и, с кряхтением взяв еще мешочек, демонстративно бросила на стол перед посетителем.       — Награда — пять тысяч и пятьсот — выделила ударением. — силей. Достаточно?       — Достаточно. И «Сизигия» хотела бы оформить заказ на исследовательскую миссию, вот запрос от гильдмейстера. — передал карточку.       — Да что ж такое! — всплеснула руками. — Только и успевай вам миссии выдавать! Передай Корделию, что авантюристы вам не мальчики на побегушках! Продолжая ворчать, Карла достала пустой лист и, сверяясь с карточкой, начала быстро заполнять форму. Через пару минут поставила печать и показала бумагу чародею.

[МИССИЯ]

В руинах шахтерского городка Киркчан наблюдается подозрительная активность, возможно — стая гоблинов. Исследуйте область и устраните возможную угрозу.

УРОВЕНЬ СЛОЖНОСТИ:

— II —

☆☆☆☆☆

МИНИМАЛЬНЫЕ ТРЕБОВАНИЯ:

От 13-го уровня, базовое вооружение и снаряжение

ДОПОЛНИТЕЛЬНО:

Горные гоблины могут отличаться относительно высоким интеллектом

ЗАКАЗЧИК:

«Сизигия»

НАГРАДЫ:

6250 силей и 65 талассов

      — Всё, доволен?       — Доволен. — процедил. — До свидания. Этельстан ушел, и секретарь бросила ему вслед: «тьфу, черт!». Вернулся к Мэлори, до сих пор с интересом рассматривающему доску объявлений.       — Смотришь список миссий?       — Так, просто интересно. А что это за список имён? И твоё на самом верху.       — Лучшие авантюристы недели. — бросил коротко, отвернувшись.       — А ты разве не из алхимиков? — спросил Мэлори, не заметив хмурого взгляда и скрещенных на груди рук.       — Можно зарегистрироваться в разных гильдиях. Хочешь вступить к авантюристам?       — Ой, не-не-не! — запротестовал, замахав руками. — Авантюры — точно не для меня, я же без удачи. Я даже товарищу Кондрату не смогу помочь.       — Кондрату? Ты о чем?       — А вот же, висит: «ищу собутыльника, конюх Кондрат».       — … Опять он это здесь повесил. — резко сорвал объявление и, скомкав, сунул в свой карман.       — Оу… значит, такое здесь нельзя вешать?       — Заказной лист заполняется по форме, а такое — нельзя. Пойдем. Вышли на улицу. Этельстан указал Мэлори на один из мелких фонтанчиков, разбросанных по улочкам, — прошли к нему и сели прямо на бортик.       — Ого, вечер уже. — пробормотал Мэлори, подняв глаза на темнеющее небо. — А где я буду спать? Глава гильдии говорил что-то про временное жилье.       — Тебе ведь выдали карточку жителя? Открой на третьей странице. Вот, смотри: третий дом на… улице Лапуха. — вдруг осёкся, чуть нахмурившись. — Господин Корделий определил тебя в этот дом?       — Ну… да? Он просто дал документы. Что-то не так?       — Не то чтобы… Ладно, пойдем, я провожу. Мэлори в который раз покорно последовал за своим проводником. А город начинал засыпать: зажигались высокие фонари с магическим огнем, потихоньку закрывались лавочки и ставни, вспыхивали окна в домах. Иномирец поймал себя на мысли, что Симбельмейн напоминал ему совершенно обычный город из реального мира, только более уютный и ухоженный на вид. Фантазировал, каким окажется временное жилье, предоставленное ему гильдией. Надеялся хотя бы на скромный домик: небольшой, аккуратный с садиком под окном. Правда, всегда мечтал о домике на утёсе у моря, но и в черте города пойдёт. Однако на улице, куда привёл его чародей, не оказалось ничегоа, похожего на дом его мечты: только четырёхэтажный домище из дерева и камня с выступающими балконами на стенах.       — Это… мой дом?       — Это общежитие для новичков. Не стесняйся, идём Этельстан провёл его по идеально вычищенной дорожке к гладким, без зацепки, дверям. Постучал. Из открывшегося окошка высунулся один глаз, распахнутый до предела, как шарик.       — Пароль. — проскрипел неприятный голос.       — «Дифференциальный интеграл». Мэлори ошарашенно вскинул брови: это что за общежитие с таким паролем?! Дверь с лязгом отворилась, и в нос ударил сильный запах старой краски, хозяйственного мыла и чего-то химического. Всё внутри казалось стерильным: до блеска начищенный пол, минимум мебели, бледно-желтые стены, — ни намека на уют. Мэлори почувствовал себя крайне некомфортно, но промолчал. Чародей прошел к какой-то каморке, напоминающей стеклянный короб, и постучал, — из окошка выглянула неприятного вида женщина с жиденькими грязно-рыжими волосами и квадратным лицом с тяжелым подбородком (подбородками). Незнакомка враждебно зыркнула на обоих своими собачьими глазками.       — Здравствуйте. — начал Этельстан. — Это Мэлори, иномирец. Он будет…       — Ещё один! — перебила женщина, разинув рот. — Нет уж, хватит с меня этих ваших вот этих! Только что полы помыли, а тут опять! Я и так и так всё стираю за вами, обглодышами, вот этими своими ручками золотыми…       — Хватит! — вдруг повысил голос. Мэлори подпрыгнул от неожиданности, впервые увидев спутника в таком состоянии: глаза вспыхнули яркими пурпурным пламенем, и тень, сгустившись, разрослась и накрыла каморку черной волной. Незнакомка вжалась в свою жесткую табуретку и закрыла голову руками.       — Мэлори определил к вам глава «Сизигии»! И он будет здесь жить! Немедленно выдайте ему ключи! Женщина подскочила и начала судорожно перебирать ключи, висевшие на настенной ключнице. Пыхтела и кряхтела, роняя связки на пол и бросая на чародея затравленный озлобленный взгляд.       — А в-в-вот орать мне тут не надо, не надо! Д-д-думает, ему всё можно, раз глава обхаживает! — бросала пискливо. — А документы?! — опомнилась. — Документы у него есть?!       — Вот!       — Тьфу, зараза! Ладно, нате, подавитесь! — нервно кинула на столик ключ на цепочке с номерным брелоком. — Заселяйся, второй этаж, комната 13! Но смотри у меня, приходить после десяти запрещено! шуметь после десяти запрещено! ногами своими мне по полам шаркать запрещено! Баня открывается только в семь утра и семь вечера! Постельное получишь у завхоза на четвертом этаже вторая дверь слева! — женщина заплевала едкой слюной всё стекло перед собой. — Э, а чародей куда собрался? Ты в общежитии не числишься!       — Я провожу Мэлори на этаж. — отчеканил сквозь зубы.       — А у него ног своих нет? Не пущу, сказала! Хоть режь, не пущу! Знаем мы ваших, только пустишь, так везде нагадите! Этельстан дернулся вперед, и женщина спряталась под стойку, — Мэлори перехватил его за плечо и остановил, крайне смущенный и немного напуганный.       — Да ладно тебе, не переживай, я сам дойду, правда!       — Точно? Уверен?       — По крайней мере, я постараюсь. — робко улыбнулся. — Спасибо, что проводил.       — Не за что. — буркнул Этельстан. Рыжая женщина подглядывала за ними из-под стола, бегая глазёнками. Чародей еще постоял немного, молча, затем было развернулся, чтобы уйти, но Мэлори вдруг окликнул его:       — А мне можно обращаться к тебе за помощью?       — Ко мне? За помощью? — растерянно моргнул.       — Ну, да. Я в городе никого не знаю, кроме лекарей, а ты очень дружелюбный.       — Можно. — пробормотал. — Я живу за городской стеной, под восточной башней. Если придешь, зови. За городской стеной… Чародей быстро ушел, оставив спутника в недоумении. Женщина высунула голову из-под стола и свистом позвала нового жильца.       — Эй, задохлик! А что это ты с ним водишься?       — А с ним что-то не так? — насупился.       — Да как что? Он же прокаженный! Все в городе знают, скверная у него душонка. Это вертихвост Корделий притащил его с проклятого вулкана, говорят, прям из пропасти вытащил. Говорили ему не трогать проклятый народец, а он опять по-своему! Самодур ряженый. Мэлори сильно нахмурился и сжал кулаки, почувствовав приступ неконтролируемого отвращения к этому рыжему существу.       — Ну, знаете! — отмахнулся брезгливо. — Я пойду заселяться.       — Ой, иди-иди! Вот помянешь добрую Анну Ивановну, когда это бес из тебя душу вынет! Иномирец нервно зашагал к лестнице и получил в спину визгливое: «по полу не шаркать!». Поднялся на второй этаж, начал осматриваться. Внешний вид общежития, мягко говоря, не создавал впечатление чего-то сказочного: гладкие зеленоватые стены, решётки на окнах, голый пол. Глухая тишина. На каждом углу кричащие таблички: «ВЕДЕТСЯ НАБЛЮДЕНИЕ!». Это что, психушка?.. Мэлори шёл осторожно, с опаской оглядываясь по сторонам, и смотрел на двери, ища номер. Вдруг в коридоре появился человек: шёл странной походкой, то ли семенящей, то ли подпрыгивающей, дёргался, смотрел исподлобья, будто ожидая удара.       — Извините! — обратился Мэлори, когда незнакомец приблизился. — Можно спросить? Парень резко остановился и медленно, будто с усилием, повернул голову в сторону. Поднял руку и, сунув большой палец в рот, начал грызть желтый ноготь.       — Я… Ищу комнату 13. Это в каком крыле? Веко у парня задергалось, и он, вжав голову в плечи, быстро засеменил вперёд, всё время оглядываясь на Мэлори через плечо и продолжая жевать свой палец. Охренеть… Пришлось идти дальше наугад. К счастью, нужная дверь нашлась вскоре. Мэлори нехотя поднял руку и постучал.       — Извините, я новый… жилец, получается. Меня определили в комнату 13. Через минуту дверь со скрипом приоткрылась, и в щелке появился покрасневший глаз, затем на пороге появился невысокий парень с целой россыпью красных воспаленных прыщей. Обитатель комнаты пригладил сальные волосы и вытер руку об штанину.       — К нам определили?       — Да, вот мой ключ.       — Заходи. — мотнул головой. Мэлори заставил себя переступить порог комнаты и поморщился, ощутив кислый душный запах пота, грязи и чего-то еще, не менее отвратительного, будто приправа из лапши быстрого приготовления за 10 рублей. Увидел ещё двух парней, стоявших у косяка: один из них чесал косматую голову, сбивая волосы в еще большие колтуны, а второй ковырялся пальцев в ухе. Вся троица, одетая в одинаково висевшие на них рубашки и брюки, вышли вперед и встали перед Мэлори полукругом, как на допросе.       — Как зовут? — спросил покрасневший глаз.       — Мэлори.       — Местный или иномирец?       — Иномирец.       — А откуда?       — Россия.       — А почему имя нерусское взял?       — Ну… меня так жрица назвала. Парни вдруг начали фырчать и сопеть, как суслики или хомяки, — судя по всему, так звучал их смех. Один судорожно почесал затылок, а другой стал ковыряться в носу. Мэлори скривил губы от отвращения, но сдержался.       — А ты бабу послушал? Дебил, что ли? Надо было отказать. Мужик всегда прав!       — Да-да, — подхватили двое. — мужик прав!       — Но да ладно. Я Артём, — покрасневший глаза схватил его руку жирными пальцами и потряс. — а это Никита и Олег. Нас переехала маршрутка. Просто *** Ради интереса Мэлори открыл программу и посмотрел на характеристики предводителя компании. Статы оказались… мягко говоря, неутешительными:

[ᴀᴩᴛёʍ]

Иномирец

Уᴩоʙᴇнь [1], Рᴀнᴦ [Х]

ᴄиᴧᴀ [59]

ᴧоʙᴋоᴄᴛь [1]

ʙыноᴄᴧиʙоᴄᴛь [24]

здоᴩоʙьᴇ [1369 (♥♥♥)]

инᴛᴇᴧᴧᴇᴋᴛ [средний]

ʍᴀнᴀ [0]

уᴩон [+0]

удᴀчᴀ [1 сегмент]

хᴀᴩизʍᴀ [-10]

ᴩᴇйᴛинᴦ [1.0✩ (89 оценок)]

2+ / 87-

ᴩᴇᴨуᴛᴀция [ужасная]

      — Твоя кровать тут, в углу. — объявил Артем. — Правила комнаты: еда общая, но никакого мяса и пищи животного происхождения. И без молока. Кофе не пить, только чай. Воду брать только с водокачки во дворе. Подъем в шесть утра, делаем зарядку.       — Завтрак, обед и ужин по расписанию. — продолжил Никита. — Если опоздал — не ешь. Волосы обрезать, нам тут нефоры не нужны.       — А вечером играем в шахматы и читаем Ницше. — добил Олег.       — Всё запомнил? — спросил Артём. Мэлори смотрел на них, выгнув бровь. Мозг кипел, отчаянно пытаясь обработать поступивший шквал информации и найти подходящий ответ. Как вообще реагировать на три пугала, пытающихся построить диктатуру в условиях одной комнаты?       — … Допустим.       — Хорошо. Садись сюда, на табуретку, будем решать неоднородное дифференциальное уравнение в частных производных третьего порядка.       — Эм… я, пожалуй, откажусь. Не понимаю математику.       — В смысле? — Артем нервно поправил огромные очки.       — Ну, у меня всегда была тройка по алгебре. Я вообще гуманитарий. И снова хомячье хихиканье. Артем скрестил костлявые руки на груди и посмотрел на нового соседа с таким уничижением, будто на муравья.       — Гуманитарий? А вы реально боитесь «ихнего» и «евонного»?       — «Одел» ещё, хи-хи!       — И «ложить»!       — Да нет, мне все равно. — пожал плечами Мэлори. — Говорите как хотите.       — Да-да, конечно. Мы ваших знаем. Ладно, над убогими не смеются.       — Это я-то убогий?       — Ну, не я же! — почесал прыщавый подбородок с жиденькой щетинкой.       — А ты себя-то давно в зеркале видел, чума немытая? — терпение лопнуло. Лицо у Артема перекосило, и в глазу лопнул очередной капилляр. Вся троица перешла на неразборчивый визг: слюна полетела во все стороны, и жилки на висках надулись от крика. Мэлори грешным делом решил, что эти упыри его в слюне утопят или учебниками по квантовой физике забьют. И как бороться с тремя худощавыми телами ростом метр с кепкой, которые, очевидно, сейчас не могли и не собирались вести адекватный диалог? Мэлори сунул руку в карман и нащупал флакон с антисептиком, который ему между делом дала Тиндомиэн, — выхватил, открыл и плеснул в троицу. Товарищи, очевидно не бравшие в руки чистящие средства с бородатых времен, заверещали еще громче и, упав на пол, начали биться в конвульсиях, будто антисептик разъедал их заживо. Иномирец перепрыгнул через костлявые калачики и, вылетев из комнаты, оказался в натуральной хоррор-игре: все двери в коридоре открылись, и из комнат высунулись одинаковые грязные головы с прыщавыми лицами. Из-за косяков полезли длинные худые руки с кривыми желтыми пальцами, так и норовившиеся схватить его. К счастью, в кармане нашелся и кусочек мыла, — Мэлори выставил его перед собой, как распятие.       — Успокоились, вурдалаки! «Вурдалаки» зашипели, оскалив кариозные зубы, и уползли обратно, освободив путь. Иномирец бросился вперед и, сбежав вниз по лестнице, нарвался на уже знакомую ему рыжую Анну Ивановну: женщина перегородила дорогу и, встав перед дверью, выставила швабру на манер алебарды.       — После десяти из общежития не выходить! Мэлори хотел отбежать в сторону, но наткнулся на невидимый барьер. Вдруг зазвучала громкая воинственная музыка, и перед глазами вспыхнула огромная табличка:

[! ИСПЫТАНИЕ НАЧАЛОСЬ!]

АРЕНА:

Общежитие №3

БОСС:

Анна Ивановна, Верховный Комендант

УРОВЕНЬ БОССА:

69

УРОВЕНЬ СЛОЖНОСТИ:

— III —

☆☆☆☆☆

ДОПОЛНИТЕЛЬНО:

Анна Ивановна — крайне опасное существо. Отличается мизантропией и отсутствием сочувствия. Особую ненависть питает к блондинкам с лиловыми рюкзаками. Не вступает в прямой бой, предпочитая бить исподтишка. Звуки шарканья по полу наносят значительный урон нервной системе объекта.

НАГРАДЫ:

возможность жить дальше

      — … Это еще что такое?! — выпалил Мэлори.       — Сказала, после десяти выходить нельзя! Обратно не пущу!       — Да я обратно и даром не вернусь! Выпустите!       — Не пущу! Мэлори повернулся спиной, — и в этот момент Анна Ивановна со свистом взмахнула шваброй.       — Вы чего деретесь?! Увидев отсутствие сопротивления, Анна Ивановна замахнулась снова и ударила наотмашь, но промазала и разбила горшок с вялым фикусом.       — Казенное имущество! — завопила. — Платить будешь! Удары посыпались один за другим, разбивая горшки, ломая полки, в общем, уничтожая то самое казенное имущество. Иномирец бегал кругами, уворачиваясь от разъяренной женщины и полинялой швабры. Бросился в дверь с табличкой «ГАРДЕРОБ НЕ РАБОТАЕТ» и, схватив с вешалки куртку с кривой нашивкой «НИКИТА», швырнул её на влетевшую следом женщину: ткань упала на рыжую голову и временно дезориентировала.       — Поднимите мне веки! — закричала. — Нюра, спасай! Зови Таньку!       — Анют, ты что кричишь? — над головой раздался тяжелый хриплый бас. Мэлори вздрогнул и, медленно обернувшись, увидел перед — точнее, над, — собой огромную фигуру под два метра в высоту (причем, в ширину — тоже). Ослеп от яркости ядовито-зеленого фартука из габардина в горошек, растянутого по напоминавшему гусеницу туловищу, и едва не задохнулся от невероятно резкого запаха дешевых духов. Закашлялся и попытался прошмыгнуть мимо, однако попался в ловушку чужого жира. Так называемая Нюра схватила его за шиворот и подняла над полом с очевидным намерением выдавить чужие глазницы, — и вдруг отбросила в сторону двери, зашипев, будто сунула руку в раскаленную печь.       — Куртка без петельки! Не приму! Пришивайте петельку! Мэлори упал прямо на Анну Ивановну и отскочил от нее, как от батута, — свалился на пол и торопливо выполз из гардеробной. Оказавшись в зале, вскочил на ноги. Следом выбрались и противники. Иномирец оказался один на один с тремя (третья вылезла из служебной каморки) женщинами: Анной Ивановной во главе, Нюрой слева и, судя по всему, Танькой справа. Женщины надвигались на сжавшуюся фигурку одним большим исполином с тремя головами, и шесть их рук двигались как змеи.       — Нарушаем комендантский час? — прошипела первая голова.       — За бардак в гардеробе будете платить! — взвизгнула левая.       — Понаумирали тут! Надежды не осталось. Мэлори вжался спиной в стену, пытаясь осознать, в какой момент его история о перерождении в новом мире превратилась в какую-то несуразную битву с тремя стереотипными тетками. Видимо, здесь эта история и закончится: в углу, под десятками килограмм жира в габардине. И, как всегда бывает, в последний пришло озарение: Мэлори поднял ногу и изо всех сил начал шаркать по полу, с особым пристрастием царапая покрытие. «Гидра» заверещала и отступила назад.       — Сказано было, не шаркать по полу!       — Дорогое покрытие!       — За свои деньги менять будешь! Но Мэлори не отступал и продолжал отчаянно бороться за свою жизнь и уничтожать пресловутое казенное имущество. Женщины вопили и хватались за головы, рвали на себе волосы и кричали что-то о возмещении убытков, но иномирец не знал жалости. Наконец, когда противники уползли в свою каморку, раздался торжественный аккорд, и появились плашки:

ноʙоᴇ доᴄᴛижᴇниᴇ!

[нᴇᴧьзя ᴨᴩоᴄᴛо ᴛᴀᴋ ʙзяᴛь и ʙыᴄᴇᴧиᴛьᴄя из общᴇжиᴛия]

одоᴧᴇйᴛᴇ ʙᴇᴧиᴋую ᴦидᴩу

[! ИСПЫТАНИЕ ЗАВЕРШЕНО!]

! УСПЕХ!

СТАТУС БОССА «Анна Ивановна, Верховный Комендант»:

повержен

НАГРАДЫ:

опыт: 1500 очков

Мэлори не стал дочитывать высветившийся текст и, отмахнувшись от экрана, выбежал на улицу. Свежий воздух отрезвил, — даже голова немного закружилась. Тяжело дыша, повалился на скамейку, но, увидев в окнах проклятого общежития множество лиц с огромными очками, вскочил на ноги и улетел прочь, подобно комете, судорожно крестясь. Так Мэлори и оказался один на вечерней улице, совершенно ему незнакомой. Присел на бортик небольшого фонтана. Летняя ночь в Симбельмейне оказалась теплой. В светло-синем небе мягко мерцали белые икринки звезд, и приятно шуршали деревья вдоль улочек. Город потихоньку засыпал: голоса звучали тише, людей становилось меньше, и окна гасли один за одним. Удивительно, но Мэлори не ощущал страха. Нет, общежитие №3, разумеется, оставило в душе неприятный осадок, но здесь, на фонтанчике… уютно? Да, именно так. И всё же, спать на улице не хотелось от слова совсем. Куда же податься? Точно, Этельстан, — говорил что-то о восточной башне и доме за городской стеной. Мэлори открыл программу и, пролистав несколько страниц, нашел встроенную карту города с местоположением пользователя, отмеченным на рисунке курсором. Сверяясь с изображением, прошел пару кварталов, — общий путь занял примерно полчаса. Карта вывела к городской стене, — стоявший на карауле у небольших ворот страж, услышав имя чародея, пропустил иномирца в арку и велел идти вдоль стены направо. Следуя указанию, Мэлори вышел из города, прошел немного и остановился, когда на карте появился небольшой прямоугольник, очевидно, изображавший дом. Осмотрелся вокруг — ничего, кроме наполненного стоячей водой рва и пролеска. Около десяти минут иномирец бродил вокруг в поисках чужого жилища, но так ничего и не нашел. Удрученно вздохнул, от досады пнув спускавшуюся сверху трубу, отчего та громко загудела, и присел на камень. Так прошло пять минут.       — Мэлори? — послышалось откуда-то сверху. Иномирец вскинулся и огляделся по сторонам, но никого не увидел. Поднялся на ноги и обернулся вокруг своей оси — всё равно никого.       — Я здесь, наверху. Подняв взгляд, Мэлори опешил. Дом чародея обнаружился… над ним: буквально вмонтированный в серый камень, он будто рос прямо на стене, как гриб на стволе дерева. С землей его связывала только та самая труба.       — Этельстан? Ты… живешь здесь?       — Да. Это ты стучал по трубе?       — О… прости. Я не заметил, что она твоя.       — Что-то случилось?       — Тут… долгая история. Можно я посижу у тебя немного? Этельстан кивнул и, взмахнув рукой, проложил с земли к крыльцу магическую лестницу. Мэлори осторожно, прижимаясь к стене, поднялся по сотканным из тумана ступеням и вошел в открытую дверь. Профессиональный нюх бариста, раздраженный вонью общежития, уловил приятный аромат сушеных трав, чая и старых книг, — Мэлори даже вдохнул глубже, прикрыв глаза. Сделал шаг и тут же споткнулся обо что-то, валявшееся на полу.       — Прости, у меня тут бардак. — смущенно извинился Этельстан. — Корделий называет мой дом берлогой из-за этого.       — А магией нельзя убраться?       — В теории, можно, но руки никак не доходят. Тебе неудобно?       — Нет, это я так, просто спрашиваю. У меня в прошлой жизни тоже был творческий беспорядок. Переступая через множество разных вещей, Мэлори шел за хозяином дома. Вошел следом в большую комнату, залитую ночным светом, поднял голову и оторопел, увидев вместо потолка сплошной стеклянный купол.       — Вау…       — Если свет мешает, могу прикрыть.       — Не-не-не, не надо! Так… красиво. — пробормотал завороженно. — Ты тут живешь?       — Живу. Занимаюсь астрономией. Наблюдаю за звездами.       — А, то есть, астроном?       — Вроде того. Я звездочет. Этельстан замолк и неловко поправил тонкие наручи на руках. Попытался незаметно поправить разбросанные по столу флакончики, — так бессмысленно при всём бардаке.       — В общежитии что-то случилось? — спросил осторожно.       — Что-то, ага! — всплеснул руками, очнувшись. — Это жесть какая-то! Я нашел комнату, захожу, а там три чучела: страшные, прыщавые, и такой белиберды наговорили… Я от них мылом отбивался, мне Тиндомиэн дала. Мыло дала. А потом выбежал на вахту и… я, может, чего не понимаю в вашем мире, но на меня накинулась вахтерша!       — Накинулась? А табличка никакая не появлялась?       — Появлялась! Вот такенная! И надпись: «Испытание началось». А я ничего не нажимал!       — … Понятно. Видимо, ты попал на случайное испытание. Так бывает.       — Нифига себе, бывает! А если я возле дерева что-то активирую, меня бобры атакуют?       — Не исключено… Мэлори вскинул брови. Просто замечательно: он оказался со своим сверхневезением в мире, в котором даже обычный бобр может оказаться 100-уровневым боссом.       — Расстроился? — Этельстан заметил его угнетенное состояние.       — Немного. — вздохнул.       — А после окончания испытания была табличка?       — Было что-то, но я пролистнул.       — Могу я посмотреть? Тебе могли выдать награды. Спасибо. Нажми сюда. Вот, видишь? Тебе начислили тридцать талассов и три тысячи силей.       — За что? За то, что сбежал?       — За то, что выжил в битве.       — Да какая битва, в самом деле! Меня вахтерши чуть не прибили.       — Не прибили ведь, в этом суть. Завтра нужно будет зайти к авантюристам и получить награду.       — Так я ведь не авантюрист.       — Но их гильдия занимается такими делами, и все награды выдает их бюро.       — Голова пухнет…       — Может, ты хочешь отдохнуть? — спросил сочувственно. — Поесть?       — А можно? Неудобно как-то…       — Не волнуйся, я ведь обещал помогать. Правда, у меня почти ничего нет, только чай. Чародей открыл перед ним дверь, и Мэлори увидел простую кухоньку, завешанную пучками сушеных трав и пергаментами с алхимическими символами. В углу располагалась небольшая печь, уже потухшая, а напротив стояла тумба, доверху заваленная грязной посудой. На столе не оказалось ни одного свободного места: весь заставлен колбами и странными приборами. Пробираясь к стулу, Мэлори споткнулся и чуть не завалился в бардак.       — У меня есть… — Этельстан открыл высокий шкаф и пробежался удрученным взглядом по полупустым полкам. — Хлеб. И яйца. Прости, я обычно ем в таверне.       — Понимаю. — кивнул, вспомнив свои славные студенческие годы и беглые завтраки в буфете. — А гренок не хочешь?       — А это что?       — Хлеб в кляре. Если хочешь, могу быстро пожарить. Этельстан опомниться не успел, как Мэлори начал хозяйничать на его кухне: вымыл несколько мисок и вилок, быстро приноровившись к местному водопроводу. Поставил сковородку на печь, и попросил чародея разжечь угли. Намесил кляр, разрезал булку и обмакнул ломтики в яичную смесь. Принялся жарить гренки. К запахам трав быстро примешался пряный аромат жареного хлеба.       — Ты любишь готовить? — спросил Этельстан, с интересом наблюдая за его неожиданно ловкими движениями.       — Ну, я же один жил, пришлось учиться. Потом в кофейнях работал, приходилось готовить. С молоком, конечно, получилось бы лучше, но и так должно быть вкусно. Вот, попробуй. Только осторожно, горячо. Этельстан внимательно осмотрел золотистый хлеб, — не с подозрением, а с удивлением, скорее. Осторожно поднял кончиками пальцев и надкусил, — пропитанный кляром хлеб растаял во рту. Вскинул брови от удивления. Укусил еще раз. Замычал от удовольствия.       — Ну, как?       — Это… вкусно! Очень!       — Ну, слава богу. — выдохнул. — Бери еще. А чай можно заварить? Звездочет кивнул, принявшись за второй кусок, и Мэлори взялся за котелок: набрал чистой воды и поставил на огонь. Взялся за банку с чаем и понюхал сухие листья: каркаде. В голове бариста тут же возникло несколько способов приготовления такого чая. Пробежался глазами по банкам и коробочкам со специями, поискал, перебрал, нашел палочку корицы и сухую корку апельсина. Взял ступку и перетер находки каменным пестиком. Высыпал получившийся порошок в уже вскипевшую воду и тщательно размешал. Хотел по привычке перелить напиток в шейкер и потрясти, но быстро опомнился. Разлил чай по кружкам и поставил перед чародеем.       — Вот, чай. Не самый лучший вариант, но всё же.       — Спасибо. Этельстан сделал глоток и замер. Напиток разлился по языку таким приятным вкусом, что описать трудно. Пряный, в меру сладкий, с идеальными пропорциями. Кровь ударила в щеки, и глаза защипало.       — Эй, ты чего? — забеспокоился Мэлори. — Слишком горячо? Так ты подуй! Прости, надо было на окно поставить…       — Нет, всё в порядке. — стыдливо протер глаза кулаком. — Просто… очень вкусно. Ты колдун, что ли? — просипел.       — Да нет, я бариста… Мне и на работе говорили, что у меня очень вкусный чай получается.       — Не соврали. Мэлори поднял глаза на чародея и вдруг виновато улыбнулся, увидев что-то в свете очага.       — У тебя это… тушь потекла. Этельстан растерялся. Посмотрелся в висевшее рядом зеркало. Помрачнел и быстро стер рукавом темные подтеки с белого лица.       — Это сурьма. — бросил угрюмо, однако не смог сдержать улыбку. Мэлори повернул голову вбок и глянул в окно. Прищурился, заметив на улице необычное мерцание.       — А что это там? — кивнул в сторону. Чародей проследил за его взглядом. Поднялся и, позвав за собой, открыл дверь на незастекленный балкон. Молодые люди с кружками вышли наружу и, встав у резных перил, посмотрели вверх. Застыли на месте, будто очарованные, — со светло-синего неба сыпались сверкающие огоньки, оставлявшие за собой длинные полоски света. Неслись по косой и скрывались за горизонтом.       — Часто у вас так? — пробормотал Мэлори.       — Бывает иногда. — тихо ответил Этельстан. — Хочешь загадать желание?       — Даже не знаю… А какое? Не умереть опять от своего невезения? Вдруг реально бобр.       — Звучит, как тост, кстати.       — «Не умереть по-тупому»?       — Именно. — протянул свою кружку. Мэлори задумался. Не умереть от невезения в новом мире? И правда, звучит как тост. Улыбнувшись, Поднял кружку и аккуратно стукнул дном чужую, чокаясь. От удара стекло тут же лопнуло, и чай вместе с донышком полетел вниз, а руке иномирца осталась только ручка. Мэлори замер, с каменным лицом глядя на свою руку.       — … Я куплю тебе новую кружку.       — … Да ладно уж. Бывает.