Моя золотая кровь: твоя кровь, моё дыхание

С самого первого дня, когда Тонг проснулся и обнаружил, что стол накрыт пышно, словно он на банкете. Марк никогда больше не заказывал еду столь обильно. Вместо этого он выбирал блюда, которые, как он думал, Тонг никогда не пробовал на завтрак, поскольку он всегда выходил из своей комнаты позже, чем тот, кто никогда не спал. Для других приемов пищи он всегда спрашивал его мнение. Однако с тех пор, как несколько дней назад произошел необъяснимо напряженный инцидент в спортзале, между ними снова возникла дистанция, напоминающая о их неблизких отношениях. Если раньше Марк был немногословным человеком, то теперь он был еще более сдержанным. Сначала Тонг был готов быть несколько терпимым к перепадам настроения старика, но со временем он понял, что, по сути, разговаривает с возвышающейся кирпичной стеной, делая усилия совершенно бессмысленными. В конце концов, в пентхаусе стало так тихо, что это было похоже на жуткое затишье перед надвигающейся бурей. Звук приближающихся сзади шагов, за которым последовал тихий щелчок закрывающейся двери, заставил Тонга перевести взгляд с экрана телевизора на высокую фигуру, которая теперь стояла в комнате. Одетый в черную рубашку на пуговицах и соответствующие брюки, Марк в обычном монохромном наряде оставался неизменным. Однако сегодня его аккуратно уложенные волосы и отчетливый запах одеколона, витавший в воздухе, выделяли его. Когда он остановился недалеко от дивана, на котором сидел Тонг, поток вопросов заполнил разум молодого человека — куда он собирался пойти? Но боль от того, что его холодно игнорировали в течение последних нескольких дней, держала губы Тонга запечатанными. Их глаза встретились в молчаливой битве, ни один из них не желал отступать. Однако, неожиданно, именно обычно непреклонный вампир вздохнул первым. Марк изучал надутое лицо молодого человека с забавным зудом в пальцах — у него внезапно возникло желание протянуть руку и ущипнуть за эти мягкие, гладкие щеки. Но он только что восстановил контроль над собой, и боялся, что даже малейшее прикосновение разрушит его снова. «Я собираюсь на работу», — сказал Марк, и его тон создавал впечатление, что он говорил в пустоту, а не обращался к Тонгу напрямую. Однако, это только заставило молодого человека с подозрением сузить глаза — он не совсем поверил в это. «Тебе все еще нужно работать?» В течение последних двух недель было очевидно, что Марк живет довольно праздно, до такой степени, что Тонг предположил, что у него нет работы, как у обычного человека. И теперь его вопрос, судя по тому, как дернулась бровь Марка — как старик, понимающий, что ребенок только что указал на его седые волосы. «Обычно я работаю в центре. Я даже видел тебя там, когда ты выполнял свою работу по обслуживанию. Но в последнее время мне прихолось оставаться здесь, чтобы заботиться о тебе, поэтому я не мог ходить туда», — объяснил Марк, хотя он не был уверен, зачем он вообще утруждал себя разъяснениями. Он просто не хотел, чтобы у Тонга сложилось неправильное представление о нем. «Так это значит... тебе больше не нужно за мной присматривать, да?» «Мне просто нужно заняться некоторыми делами по работе», — ответил Марк, словно пытался оправдаться, что вынужденное отсутствие было не актом пренебрежения Тонгом. Просто сегодняшняя работа была неизбежна. «Ты... можешь позаботиться о себе?» «Да...» Тонг нерешительно кивнул, прежде чем снова обратить внимание на телевизор, где показывали документальный фильм о дикой природе. Он видел его так много раз, что уже знал, что через несколько минут король джунглей набросится на ничего не подозревающего маленького оленя, мирно щиплющего свежую травку. «Если тебе что-то понадобится, просто позвони или напиши мне». Когда они только начали жить вместе, Марк уже сохранил свои контакты в телефоне Тонга. Но поскольку они постоянно были вместе, никогда не возникало необходимости ими пользоваться. «Нет, спасибо. Холодильник полон, и ты только что попросил тетю Ван принести больше припасов. Я, вероятно, мог бы остаться здесь еще на месяц — или, по крайней мере, пока мне не исполнится двадцать один», — равнодушно сказал Тонг. Но если внимательно прислушаться, его слова были полны сарказма. «Тетя Ван сегодня не придет», — внезапно указал Марк на то, что Тонг уже знал. Молодой человек наконец отвел взгляд от экрана, встретившись взглядом с Марком. В отличие от того что было раньше, его выражение лица больше не казалось таким отстраненным. «И?» «Оставлять тебя здесь одного… кажется немного опасным». Тонг прищурился, не понимая, к чему клонит Марк. До сих пор Марк никогда не был тем, кто говорил неопределенно. Если он злился, он показывал это. Если он предупреждал кого-то, он ясно давал понять. И если ему приходилось критиковать, он не стал бы приукрашивать. Но теперь, когда эти острые глаза метались между ним и полом, Тонг не мог понять, в каком настроении был старик. «Ты... хочешь пойти со мной?» «А?» Он был похож на брошенного щенка с опущенными ушами и поджатым хвостом, который внезапно оживился от волнения только потому, что его хозяин предложил вывести его на прогулку. Яркость миндалевидных глаз Тонга невозможно было не заметить. «Я могу пойти?» «Но нам, возможно, придется держаться ближе, чем на расстоянии вытянутой руки. Ты не против?» Выход на публику означал, что Марк должен быть еще более осторожным, чем обычно. Если Тонг будет рядом, его будет легче защитить. «Нет проблем!» Тонг вскочил с дивана, его настроение мгновенно поднялось, он отбросил все личные правила, которые он для себя установил. «Подожди здесь, я очень быстро переоденусь!» Марк наблюдал, как молодой человек вбежал в свою комнату, уголки его губ слегка смягчились. Вспоминая свое поведение за последние несколько дней, он почувствовал тихий укол вины. Он не мог заставить себя произнести эти слова вслух, опасаясь, что это может снова заставить Тонга настороженно относиться к нему. Прямо сейчас, единственный способ, которым он мог преодолеть растущую дистанцию ​​между ними, было немного побаловать его. Побывав в Центре антивозрастной медицины раньше, будучи студентом программы обслуживания, Тонг никогда не привлекал особого внимания. Но идти рядом с Марком, который теперь носил темные солнцезащитные очки, как будто намеренно избегал зрительного контакта с окружающими, было совершенно другим опытом. Если уж на то пошло, то солнцезащитные очки только еще больше выделяли Марка. Одетый в свою обычную темную одежду, ростом почти 190 сантиметров и с отточенным суровыми тренировками телосложением, он, естественно, привлекал взгляды многих, как только они вошли внутрь. Тонг, не привыкший находиться под таким количеством любопытных взглядов, инстинктивно замедлил шаг, надеясь отдалиться от человека, который привлекал все внимание. Но Марк не собирался этого делать. Через мгновение он повернулся, его выражение лица было скрыто за темными линзами, но Тонг уже знал, что в его взгляде должен быть намек на неодобрение. «Иди рядом со мной». Тонг подчинился, но сделал лишь небольшой шаг вперед, за что получил недовольное ворчание от человека, отдавшего приказ. «Я же уже говорил тебе, не так ли? Нам нужно держаться рядом, когда мы снаружи». Тонг сморщил нос от острой памяти человека. В то время он согласился просто потому, что не хотел застрять в комнате на весь день, и решил, что Марк на самом деле не будет этого делать. Но теперь человек использовал это как предлог, чтобы держать его рядом. Не имея другого выбора, Тонг подошел и пошел бок о бок с Марком под любопытными взглядами нескольких сотрудников. Когда они проходили мимо, по коридору за ними следовали тихие шепоты. Тонг не мог разобрать каждое слово, но при помощи вампирского слуха Марк уловил каждое. «Кто это с Кхун Марком?» «Может, это его парень? Он никогда никого не приводил раньше». «Но он выглядит как-то знакомо… Я думаю, это был один из студентов, работающих здесь по программе обслуживания». «Не уверен, но они оба очень красивые». Лицо Марка оставалось таким же бесстрастным, как и всегда, но если присмотреться, можно было заметить слабый намек на ухмылку, играющую в уголках его губ, когда они проходили мимо стойки регистрации, где группа сотрудников с нетерпением собралась, чтобы посплетничать о нем и Тонге. Что именно ему понравилось? Комплимент его внешности? Или предположение, что Тонг был его любовником? Они остановились перед лифтом, который должен был доставить их на этаж руководителей, где находился офис Марка. Но, похоже, их прибытие уже заметила глава центра, потому что как раз в этот момент к ним подошла хорошо одетая женщина в строгом деловом костюме, и вежливо поклонившись заговорила. «Кхун Тара желает вас видеть». Марк слегка кивнул в знак признательности, прежде чем повернуться к молодому человеку рядом с ним, который моргнул, несомненно, задаваясь вопросом, была ли эта женщина также вампиром. «Подожди меня в кофейне», — приказал Марк. «Вы тоже, Кхун Тонг», — вмешался секретарь. «Кхун Тара просила встретиться с вами обоими». «Тонг тоже?» — удивленно спросил Марк секретаря Тары, прежде чем ответить тихим хмыканьем. Со всем, что произошло прямо под носом у женщины, ничто не могло ускользнуть от ее внимания. Он просто не был уверен, почему Тара хотела встретиться с Тонгом. «Кхун Тара... она твоя родственница?» — прошептал Тонг Марку, когда они стояли вместе в лифте. Он все еще помнил имя женщины, которая однажды пересекла его путь, предполагая, что она была той, кто предоставила ему и Тонкле стипендии. «Она наша благодетельница». Хотя ответ был не совсем ясен, лифт достиг своей цели заставив Тонга отбросить свое любопытство. Вскоре дверь в офис руководителя открылась, приветствуя их внутри. Женщина, которая владела офисом, сидевшая на длинном гостевом диване, быстро привлекла все его внимание. «Чай просто идеальной температуры», — сказал сладкий голос, когда стройная женщина приблизилась к Марку, приветствуя его теплыми объятиями вместо слов. Отстранившись, она быстро оглядела его, прежде чем обратить свой добрый взгляд на молодого человека. «Приятно познакомиться... Тонг». Услышав свое имя, Тонг неловко поднял руки в знак приветствия, все еще не понимая, откуда она вообще его знает. Если она знала его как студента-стипендиата, то это казалось маловероятным — в конце концов, он и Тонкла были не единственными, кто получил ее щедрость. Но у него не было времени слишком глубоко об этом думать. Ее взгляд, словно пронзивший его насквозь, вызвал дрожь по его позвоночнику. Это было почти подавляющим, но в то же время в нем было тепло, которое было странно успокаивающим. «Могу ли я взять твои руки на минутку?» Тара протянула обе руки перед ним ладонями вверх, ожидая. «Мои руки?» — нерешительно спросил Тонг. Тара кивнула с ласковой улыбкой, но Тонг все еще чувствовал себя неловко. Его глаза инстинктивно метнулись к Марку, словно спрашивая разрешения. Только когда Марк легко кивнул ему, он медленно и аккуратно положил обе свои руки на ее. Тара постепенно закрыла глаза, ее губы изогнулись в довольной, но веселой улыбке. Остальные обменялись озадаченными взглядами, не понимая, что происходит. Затем, медленным, осознанным движением, она снова открыла глаза, показав теплую, приветливую улыбку, которая заставила Тонга почувствовать себя расслабленно. «Большое спасибо, Тонг», - сказала Тара, слегка похлопав его по тыльной стороне рук, перед тем как нежно их пожать. «Тебе, должно быть, было нелегко, и в Первом доме, и... здесь». Тонг перевел взгляд с Тары на Марка, который стоял с опущенной головой, будто обремененный чувством вины за то, что втянул его во все это. Затем, повернувшись обратно к женщине, он выдавил легкую улыбку. «Все не так уж и плохо, на самом деле». «Просто подожди еще немного, Тонг. Всякий раз, когда появляется золотая кровь, когда луна сместится в небе, тогда мир... вернется». В тот момент, когда мелодичный голос Тары затих, Тонг невольно глубоко вдохнул, его грудь сжалась от беспокойства. Он не осмелился пошевелиться или даже убрать руки. Сначала ее голос был нормальным — просто слова подбадривания — но внезапно, он был как будто втянут в какой-то непостижимый поток мыслей, прежде чем она произнесла слова, которые он не мог понять. Он понятия не имел, что она имела в виду. Заметив его удивленное выражение, Тара широко улыбнулась и нежно погладила тыльную сторону его ладони, как будто чтобы успокоить его, как будто ничего странного не произошло. «Марк хорошо заботится о тебе? Он ведь не беспокоит тебя?» Тара потянула Тонга вниз, чтобы он сел рядом с ней на длинный диван, пока Марк устраивался на единственном стуле рядом. «Э-э...» Теперь, когда разговор перешел на высокого мужчину, сидящего напротив него, Тонг обнаружил, что на мгновение отвлекся от того, что только что произошло. Но что он должен был сказать? Жаловаться на Марка прямо перед ним? Кто посмеет? «Если он когда-нибудь сделает что-то, что тебя расстроит, просто скажи мне». «Правда?» Глаза Тонга тут же заблестели от разрешения, заставив Марка, который заметил радостное выражение со стороны, закатить глаза в раздражении. «Конечно». «В таком случае, если он когда-нибудь снова полезет ко мне, я приду прямо к вам, Кхун Тара!» — сказал Тонг, ухмыляясь. Тара усмехнулась и кивнула, явно удивленная. «Ты можешь этого не осознавать, Тонг, но ты очень важен для нас», — сказала Тара, ее взгляд был полон благодарности, когда она посмотрела на него. «Я искренне извиняюсь за то, что втянула тебя в эту историю с нами, вампирами». «Но это...» Тонг не понимал, за что она извиняется. В конце концов, золотая кровь, текущая по его венам, была просто фактом природы, судьбой или просто его собственным несчастьем. «В любом случае, ты уже поел? Я попрошу своего секретаря отвести тебя в кафе внизу. Я слышала, что у них очень вкусные пирожные», — сказала Тара, быстро сменив тему. Она позвала своего секретаря, который ждал снаружи, чтобы проводить Тонга. Одного этого было достаточно, чтобы молодой человек понял — Таре нужно было что-то обсудить с Марком наедине, что-то, что он не должен был слышать. «Жди меня в кафе. Я приду за тобой, как только закончу здесь», — сказал ему Марк. Тонг послушно кивнул, прежде чем последовать за секретарем Тары из комнаты. Две пары глаз провожали мальчика, пока он не вышел и дверь кабинета тихо не захлопнулась за ним. Затем Тара повернулась к мужчине, который говорил так мало. «У этого ребенка такое доброе сердце», — тихо сказала она. «Прошло много времени с тех пор, как я встречала кого-то подобного». «Да», — полностью согласился Марк. Но в глубине души была часть его, которая хотела поспорить — Тонг был не просто добросердечным, он был также невероятно упрямым. «Но именно такие люди, как он, самые хрупкие. Доброе сердце легче всего разбить». «Даже несмотря на то, что его кровь обладает самой мощной силой?» Брови Марка сошлись в напряжении. «Ты, как никто другой, должен понимать силу золотой крови... раз ты уже попробовал кровь Тонга, не так ли?» Тара все еще улыбалась, но для Марка это было далеко не обнадеживающе. «Мне жаль. Я не хотел», — пробормотал он, опустив голову от чувства вины. Ему было поручено защищать Тонга, но в итоге он причинил ему боль. «Я видела это в своем видении», — сказала Тара спокойным голосом. «И я знаю, что ты пытался сопротивляться. Я позвала тебя сюда не для того, чтобы сделать тебе выговор, а чтобы предупредить тебя. Золотая кровь гораздо сильнее, чем ты можешь выдержать». «Я понимаю. Я буду осторожнее», — пообещал Марк. Но, несмотря на свои слова, он не упомянул, что не только кровь Тонга поколебала его решимость. Он не боялся, что его отругают — он боялся, что Тара может решить назначить кого-то другого на его роль. «Хорошо, что ты держишь Тонга рядом», — продолжала Тара, ее взгляд был острым и пытливым, как будто она могла видеть его насквозь. «Но ты понимаешь... быть слишком близко может быть так же опасно». Ее слова были предупреждением, напоминанием о том, что как бы сильно Марк ни пытался скрыть то, что он чувствовал, он не мог избежать ее проницательных глаз. Прежде чем позволить ему уйти, голос Тары приобрел редкую серьезность. «Я не хочу, чтобы ты совершал ошибки. Даже маленькие». Это прозвучало почти как мольба, но Марк знал лучше — это был приказ. Тот, который он не мог игнорировать. Вот почему, когда он вышел из офиса Тары, его лицо было затуманено беспокойством. Он пошел к своему собственному офису, который был на том же этаже, и как только дверь за ним закрылась, он прислонился спиной к стене, измученный. Он понятия не имел, сможет ли он следовать предупреждению Тары. Но как бы неуверенно он себя не чувствовал, одно было ясно — он не мог просто передать Тонга кому-то другому. Сейчас все, что он мог сделать, это продолжать спрашивать себя. Он беспокоился о защите Тонга, потому что боялся, что может потерять контроль и причинить ему боль? Он боялся, что тот, кто его заменит, не будет заслуживать доверия? Или он боялся... что место рядом с Тонгом больше не будет его? «Это просто долг», — повторял он себе снова и снова, словно пытаясь высечь эти слова в своей голове. Он напомнил себе, что когда Тонгу исполнится двадцать один год, его роль закончится. Больше не будет причин для того, чтобы они были связаны. «Все скоро закончится. И когда это время придет... мы будем не более чем чужаками».