Часть 2: Джентльмены неудачи
9 июля 2025 г., 13:53
С чего бы начать? Ну, наверное, со столовки, почему бы и нет?
Эдвард и Оливер сидят в столовой. Большая перемена, самое время пообедать. Хотя, с такими-то ценами тут только на какой-нибудь лёгкий перекус хватит. Оливер, вон, вообще не ест, и не потому что денег нет, а «не хочет». Ну, его дело, Эдвард вот решил поесть, купил булку с чаем — 70 рублей! Грабят школьников бедных.
От вчерашнего случая чертёнок отошёл, теперь вспоминает с кривой усмешкой. М-да, из равновесия Зип его знатно так вывела. А он ещё вёл себя так, как дебил какой-то. Ну и ладно. Только теперь взгляд по определению цепляется за знакомый драконий хвост. И вот сейчас Эдвард гуляет глазами по столовой и видит до боли знакомую фигуру в свитере. Долго на ней не задерживается, но с неопределённой периодичностью возвращается. Не то чтобы из интереса, просто смотреть больше некуда, а Зип ещё и отличилась так.
— Мож, ещё прикольнёмся? — кивает Оливер в сторону одноклассницы. Эдвард переводит на него взгляд.
— Чур не я, мне хватило, — он складывает руки на груди, показывая своё нежелание снова быть униженным.
— Пф, да не вопрос.
Карандашный поднимает рюкзак и достаёт из него случайную тетрадь. Эдвард с интригой наблюдает. Оливер вырывает из середины тетради листок, бросает ту в рюкзак и принимается рвать листок на кусочки.
— Щас устроим ей салют! — с огоньком в голосе объясняет парень.
Затем он подбирает пакетик из-под булки Эдварда, раскрывает его и засыпает туда все бумажки. Пара вдохов, и вот уже готовый шарик для подрыва.
— Чекай, — говорит Оливер и подскакивает с места.
Десяток шагов, и он у цели. Эдвард уже представляет, что последует за взрывом — на что там эта тихоня ещё способна. Даже подпёр голову рукой, настолько ему интересно.
Оливер подходит к Зип, сидящей к нему спиной. На него обращаются незадачливые взгляды других школьников, сидящих в окружении. Кажется, они что-то подозревают, зато главная жертва нет. И тут: хлопок на всю столовую, настолько оглушительный, что Оливер чуть контузию не схватил. Бумажки разлетаются куда угодно, но только не на виновницу торжества. «С днём шизофрении!» — кричит Оливер чуть ли не в ухо девушке и делает шаг назад, с широченной улыбкой ожидая её реакции.
Зип отвлекается от трапезы, смотрит себе под стул, где лежат те самые бумажки, поднимает голову на Оливера и… вытаскивает из уха беспроводной наушник. «Блядь», — мгновенно приходит осознание парню. Он даже не видел их под её волосами.
— Тут что-то случилось? — спрашивает она совершенно невозмутимо, хотя прекрасно понимает, что Оливер только что сделал.
— Так, что здесь происходит?!
К столу Зип подходит женщина, старая, на вид очень раздражительная. Хрен знает как зовут, Оливера больше волнует, что она дежурная по столовой. «Пиздец…» — проносится в его мыслях.
— Опять за своё, Оливер?! Сколько мне раз ещё надо прочитать тебе лекцию по правилам поведения в столовой?! — женщина чуть ниже ростом карандашного, но при этом ей каким-то образом удаётся смотреть на него свысока. Ещё и голос мерзотный…
Оливер растерянно оглядывается: школьники смеются, отворачиваются обратно. И та, над кем он пытался устроить этот пранк, просто надевает наушник и продолжает есть. Серьёзно?! Блядь, ей даже не пришлось ничего делать! Какой же Оливер… дебил. Посмотри хулиган на себя со стороны, так бы и сказал, но прямо сейчас он в гуще событий, так что в голове только невыносимая ярость.
На всё это Оливеру понадобилась секунда. Женщина тем временем уже вовсю любуется срачем, который парень тут развёл своим салютом.
— Так, метнулся за шваброй с совком и убрал всё это непотребство, немедленно! — указывает она своим кривым пальцем на бумажки. — Я лично проконтролирую!
Оливер агрессивно фыркает и тяжёлыми шагами идёт к поварам просить перечисленные предметы. Позади слышатся едкие смешки. Чёрт побери… Взгляд на Эдварда — он вовсю угорает. Ну, сучёнок, считай сравнял счёт.
Парень подходит к раздаче. Его уже встречает кассир с радушной улыбкой.
— Совок и швабра нужны, — требует он с холодом и еле сдерживаемой злобой в голосе. Девушка откуда-то снизу протягивает Оливеру веник и совок, как будто заранее была готова.
Выхватив предметы, он всё с такой же злобой идёт обратно, не поднимая взгляда с пола. Не хватает ему ещё споткнуться, чтобы окончательно опозориться.
Подойдя к столу, где его ожидает эта старая мразь, он принимается сметать бумажки в одну кучку.
— Давай, смелее! — подтрунивает над ним дежурная. «Закрой ебало», — думает Оливер. Так и хочется сказать, но он только хуже сделает. Хоть иногда нужно держать себя в руках. Ещё и эта… хвостатая. Хоть бы отодвинулась. Наверняка своей хуйнёй из жопы закатала бумажки подальше. Шаболда.
Наконец, Оливер заканчивает. С трудом, униженный, но он подмёл все эти блядские бумажки.
— Ну вот, теперь выбрасывай и относи инвентарь обратно, — указывает женщина, как будто Оливер сам не знает.
Выбросив мусор и отнеся вещи обратно, парень с почти спокойной душой возвращается обратно. Ах, ну да, сейчас его будут ожидать насмешки от друга. Ровно как и он делал… И от этого ещё обиднее.
Оливер присаживается за стол. На лицо одноклассника не смотрит. Достаёт телефон из кармана и принимается делать в нём хоть что-то, как будто ничего не случилось.
— Хочешь ещё над ней прикалываться? — с улыбкой победителя спрашивает Эдвард. Карандашный кладёт телефон на стол, будто пытаясь разбить его.
— Да-… Блядь! — выдаёт он и ударяет карандашом по столу. — Ну, не повезло, с кем не бывает?!
— Да ладно, успокойся, шоу окончено.
Оливер тяжело дышит, смотрит сначала на Эдварда, затем оглядывается, видит несколько чужих взглядов и… опять. Совершенно. Не возмутимую. Зип.
— Я… просто не понимаю! — приглушённо говорит Оливер, чтобы не привлекать чужое внимание. — Ей АБСОЛЮТНО похуй! Она… Она ебанутая какая-то! — мах рукой и опирание о спинку стула.
— Просто она умеет контролировать себя, в отличие от некоторых, — объясняет Эдвард, глядя в телефон.
— Оправдываешь её?! — в голосе Оливера звучит крайнее недовольство. Эдвард растерянно поднимает голову на одноклассника.
— Н-нет. Меня самого это бесит.
— Мм.
Пару секунд поглазев на карандашного, который вроде как принял этот ответ, Эдвард возвращается обратно в телефон.
— Ещё и эта пизда старая, пришлёпала, нахуй. Шлюха ебучая.
— Так, блядь, этот хлопок на другом конце школы слышен был. Я бы не удивился, если сюда ещё и директор припёрся с парочкой особо противных преподов на закуску.
— Ну, тогда можно было бы могилу себе копать спокойно, — со смешком резюмирует Оливер.
— Прикинь, — чертёнок откладывает телефон и жестикулирует руками, — дождь. Лес. Директор с преподами стоят рядом, ты могилу копаешь… а где-то между деревьев силуэт Зип, пялится на тебя.
— Ну нахуй! — вскрикивает Оливер и смеётся. — Мне теперь это в кошмарах сниться будет!
— Бля, неплохой хоррор получится. И сюжет, кхм… интересный, — усмехается Эдвард.
— Давай теперь, уговори эту психушку сняться в роли монстра, кха-ха-ха!
— А вот с кастом будут проблемы! — довершает мысль о фильме чертёнок и смеётся вслед за одноклассником, прикрывая рот ладонью.
Каким-то небольшим промежутком времени спустя парни успокаиваются. Сложнее всего приходится Оливеру, одновременно и пострадавшему больше всех. Эдварда порой удивляет, как он так быстро переходит от одной эмоции к другой. Пожалуй, это можно назвать одной из его суперспособностей, наряду с нахождением неприятностей себе на задницу. Эдвард чуть ли не его противоположность, но… наверное, поэтому они и дружат?
— Ладно, пошли на урок, звонок скоро, — говорит Эдвард и поднимается со своего места, убирая телефон в карман. Оливер встаёт следом и подбирает свой рюкзак.
Парни уходят, проходят мимо дежурной, так надменно поглумившейся над Оливером — а она ещё и улыбается им в след с очевидной издёвкой. На ней больше карандашный зациклен. Эдвард кидает прощальный взгляд в столовую, чтобы найти Зип. Зачем? Хуй его знает. Но он её находит — по-прежнему ест. Как-то медленно. Ну и ладно.
***
После обеда самое то сходить на физ-ру — видимо, так считают составители расписания. Впрочем, Эдвард и Оливер не видят в этом проблему: считай продолжение перемены. Препод у них чересчур лояльный, учеников своих не загоняет как скот, да и похрен ему вообще. Хрен знает, что он там в своём кабинете делает, и пусть себе делает. Стоит парням зайти в зал, как они сразу понимают: снова открытый урок. Десяток человек собрались в круг и играют в «горячую картошку», ещё пара кидают баскетбольный мяч в корзину, некоторые на трибунах сидят. Но это, очевидно, не весь класс. Парни проходят в раздевалку и видят ещё несколько одноклассников в телефонах. «Типичная физ-ра», — думает Эдвард. — Фу, блядь, это какой класс тут так навонял? — возмущается Оливер, прикрывая нос футболкой. — 8А, — отвечает ему кто-то из ребят в помещении. — А я-то думаю, знакомый запах какой-то, — говорит чертёнок и вешает рюкзак на крючок. — Хорошо, что мне переодеваться не нужно, — карандашный бросает рюкзак на скамейку и радостный идёт на выход. Эдвард бросает на него взгляд: футболка, штаны, кроссовки, обычный его прикид. Ишь, сучёнок, «не любит тратить время попусту». — Так ты ж гондон, — бросает Эдвард. Обычный их прикол типа, «локальный мем». — От гондона слышу, — парирует товарищ и выходит в зал с ухмылкой на лице. Эдвард сам не сдерживает улыбку и продолжает переодеваться. И вот чертёнок выходит из раздевалки. Он бродит взглядом по залу и видит Оливера на дальней половине, пинающего футбольный мяч в ворота. Парень идёт по залу, в него чуть не прилетает мяч от игроков в «картошку», который он на реакции успевает отбить локтем, смотрит на трибуны: пара девчонок, те самые Петунья и Лиззи, и… Зип. Даже не переоделась. Впрочем, ей и не надо, она же освобождённая. Эдвард возвращает взгляд обратно на Оливера, со стороны которого ему в хлеборезку уже летит мячик. «Блядь!» — в последний момент парень успевает выставить перед собой руки, чтобы защитить лицо. Больно пинает, зараза. — Реакцию не растерял, смотрю, — отмечает Оливер, подбежав к укатившемуся в сторону мячику. — За две недели-то? Это ж не срок даже. — Ну знаешь, разные случаи бывают, — карандашный ставит мяч напротив ворот и машет рукой в их сторону. — Давай, на ворота. — С хуя ли я-то опять? — возмущается Эдвард. — Я первее тебя в зале оказался, — он ставит ногу на мяч и держит руки на поясе. — Так ты всегда первее меня! — Не-а, в позапрошлый раз ты первым вошёл. — Ебать, в позапрошлый раз? Ты как такое помнишь-то? — А вот! — он выпрямляется, утопая в лучах гордости, которые являются обычным солнцем в окне. — Ну ладно, ладно, — Эдвард взмахивает руками и идёт к воротам. Парень встаёт у ворот и ожидает, когда Оливер пнёт мяч. — До десяти голов! — говорит одноклассник. — Ого, решил поднять ставки? — чертёнок чуть наклоняется вперёд, готовый отбивать. Разбег, пинок, мяч летит чуть в сторону. Эдвард делает шаг вбок, поставив ногу чётко туда, куда летел мяч. Тот отскакивает от бедра и отпрыгивает в сторону. Оливер бежит за мячиком, а чертёнок тихо шипит от боли. — Ты не так сильно пинай! А то сломаешь мне чё-нибудь, — кричит однокласснику парень. — Постараюсь! — карандашный уже возвращается обратно. Эдвард ждёт, когда Оливер поставит мяч для удара, и внезапно цепляется взглядом за что-то странное в общей картине, словно… кто-то пристально смотрит на него. Зип. Девушка просто смотрит на него. Но зачем? Ей интересно? Вряд ли. Опять какой-то тихий троллинг? Хочет что-то сделать? Мяч прилетает прямо в живот отвлёкшегося Эдварда, отчего тот мгновенно выпадает из мыслей и скрючивается от боли. — Блядь, Оливер! Попросил же… не сильно! — А чё ты встал-то, блядь?! Отбивать надо было! — не меньше возмущается Оливер, подбежав к другу. — Ты как? — Порядок… — парень выпрямляется и вздыхает. Взгляд на Зип — теперь не смотрит. Хм… — Вот чё ты пялишься на неё опять? — спрашивает Оливер с ядовитым недовольством в голосе. — Да она сама смотрела на меня! Отвлекла, блядь… — И на кой хуй она смотрела? — Я ебу, что ли? У неё чё угодно в голове могло быть. Оливер глядит на одноклассницу, прищуривается. И чё только Эдвард так реагирует на неё? Ну смотрит и смотрит. Оливер, вон, уже забыл про неё после столовки. А этот по-прежнему… — А знаешь, чё я придумал? — вдруг говорит карандашный. — Валяй. — Зип что-то приохуела в последнее время. И тебя унизит, и меня. И, — он указывает на мяч, — у меня есть план. Эдвард смотрит на мяч. На его лице нарастает ехидная улыбка. — А давай! — соглашается чертёнок. — Меня она тоже заебать успела. Оливер катит мяч рядом с ногами и останавливается в центре зала ближе к трибунам. — Сейчас будет стрельба по мишеням! — говорит он Эдварду и берёт разбег. Удар, мяч летит чётко в Зип, но… отклоняется. Чёртова закрутка. Он ударяет в стену и отскакивает обратно, а хвостатая даже не шелохнётся. — Блядь, — выругивается карандашный. Эдвард хватает мяч и подбегает обратно. — Давай я, — говорит он и ставит мяч на пол. Разбег, удар. Мяч вновь летит чётко в Зип и даже не улетает в сторону. Ну вот, тот самый момент мести! Оливер успевает мысленно прокричать от радости, но… хвостатая прямо перед самым лицом поднимает руку, отбивая мяч. Мало того, она совершенно спокойно кладёт руку обратно на ноги! Даже не встряхивает, не шипит. Парни стоят в замешательстве. Как будто нет ничего удивительного в том, что Зип среагировала, но она больше ничего не сделала! Удар был сильным, мяч летел быстро. — Она терминатор, что ли? — с отчаянием в голосе спрашивает Оливер и идёт за мячиком. Эдвард наблюдает за девушкой и видит, как она поднимает на него голову. Смотрит несколько секунд, издевательски, и утыкается обратно в телефон. Ничего её не берёт… — Ну, давай тогда ещё разок, раз ей это нравится, — говорит подошедший Оливер и ставит мяч на пол. — Эй, вы чего делаете? За спиной слышится голос одной из одноклассниц. Парни оборачиваются и видят вставших перед ними нахмуренную Клэр и закатившего глаза Энгеля. — Не видишь, что ли? В тир играем! — размахивает рукой и карандашом Оливер. — Какой ещё тир?! — она ставит кулачки на пояс. — А ну прекратите пинать в неё мяч, а не то я учителя позову! — Ути-пути, — протягивает карандашный, — сразу ябедничать! — Не вздумай больше так говорить! — Клэр делает шаг к однокласснику. — А то что? — парень также делает шаг к ней и ехидно улыбается. Эдвард с Энгелем отходят на пару шагов, наблюдая за разбушевавшейся парочкой. Перьевой убирает руки в карманы шорт, а чёрт складывает их на груди. — Думается мне, пора завязывать с местью, — говорит Эдвард скорее себе, чем однокласснику. — А мне бы хоть немного придерживать её, — кивает Энгель на Клэр. — Энгель, сделай уже что-нибудь! — кричит бантовая однокласснику, по всей видимости, из трудности в одиночку вывести стычку. — Эээдвард! Ну помогиии, чё ты встааал?! — передразнивает её Оливер. — Да хватит! — Клэр пихает задиру в плечо, уже вскипая от ярости. К ногам Эдварда подкатывает мяч. Парень смотрит, откуда тот прикатил, и видит Зип. Остальная троица по одному оглядываются на хвостатую. Девушка держит на себе внимание одноклассников несколько секунд и говорит: — Не переживай, Клэр, со мной всё будет нормально. Бантовая переводит взгляд с Зип на Энгеля, потом куда-то в сторону, как будто её только что отчитали. Оливер едва заметно хмурится, хотя внутри него вулкан полыхает от её хладнокровия. Энгель делает первые шажки в сторону, чтобы увести Клэр. А Эдвард… он смотрит Зип в глаза. Держится, не отворачивается. Девушка делает то же самое. Её взгляд как будто тяжелеет с каждой секундой, заволакивая в свою пустоту всё глубже. Она играет в гляделки, и на этот раз Эдвард не намерен проиграть. — Эд! — чертёнка в плечо толкает Оливер, отчего парень разрывает контакт. — Блядь! — он произносит это с нехарактерной агрессией, как будто его не просто толкнули, а отвлекли в самый ответственный момент. Карандашный даже вздрагивает от такого выпада. Зип преспокойно удаляется с места своеобразной дуэли. Чёрт, буквально каждое её действие, каждое движение… обезоруживает. Именно так Эдвард может описать своё состояние. Она слишком идеально манипулирует, забирая контроль над ситуацией полностью в свои руки. Это… пугает, блядь. Что она вообще пережила, чтобы стать такой? Он с Оливером просто игрушки в её руках. Хотя, наверное, Эдвард просто накручивает себя. — Ты опять за своё? — возмущается Оливер, держа ладонь на плече чертёнка. — Да чё-… за своё-то сразу? — парень отдёргивается от одноклассника. — А чё, не за своё? — он складывает руки на груди. — Да, не за своё! А вот ты за своё! — чёрт встаёт поближе к карандашному, тыкая в него пальцем. — Моё своё не такое раздражающее, как твоё своё! — Ты со своим своё раздражаешь моё своё, а моё своё раздражает твоё своё, и так по кругу! — они чуть ли не лбами утыкаются друг в друга и затыкаются. — О чём мы вообще говорим? — спрашивает Оливер. Парни отходят друг от друга. — Хуй знает… Иди на ворота, — Эдвард махает рукой в сторону ворот. — Мы ещё десять голов не набили! — Да мы их до конца урока набивать будем, я тоже мяч попинать хочу! — Ой, ну ладно-ладно, плакса, — размахивая руками, одноклассник неспешно идёт к воротам. Эдвард осматривается. Видит у выхода Зип, снова смотрящую на него, при этом сложив руки на груди. «Ну и пусть пялится», — думает парень и подкатывает мяч поближе к воротам. Оливер наигранно расставляет руки в стороны. Разбег, удар.***
Перемена. Парни поднимаются по полупустой лестнице почти под конец перемены, потому что решили заскочить в столовку. Теперь спешат, надеясь не опоздать. Математичка не любит такое. Ещё и на четвёртый этаж переться… Нет бы лифт сделать, они заставляют учеников напрягаться, тем более после физ-ры. — Какой там этаж, я забыл? — бросает Оливер за спину. — Блядь, ты четыре года тут учишься! Четвёртый, — с наигранным возмущением отвечает ему Эдвард. — У-у-у, бля… — Как в первый раз, блин. Парни доходят до второго этажа и видят сгорбившуюся у стены Зип. Устала, что ли? Судя по громкому дыханию, действительно запыхалась. — О, — замечает её Оливер, до этого момента смотревший под ноги, — наш терминатор не такой уж и терминатор, а? Хвостатая не поднимает голову. Ну да, не реагирует, ожидаемо. Эдвард мимоходом скользит по ней взглядом и замечает посиневшие кончики пальцев на её руках. Как будто ей холодно. С хвостом обстоит похожая картина. Парень хмыкает. Отличный момент, чтобы отыграться за вчерашнее. — Замёрзла, Белоснежка? — с издёвкой спрашивает он. Оливер останавливается чуть выше ребят и наблюдает. Зип неожиданно приподнимает голову и смотрит на него исподлобья. Чертёнок даже не меняется в лице. Раз её борьба — холод, значит нужно ответить сухим льдом. — Попробуй потеплее одеваться, а то весна обманчива, заболеешь ещё, — довершает он свою мысль и разворачивается, чтобы уйти. — Я и так болею, — отвечает девушка пустым охрипшим голосом. Парень встаёт в пол-оборота. — Правда? — в его голосе слышится сарказм. — А чё тогда в школу ходишь? Зип молчит несколько секунд, смотря однокласснику прямо в глаза. Знакомый приём. И всё же холодок по спине по-прежнему пробегает. — Чтоб перезаражать вас всех, — сквозь зубы отвечает хвостатая. Эдвард впервые подмечает в её голосе что-то, кроме холода или пустоты. Злобу. Злобу, которую Зип пытается контролировать. — Ну, удачи, я не против дома посидеть недельку, — стараясь сохранить невозмутимый настрой, отвечает Эдвард и спешит покинуть второй этаж, на котором они задержались. Оливер ожидает продолжения шоу, но когда Эдвард его перегоняет, оставляет эту затею и поднимается вслед за ним. Зип смотрит им вслед. Брови расслабляются. Хвостатая опускает взгляд на руки, держащиеся за колени. — Ну и жуть, нахуй. В натуре больная на голову, — слышится сверху от Оливера. — Знаешь, в целом, не поддаваться на её манипуляции можно… Зрачки Зип дрожат. Всё далее услышанное она автоматически пропускает мимо ушей, как фоновый шум. Отдышавшись, девушка выпрямляется, прячет ладони в длинные рукава и вялыми шагами движется дальше по лестнице, держась за поручень. Ещё два этажа.
