Нет дыма без огня

Парень покрутился перед зеркалом из стороны в сторону, проверяя, нет ли где пятен. В выборе костюма он был уверен, сомневался только в одном - в его сохранности. Всё таки, лежать несколько лет в пыльном сарае без какого-либо намёка на уход не каждая вещь сможет. Вернее, лежать-то она сможет, но как она после этого будет выглядеть... — Ты уверен, что хочешь пойти так? — Более чем, - Скамандор пригладил волосы и вдруг всерьёз задумался об укладке, продолжая замедленно - что-то не так, дорогая? — Нет, всё так, тебе очень идёт, просто мне кажется, что в этом нет тебя. Тебе так не кажется? - Мишель робко выглядывала из-за дверного проёма, стоя за пределами дома. Она постеснялась взглянуть в глаза Скамандора после своих слов и уткнулась взглядом в грязные доски пола. Скамандор, наоборот, смотрел прямо на неё, не особо понимая, что она имеет ввиду. — Ну, ты ведь лесной владыка, олень. — Мне с рогами прийти к твоим родителям? — Конечно же, нет, - Мишель посмеялась и немного расслабилась. Скамандор покачал головой и махнул ей рукой, намекая, наконец, зайти в дом. Девушка зашла, села на старенький диванчик, поднимая ворох пыли, и непосредственно продолжила, - знаешь, тебе бы очень подошёл один стиль. Не помню точно, как называется, но что-то связанное с гоблинами. Теперь засмеялся уже Скамандор. — Прости, Мишель, но, боюсь, после такого они запретят тебе со мной общаться. Скажи прямо, у меня где-то дырка? - он опять начал вертеться, но усерднее стараясь увидеть где-то ту самую дырку. Не найдя ее и не получив от Мишель утвердительного ответа, он в край растерялся и насупился. Что не так с его костюмом? — Люди так ходят на важные мероприятия и в гости, для знакомства, чтобы произвести хорошее впечатление. Это правило приличия. Я читал об этом, и мне передавали Грейвс и Голди. Да даже в том фильме, который мы с тобой недавно смотрели, был такой эпизод. Скажи, что не так? — Да всё так! Ты выглядишь сногсшибательно, но я переживаю, что тебе будет некомфортно в этом пиджаке, в этой рубашке... Ты ведь олень. — Да хоть канарейка, Мишель, это всё косметика. То, что я лесной владыка, это информация, чтобы светануть перед твоей семьей, чтобы они подумали, что я не какой-то оборванец, а солидный, хотя бы немного, колдун. Но моя оленья сущность сейчас спит. Считай, что я человек. Зачем мне одеваться в костюм оленя? — Чтобы быть собой. — Я и так я, даже если бы я надел платье. Но я так делать не буду. Во-первых, потому что я не сумасшедший. Во-вторых, потому что я не в настроении. Мишель вздохнула. Волноваться за парня она перестала. Отчего-то она очень стеснялась называть его именно своим парнем, хотя именно им он и являлся. Но это стеснение было отнюдь не негативным, это была абсолютно противоположная ситуация - каждый раз её охватывало теплом, трепетом и лёгким волнением, когда речь заходила о Скамандоре. Её родители часто спрашивали о нём. Их весьма волновал тот факт, что он не человек, но не критично. Не доходило до запретов, и даже до негативных высказываний не доходило. По крайней мере, перед Мишель. Наедине друг с другом родители девушки позволяли себе высказывать все свои мысли так, как есть, на то это и были диалоги тет-а-тет. Они понимали, что Мишель не перестанет общаться с этим парнем, потому оставалось смириться. И ждать встречи с ним. Сама Мишель тоже ждала их встречи. Она чувствовала себя так, будто презентует им свой любимый фильм, книгу или картину. В общем, что-то, что ей очень нравится, что-то хорошенькое и любимое всем сердцем. Девушка совсем не волновалась. А вот Скамандор даже очень. В последний момент он всё таки немного уложил волосы, ему совершенно не понравилось, и он разлохматил всё до обычного состояния. Ну уж до волос они, наверное, не будут докапываться. Так ведь? Безумие, сколько в голове мыслей, абсолютно не нужных. Какая им вообще разница, что у него на голове? Их наверняка волнует, что у него в голове. А этого у Скамандора не отнять. Так же как и не отнять у него статус владыки леса. Хотя это спорный момент - не в возможности отнять статус, а в значимости этого статуса. С одной стороны, ты владыка. Ты можешь убить, и тебя не посадят, если, конечно, ты действовал по правилам. Тебя, как правило, боятся и уважают. Но кому, простите, нужен владыка леса около деревни Жучки? Про неё знают-то единицы, что уж тут говорить о каком-то там авторитете. Авторитет! Скамандор лучший среди владык - он ежедневно проверяет статистику - но авторитет у него на нуле. Его имя не помнит никто. Когда владыки лесов и морей решают встретиться, они каждый раз принимают его за случайного прохожего. Это ли не сюр? Но родители Мишель точно знают деревню Жучку и лес рядом с ней, потому что живут в близлежащем городе. Уже хорошо. Да, кстати, про фантастичные возможности перемещения лесных владык - Скамандор может покидать лес пять раз в месяц. Если он, допустим, уедет в город и решит остаться там на неделю, то начнёт задыхаться. Вот так просто и не замысловато. У диеров вообще многое крутится вокруг шеи и удушения. Скамандор устал слушать шутки Грейвс на этот счёт. Самое гнусное то, что Голди это не надоело, потому Грейвс и продолжает их генерировать. Шея - слабое место диеров. Самое слабое, какое только может быть. Наверное, даже у людей шея не такая хрупкая, как у диеров. Диера не то что легко задушить, это сделать настолько просто, что даже не поддаётся объяснению. В общем-то, если бы Скамандор решил нарушить запрет, душить его пришлось бы максимум пару секунд. Мишель, узнав об этом, просто выкинула все галстуки, какие только нашла у Скамандора. Радикально, но он не дурак, чтобы на такое обижаться. К тому же, она возместила материально. К слову о материальном. Мишель из обеспеченной семьи. Она молчала об этом очень долго. Очень долго водила Скамандора по всем кафе небольшого города и везде платила за него. Он надеялся на то, что так принято у людей. А потом увидел ошалевшие глаза подруг и понял, что не принято. И ему стало очень стыдно. Он попытался поднять эту тему в разговоре с Мишель, но она сразу отказалась брать его деньги. Тогда Скамандор разозлился и расстроился, и, если честно, он сам не знает, чего было больше - злости или грусти... После этого Мишель согласилась с тем, что будет справедливо, если платить будут оба. На душе Скамандора снова воссияло солнышко и запели птички. Но Мишель всё ещё была готова драться за возможность заплатить за Скамандора. Скамандор не знал, были ли родители Мишель в курсе пристрастия дочери к закрыванию счёта малознакомого парня в абсолютно любом кафе, но всё равно нервничал так, будто Мишель вложила в него миллион своего состояния. Хотя, почему будто? Наверное, всё-таки, не миллион, но достаточно, чтобы чувствовать себя очень некомфортно. — Твой отец - владелец макаронного завода. А мать? Вроде ты говорила, что она особо ничем не занимается. — Она владеет маленьким бизнесом - шьёт кукол. Они решили прогуляться до города пешком, вдоль шоссе. Честно говоря, Скамандора такие долгие пешие прогулки не прельщали от слова совсем, но лишь потому, что тратится время, которого у него - вне леса - довольно мало. Но Мишель, напротив, обожает ходить пешком, и это притом, что у неё в гараже стоит новенькая Нана - машина последнего поколения, подаренная родителями на её двадцатидвухлетие. Мишель расплакалась, упала им в объятия, сфотогафировалась с ней, но использовала всего пару раз. А всё из-за того, что пешие прогулки полезнее для здоровья. Скамандор из-за её убеждений каждый раз по часу с лишним ждёт её, но ни на что не жалуется. Он сам в своё время из-за своих убеждений отказался от подарка на свой день рождения, а всё потому, что деньги на него дорогие коллеги содрали с диеров, которые к этому не имели никакого отношения. Да и вообще, отношения Скамандора с другими владыками - довольно интересная штука. Дружит он лишь с двумя, и эти двое - его соседи. Остальные, каким-то образом почти все, это сплошное недоразумение для ведьминского сообщества. Причём, что с профессиональной, что с этической стороны. К «дружбе» Скамандора и Мишель - а именно этим их отношения и являются для посторонних - владыки относятся насмешливо и при этом то ли завистливо, то ли осуждающе. Право, их не поймёшь. Один и тот же владыка, Гримм, из перелесков Виндроуз, в разные отрезки времени отзывался по-разному: сначала посмеивался и всячески поддерживал, мол, люди только для этого и годятся(Скамандор после этих слов крутил пальцем у виска всякий раз, когда тот отворачивался), а потом вовсе заявил, что Скамандор изменник, и таких как он только на корм зубарам. Другие владыки с ним не согласились, но Скамандору настоятельно порекомендовали прекратить всякое общение. С того дня Скамандор принял решение вообще ничего про себя не рассказывать. По правую руку от них всё ещё владения Скамандора, слева - лес его друга. Округ Керни весь усыпан лесными владыками, и пускай их всего трое, это уже считается большой концентрацией магии, что довольно сильно влияет и на сам город, и на жителей. Продолжительность жизни людей здесь, время от времени, либо невероятно большая, либо, наоборот, плачевно маленькая. Сейчас, к примеру, невероятно большая, и Скамандор горд. Горд, потому что это зависит напрямую от него. И он молодец. — Да, помню папа как-то поднял эту тему за ужином. Он сказал, что его напрягает тесное соседство с магическими существами, но он рад, что мы проживём долго. — Ну, не знаю, конечно, как другие, но конкретно вы - определённо точно. — Обеспечишь нам безопасность? - Мишель метнула хитрый взгляд на своего парня, но совсем скоро её глаза совсем потеплели, - мне приятно. Это очень приятно слышать от такого могущественного создания, как ты. Я ведь просто человек, мошка, пылинка. Таких как я миллионы. А ты занимаешься важным делом. Я слышала, что такие как ты охраняют семена небес. Скамандор недоуменно приподнял бровь и замедлился. Мишель, заметив это, обернулась на него с гордой улыбкой, но увидев на чужом лице непонимание, растерялась. — Ты не в курсе? Я где-то читала, что в лесах у владык, глубоко под землей, под самым старым деревом в лесу, зарыты семена небес. Они не прорастают, потому что им нужна другая материя и особый уход, какой не сможет обеспечить ни одно земное существо. Но они чрезвычайно важны. Для этого вы и созданы... Скамандор был в замешательстве, это можно было явно прочитать в его глазах и мимике. Похоже, он не был осведомлён. До чего же странное устройство у диеров... — Мы вернёмся к этой теме позже. Сейчас лучше ответь, у меня точно нет нигде дыр и волос на костюме? Тишина в округе успокаивала. Казалось, никакие скандалы и интриги не касаются Жучки, а касаются лишь Керни, и то незначительно. Такое обманчивое впечатление на людей производят размеры городка, а так же его роль в ММП. Когда как в стратегически и культурно важных районах почти каждый день что-то происходит, будь то издание нового закона или открытие какого-нибудь лекарства, здесь тишь да гладь. Изо дня в день. Но так лишь на первый взгляд. Тихая вода глубока... ...Так же и в Керни. Разве тут нет политиков? Конечно, есть. Не считая мэра, две семьи в этом городе считаются самыми влиятельными во всей области, потому как, то ли являются родственниками одного из столпов, то ли у них есть компромат на кого-то из них - точно не известно. В народе ходят две эти легенды. И, вот сюрприз, одна из этих семей - семья Мишель, Мостовы. Они ведут активный образ жизни и участвуют во всех городских мероприятиях. Отец семейства владеет макаронным заводом, но это не единственный его род деятельности. Также, он открыл три детских сада и спонсирует маленький бренд одежды, который обожает и в который одевается его дочь. Мать семейства шьёт кукол, которых у неё заказывает и городской театр для кукольных постановок, и маленькие коллекционеры, и самые обычные люди, потому как цена на кукол хоть и не самая маленькая, но вполне приемлемая. Младшая Мостова - владелица благотворительного фонда «Тёплые руки», правда, на деньги родителей, но она уже работает в краеведческо-магичечком музее экскурсоводом. Пока что успеха в этом деле не достигла, но владелец музея отмечает трудолюбие и упорство девушки в изучении своего дела. Что же касается второй семьи, то до сих пор идут споры о том, что это за семья. Даже прямо сейчас, в настоящее время, в Академии наук, под взводами старинного здания, пока преподавателя нет в аудитории, ведутся споры. Горячее всех орудовала аргументами девушка на среднем ряду. — Не может это быть семья Яблочных, у меня мать работает с Гердой Яблочной. Мама говорит, что она будто специально одевается во все серое каждый день, изредка только рубашку меняет! И волосы не моет! Как женщина из влиятельной семьи может так выглядеть? — А может, она потому так и выглядит, что ей некогда следить за внешностью? Слишком занятая и влиятельная, - последнее слово парень с соседнего ряда произнес тише всех остальных и с плохо скрываемой улыбкой, - не думала об этом? У оппонентки, кажется, повалил пар из ушей. — Это не логично, - с нажимом отчеканила она, - ты мозг вообще включаешь? — Да завалитесь вы уже оба. Я это. Я! - донеслось с первой парты левого ряда. Все глаза в аудитории тут же уставились на смуглую девушку с тёмно-синим каре. Она смотрела на свои ногти, но потом удостоила вниманием и одногруппников, что явно ждали пояснений от неё, - моя семья вторая влиятельная в области. Всё? Вопрос улажен? Она сощурилась и отвернулась, будто ей было противно смотреть на них. Возможно, так и было. Вместо тишины ответом ей послужил смех сразу с нескольких парт. — Что смешного я сказала? — Не смеши, Алия. Ты? Из влиятельной семьи? - парень еле произнес это и тут же снова засмеялся. — Почему же ты тогда учишься не в Ковенанте, как Мишель Мостова? — Тебя забыла спросить, - последнее, что успела сказать Алия, прежде чем в аудиторию вошел преподаватель. Злобно хлопнув дверью, он тут же оказался перед Алией и молча указал ей на выход. Группа содрогнулась от беззвучного смеха, но их прервал грозный взгляд учителя. Алия вяло поплелась прочь из кабинета. К директору? Да, определённо. Алия что-то натворила? Абсолютно точно. Но она делает это не для того, чтобы казаться крутой среди подростков, как говорит ей психолог из академии, вовсе нет. Она совершает все эти «плохие» поступки во благо. И пускай эти идиоты не хотят верить ей, пускай, она ведь не заставляет. Им же потом оставаться в дураках, не Алии. Алии вообще нет никакого дела до них, разве что самую малость обидно, что над ней смеются. Аккуратно толкнув уже хорошо знакомую дверь и зайдя в давно изученный кабинет, девушка увидела как обычно усталого седого мужчину с густыми усами. Впалые щеки, тонкая кожа на веках и под глазами и острый длинный нос, будто совсем без мяса, делали его похожим на мертвеца. Но на самом деле это, конечно, было не так. На самом деле это был просто смертельно уставший человек. Человек, управляющий не-людьми. Увидев Алию, он глубоко вздохнул, отложил ручку на стол и предложил присесть на стул напротив. Девушка расслабленно, почти вальяжно, подошла и села, всё это время глядя ему в глаза. — Алия, - он усилием воли заставил себя взглянуть ей в глаза и не показать своей мимолётной неприязни, - мне доложили, что вчера ночью вы проникли в музей магических артефактов и попытались выбить витрину, но вовремя подоспела охрана, и вас повезли к стражам. Но на полпути вас перехватил неизвестный мужчина, дал, простите, взятку, и вас благополучно отпустили в неизвестном направлении. У меня лишь один вопрос к вам. Сколько ещё это будет продолжаться? — Нисколько. Больше такого не повторится. — Да вы что? Я слышу это уже пятый раз. Скажите, зачем вам нужны магические артефакты? — Просто... Интересно ведь, как жили наши предки. — Что-то я не слышал от преподавателя истории о вашем увлечении, - директор подпёр рукой щёку, будто ему уже даже стало интересно слушать бред, вылетающий изо рта студентки, - и что же, много вы узнали, украв посох древнего мага? Алия прикусила себя за язык и отвела взгляд. — А кольцо с рунами? Смогли перевести на наш язык? Всё та же тишина в ответ. Директор поднялся со стула и начал идти по кругу, заходя Алии за спину. — Знаете, я много студентов видел. Были и скромные, и хулиганистые, но чтобы почти каждый день мне докладывали о студенте такое... Вы первооткрыватель. Но не могу вас поздравить с этим. — Простите, что доставляю неудобства, но поверьте, всё это я делаю на благо человечества. Для меня важно лишь это. — Оно и видно, - он вздохнул особенно горестно и даже как-то разочарованно, - ступайте. Я не услышал от вас ничего нового. Повторится еще раз - отчисление. Пускай ваш отец убивает меня, я так больше не могу. Алия встала и уже почти вышла, когда до неё долетела последняя фраза, резанув по самому сердцу. Ладони мгновенно вспотели. Она сжала их в кулаки и, ничего не ответив и не попрощавшись, вышла за дверь. Лишь там она смогла выдохнуть и прикрыть глаза. Как же ей хотелось рассказать старику правду, но она не могла! И выглядела в его глазах преступницей. Ей было тяжко от этого, потому что он ей нравился. Можно было даже сказать, что он был в какой-то степени авторитетом для Алии - вроде человек, а столько лет держит магических созданий в узде. Но он в ней разочарован. Теперь уже точно и, скорее всего, безвозвратно. Девушка не смогла отойти далеко от директорской двери и присела на подоконник у соседней стены. Коридоры пустовали, так как во всю шли занятия. Тишина Алии не нравилась никогда. Хотелось наполнить её чем-то. И когда она уже собралась сделать это самостоятельно, её прервал чей-то голос вдали, активно ругающийся с кем-то. Прислушавшись, Алия уловила две вещи. Первое: это был ее профессор по химии, Ди Броновен. Второе: ругался он либо сам с собой, либо по телефону. Но долго гадать не пришлось, так как он выскочил из-за угла, продолжая что-то доказывать на повышенных тонах... Кому-то в телефоне. Алия беззвучно спрыгнула с подоконника и, воспользовавшись тем, что оборотень занят спором и не заметил её, подкралась сзади. Легонько тронув того за плечо, она заставила его истошно заорать и швырнуть в неё папку на кольцах. Алия зажмурилась, выставив перед собой руки. Папка упала на пол. Воцарилось всеобщее молчание, но спустя короткое мгновение Алия услышала женский голос, доносящийся из телефона профессора: «Что бы у вас там ни происходило, меня это не волнует. Еще хоть один день задержки, и я иду в районный суд. Я не собираюсь больше ждать...» Профессор закрыл динамик и застонал в потолок, беспомощно глядя на Алию, которой оставалось лишь молча наблюдать за происходящим. Кто бы это мог быть, такой наглый? Вернее, наглая. Выслушав еще пару ласковых, профессор Ди коротко попрощался и отключил звонок. — Алия, вы что-то хотели? — Да. Кто это такая? Мужчина, присевший, чтобы подобрать папку, резко вскочил, чудом не задев головой подоконник. — А... Не важно, совсем не важно. Вам незачем знать. Хотя... - он вдруг всерьез задумался. Взгляд Алии наполнился хитростью. Это «хотя» обещало что-то интересное, какую-то секретную информацию, - вы хорошо ладите с людьми. Вернее, не-людьми. Так вы ведь еще и диер, тоже... Глаза Алии округлились, но она старалась не показывать своей взволнованности. Вдруг профессор Ди приосанился, кашлянул в кулак и взглянул прямо в глаза Алии. — Если у вас найдётся свободное время, то я хотел бы попросить вас кое о чем. Это очень важное поручение. — Да! - Алия смутилась от своего же тона и, кажется, даже покраснела, - то есть, да, этот вечер у меня свободный, и я буду рада служить вам. — Служить? Зачем же... Впрочем, не важно. Я передам вам ящик крыс. Ваша задача - доставить его по адресу, который я напишу на бумажке. — И всё? Просто доставить? Никуда проникать не нужно? - Алия даже расстроилась, что смутило профессора. — Конечно же, нет. Что за бред? Они помолчали какое-то время. Профессор Ди ждал окончательного согласия от Алии, а Алия думала об этой незнакомке, которой зачем-то нужны крысы от профессора Ди. Он разводит домашних крыс? Или, может, у нее, как у диера, способ насыщения - это крысы? — Алия, - Алия вздрогнула всем телом и тут же закивала, не дослушав вопрос. — Да, я согласна, я пойду. А в голове было лишь одно: ей поручили миссию. Важную миссию. И на этот раз она её не провалит, ни за что в жизни. У Скамандора в голове было то же самое, когда они с Мишель уже подходили к дому её родителей. Он оказался... больше, чем Скамандор представлял себе. Не лес, конечно, но пространства достаточно. Можно устраивать балы и ничуть не тесниться. Снаружи он выглядел как замок, разве что современной отделки - в светлых тонах, кое-где с коричневатыми акцентами. Вроде, это принято называть минимализмом. На вкус Скамандора, здесь не хватает лишь пару незначительных деталей, и можно было бы назвать его идеальным. Ко входной двери ведёт гравиевая дорожка, нагретая весенним солнцем. Под ним же искупались и статуи в саду - Скамандору удалось лишь мельком увидеть это великолепие, к сожалению. Но Мишель пообещала показать их парню чуть попозже. И правда, сейчас есть дела поважнее. Скамандор опомнился уже на пороге и принялся прилизывать волосы и поправлять рубашку. Мишель, поймав его на этом, осторожно погладила его по спине, а потом незаметно по голове, возвращая волосам прежний, чуть лохматый вид. Пусть и лохматый, но в этом было столько Скамандора, что нельзя было оставить без внимания. Готовность на нуле, но несмотря на это Скамандор первым постучался. Мишель тихонько похлопала ему, на что он смущённо отмахнулся. Отец Мишель открыл почти сразу, не дав Скамандору ни испугаться хорошенько, ни успокоиться. Просто распахнул дверь перед молодыми и молча пригласил войти. Мишель легонько подтолкнула Скамандора в спину. Только после этого он сделал малюсенький шаг внутрь дома. — Что ты как еле живой двигаешься, не бойся! - из-за спины серьезного мужчины показалось дружелюбное круглое лицо, обрамлённое каштановыми локонами. Нельзя было не узнать маму Мишель, так как они были одно лицо. — Не торопи, и так стесняется, - тихо вставил мужчина и протянул руку, - Артур. Скамандор тут же протянул руку и к своему ужасу обнаружил, что она вспотела так, будто он всю дорогу от леса до дома бежал кросс. Но он решил сделать вид, что так и надо. — Скамандор. Очень приятно. — Взаимно. — А ты и правда можешь обращаться в оленя? Прямо здесь и сейчас можешь? — Мам! - Мишель недовольно сложила руки на груди, но Скамандор прервал её. — Да, но не буду. Отец семейства неожиданно искренне засмеялся, не отпуская чужой руки. — Поняла, Летта? Парень не так прост, - он обратился к Скамандору, - так держать. Скамандор сам не понял, что такого сказал, но к нему будто стали относиться еще лучше, чем до этого. Артур перестал быть таким серьёзным, а Виолетта, вопреки его ожиданиям, не обиделась, а лишь в шутку надулась, и то быстро подобрела обратно и вернулась к накрытию стола, привлекая к этому делу дочь. В зале остались сидеть Артур, с папиросой в зубах, и Скамандор, неловко переминаясь в кресле. — Чем занимаешься? Скамандор чуть было не ответил, что сидит в кресле, но вовремя одумался. Очевидно, Артур не об этом. — Я слежу за тем, чтобы никто не навредил лесу, и за его чистотой. Для этого я был создан. — То есть, у тебя и правда нет семьи? Ты просто появился в лесу? — Да, - просто ответил Скамандор, не чувствуя в чужой интонации никаких подтекстов. А Артур после его ответа как-то странно замолчал и задумался, вдыхая в себя табак. Какое-то время они молчали. А потом в зал впорхнула Мишель, ставя на середину стола вазу с цветами, которые Скамандор принёс для матери семейства, но забыл отдать. Когда Мишель опять скрылась на кухне, Скамандор смущенно подметил: — Я сам собирал. У себя в лесу. Хотел порадовать. Артур медленно отвел глаза от своей папиросы и уткнулся ими в парня, приподняв бровь. Поняв, что мужчина всё прослушал, Скамандор указал на цветы. — Мишель сказала, что они чудесные, но мне не совсем по душе. Это прозвучит банально, но им и правда лучше оставаться в поле. Здесь, в вазе, они... Не совершенны. — Ты прав, но дело не в том, как они выглядят. Пускай они и завянут через пару дней, пускай уже сейчас немного помялись сбоку. Дело не в этом, мальчик мой. Артур медленно затянулся и продолжил, с каждым словом выдыхая сизый дым. — Моя Летта обожает цветы. Она не покажет тебе, насколько она рада, но она счастлива. Но и это не главное. Мишель, наша маленькая принцесса, очень тебя любит. А значит, любим тебя и мы. И ты представить себе не можешь, как теплеет на душе, когда спутник твоей дочери совершает настолько очаровательный поступок. Вот, что главное. На мой взгляд, это стоит и сотни жизней цветов, не то что одиннадцати. Скамандор молча смотрел на Артура, не зная, что сказать. Но мужчина опередил его: — Ты можешь не согласиться, ведь ты владыка леса. Ты должен оберегать природу, а не людей. Но если не будешь оберегать Мишель, - он резко потушил папиросу о пепельницу, одним движением сминая её в труху. Скамандор успел лишь открыть рот в ужасе, прежде чем в комнату зашли Мишель с Виолеттой, внося сливовый пирог, картошку-метушку и пару салатников. Младшая Мостова, вспомнив, что забыла фужеры, тут же убежала обратно на кухню, а Скамандор стал мысленно молиться всем богам, которых только знал, чтобы она поскорее вернулась. Первый тост прозвучал из уст Виолетты Мостовой - она смерила дочь и её парня долгим нечитаемым взглядом, выдавила из себя невнятный звук и замахала в лицо руками, прося мужа подать салфетку. Артур еле заметно закатил глаза, но собственноручно вытер слёзы с лица жены и положил руку ей на плечо. — Я желаю вам лишь согласия в вашей паре. Остальное придёт само. Только слушайте друг друга. И любите, - она всхлипнула на последнем слове, но подняла фужер, призывая чокнуться. Все тут же среагировали. Мишель перегнулась через стол, чтобы обнять маму. Скамандор незаметно проморгался, чудом не заплакав, и заметил, как к нему через стол тянется женская рука, тоже утягивая в объятия. — Будьте счастливы, я сказала! Уяснили? - Мишель хихикнула и кивнула, садясь обратно на своё место, - а ты не обижай её! — Мама! — Ни в коем случае, - для большей убедительности Скамандор решил произнести следующий тост и встал. Собрав рога в кулак, он проигнорировал подогнувшиеся с испугу колени и невозмутимо продолжил, - я был создан, чтобы охранять лес, однако, встретив Мишель, я понял, что готов пойти против собственной природы. Если Мишель не захочет жить в моем лесу, я буду ползать в ногах у столпов до тех пор, пока они не разрешат мне сложить свои полномочия. Я не оставлю попыток сделать меня простым диером или даже человеком, пусть для этого мне придётся заплатить самую большую цену, мне всё равно, - диер сам не заметил, как голос его окреп и наполнился той сталью, какой наполняется всё его тело, когда он принимает боевую форму. Под конец тоста он тихо, но увесисто ударил кулаком по столу, и только после этого опомнился - испуганно посмотрел в лица родителей своей девушки и принялся судорожно лепетать извинения. Артур прервал его жестом руки. Неожиданно добрый и даже какой-то нежный блеск в его глазах заставил Скамандора умолкнуть. Виолетта смотрела даже не с блеском, она была на пороге новых рыданий - улыбка, до невозможного искренняя и гордая, так и рвалась наружу, заставляя ее прикрывать рот рукой. А Мишель просто смотрела на него, не издавая ни звука, и тихо улыбалась. Смотрела в самую душу, чуть наклонив голову вбок. Скамандор опять не понял, что такого сказал, но отношение к нему снова будто стало ещё лучше. Можно ли это считать удачным знакомством с родителями девушки, когда все вокруг плачут? Хотел бы Скамандор сейчас посоветоваться с Грейвс по этому вопросу. Она хоть и не сталкивалась с такими ситуациями, все равно могла посоветовать дельные вещи. Но сейчас её не было рядом. И даже если бы была - ей сейчас совсем, совсем не до этого. Ей не до чего. Она не то чтобы летает в облаках, нет, она построила там дом и посадила огород. И прямо сейчас пасёт овец. Но её небесное спокойствие, ни в коем случае не прерываемое никаким, мать его, ангелом-хранителем по имени Ливио, нарушил стук в дверь. Такой внезапный, что она чуть не проломила коленями стол. Голди на работе, Скамандор знакомится с родителями Мишель... А больше она ни с кем не общается. Хрясь. Во рту сломался карандаш. Грейвс досадливо сморщилась, выплюнула щепки и принялась одеваться, чтобы не встречать незваного гостя без штанов. Отворив дверь, она увидела незнакомую девушку. Гостья окинула Грейвс жадным взглядом с головы до ног, будто Грейвс какая-то знаменитость. — Ты кто? — Я принесла крыс, - и правда, в руках у незнакомки был тот самый короб, который Грейвс обещали доставить уже как месяц. — Надо же. А у профессора Ди что, ноги уже не ходят? - Грейвс взяла у девушки ящик и пошла с ним в дом. Алия, подумав, что это приглашение, бесшумно прошла внутрь за Грейвс. Таким образом она и оказалась в лаборатории диерки, широко раскрытыми глазами изучая её. Грейвс, увидев позади себя гостью, вздрогнула всем телом и нахмурилась. — Я тебя не приглашала. Спасибо, что принесла, на этом всё. — Нет, не всё, - тягуче протянула ведьма, обводя комнату по периметру глазами, и только после этого возвращая взгляд на недовольную Грейвс. Она протянула ей свою руку, - Алия. Советую не скалиться на меня. — Этого мне ещё не хватало, - вопреки словам Алии, Грейвс уже почти шипела на неё. Вместо рукопожатия хозяйка дома схватила Алию за руку и потянула на выход. Алия не сопротивлялась, лишь увлеченно наблюдала. — Так значит, тебе есть, что скрывать? Профессор не захотел о тебе рассказывать и так не хотел сам идти к тебе, будто боится. Скажи, кто ты и чем занимаешься по-хорошему, и я отстану. Грейвс смотрела на неё не моргая. Долго. А потом плюнула ей в ноги ядом, который тут же заблестел на солнце, выдавая себя. Не став дальше терпеть нервотрёпку, Грейвс захлопнула дверь перед носом Алии. Опасность ситуации становится понятна не сразу, так как Грейвс ищет рецепт эликсира жизни, что, в случае успеха, может спасти множество жизней. Но есть одно «но» в её исследовании: она ставит опыты на собственном яде, что в суде может расцениваться как опыты на себе, на своей природе, а это уже вне закона. Почему? Грейвс аполитична. Но даже она не может игнорировать тот факт, что ММП пытаются выкурить абсолютно всю магию. Пока что это касается лишь древних магов, которых пачками отлавливают и сажают в тюрьму. Винкула последнее время трещит по швам от количества колдунов в ней, а всё потому, что ловят абсолютно всех древних магов, даже детей. Даже новорождённых. Цель власти - добиться технологического прогресса, чтобы обходиться без магии. В народе давно ходит анекдот, что такими темпами ещё чуть-чуть, и придётся сажать в Винкулу всё Мировое Магическое Правительство, так как они «эксперементируют с собственной природой». А самое страшное, что так и есть. Грейвс надеется, что успеет изобрести лекарство до того, как даже самые обычные обращения станут вне закона. И вот эта Алия, непонятно откуда взявшаяся и навряд ли имеющая хоть какой-то вес, всё равно сильно напрягла Грейвс, потому что в её ситуации опасен много кто. Она не может быть уверена в том, что Алия не страж, например. «Она не страж. Слишком молодая» Грейвс вскинулась и заозиралась по сторонам. — Ты... Замолчи. Никогда больше не открывай свой несуществующий рот, понял? «Это очень обидно звучит, но если тебе нужно побыть одной, хорошо, я помолчу» Грейвс нетвердой походкой дошла до кровати, плюхнулась лицом в подушку и тихонько подала голос: — Ладно, можешь не молчать. Но ты не мой ангел-хранитель, даже не думай меня снова обманывать. Ливио молчал. — Мой ангел-хранитель умер совсем недавно. Я поняла это на днях. У него был другой голос, не такой, как у тебя. У него был грубый, безобразный голос. Я думала, что внутри меня живёт монстр, поэтому я и приношу несчастья. «А какой у меня голос?» Услышав в чужом голосе искреннее, почти детское любопытство, Грейвс сама не заметила, как широко улыбнулась. — Нежный. До невозможного нежный. И добрый. Мне кажется, будто ты укрываешь меня им, как пуховым одеялом, или плюшевым пледом. И мне так хорошо-хорошо. Грейвс почему-то представила, как Ливио смущается от её слов и не находит, что сказать. А Ливио и правда замолчал, лишь легкое покалывание ощущалось где-то в районе спины. «А ты не думала, что тот ангел пропал, но на его место поставили меня? Ты правда думаешь, мне есть смысл тебя обманывать?» Грейвс повернулась на бок, подложив руку под щеку. Бок вдруг потеплел, будто кто-то невидимый положил туда руку, но Грейвс уже не обращает внимание на это. Зачем, если она прекрасно знает, кто это? — Я не знаю, как поверить тебе, - она расслабилась в его невесомых объятиях и прикрыла глаза, - боюсь, я не умею. «Не страшно. Ты сможешь. Рано или поздно. А пока мне хватает того, что ты не швыряешься в меня подушками» Грейвс захихикала, одновременно похоже и на умалишённую, и на маленькую девочку. — Я представила, что ты снова появился в моей комнате, и мне стало так тоскливо. С чего бы это? «Хочешь, чтобы я появился. Но я не могу, Грейвс. На этот раз буквально не могу, я не знаю, как это сделать, и возможно ли вообще. Мне жаль» Грейвс немного помолчала, а потом тихо проговорила: — Даже если можно, у тебя наверняка будут проблемы после такого. А мне этого почему-то совсем не хочется. Ливио молчал. Молчал и думал. Много думал. О том, у кого безопасно спросить о таком, насколько серьёзно будет наказание, и на сколько его хватит - быть досягаемым на Земле. Часа ему бы хватило... — Ливио, - Грейвс положила руку на вторую половину кровати и поводила ей из стороны в сторону, будто там мог быть Ливио, - если ты и правда мой ангел-хранитель, то спасибо тебе. За то, что ты так нежен. Мне этого безумно не хватало. Во всей жизни. И прости за то, что хотела убить тебя. До меня не сразу дошло, что голоса у вас абсолютно разные, да и, к тому же, моя жизнь поделилась на «до» и «после». До и после Ливио, - Грейвс опять посмеялась, так очаровательно, что у Ливио защемило его небесное сердце. «Я... Не знаю, что сказать, Грейвс. Не знаю почему, но я вообще не знаю, что сказать...» Грейвс открыла глаза и стала шарить хитрым взглядом по комнате, будто надеясь поймать взгляд Ливио. Приподнявшись на локтях, она состроила до невозможного горделивую физиономию. — Влюбился? - она прищурилась. Ливио стал издавать невнятные звуки, силясь что-то сказать, и Грейвс от души захохотала, падая обратно на подушку, - ква-ква-ква, ангел-лягушка. Я же шучу. Ливио порадовался тому, что вовремя зажал себе рот руками, не позволяя вылетать из него всякого рода оправданиям. Им здесь не место. Грейвс сама убрала неловкость из ситуации, и ничего говорить не нужно, просто незаметно сменить тему и ни в коем случае не вспоминать этот момент. «Да, шутка, это просто шутка» Сразу же после того, как он произнес это, он понял, что сделал только хуже. Глаза Грейвс опять заблестели лукавством, но теперь в них было еще и удивление. Сама не понимая зачем, она решила развить эту тему. — Звучишь смущённо. Ты там краснеешь, что ли? А ангелы вообще могут краснеть? - последняя фраза прозвучала искренне заинтересованно. «Грейвс, прошу, хватит. Могут, конечно. А я тем более. Я ведь бывший человек» — Ты бывший... Кто? - Грейвс резко приняла сидячее положение и стала вглядываться в пустоту с большим усердием, - и ты молчал об этом? Ливио смачно ударил себя по лицу, а потом отдельно по губам, и тяжело вздохнул. Наказание ему обеспечено. Ну, раз так, горит сарай, гори и хата! После этого разговора с Грейвс он не надолго отлучится к Белодорожнику. «Да, я раньше был человеком. Но моя мама превратила меня в ангела» — Чего?! - Грейвс замотала ногами будто в нетерпении, - я требую подробный рассказ. А то мою жизнь ты всю знаешь, а я твою нет! «Ты и не должна знать мою жизнь. Впрочем, ладно, слушай...» Под конец рассказа Грейвс сидела с широко открытым ртом и текущими по щекам слезами, которые она усердно игнорировала. Она упрашивала Ливио сесть к ней на кровать, чтобы она могла обнять его. Он говорил, что в этом нет смысла, так как Грейвс всё равно не почувствует его. — Неправда, я всегда чувствую тебя, - Ливио сдался и сел. И, на его удивление, Грейвс и правда сама поняла это: медленно, на пробу, протянула к нему руку, пытаясь нащупать его. И у неё это получилось. Она положила руку ему на плечо, - вот это ты, но я не знаю, какая это часть тебя. Но я чувствую тебя. Поразительно. «В самом деле поразительно. Это моё плечо» Грейвс быстро сообразила, что к чему, и, обогнув рукой чужую спину, дотянулась до второго плеча, прижимая к себе. Ливио, сам того не ожидая, последовал за рукой, хотя мог просто позволить ей пройти сквозь себя. Прильнув к плечу Грейвс, он сам положил свою голову на её и тихо вдохнул носом запах её волос, прикрывая глаза. Какие-то фрукты... Грейвс удивленно выдохнула. — Ты положил на меня свою голову! Это я тоже чувствую! Интересно, почему так происходит? Ливио что-то согласно промычал и прижался ближе, как уличный пёс, которому дали немного ласки. «А это ты тоже почувствуешь?» Грейвс насторожилась, готовясь почувствовать, и ощутила на своей щеке что-то легкое, воздушное, такое невесомое, прямо как... — Перышко? - Грейвс протянула к нему руку и повела ею дальше, трогая массивное крыло, - офигеть. «Надо же, как точно» — Что-то ты совсем разнежился, - девушка протянула руку туда, где, по её наблюдениям, должна была быть чужая рука, и чуть погладила кончиками пальцев. Ливио подскочил на месте и чуть отдалился. «Всё, хватит, а то меня за уши потом будет не оттащить...» Грейвс не дала ему договорить и погладила теперь уже по спине. Найдя основание крыльев, почесала и там, заставив Ливио издавать уже совсем недвусмысленные звуки. Пару минут спустя он уже лежал у неё на коленях и почти засыпал, пока она гладила его. — Ангелы разве могут спать? Ты же говорил, что нет. «Задремать могут. Но крепко спать и получать от этого силы - нет» Грейвс кивнула, получив новую информацию об ангелах. До чего же интересный, на самом деле, народ, представитель которого живёт у Грейвс прямо под носом, а вернее даже сказать прямо в голове. Грейвс улыбнулась собственным мыслям и опустила глаза вниз, где очень хотела бы увидеть спящего парня, но видела лишь собственные колени. Интересно, а какого размера его крылья? Если они у него не для красоты, то должны быть просто гигантские, чтобы смогли поднять его в воздух. Благодаря Ливио Грейвс совсем забыла об Алии и больше не волновалась. А Алия тем временем думала, как поступить. С одной стороны, Мариана приказа не давала заниматься самодеятельностью, но с другой, если Грейвс и правда занимается чем-то противозаконным, Мариана ведь будет благодарна Алии за то, что та схватила Грейвс. Вот только Алия самая обычная студентка. Как она схватит Грейвс? Даже если бы она была стражем, ей нужен был бы для начала ордер на арест. — Аргх, как же всё это сложно! Почему я не могу просто взорвать её лабораторию? Алия посмотрела прямо перед собой и приостановила шаг. — А почему же не могу? - она радостно захлопала в ладоши и побежала в противоположном прежнему направлении, в сторону собственного дома. В голове зрел и горел красным план, который просто необходимо воплотить в жизнь сегодня же. Ливио резко открыл глаза, наполненные совсем не ангельской яростью. Грейвс, понятное дело, не почувствовавшая этого, продолжала сидеть в телефоне и бровью не ведя. Лишь когда невидимые крылья стали разминаться, готовя Ливио, похоже, к полёту, она отложила телефон. — Проснулся? - она не помнит саму себя такой заботливой. Она даже потянулась к чужому лицу, чтобы погладить по волосам, но Ливио уже соскочил с её коленей, - эй, что случилось? «Тебе нужно будет переехать. И перевезти свою лабораторию. Продолжишь исследование в другом месте. А сегодня... Сегодня Алия собирается взорвать твой дом» Грейвс немигающим взглядом смотрела туда, где скорее всего находился Ливио. А он продолжал рычащим тоном, какого Грейвс у него ни разу не слышала: «Профессор... Тебе нужно разорвать с ним контракт. Он так и продолжит давать ей твои новые адреса, так как она будет давить на него» — Откуда ты всё это знаешь? «Ангелы-хранители могут видеть ближайшее будущее» После этой фразы Грейвс перестала его чувствовать. Улетел. Про себя Грейвс подумала лишь о том, что узнала еще один интересный факт об ангелах-хранителях.