Сплин

– Да ладно, не отводи взгляд..АХАХАХАХ, Полюбуйся им хоть так. Порция смеха разлилась по комнате. Его настроение было слишком заразительно, я даже физически ощутил, что стало теплее. Казалось, ему совершенно не нужна трава, чтобы почувствовать себя счастливым, в отличии от меня. Но я должен признать, находясь здесь, я не чувствую себя лишним, и даже радуюсь его очередному подколу. В этом был весь Кенни. Он заставлял чувствовать себя нужным.. Причем вообще во всех аспектах.. А иногда и за деньги, но это не мой случай, ведь он мой друг. Слева от стола стояла кровать, заваленная подушками, пледами и игрушками. Точнее, это был матрас и большой кусок поролона на нем, заботливо заправленный постельным бельем, которые мы подарили ему с Кайлом. Приятно смотреть как твои подарки приносят пользу. Почему же эта комната ощущается роднее, чем моя собственная. Такая яркая, живая.. И пошлая.. Последнее по прихоти хозяина. Тут не пахло алкоголем, ну, может, совсем немного. Но как и в комнате у Кайла, у Кенни был свой запах. Слишком разные. Кайл пах чем-то терпким и одновременно сладким... Травянистый запах буквально окутывал его. Кенни же тоже пах травой, но не той... Какой то лекарственный и горький, совершенно не похожий на Кайла. По моему описанию можно подумать, что я влюблён в Кенни, но это не так. Просто эти различия слишком бросаются в глаза и я не могу их не подмечать. Они мои друзья и мне так грустно, что я заставляю их страдать. Я продолжал рассматривать комнату и рабочий стол, погруженный в раздумья. Помимо рисунков на нем лежали тетрадки, как-то хаотично разбросаные по столу, будто он что-то не мог найти. Это странно, ведь он не сильно то увлечен учебой. На них же лежат ручки, карандаши, зажигалка и нож бабочка. Увидев, за что зацепился мой взгляд, он показательно взял нож и начал крутить его в руках, выполняя разные трюки. Для себя я открыл еще одно умение этого придурка. – Ну и зачем он тебе? Он не переставал его крутить, понтуясь своей крутостью. Иногда он ведет себя как ребенок, и вижу в нем того мальчика в оранжевой куртке, такого невинного и вечно бубнящего что-то себе под нос. – Да просто для самозащиты... И перед девчонками покрасоваться. Смотри, тебе ведь тоже понравилось. Мне и в правду понравилось. Его тонкие пальцы едва касались лезвия каждый раз, как он прокручивал его. Мне казалось, что он вот-вот поранится и воткнет этот нож себе в ладонь. От этого я переставал дышать, внимательно наблюдая, как он ловко перебирает его. – Всё, хватит. Я не вынесу этого зрелища. Мне страшно, что ты себе что то отрубишь. Я не боялся крови, но все же забрал нож и положил его обратно на стол. И сразу после вижу фигуру Кенни надвигающуюся на меня. Я не успеваю среагировать и отойти в сторону, чтобы избежать столкновения. –Стэн, ты такой душка! Не понимаю, как Кайл до сих пор не окольцевал тебя. Он прокричал это так радостно, что я на секунду опешил, и прежде, чем успел осознать смысл сказанного, на меня обрушилась волна объятий. Он повис на моей шее, словно маленький ребенок, прижавшись лицом к моей ключице. И, видимо, посчитав этого недостаточно, толкнул назад, увлекая за собой в неминуемое падение. Я был готов принять удар, но на удивление посадка была не такой твердой. – Ты идиот? Я, с трудом поднявшись, возмущенно взглянул на него. Кажется, он совершенно не осознавал, что его спонтанный порыв не вызвал у меня восторга. Его "кровать" настолько низкая, что падение на нее больше напоминало встречу с полом. Словами не передать, как я испугался, внезапно ощутив себя в свободном полете. Черт, да у меня сейчас сердце остановится! Кто вообще так делает? В эти несколько мучительных секунд я успел переосмыслить всю свою никчемную жизнь. Я перевожу взгляд, и вижу, что его рука лежит у меня на груди, а сам он с спутался со мной, все так же обнимая второй рукой. Он поднял свой кокетливый взгляд на меня, все так же ухмыляясь. – Испугался ? Ты просто прелесть, у тебя сердце так бешено колотится. – Это какой-то новый вид извращенства? Чего это на нежности потянуло? Отвянь. Я пытаюсь выбраться из его хватки, уже конкретно запыхавшись, а ему по прежнему все это доставляет удовольствие. Он так искренне и крепко обнимает меня, что я уже и не хочу вылазить из объятий. Я бросил на него свой недовольный взгляд, сигнализируя о том, что я искренне не желаю его обнимать и это полностью его желание. – Сдаешься? Глупая ухмылочка не переставала украшать лицо. Когда он наконец пообжимался со мной вдоволь, уведомив меня, что не отпустит меня этой ночью, наконец встал и подошел к тумбочке возле стола. –Ладно, ты хотел покурить. Подожди минуту. Извлекши две самокрутки и прихватив со стола зажигалку, он бесцеремонно рухнул на матрас, отчего я подскочил. Идиот. Кенни протянул мне одну из них, но, не дожидаясь моего ответа, вложил ее мне между губ, подавшись вперед, чтобы прикурить. Комната мгновенно наполнилась терпким, специфическим ароматом, и, сделав первую затяжку, я ощутил, как напряжение медленно покидает тело. Черт, как же я хотел бы пребывать в этом состоянии всегда… Эта тягучая тишина, обволакивающая приятным оцепенением... Блондин тоже затянулся, расплываясь на матрасе. Время словно замедлило свой ход, растворяясь в дымке, и я потерял счет минутам, проведенным в этом полумраке... Мы просто курили, наслаждаясь моментом. Я давно не чувствовал себя так хорошо.. – Кстати.. А где твоя сестра ? – Сестра? Он спросил это с таким выражением, будто у него никогда ее и не было. –Ааа.. Она часто ночует у подруги.. Знаешь, это место не самое приятное для ребёнка. Я не часто слышу такой низкий и глубокий голос Кенни. Он говорит так медленно и с тактом, что меня поражает его заторможенность. Видимо, именно так звучит расслабленный Кенни, полностью отдавшийся траве. Не знаю, что выкуренное делает со мной, но мне хочется отдать свою душу этому человеку. Хочется рассказать все, что меня так гложет, про влюблённость к Кайлу, про мою рутину... Но я не хочу рушить это приятное настроение. Не хочу мешать Кенни жить так , как он пожелает. Видимо, я действительно обкурился, ведь мою голову стали прокрадываться все более противные мысли, полностью обескураживающие меня. Я вновь не могу дышать, уже физически, и стараюсь успокоиться, обняв себя руками. Мысленно считаю до трех.. Раз.. – Стэн? Два.. – Стэн Три.. Удар по щеке самое необходимое, что могло произойти в такой ситуации. Такой освежающий, что я был бы не против повторить. –Идиот, прийди в себя! Любишь же ты загоняться, дыши, слышишь? Я вижу Кенни нависшего надо мной, и держащего меня за плечи. Опять. У меня какое-то чувство дежавю, когда я вижу эти голубые глаза, с тревогой смотрящие на меня. Я глубоко вдыхаю ртом, наконец отогнав этот образ. Вдыхая все чаще, я прихожу в норму, пока он пытается утешить меня поглаживая. Что я могу сделать, если я такой? Мне кажется что я никогда не смогу дышать спокойно. Я ведь и накурился думая о Кайле.. О том , как мы поссорились.. Да и кому нужен тревожник , забывающий как дышать? Как вообще можно о таком забывать? Может просто потому что я эгоист, или под действием травы ко мне приходит гениальная мысль. Настолько пугающая и отталкивающая, что лучше вообще не думать о последствиях. Я хочу исчезнуть. Мой взгляд падает на серебристый нож, все так же лежавший на столе. Я не первый раз режу руки, но в первый раз таким ножом. Судя по всему, он очень острый.. Это даже круче, чем обычные лезвия. Встревоженный Кенни все так же сидит, обнимая меня. Он не подозревает, что его друг – ебнутый на голову, и решил свести счеты с жизнью. Причем таким грязным способом. Взвешивая все за и против уже четыре минуты, я не могу от делаться от мысли, что это– правильное решение. Я не могу больше так жить. Не надо было мне сюда приходить... –Стэн, если ты не ответишь, я ударю тебя снова. –М? – Я спрашиваю, что ты задумал? Я и забыл, что он телепат. Не знаю как он догадывался обо всем что я думаю, ведь он даже сидел, не видя моего лица. Меня бросает в дрожь от его слов. Я? Задумал? Не смеши. Маленькая пакость, просто проделка.. – В горле пересохло, принесешь мне воды? Моя простая просьба пронеслась эхом по комнате, я смотрел на него таким невинным взглядом, заставляя его задуматься. Он очень подозрительно оглядел меня, но естественно, не смог уличить в чем-либо, ведь я еще ничего не сделал. Пока...Не сделал. –Стэн, не пытайся что-то выкинуть. Я же вижу что.. – Так ты не принесешь воды? Он действовал мне на нервы, этот навязчивый контроль. И в кого он такой бдительный? Неужели, он не доверяет мне? Своему другу? Впрочем, я не собирался отступать. Задуманное должно свершиться, решение принято окончательно и бесповоротно. Не найдя весомых аргументов, он поднялся, и направился к выходу. Бросив на меня тревожный взгляд, полный невысказанных опасений, он пообещал скоро вернуться и растворился в темноте. Сердце забилось в бешеном ритме. Я резко вскочил, схватив со стола нож, и обнажил его лезвие. Закатав рукав кофты, я, словно загипнотизированный, направил острие к коже запястья. Возможно, я совершил то, о чем еще долгое время буду жалеть. Нож вошел в плоть легко, почти без сопротивления. Теплая кровь хлынула, окрашивая стол багряным цветом и волна эйфории захлестнула меня, многократно усиленная действием выкуренной травы. Я вынул нож и наблюдал, как кровь продолжает течь, заполняя собой все больше и больше пространства. Алые капли мерцали в полумраке, оставляя после себя милые точечки на тетрадях. Блять, похоже это лучшее что со мной случалось. Я полоснул по руке второй раз, с нажимом, но не так глубоко как было до этого. Все больше крови стекало по руке, пачкая одежду и мебель вокруг. Внезапно тишину нарушил звонкий звук стакана, упавшего на пол. Я осознал, что больше не один, и прежде чем успел что-либо предпринять, сильная рука обхватила мое запястье, а вторая – с яростью заламывала руку, в которой я сжимал нож. Я и представить себе не мог, что он настолько быстр и оперативен. В его глазах плескался ужас, смешанный с яростью. Он молчал, не произнося ни слова, но смотрел на меня, как на предателя, как на человека, который добровольно шагнул в пропасть. И в этом взгляде я читал не только обвинение, но и безграничную любовь, способную простить даже такое. Его пальцы с силой сжимали мое запястье, пытаясь остановить кровь, но при этом я всем своим телом ощущал как его трясет. В его движениях чувствовалась паника, он отчаянно пытался спасти меня от самого себя. В этот момент я понял, что совершил чудовищную ошибку, причинив ему невыносимую боль. Но было уже слишком поздно. Нет.. Меня затрясло так , будто я вприпадке. На смену эйфории и безумному удовольствию пришел животный страх и тошнота. Я с опаской посмотрел в шокированные глаза друга, не зная, что мне теперь делать. Я упал на колени, захватив его с собой, ведь он по прежнему крепко держал меня. Я разрыдался в голос, не шевелясь и не принимая попыток остановить кровь. Через несколько секунд Кенни пришел в себя. Весь в крови и мокрый от пролитой воды, он развернул меня к себе, схватив за оба запястья. Я выдохнул сквозь зубы от такой боли. Какой же я идиот. В отличии от меня, он уже знал что будет делать. Пальцами он зажал кровоточащую рану, так смело, будто ни раз сталкивался с этим. Он взял полотенце, висевшее на стуле и начал перевязывать мою руку. За все это время он не проронил ни слова. –Я.. Кенни.. Прости.. Накатывающая истерика не давала мне четко выражать свои мысли. Да я и не мог ничего сказать, видя как мой друг перематывает мою руку и накладывает жгут. – Зачем же ты так... Его слова были еле различимы. Он будто лишился каких либо сил и сам вот-вот умрет. Хотя я не могу не радоваться, ведь кровь постепенно останавливается и я могу понять, что всё позади. Я понимаю: это была судная ночь для Кенни. И мне чертовски стыдно за свой поступок. – Прости меня... – Не извиняйся. – Нет, я... – Если бы ты чувствовал вину, то не сделал бы этого, Стэн, ты хотел умереть, не пытайся доказать обратное. Это был удар ниже пояса. Это утверждение заставило меня ещё больше испугаться, ведь если он все расскажет кому-то.. Если он сейчас вызовет скорую или полицию.. – Я не скажу никому. Слышишь? Пообещай, что останешься здесь и расскажешь мне обо всем что тебя тревожит, и я пообещаю сохранить это в секрете. Телепатией меня уже не удивишь. Точно не сейчас. Он не может представить как я люблю его. Его быструю реакцию и моментальную поддержку. Похоже, он не собирается бросать меня. Я так счастлив, что нахожусь здесь. Я снова плачу, согнувшись пополам. –Кенни.. Прости.. Я л.л.. – Да, да, чувак, я тоже тебя люблю. Он обнял меня, так нежно, будто в этом мире остались мы вдвоем. Пульсирующая боль в руке не останавливалась, но мне было все равно. Вся эта нежность заставила почувствовать себя нужным. Мне этого не хватало. – Тебе наверняка очень больно. Я могу дать тебе что-нибудь... С этими словами он поднялся и снова направился к тумбочке, долго ища нужный препарат. Казалось, у него там склад с наркотой и разными таблетками, и я даже представить боюсь, что именно он там хранит. Все же отыскав то что нужно, он вернулся ко мне, и сев на колени, протянул белую шайбочку. – А это.. – Я не скажу. Просто пей, тебе станет легче, обещаю. В этот момент, глядя на Кенни, я осознал всю глубину его неблагополучия. Он тоже не в порядке. Его душевные раны проглядывали даже сквозь маску, которую он носил, отражаясь и в его непростом характере, и в убогом окружении, в котором он обитал. Но лишь сейчас, увидев его реакцию на мою попытку, я понял, что он уже не раз сталкивался с подобным. Эта пугающая осведомленность, эта готовность кричала о том, что в его жизни самоубийство – не сюжет кинофильма, а реальность, с которой он, возможно, знаком слишком близко. И от осознания содеянного боль стала невыносимой. Я причинил страдания не только себе, но и ему, человеку, который, возможно, сам нуждался в помощи и поддержке. Зачем я это сделал? Осознание своей эгоистичности оглушало. В тот момент я ненавидел себя за слабость, за трусость, за то, что не нашел в себе сил обратиться за помощью, за то, что переложил свои проблемы на плечи другого, заведомо зная, что они могут его сломать. Теперь уже не было пути назад. И вина за это целиком и полностью лежала на мне. Казалось, таблетка начала оказывать свое действие, растекаясь по венам тягучей смесью. Боль отступила, а вместе с ней ушли и другие чувства, оставив лишь звенящую пустоту. Пусть я не погрузился в блаженное небытие, но несомненно ощущал облегчение. Дыхание стало ровным и свободным, сознание оставалось ясным, но при этом отстраненным. На лице застыла улыбка, и я почувствовал, что больше не в силах думать ни о чем. Пустота внутри наполнялась каким-то странным спокойствием, позволяющим отвлечься от ужаса произошедшего и просто плыть по течению. – Когда будешь готов, я выслушаю тебя, - Его голос звучал приглушенно, словно издалека - Попытайся оставаться в сознании. Я сейчас вернусь с бинтами. Мир вокруг словно потерял свои краски, превратившись в безжизненную картинку. Я знал, что должен что-то чувствовать, но все усилия оказывались тщетны. Легкость, подобная невесомости, отделила меня от тела, от страданий, от реальности. Я даже не заметил его возвращения. Словно сквозь пелену, до меня донеслись его движения, когда он осторожно разматывал жгут и снимал окровавленные повязки. Где-то позади него валялось пропитанное кровью полотенце. Я опустил взгляд и увидел свои руки. На них зияли две глубокие раны, из которых сочилось немного крови, но меня охватил не страх перед увечьем, а ужас от полного отсутствия боли. Рука казалась чужой, онемевшей, словно принадлежала не мне. И это ощущение нереальности лишь усиливало чувство фальшивости всего происходящего. – Не смотри. Его голос, так резкий и строгий заставил меня очнуться и оторвать взгляд. Я поднял глаза и посмотрел на него. Выражение сосредоточенности застыло на его лице, а сам он, убедившись, что я не смотрю на руку, начал обрабатывать ее. Надо отдать ему должное, я почти не почувствовал как он беспощадно оттирал застывшую кровь и накладывал повязку. Вот на моей руке красуется бинт, с небольшими пятнами крови. И я ощущаю что теперь точно не умру. – Ты уже..? – Да. Ты не первый идиот, решивший убить себя у меня на глазах. Он будто сделан из камня, непробиваем. Сейчас я вижу человека, пережившего такие события и абсолютно спокойно сидящего передо мной. – Не обольщайся, я тоже под кайфом. Если бы не был, я бы тебе уже давно прописал. – Ты умеешь читать мысли? – А я создаю такое впечатление? Он поднял взгляд, принимая позу самого невинного существа на планете и подставляя ладошки под подбородок демонстрируя свою непорочность. – Хватит со мной заигрывать, невинность тебе не к лицу. Кенни смеется, пусть с долькой грусти в голосе, но он явно не раздосадован и я верю ему. Верю, что его ни капли не удивил мой поступок, он спокойно будет жить дальше и наша дружба не пошатнется. Именно такую уверенность вселял весь его образ. Уверенность в завтрашнем дне. Погрузившись в раздумья, я не сразу заметил, как телефон Кенни разрывается от нескончаемых звонков. Казалось, он задолжал кому-то целое состояние, иначе я не мог объяснить такое настойчивое внимание, особенно в столь поздний час. В голове промелькнула мысль о матери. Черт, я ведь не предупредил ее, что останусь у Кенни... Ладно, напишу ей позже с его телефона. Кенни забрал источник звука с кровати и с явным нежеланием ответил на вызов. Очевидно, он не хотел вести этот разговор в моем присутствии, и словно подтверждая мои догадки, он подобрал с пола нож, отряхивая его от крови, и выразительно сжал кулак, угрожающе взглянув на меня, мол "выкинешь что-нибудь – прикончу", вышел из комнаты. Человек на проводе явно был не в себе, ведь даже находясь в другой комнате, я слышал как он яростно что-то выясняет. У Кенни проблемы? Он тоже был не рад звонку, но говорил довольно спокойно и уверенно. После нескольких минут разговора, он вернулся в комнату, внимательно осматривая меня. Я неподвижно сидел все это время , так что взгляд его успокоился и он присел рядом. –Кайл звонил... Я сказал что ты в порядке, и уже спишь у себя дома. Ох.. Точно, Кайл... Наверно он тоже чувствует, что что-то не так. Интересно как бы он отреагировал на моё.. – Ты можешь поменьше думать? Видимо мое лицо слишком выдает умственную деятельность. Я слишком громко думаю? – Ты... Влюблен в него? Так? – Я ненавижу тебя и твою догадливость. С чего ты вообще взял? Он улыбнулся и положил руку мне на плечо, не смотря на мои слова. И как можно вообще ненавидеть его, когда он так делает? – Стэн, ты и в правду как открытая книга. Ты поэтому хочешь себя убить? Мучаешься, так ведь? Я подавился от его откровенной наблюдательности. Я не хочу с ним разговаривать... Не об этом...Но мой порыв открытости уже не остановить.. – Да, я не могу найти себе места когда нахожусь с ним в ссоре. Я не хочу рушить то, что у нас есть с Кайлом.. Он мой друг.. Лучший друг.. Но те вещи о которых я думаю... Мне бы не хотелось совершать в реальности. Не хочу переступать эту грань, ведь я не такой... Я готов вечно оставаться в стороне, лишь бы он был счастлив. Поток моего сознания хлынул на Кенни, обрушиваясь на него неконтролируемой волной. Я уже не мог сдержать себя, переполненный жаждой излить все свои мысли именно ему. Мне отчаянно хотелось оправдаться перед ним за уже совершенный мною поступок и за те, которые, возможно, лишь зрели в моей голове. Я хотел, чтобы он знал, как он мне дорог, как важно для меня сейчас быть честным, не скрывая ничего, не таясь... Слова вылетали торопливо, накладываясь друг на друга. Я говорил о своих страхах, о своей неуверенности, о своей ненависти к самому себе. Говорил о том, как мне одиноко, как трудно справляться со всем этим сразу. Я говорил о нем, о Кенни, о его доброте, о его поддержке, о том, как он важен для меня. Я признавался в том, что всегда восхищался его силой духа, его умением находить радость в мелочах, его способностью оставаться собой, несмотря ни на что. Говорил о том, как мне стыдно за то, что я причинил ему боль, за то, что заставил его переживать этот кошмар.Я извинился тысячу раз, уже не сдерживая слез. Кенни молчал все это время внимательно выслушивая каждое мое слово, лишь изредка хмыкая в знак того, что он весь во внимании. Он даже прослезился и лишь просил меня перестать извиняться, обнял, чтобы я вновь не начал терять самообладание. Может это таблетка сделала меня таким, а может мне и в правду нужен был человек с которым я хотел поговорить. Ослабляя крепкую хватку, он переместил обе руки мне на щеки и внимательно заглянул в глаза. Его зрачки уже не были такими большими, а лицо немного покраснело от слез. Улыбка полная нежности, будто для него нет никого желаннее меня. – Можно тебя поцеловать ? И я кивнул. Да, я хотел этого. Та близость что была между нами в этот вечер не могла не заставить меня согласиться. Я просто не мог отказать этому лицу... Не сейчас. Трудно было мыслить здраво, ведь это был мой первый поцелуй. Он приблизился к моим губам и мягко коснулся их. Это был не просто поцелуй.. Не было той жажды, с которой обычно целуются в фильмах, лишь бесконечная нежность. Его губы коснулись моих легко, почти невесомо, его прикосновение едва ощутимое, но от которого по всему телу пробежала волна тепла. Он нежно обвел контур моих искусанных губ своими, в то же время не боясь добавить напора, углубляя поцелуй. Опасливо, он все же решился переплести наши языки вместе, подавляя выходившие из меня стоны. Я понял, что слова для него не так важны, и это был его личный способ поддержать меня. Возможно, не только меня, но сейчас это было не важно. Его дыхание, теплое и ровное, смешалось с моим. Проведя языком по нижней губе на последок, он отстранился, облизнувшись, словно кот. На губах оставалось горькое послевкусие, видимо этот извращенец захватил парочку шайбочек и для себя, но не глотая, а расжевывал их, смакуя все прелести прихода. Но я был не против.. Вкус его губ просто припечатался к моим, доказывая, что это мне не снится. Не смотря на всю нежность, я не могу сказать что этот поцелуй не был страстным, ведь судя по состоянию Кенни, да и по моему тоже, мы слишком возбудились. Я с опаской глянул на него, сидящего все в такой же близости ко мне. – Боишься лишиться девствености? Ммм? Глупо ухмыляясь и придвигаясь все ближе, он был очень похож на лиса. Такой хитрый и опасный, ведь все же хищник. Видя мое напряжение, он не смог удержать смех и уткнулся мне лбом в плечо, пытаясь успокоиться. – Очаровательно.. Я.. АХАХА.. ПРОСТИ.. Ты так..Похож на кролика.. Чего ты так испугался? Пф..АХАХХАХА Скорчив самую высокомерную и обиженную гримасу, я молча смотрел на его истерику и попытки не задохнуться, всем видом показывая, как я оскорблен его выдумками. Все же он смог задержать дыхание и произнести. Кажется он не в себе как и я. – Не бойся.. Я не сделаю ничего, что могло бы тебе не понравиться.. Я же не какой-то одержимый..ха... Он помолчал несколько секунд, явно придумывая что-то. -Но, Стэнли.. Он дернулся так резко, чего я не предугадать не успел. Да и не смог бы, он слишком резко для человека под кайфом. Все же в его физическом превосходстве я никогда не сомневался. Кенни притянул меня обеими руками к себе, держа за талию и ,судя по всему, собираясь сломать мне все ребра, заключив в крепкие объятия. Сидя спиной к нему находясь между его ног, я, конечно, почувствовал некий подвох, упирающийся в поясницу, но попытку отодвинуться он пресёк, обхватив своими длинными руками меня полностью и прижав к себе. – Блять, я так и знал, что ты извращенец. Я обеими руками стараюсь отодвинуться, но безрезультатно. Он даже не шолахнулся. – Охх, да ладно тебе, я не сильно скрывал. Я же и так сильно сдерживаюсь.. Я вряд ли когда-нибудь встречу такую же противоречивую личность. Я ведь твердо решил не поддаваться его влиянию, и вот уже сижу, а он… Позволяет себе лапать меня без зазрения совести. Прав был Кайл.. С ним невозможно остаться полностью невинным. – Не о том думаешь. Он положил голову мне на плечо и от его шепота я почувствовал как щеки предательски краснеют. Блять, надо выбираться из этой ловушки, ведь я только сейчас заметил, что одна из его рук совершенно свободно исследует мою грудь, а вторая все так же прижимает, ограничивая свободу движения. – Кенни, я не одна из твоих подружек, ты это прекрасно знаешь. – Знаю. Но Стэн.. Не у меня одного стоит, а нам еще спать вместе.. Не думаешь же ты, что я позволю двум возбуженым парням просто лечь спать... Только не в этой комнате. Я сглотнул, с опаской смотря в его глаза,и полностью осознал свое положение. Ненавижу когда человек говорит что-то настолько откровенное. Неужели трудно не вести себя как животное? На мою мысленную мольбу видимо никто не откликнулся, ведь я уже чувствую как его рука нагло сползает всё ниже. Осознание того что я хочу этого раздражало ещё больше. Я уже не могу так яро сопротивляться.. Я не хотел, чтобы это прекращалось. Откинув голову назад, я невольно зацепился взглядом за тот самый постер с рыжеволосым парнем. Черное кружевное белье плотно облегало его тело, создавая резкий контраст с бледной кожей. Я вновь ощутил все прелести пубертата, пока изучал каждую деталь его облика. В это время Кенни проскользнул рукой под брюки, обрисовывая рукой все выпуклости тела. Заметив, куда направлен мой взгляд, он тихо усмехнулся. – Немного подло мечтать о нем сейчас. – У меня на тебя не встанет. – Уже встал. И он был прав. – Остановись пока еще можно... – Я не зайду далеко… Просто помогу нам обоим… С этими словами он настойчиво взял мой член в руку, проводя пальцем прямо по головке. Я изо всех сил пытался сдержать себя, но от неожиданного прикосновения вырвался приглушенный стон, который звучал так непристойно и пошло, будто извращенец здесь я, а не Кенни. Видимо, это заразительно. – А я вижу ты не сильно против. – Лучше просто заткнись,Ке… Кенни наращивал темп, и в его движениях чувствовалось явное удовольствие. Мысль о том, что он лишил кого-то невинности, словно добавляла ему азарта. Я ощутил, как вторая рука скользнула с моего живота вниз, за спину. Не сбавляя напора, он стал доставлять удовольствие и себе. –Когда ты произносишь мое имя..Я…Хаа.. Слышать, как такой красавчик скулит у меня на плече, прижимаясь все сильнее, и ощущать его прикосновения – чертовски возбуждает. Его голос был тише и глубже моего, но из-за тесной близости его теплое дыхание, вперемешку со стонами, касалось моего уха, сливаясь с моими собственными вздохами. Кажется, я испытываю влечение ко всем своим друзьям… кроме Картмана, разумеется. Его я и другом-то не считаю. Кенни умело водил рукой вверх и вниз, с каждым движением распаляя меня все сильнее. В голове метались обрывки мыслей: постер, его рука, жар, разливающийся по телу. Я попытался отстраниться, чтобы хоть немного прийти в себя, но каждый раз он притягивал меня обратно, шепча на ухо: – Расслабься… Его слова, как ни странно, действовали успокаивающе и я уже не хотел отпираться. Я сдался, позволяя ему вести, ведь Кенни настолько властный и желанный сейчас, что каждый его стон, вырывающийся из груди, заставлял меня дрожать от возбуждения. Он знал, как довести меня и умело играл с моим возбуждением, то замедляя темп, то вновь наращивая его. Мое тело само собой подстраивалось под его ритм. Дыхание участилось, а в горле пересохло. Я был на грани, умоляя его ускориться, а после очередного поглаживания, все накопившееся напряжение выплеснулось ему в руку. Кенни не отстранился, а лишь крепче прижал меня к себе, разделяя со мной этот момент, так же кончая с громким стоном. Я все так же сидел, облокотившись на него, тяжело дыша и чувствуя мелкую дрожь. Кенни так и не отпустил меня и мы несколько минут просто обнимались, наслаждаясь тишиной. Казалось, что я вот-вот отключусь. – Обещай мне. Или он говорил настолько тихо или просто я уже готов был погрузиться в сон, но я абсолютно не понял что он обращается ко мне. – Чего? – Пообещай мне, что не убьёшь себя... Не допускай даже мысли об этом. – Не допущу..