Дубль два: игра началась заново

— Блять, где я?.. — Нам Гю растерянно огляделся. Помещение, он сам, всё было как во сне. Он точно помнил, как упал с моста, как летел в пропасть, как боль вспыхнула в теле резкой вспышкой... А потом — пустота. Сейчас он находился в общем зале, точно таком же, как в первый раз. Кто-то вставал с кроватей, кто-то уже осматривался. Всё повторялось. Нам Гю был в шоке. То, что он видел, — это точно не наркотики и не сон. Слишком много знакомых лиц и голосов. Зал был точь-в-точь, как в его памяти. Но главное — номер. Его номер. Всё тот же — игрок 124. Он, сам не осознавая, начал искать знакомые лица. Пока осматривался и не верил своим глазам, шагнул к середине зала, туда, где собрались остальные игроки. На платформе уже стоял персонал в розовых костюмах и выслушивал жалобы. И в этот момент игрок 124 услышал до боли знакомый голос. Он резко обернулся, и его зрачки расширились. Там, среди толпы, стоял живой Танос — шумный, как всегда, возмущённый до предела из-за того, что у него пропали лимитированные кроссовки. Рядом стояла девка — игрок 196, ехидно отпустившая комментарий. Нам Гю её почти не слышал — всё внимание было приковано к нему. К Таносу. Он понял: то, что происходит — либо прошлое, либо какой-то вещий сон. Но это было. И будет. Вспомнилась та боль. И обида. Танос лез ко всем подряд — к каждой юбке и не только юбке — и как же, чёрт побери, он не мог вспомнить его настоящее имя? Самая большая обида была в том, что он умер. Как он посмел оставить Нам Гю в этих играх одного? Нам Гю решил: всё исправит. Он не даст ему умереть. И сам выживет. Для начала — он поможет 196, раз та понравилась Таносу. Может, это как-то поможет спасти его. Но самое сложное решение — не просить у Таноса наркотики. Именно из-за этого он и умер. Да и сам Нам Гю не помнил половину игр из-за кайфа. Пока он обдумывал всё это, подошла его очередь расписаться в бланке, который подал один из работников. А после их всех повели в следующий зал. Именно там Нам Гю решил: он снова подружится с Таносом. Только на этот раз — по-другому. Нам Гю нервно провёл рукой по волосам и, стиснув зубы, пробормотал: — Ладно, дубль два, мать его… Только в этот раз — без косяков. Он подошёл ближе к Таносу, который продолжал с пеной у рта орать на одного из игроков — того самого, под номером 333, что вяло отмораживался, словно не слышал ни слова. — ТЫ, СУКА, ВСЁ СЛИЛ! ВСЁ! — рычал Танос, размахивая руками. — Я ТЕБЕ ДОВЕРИЛСЯ, БЛЯТЬ! «Крипта надёжная», «только вверх пойдёт» — да у меня теперь даже носков нет, понял?! 333 обречённо пожал плечами, как будто уже пережил эту сцену сто раз и принял свою участь. И даже сейчас, когда Танос был в шаге от рукоприкладства, он только пробурчал: — Рынок рухнул. Не ты один пострадал... — Я ТЕПЕРЬ В ИГРЕ НА СМЕРТЬ, МУДИЛА! — выкрикнул Танос. — ЭТО БЫЛ МОЙ ПЛАН НА ПЕНСИЮ, А НЕ БИЛЕТ НА ПЛАСТИКОВЫЕ СТЕНЫ И КУКОЛ В МАСКАХ! Танос уже собирался влепить ему, но тут вмешался Нам Гю. — Эй, чувак. — Он встал рядом. — Я тоже влился в его крипту. На всю зарплату . Так что, считай, у тебя есть союзник по страданиям. Танос резко повернулся, глядя на него с таким видом, будто сейчас врежет и ему. Но потом хмыкнул. — Серьёзно? — Абсолютно. Я думал , что «всё под контролем». А потом открыл график и увидел минус тридцать процентов за ночь. Сердце чуть не остановилась Танос сжал кулаки, но взгляд уже был не таким бешеным. — Ну, ладно. Значит, ты тоже в клубе. Клуб лохов, которых наебал 333. — Честь быть участником, — усмехнулся Нам Гю. Танос хмыкнул, прищурился: — Ты кто вообще? — Нам Гю,Мы… были в одной команде в прошлый раз, — осторожно сказал Нам Гю, уже сожалея о сказанном. — В каком «прошлом»? — насторожился Танос. — Ты чё несёшь? — Забей. Показалось. Просто... ты выглядишь знакомо. Танос смерил его долгим взглядом, потом пожал плечами: — Ну, я вообще-то незабываемый. Нам Гю усмехнулся, но внутри всё горело. Сердце колотилось, будто он снова падал в пропасть. Он вспомнил, как Танос погиб: нелепо, глупо, от долбаной вилки ,которую ему вмазал 333. А теперь — вот он. Живой. Орущий. «Я всё исправлю», — пообещал себе Нам Гю. — «На этот раз ты выживешь. Мы оба». Они шли в сторону будок, где каждому предстояло сфотографироваться. Танос, как всегда, был в центре внимания — с улыбкой до ушей, громко предлагал сфоткаться с ним «на память» фанатам. Правда персонал, моментально пресёк любую инициативу. — Сказали же, нельзя, — сухо отрезал один из охранников. — В будку. По одному. — Ну и говносервис, — пробурчал Танос, обиженно разворачиваясь. Нам Гю уже собирался войти внутрь, но замешкался. Он знал, что это будет их последняя нормальная фотография до настоящего ада. Хотел предупредить Таноса... хотя бы намёком. Он не знал, поймёт ли тот. Не знал, поверит ли. Но всё же подошёл ближе, хлопнул его по плечу и сказал спокойно, глядя в глаза: — Девушки боятся насекомых. Он сразу же отвернулся и пошёл к своей будке, оставив Таноса в растерянной тишине. Тот смотрел ему вслед, морщась, будто пытаясь осознать, при чём тут вообще насекомые.После всех процедур игроков вывели на огромное поле. Над головой — серое небо, впереди — высокая кукла, метров шесть в высоту. Жёлтое платье, механическое лицо, пустой взгляд. Нам Гю сжал зубы. Он знал, что будет дальше. Всё тело сжалось от ужаса. Даже во второй раз — всё казалось реальным. Слишком реальным. Из толпы вышел пожилой мужчина, игрок, лет пятидесяти, может больше. Он начал рассказывать, что участвовал в похожих играх раньше и знает, как всё проходит. — Главное — не двигаться, когда она не поёт! Всё просто, я... Его перебил голос из динамика: — Первая игра: "Тише едешь — дальше будешь." Многие игроки начали двигаться к кукле, весело, без страха. Нам Гю остался стоять. Он знал, что будет. Он знал цену первой ошибки. И вот — кукла перестала петь. Выстрел. Кто-то упал. Секунда — и началась паника. Кто-то закричал, кто-то бросился назад. Люди толкались, бежали, спотыкались... а кукла стреляла. Один за другим. Среди грохота и визгов вдруг раздался крик: — СТОЙТЕ! НЕ ДВИГАЙТЕСЬ! Это был 456. Его голос прорвался сквозь хаос. Кто-то начал слушаться. Медленно, неуверенно. Паника утихала. Началось выживание. Нам Гю двинулся вперёд — осторожно, как знал. Каждую остановку он ждал со стиснутыми зубами. Руки дрожали, ноги подкашивались. Всё внутри требовало наркотика. Хотелось забыться, отключиться, сбежать. Но он не мог. Нельзя. И вот — финишная черта. Безопасная зона. Он прошёл. Живой. Он тяжело выдохнул, обернулся — и увидел Таноса. Тот стоял позади, замерев, живой. Игрок 333 тоже был в поле. И самое главное — 196 была жива. Он понял, что Танос правильно понял его намёк. Но легче не стало. Наоборот — стало хуже. Теперь всё пойдёт не по сценарию. Теперь всё может поменяться. И его главная задача — чтобы Танос выжил. И он сам тоже.