Золушок и три бала

Гарри бежал сквозь лес, промокший до нитки под ледяным дождем, вновь спасаясь бегством от Чарминга… Нет, от принца Чарминга, чье обаяние пленило его сердце в тот роковой день на первом балу. Словно тень, он ускользал, как и в ту волшебную ночь. Добравшись до усадьбы, он не посмел войти внутрь, а вместо этого укрылся в сумрачной конюшне. Прислонившись к шершавой стене, он медленно сполз на пол, прижал колени к груди и разрыдался. Его била дрожь. А вдруг принц узнал его? А вдруг возненавидел, узнав, что он всего лишь слуга? И словно в ответ на его страхи, в голове зазвучал ядовитый смех его сводных сестер, Анастасии и Дризеллы. Они потешались над тем, что он, Золушок, посмел влюбиться в принца, и что тот будто бы узнал его истинное лицо. Гарри рыдал, не замечая, как встревоженные животные поместья сгрудились вокруг него, чувствуя его боль. Мягкое фырканье лошади коснулось его щеки. Гарри поднял заплаканные глаза и увидел в темноте блестящие, полные сочувствия глаза коня. Он протянул руку и погладил его по теплой морде. Вскоре к ним присоединились и другие обитатели конюшни: кошки терлись о его ноги, куры кудахтали, усаживаясь рядом. Даже старый пес Макс, обычно равнодушный ко всему, кроме еды, положил свою большую голову ему на колени. А также его маленькие друзья Мышата и Сенички. Животные всегда чувствовали его лучше, чем люди. Они не видели в нем слугу, не смеялись над его мечтами. Они просто были рядом, дарили тепло и тихую поддержку. В конюшне пахло сеном и лошадьми – запах, который всегда успокаивал его. Здесь, в этом тихом убежище, он мог хоть ненадолго забыть о своем горе. Но страх не отступал. Что, если принц действительно его узнал? Что, если он придет сюда, в усадьбу, чтобы увидеть его? Гарри представил себе взгляд принца, полный разочарования и презрения. Он сжал зубы, чтобы сдержать новый всплеск слез. Он вспомнил их танец, их взгляды, полные нежности и восхищения, те поцелуи. Неужели все это было ложью? Неужели принц мог так легко отвернуться от него, узнав о его низком происхождении? Гарри надеялся, что нет. Он отчаянно хотел верить, что их связь была сильнее, чем социальные условности и злые языки его сводных сестер. Вдохнув глубоко, он ещё попросил немного, Гарри поднялся на ноги. Он вытер слезы и взглянул на своих верных друзей. "Спасибо вам", - прошептал он, и его голос звучал немного увереннее, чем прежде. Он знал, что ему нужно встретиться с принцем и узнать правду. И пусть даже его ждет разочарование, он будет знать, что сделал все, что мог. Выйдя из конюшни, Гарри почувствовал, как дождь немного стих. Он направился к главному дому. Что бы ни случилось, он больше не позволит страху и сомнениям управлять его жизнью не в этой жизни. Он был Золушком, но он также был человеком, достойным любви и счастья. И вскоре на следующей день, когда убирался Гарри, узнал, что принц вновь устраивать грациозный бал через три дня. Новость о бале застала Гарри врасплох. Он замер с тряпкой в руках, словно громом пораженный. Снова бал? Неужели принц и правда ищет его? В голове зароились мысли. Стоит ли идти? С одной стороны, страх разоблачения сковывал его. С другой – надежда на встречу, на объяснение, на то, что все не потеряно, гнала его вперед. И сидя в своей комнате в башне, смотря в окно, рядом на подоконнике были Мышата в костюмах, которые он им сшил, всё же те были умные, как и Сеницы. "Я боюсь, стоит ли мне идти? А если он возненавидит меня, а что если он сделал так, чтобы выставить меня на посмешище?" Гарри боялся. И тут он увидел, как Мышата начали пищать, кто-то подпрыгивать и кивать, словно говоря. "Иди, или все будет хорошо!" "Вы правда думаете, что всё будет хорошо?" И Мышата кивали своими головками, и Гарри хихикнул. Гарри посмотрел на своих маленьких друзей. Их вера в него была непоколебима. Он вздохнул. Они были правы. Он не мог позволить страху решать за него. Он должен узнать правду, какой бы она ни была. "Хорошо, - сказал он, - я пойду." Оставшиеся два дня промелькнули в неустанном труде. Гарри убирался, чистил котлы до блеска, мыл тарелки и полы, не гнушался работой в конюшне. Все это время под пристальным взором мачехи, леди Тремейн, он ощущал себя под увеличительным стеклом. Страна будто наблюдала за каждым его движением. Наконец настал тот самый день. Леди Тремейн вместе со своими дочерьми уже отбыла во дворец на бал, оставив Гарри в одиночестве. Он стоял на заднем дворе, когда внезапно перед ним возникла фея-крестная. И магия вновь ожила, соткав полотно чудес. Тыква в мгновение ока преобразилась в сверкающую карету, словно сотканную из лунного света. Мыши, юркнувшие вперед, обернулись статными конями, чья грива развевалась, как шелк. А старая одежда… она растворилась в воздухе, уступив место изысканному костюму глубокого, завораживающего голубого цвета. Тонкая вышивка узорами покрывала ткань, лаская кожу. Гарри чувствовал, как спина его обнажена, а рукава, сотканные из прозрачной ткани с причудливыми узорами, лишь намекали на контуры тела. Грудь и торс едва прикрывала невесомая ткань, а по бокам штанин струились серебристые нити. Он был великолепен. На ногах красовались хрустальные туфельки, сверкающие, словно утренние росинки.