До рассвета

"Впустишь меня?" Уен набирает и отправляет сообщение, стоя под дверью общежития Санабиз, чувствуя себя немного дураком, потому что сейчас два ночи и он не спит. Но Сан тоже не спит: Уен видел его в сети, а хена и Минги не видел и поэтому план созревает в его голове очень быстро. Сан может и не открыть: он часто засыпает, не успев выйти из сети, поэтому Уен готов стоять под дверью и чувствовать себя неуютно, ведь что его тело ноет от перенапряжения и неудовлетворенности. Он мог бы попросить ключ у старшего менеджера-хена, но просить ключ от другого общежития - это настолько очевидно, что против этого восстают последние его остатки стыда, хотя казалось бы Уену давно стыдиться уже нечего и это было бы вполне в его стиле, потому что даже у Хонджуна нет ключей от общежития Санабиз. Но вместо этого он предпочитает каждый раз торчать у закрытой двери и ждать пока Сан его впустит. Уен как вампир нуждается в приглашении. Он и выглядит сейчас как вампир даже не смотря на то, что кожа без косметики снова начинает отдавать медом и карамелью. Уен не перекрашивается так долго, потому что он себе таким нравится, но еще больше нравится Сану и это заставляет мириться с подкрашиванием корней каждый раз, когда родной темный начинает появляться на свет. Наконец дверь отпирается. По виду Сана Уен сразу делает вывод - тот сейчас начнет его ругать и поэтому действует на опережение. Затыкает надежно рот Сана своим, целуя горячо и влажно, потираясь о кончик языка Сана. Сан целует его в ответ скорее от неожиданности, чем от ответного желания, но Уен знает, что полдела им уже сделано. А потом Сан аккуратно отодвигает его от себя, ежась, потому что из всей одежды на нем лишь пижамные штаны. - С ума сошел, никто из нас двоих завтра не встанет. Это - безответственно, Уен. - Безответственно было заставлять меня делать твою хореографию, Санни. - Ты уже ее делал много раз. Уен закатывает глаза. Ему хочется объяснить, что есть разница между хореографией на практике и хореографией на сцене. Особенно когда отдельный ее элемент ты знаешь слишком хорошо за ее пределами. Уен - профессионал, он умеет смотреть на песню абстрактно и это очень здорово помогает ему писать свои собственные. С Хонджуном или Минги он много раз болтал то об одной строчке, то о другой, цеплялся за те, что они слышали на шоу или радио, спрашивал: что ты думаешь, о чем она? Зная то, как пишут твои ровесники, хубэ или сонбэ, немного проще понимать, что именно хочешь вложить ты и в какие строки. Соло для всех кажется увлекательным приключением, а Уену хочется поработать над Sagittarius еще разок и с самого начала, поэтому песню Сана он воспринимает красиво и абстрактно, пока все для него не складывается кирпичик за кирпичиком, пока Сан выступает со своим соло на сцене. Уен смотрит на его фигуру, плотно обтянутую черной тканью футболки и джинс, то, как двигается Сан и это настолько не бьется с неделями практики, которые он наблюдал, что ему даже становится трудно дышать. Он прекрасно понимает, о ком именно эта песня Чхве Сана. Сан прав: вероятно завтра он с трудом будет передвигать ногами и не из-за того, что мышцы толком не растянулись. Но с этим должна справится разминка. К тому же, Уен - профессионал. Он прекрасно знает какие пределы у его тела. И в последние годы ему нравится на этих пределах существовать. Уен закрывает за собой дверь, а потом подталкивает Сана к кровати. Минги постоянно жалуется, что Сан оккупирует его комнату из-за жесткого матраса: это же бред, у нас одинаковые кровати и матрасы, как такое может вообще быть. Из-за меня, думает обычно Уен, закусывая щеку изнутри, чтобы сдержать лисью улыбку. Он сдергивает с себя шорты и футболку, оседлывает бедра Сана - белья на нем нет и думает, что такими темпами Сану придется менять матрас не к концу года, а намного раньше. - Вот так? - Сан сводит брови домиком - бесчестный прием, потому что болезненное вожделение Уена начинает смываться нежным притоком любви к нему, - И без прелюдий? - Я проанализировал твою песню и пришел к выводу, - член Сана в его пальцах восхитительно твердый и горячий и Уену хочется подавится им, но тогда завтра он не сможет нормально петь и ему приходится неохотно отказаться от отсоса вначале, - что ты теперь не очень любишь прелюдии, Санни. - Это знаешь ли... - Сан не договаривает, он стонет и выгибается, когда Уен опускается на его член одним плавным движением. Смотреть на то, как Сан ломается словно по щелчку пальцев еще восхитительнее, чем чувствовать его член в себе, и Уен не думает, что сможет когда-то отказаться ни от первого, ни от второго. - Ен-и, - тихо стонет Сан, - какого черта... Вместо ответа Уен наклоняется, чтобы мазнуть своими губами по его. - Думал о тебе, не мог заснуть... - шепчет он и глаза Сана становятся еще больше: он чувствует сколько смазки в Уене, то как широко он раскрыт. Его фантазия начинает свою работу - Сан слишком любит смотреть на то, как Уен себя трахает: пальцами или игрушкой, неважно. - Прости, что не пригласил на шоу, - Уен выдыхает Сану в губы, наблюдая за тем, как темнеет его взгляд, продолжая двигать бедрами в идеальном для них обоих ритме, не опускаясь до самого основания, - подумал, что ты хочешь испытать как это не только в своей фанта... Сан сжимает его подбородок, чтобы заткнуть и углубить поцелуй, второй рукой он удерживает бедро Уена, фиксируя на себе, чтобы начать толкаться в него до самого конца самому, и от такого угла и темпа Уену хочется вскрикивать. Слишком глубоко и остро, он давится слюной, пытаясь отстраниться. Обычно, чтобы заставить Сана проявить его демоническую сторону, Уену требуется немного больше времени, но сегодня Сан становится демоном почти мгновенно. От очередного толчка внутрь Уен давится вскриком и ладонь Сана зажимает ему рот. Его вторая рука смещается на поясницу, возвращая Уену контроль и тот наконец может выпрямиться, но вернуться к прежнему ритму он уже не выходит - его бедра дрожат и каждое движение ими заставляет напрягаться низ живота сильнее. Даже после подготовки Сан оказывается для него слишком большим и обычно это решается осторожностью, но сегодня Уен решил, что хватит с него и теперь наверное со стороны тянет на героя ролика "тощий твинк абсолютно разрушен толстым членом своего папочки". Что же, ему нравится, пожалуй, быть разрушенным, потому что даже с игрушками Уен не чувствует себя настолько заполненным как сейчас, когда каждое движение члена, растягивающего его изнутри, посылает почти болезненные всплески удовольствия ему прямо в мозг. Ладони Сана гладят его скользкие от пота бедра, касаются живота, не трогая члена. Пальцы касаются бугорка на его животе и Уен втягивает живот сильнее, чтобы Сан видел, как его член толкается у него под натянувшейся кожей. Сан стонет больше от того, что видит, чем от того как начинает двигаться на нем в этот момент Уен, сжимаясь вокруг его члена. Уен смаргивает текущие из уголков глаз слезы, а затем прижимает ладонь Сана к своему животу. Он изо всех сил пытается не издавать слишком громких звуков, чтобы не разбудить случайно Минги или Сонхва, потому что это, сильнее его. Ему хочется стонать имя Сана каждый раз, когда он ощущает глубоко внутри себя его член. Даже жаль, что не Уене сейчас нет футболки - он мог бы хотя бы запихать ее край в рот и дать наконец себе волю. Когда пальцы Сана касаются его члена, чтобы прижать к животу там же, где движется его, по телу Уена проходит волной дрожь. Его член пульсирует, но Уен слишком перевозбудился, чтобы кончить, хотя яйца пульсируют так, что ему кажется что еще чуть-чуть и он взорвется к чертям собачьим. - Ты потрясающий, - шепчет Сан и изо рта Уена, который понимает, что не может уже двигаться, потому что его ноги ниже дрожащих мелко бедер, превратились в желе, вырывается скулеж. Это невыносимо, ему хочется и чтобы наступила разрядка, и чтобы это ощущение того, что он завис на пределе сладчайшего удовольствия и ноющей боли не заканчивалось никогда. Он упирается в живот Сана ладонями, чтобы найти немного опоры, пытается втянуть слюну в рот, но она все равно стекает по подбородку, капает Сану на кожу. Уен чувствует себя так, словно у него плавится мозг. - Кончи в меня, я хочу почувствовать это, пожалуйста, - Уен кое-как справляется со связной речью, что казалось ему невыполнимой задачей с того момента, как Сан начал щупать и массировать его живот. Он с шумом втягивает в себя воздух, когда опускается на член Сана в очередной раз, понимая, что Сану нужно немного более агрессивный ритм, но кажется впервые в жизни Уен наебал сам себя и не рассчитал свои силы. Ну, или недооценил стамину Сана, что в данном случае (ведь это не Сан, а Уен кончил уже один раз до того как прийти себя, трахая себя игрушкой и думая о том, что это - член его парня) кажется куда более вероятно. - Уени, потерпи, - Сан приподнимается и Уену приходится зажать рот, чтобы не вскрикнуть - от движения бедер член Сана снова оказывается в нем максимально глубоко и хотя ему кажется, что его тело уже идеально подстроилось под член Сана, по нижней части его туловища все равно проходит волна горячей дрожи. Сан легко снимает его с себя с влажным звуком, от которого лицо Уена обдает жаром, чтобы поставить Уена на колени на кровать. Чувствовать себя настолько пустым невыносимо и Уен хочет пожаловаться, попросить член или пальцы или что угодно в себе, но в этот момент Сан отвешивает его заднице сильный шлепок. Оргазм сминает его тело как бумагу, Уен чувствует как закатываются у него глаза от физически невыносимого удовольствия, перед взглядом все темнеет, сперма выплескивается на простынь под ним медленными толчками и Уен не может издать ни звука потому что у него нет это сил. Он думает, что Сан коснется его или вставит в него пальцы или скажется какую-то невероятно глупую и грязную вещь про то, как сильно Уен раскрыт от его члена и как все еще жадно выглядит его пульсирующая дырка, но вместо этого Сан накрывает его тело собой. Уен скручивает пальцами простынь, выгибаясь, когда головка члена Сана легко входит в него. Только в тот момент, когда Сан начинает трахать его уже в полную силу, удерживая грубо за бедра, Уен понимает насколько измотан. Его колени разъезжаются от каждого толчка, он пытается найти какую-то опору под ладонями, но у него нет сил даже стонать. Воздух пропах им и Саном, и этот терпкий пряный запах оседает у него на языке. Шлепки тела Сана о его кажутся такими оглушающими, что Уен просто не понимает, почему в стену не стучит как обычно ладонью Минги, которого они опять разбудили. Сан неожиданно сбавляет темп, зарывается лицом в его взъерошенный затылок, целует мягко шею и плечи, замирает, и Уен понимает, что Сан собирается дать ему время восстановиться и от этого у него начинает щипать в глазах. - Не надо, - сипит он, - а то я завтра и правда не справлюсь с хорео... - Ты..уверен? Все нормально? Уену в этот момент хочется смеяться от того, какой же Сан большой и глупый кот. Как бы он не пытался быть с ним жестким, когда Уену этого хотелось, в нем все равно просыпается тот неловкий слишком хороший для этого мира мальчик из Намхэ. - Д-да...- выдыхает Уен, - господи, да, все....пожалуйста, Санни. - Все еще хочешь, чтобы я кончил в тебя? - шепчет тот, начиная снова двигаться в нем, но еще медленнее, чем Уен на его члене до этого. Его дыхание оседает горячим паром у мочки правого уха и Уену хочется снова развернуться, чтобы поцеловать Сана, но он не уверен, что в его состоянии у него это получится. И даже не протестует когда пальцы Сана - вот блядь упрямец - обхватывают его снова вставший член. Сан подстраивает движение своих бедер к движению руки на члене Уена, давит на головку, его дыхание становится чаще, срывается и Уен чувствует как он близок. Ему хочется видеть лицо Сана, хоть он и видел то, как он кончает, множество раз,. Но Уену всегда хочется впитать каждый оргазм Сана в свою память как самый первый с ним, хотя в первый раз они просто очень неловко и торопливо отдрочили друг другу, пользуясь тем, что в тренировочной комнате так поздно ночью кроме них никого не было. Стимуляции от члена глубоко внутри и пальцев хватает на то, чтобы Уен кончил снова, почти всухую, выдыхая имя Сана. - Черт, Уени, - Сан задыхается, когда задница Уена снова сжимается вокруг его пульсирующего члена, - как хорошо в тебе... Это заставляет Уена все же упереться ладонью, приподняться так, чтобы посмотреть на Сана через плечо. Он делал много раз так на сцене, пытаясь поймать взгляд во время хореографии, и знает, что теперь Сан каждый раз, когда они будут делать что-то подобное, будет вспоминать именно этот момент. Уен улыбается, чувствует как влажная от спермы ладонь Сана накрывает его собственную. Сан громко стонет, сильнее толкаясь в его тело, выплескиваясь, и это так хорошо, что Уен прижимается к его заходящейся от стонов и срывающегося дыхания груди своей спиной. С Саном ему хорошо, чертовски хорошо и когда они трахаются, и когда просто обнимаются, и когда вместе едят лапшу из автоматов на реке Ханн. Уен не уверен, что ему будет с кем-то хоть в четверть когда-то настолько головокружительно как с Саном и он не хочет даже попытаться это проверить. Они целуются, но недолго, потому что Уену тяжело игнорировать смесь семени и смазки, текущую по его бедрам. И еще ему очень хочется пить. - Я только перестелил кровать, - Сан вздыхает, когда Уен вежливо сталкивает его с себя - неприятно быть настолько липким ниже пояса. - Дай мне десять минут...я помогу тебе перестелить все заново. - Ты в порядке? - Сан внимательно смотрит на него и Уен честно пытается найти ответ на этот вопрос. Это не самый дикий секс, который у них был, но им тогда и не приходилось на следующее утро ехать на прогон концерта и участвовать в самом концерте позже. - Да? Вероятно мне придется делать растяжку тщательнее, но...Спасибо, что ты сдержался и не оставил следов. Я знаю, что тебе очень хотелось, Санни. Сан густо краснеет. После всего, что он с ним делал, всего, что он ему говорил, Сан краснеет из-за того, что Уен намекнул что в курсе как тот хотел бы оставить ему засос на видном месте? Фантастически, думает Уен и старается не рассмеяться. - Тебе тогда тоже спасибо, - говорит Сан на это, ласково поглаживая его живот. А мне не надо оставлять заметных меток на тебе, потому что все и так будут видеть, что ты только мой, думает Уен, но не говорит этого вслух. Во-первых, ему не хочется, чтобы Сан начал дразнить его - Уен прекрасно знает, что это снова закончится сексом и это именно та ситуация, когда им обоим надо проявить благоразумие и остановиться. А во-вторых, несмотря на то, что Уен ощущает себя так, словно его провернуло в кофемолке, он чувствует себя абсолютно счастливым. Ему не хочется портить этот момент. Подаставать Сана он успеет завтра. И может если Уен будет достаточно приставучим, то Сан его отшлепает еще раз, но уже следующей ночью.