Тебе же это нравится? - Rebuild

      Мисато легко куснула губы Синдзи. Горячее дыхание обдало лицо парня алкогольными парами.       — Не думаю, что это пр...       Два пальца прижали его губы к зубам.       — Знаешь, зачем я пью? — она начала водить ими незамысловатые узоры. — Я пью для того, чтобы хотя бы на какое-то время перестать думать о том, что правильно, а что нет. Поэтому, будь добр, отбрось свой снобизм и попробуй разок сделать приятно хоть кому-то помимо себя.       Приподняв свою ночную сорочку, Мисато прижала ладонь Синдзи к груди.       — Помни их, погладь, полижи, поиграй с моими сосками. Сделай хоть что-нибудь...       Синдзи неуверенно приподнял одну полновесную грудь и прижался ртом к широкому темному бугорку, пытаясь как можно нежнее вытянуть наружу спрятанный в складке сосок. Мисато вцепилась ему в волосы, тихонько постанывая.       — Прости, прости, прости мои мешочки за то, что они нуждаются в особом уходе: не таком, как у твоих подружек...       Синдзи не решился сказать, что почти все его "подружки" с гордостью носят нулевой размер (и член), и потому он молча продолжил сосать слегка выступивший наружу бутончик, тем временем поглаживая мягкий живот Мисато.       — Ниже, ниже... — она подвела его пальцы к краю фиолетовых трусиков. — погладь меня там.       Паренек сунул руку под ткань, чувствуя две небольшие упругие выпуклости, покрытые короткими жесткими волосками. Он принялся медленно их мять, поглаживая слегка влажную складочку между средним пальцем: вперед-назад, вперед-назад. Мисато осыпала его висок влажными поцелуями, тяжело дыша.       Потихоньку Синдзи начал ощущать, что его стал завлекать процесс. Оторвавшись от груди, он тихо шепнул:       — Разденься, я хочу увидеть твою вульвочку.       Парень даже не понял, как все произошло: казалось, одежда на Мисато сама испарилась в мгновение ока, а он сам резко оказался прижат лицом к щелочке между широко раздвинутыми ногами женщины.       — Я знаю, она выглядит уже не так свежо, — голос Мисато дрожал от стыда и вожделения. — Но я ухаживала за ней, как только могла...       Ее глаза горели лихорадочным огнем. "Похвали ее!" – светилось в них единственное желание.       — Твоя киска прекрасна, — Синдзи развел двумя пальцами набухшие нижние губы и прижался к горячему влажному входу, проводя языком один долгий лизок. — Нежная и сладкая...       Да, это была лесть, но разве он не мог быть тут немного искренним, ну хоть совсем чуть-чуть?       Вкус определенно отличался от всего, что он до этого пробовал в интимном плане: у парней все было как будто бы проще... Казалось, он менялся от одного касания к другому, сливаясь то с едким вкусом стекшей по коже капельки пота, то с горьковатым привкусом м...       Мощная струя ударила в рот Синдзи, заливая его лицо горячей жидкостью, отдающей спиртовым запахом. Он собрал немного на языке и попытался проглотить, пытаясь справиться с накатывающим вновь и вновь рвотным рефлексом – опыт есть опыт.       Наконец, парень выразительно открыл пустой рот, вытянув язычок наружу: некоторые привычки не умирают.       Мисато мирно похрапывала, вяло дрыгая ногами.       — Ну что тут сделаешь, — проворчал Синдзи больше для вида, радуясь освобождению от последнего акта. — Будет что парням рассказать...

***

      Мисато вскрыла банку пива и одним махом ополовинила ее.       — А что вчера было-то? Н-и-чегошеньки не помню...       — Кое-кто залез мне в кровать и надудонил, Мисато-сан.       — Пен-пен? Этот стервец может... — подслеповато щурясь, Мисато глянула в сторону пингвина и погрозила тому пальцем. — Не бойся, он скоро привыкнет к тебе, мальчик.       — Да-да... — Синдзи закатил глаза.       — Да что ты такой серьезный? Сегодня такой прекрасный день, я будто заново родилась... — Мисато улыбнулась в блаженной неге и тут же хитро ухмыльнулась, приобнимая парня. — А теперь колись, с кем уже целовался в школе?...