Давно Мертвец🎃

Пафосный, обычно бархатистый голос Наирхана вдруг начал предательски трескаться во время завтрака. За круглым столом, усыпанным всевозможными булочками, джемами и фруктами, Жанна яростно мазала тост малиновым вареньем, Вильгельм вяло помешивал кофе, а Генши, лениво опершись щекой на кулак, разглядывал поджаренный ломтик хлеба. — …и, конечно же, в мои времена, дипломатические переговоры начинались с... кхм! — Наирхан осёкся, его голос соскочил с бархатного на чуть ли не каркающий. — Начинались с вороньего крика? — с усмешкой вставила Жанна, не поднимая взгляда от тарелки. — Случайная мутация голоса? — поддакнул Генши, держа невозмутимость, но с искоркой в глазах. Вильгельм не удержался и тихо фыркнул в чашку. Наирхан, поперхнувшись собственной гордостью, попытался прокашляться, но от этого только сильнее зазвучал смешной хрип. Он смерил всех ледяным взглядом и, с достоинством, поднеся бокал апельсинового сока, процедил сквозь сжатые зубы: — Просто... пересушенный воздух. — Или пересушенная гордость, — театрально шепнул Генши в сторону, получив под столом толчок от Жанны. Несмотря на пафос и напряжённую осанку, Наирхан всё же не сдержал лёгкую, почти невидимую улыбку. Даже император не вечен перед коварной силой — легкой простуды и язвительных друзей. На фоне привычной утренней болтовни и скрежета ножа о тост неожиданно повисла тишина. Генши, будто бы машинально, протянул руку и переплёл пальцы с рукой Наирхана, лежащей на столе рядом. Всё произошло так спокойно, будто это было самым естественным в мире. Наирхан на секунду оторвался от своей чашки чая и скосил глаза вниз, туда, где их пальцы теперь переплетались. Его лицо почти не изменилось, но лишь почти — в уголке губ появилась едва заметная мягкость, как отражение теплоты. Жанна, державшая половинку круассана, застыла, приподняв брови настолько высоко, что они, казалось, хотели сбежать с её лица. — Ты это… видел? — пробормотала она шепотом в сторону мужа, не отрывая глаз. — Увы, — коротко ответил Вильгельм, глядя в ту же сторону, при этом продолжая жевать. Генши, устроившись боком на стуле, с головой, опёршейся на плечо Наирхана, просто улыбался — широко и очень по-доброму, не скрывая удовольствия. Словно и не было всей той неловкости, страхов или сотен вопросов в голове. Он просто был… рядом. — Что? — наконец заговорил он, лениво поглядывая на застывших Жанну и Вильгельма. — Это просто… утро. И всё. Наирхан не сказал ни слова, но слегка сжал его руку в ответ. Жанна положила круассан на тарелку с таким видом, будто собиралась вскрыть дело века. Её глаза сузились, а пальцы сцепились перед лицом, как у следователя в особенно напряжённый момент: — Генши... — начала она медленно, с наигранной лаской. — Ты ведь не думаешь, что просто так можешь взять и переплести пальцы с Наирханом перед моими глазами и ничего не объяснить? Генши, всё ещё облокотившись на плечо вампира, лениво приоткрыл один глаз: — А разве тут есть что-то необъяснимое? — Да! — всплеснула руками Жанна. — Как давно это продолжается? Как я это пропустила? Почему никто мне ничего не сказал? Где я была всё это время?! — На спа-процедурах, — спокойно отозвался Вильгельм, не поднимая глаз от чашки кофе. Жанна проигнорировала мужа и резко повернулась к Наирхану: — А вы?! Вы — властный, холодный, вечный… а теперь, значит, теплота, рукопожатия, прогулки под луной?! Вы не думаете, что это… ну… по меньшей мере неожиданно? Наирхан посмотрел на неё с тем самым аристократическим спокойствием, от которого даже официанты чувствовали себя виноватыми просто за то, что дышат рядом с ним. Он чуть склонил голову и ответил: — Жанна, если бы ты наблюдала внимательнее, то заметила бы, что большинство событий в этом отеле давно вышли за рамки «ожидаемого». Генши в этот момент фыркнул, едва сдержав смешок. — Вот бы Томас был здесь… — пробормотала Жанна, смотря в потолок. — Он бы уже расписал двадцать глав, придумал бы ссору, откровение, побег и клятву на крови. А тут… просто держатся за руки. Она вздохнула театрально, глядя на обоих. — Ладно… я принимаю это. Но! Я оставляю за собой право задавать по одному вопросу в день. Публично. С пафосом. — Не сомневался, — хором отозвались Генши и Вильгельм. Наирхан молча поднял чашку, кивнув, будто одобряя это условие. И так, утро снова наполнилось звуками приборов, тёплым светом и разговором, уже вписанным в новую главу истории их странной, но родной компании. В дверь раздался уверенный, ритмичный стук — тот, что всегда сопровождал появление Ванессы. Жанна повернула голову, как кошка на звук шуршащей упаковки. — О, гости! — протянула она, а Генши встал, всё ещё держа Наирхана за руку, и подошёл к двери. Когда он открыл, в комнату ворвалась Ванесса — свежая, яркая, с солнцем в волосах и папкой в руках. — Доброе утро, мои призрачные звёзды, — произнесла она бодро. — Надеюсь, вы не начали завтрак без меня? — Мы почти закончили, — сказал Генши, пропуская её внутрь. — Ванесса, — с интересом сказала Жанна, прищурившись. — Ты пришла вовремя. Мы тут наблюдаем романтическое развитие между Генши и Наирханом, и я уже поставила условие — один вопрос в день. Хочешь присоединиться к дознаванию? — О, с удовольствием, — весело усмехнулась Ванесса, подойдя к столу и сразу беря чашку кофе. — Но я, пожалуй, начну с более тонкого вопроса. Наирхан, тебе было сложно сделать первый шаг, или всё-таки ты ждал, пока он сам всё поймёт? Наирхан, не моргнув, отпил чай, положил чашку и спокойно ответил: — Если бы я ждал, пока он всё поймёт, это заняло бы ещё лет сто. Генши покраснел до ушей и уткнулся в булочку. Ванесса засмеялась и села рядом с Жанной. — Ну что, — проговорила она, — вы оба, как минимум, официально вошли в список самых обсуждаемых призраков этой недели. После вас только полтергейст в лифте на третьем этаже. — Я думал, это просто глюк, — пробормотал Вильгельм. — Нет, — хором сказали Жанна и Ванесса. Завтрак продолжился уже с новым уровнем шума — с подколами, искренним смехом и лёгкой ноткой праздника. Даже призрачная рутина могла казаться настоящей жизнью, если рядом были те, кто делал её по-настоящему живой. Начались новые состязания для парочек, и весь отель как будто вновь проснулся. Афиши были на каждом углу, залы украшены ленточками, а в воздухе витал аромат роз и легкой конкурентной ярости. Жанна, сверкая духами и амбициями, уже тащила за собой устало вздыхающего Вильгельма, на ходу поправляя его рубашку. — Ты должен выглядеть идеально, любовь моя. Сегодня я покажу этой самодовольной оборотнихе, что такое настоящий союз! — Опять ты с ней соревнуешься? — проворчал он. — Она даже не помнит твоего имени. — Именно! Потому что я слишком ослепительна для её памяти, — ответила Жанна с гордостью. Тем временем, чуть поодаль, Генши и Наирхан стояли плечом к плечу, словно пытаясь сделать вид, что они здесь случайно. Но внезапно, как вихрь, подбежала Жанна и хлопнула ладонями по их спинам. — О! А вот и наши новенькие голубки. Не думайте отлынивать! Наирхан, Генши — вы пара. В прошлый раз ты, Генши, был с Евой, так что теперь новый раунд — новые ощущения! Генши покраснел до ушей: — Жанна… мы… мы просто друзья. — Ха! Ну и прекрасно, лучшие пары всегда начинаются с дружбы! Наирхан молча смотрел на происходящее с каменным лицом, но, когда Генши обернулся к нему с растерянным взглядом, только спокойно кивнул: — Если уж участвовать, то вместе. Ванесса тоже была здесь — в компании нового, обаятельного мужчины, который буквально излучал харизму. Она заметила взгляд Генши, улыбнулась и пожала плечами, будто говоря: жизнь идёт дальше. Ведущий, призрак в блестящем пиджаке, хлопнул в ладоши: — Итак, пары! Сегодня вы будете проходить испытания на доверие, ловкость и… немного романтики. У кого чувства крепче — тот победит. Или хотя бы не поссорится на первом же этапе! Пары выстроились. Жанна с горделивой осанкой. Вильгельм — с тихим вздохом. Ванесса и её спутник — с лёгким флиртом. Генши и Наирхан — немного неловко, но рядом. Генши чуть повернулся к вампиру и тихо сказал: — Надеюсь, в этот раз никто не предложит задание «поцелуй свою пару». Наирхан поднял бровь: — Почему? Боишься проиграть? И началось. — Слушай, Наир, я… я не знал, что это будет так официально, — прошептал Генши, поравнявшись с высоким вампиром, стоя в очереди перед сценой, украшенной розами и гирляндами. — Мы стоим под баннером "Битва Сердец", Генши. Официальнее только свадьба, — отозвался Наирхан с невозмутимым лицом. Перед ними уже топтались на месте Жанна и Вильгельм. Жанна, сияя как дискобол, поправляла шляпку, взглядывая на оборотниху с другой стороны зала. — Сегодня, мой милый Вильгельм, мы покажем этим шавкам, что значит истинная любовь! — Если бы за каждое состязание нам давали по монете, я был бы богатым вдовцом, — пробормотал он, но пошёл за ней. Генши посмотрел на Наира. — Надеюсь, ты не ожидаешь от меня акробатических трюков. Я же всё-таки мёртв. — Не переживай, я тоже. Просто… немного старше, — он медленно улыбнулся, отчего у Генши предательски ёкнуло в груди. Тем временем ведущий, в блестящем фраке, вылетел на сцену: — Дамы и господа, призраки, демоны, бессмертные! Добро пожаловать на ЕЖЕГОДНЫЕ СОСТЯЗАНИЯ ДЛЯ ПАРОЧЕК! Сегодня вы не только испытаете свою связь, но и, возможно, потеряете последние остатки достоинства — всё ради любви! 💘 Толпа засмеялась. Ванесса, облокотившись на плечо нового кавалера, подмигнула Генши. Он резко отвернулся и посмотрел вверх, будто разглядывал потолок. — Как думаешь, за что будет первое задание? — спросил он шёпотом у Наирхана. — Я надеюсь, не караоке. Тогда проиграем. — А если поцелуи?.. — Тогда, скорее всего, победим. Генши захлопнул лицо ладонями, а Наирхан тихо усмехнулся. Ведущий продолжал: — Первое испытание: «СЛЕПОЙ ВЕДУЩИЙ»! Один из вас будет с завязанными глазами, второй — направлять. Главная цель — добраться до центрального сердца в зале, не наступив на "мину" (то есть Вильгельма, если он упадёт). Жанна хлопала в ладоши. — О, мы справимся, милый! Просто доверься мне! — Я предпочёл бы довериться случайности, — устало ответил он, но всё же взял повязку. Наирхан спокойно взял черную ленту и протянул Генши: — Ты поведёшь. — Ты хочешь, чтобы я отвечал за твою безопасность?.. — Да. Это и есть доверие. Генши, краснея, взял его за руку, и их пальцы крепко переплелись. Игра началась. Толпа шумела. Жанна уже кричала: "Правее! Нет, ЛЕВОЕ ПРАВО!" А Генши вёл Наирхана медленно, иногда спотыкаясь, но тот — не отпуская. И где-то в толпе Томас бы точно вскрикнул: — Я ВСЕГДА ЭТО ЗНАЛ! Но его уже не было. Теперь — их история.