Пепел войны

      Перси очень старался относиться ко всему спокойно. С одной стороны, он считал, что действительно заслужил часть неприятия, которое получал от студентов, из-за того, как долго и непреклонно он поддерживал министерство. С другой – было больно, особенно когда это исходило от студентов, для которых он успел побыть старостой или от его коллег, которые, как предполагалось, должны были его поддержать.       Конечно, он был далеко не единственным волшебным существом в штате. Все уже много лет знали о Флитвике и Хагриде. Он не был уверен, что кто-то, в ком не текла кровь существ, понимал, что профессор Лаймар была, по крайней мере, наполовину вейлой, поэтому к ней не относились предвзято.       Снейп... ну, его недолюбливали по нескольким причинам, далеко не все были связаны с вампиризмом. Зельевар, казалось, лучше других умел игнорировать ненависть... Не то чтобы Перси на самом деле верил, что Снейп такой непробиваемый, каким кажется. Однако тот просто отмахивался от всего: снимал баллы и назначал отработки, как будто ничего не изменилось. Вероятно, помогало и то, что мужчина не планировал задерживаться в школе.       Удивительно, что именно Деннис Криви, казалось, был больше остальных обеспокоен судьбой нового профессора-оборотня. Никому из восьмикурсников не разрешалось появляться в факультетских гостиных, Джинни делала вид, что Перси не существует, поэтому брату покойного Колина пришлось задержаться после урока, чтобы рассказать о том, что происходит в гриффиндорской башне.       Вектор, назначенная новым деканом Гриффиндора, периодически проводила в гостиной занятия по самообороне от оборотней и вампиров. Это была не самая плохая новость, и действия декана не противоречили никаким правилам, но и не помогали смягчить предубеждения и ненависть, которые накапливались годами и усилились под влиянием Грейбека, Волдеморта и происшествия с Люпином.       – Это не относится ко всем, сэр, но, вы же понимаете, как силён страх. Все по-прежнему боятся и ищут, на чём бы это выместить, – сказал ему мудрый не по годам Деннис, – Вероятно, сказывается и то, что вы моложе и кажетесь лёгкой мишенью.       – Я понимаю, мистер Криви, сам боялся последние несколько лет, – печально сказал ему Перси, желая, чтобы никому из них не пришлось проходить через это, – Не беспокойтесь обо мне. Я могу о себе позаботиться. Обострённые чувства дают некоторое преимущество, так что я успеваю заметить ловушки, розыгрыши и проклятия до того, как попаду в них.       – Мы не учились в школе вместе, но Колин рассказывал, что в первый год вы были хорошим старостой, сэр. Он сказал, что вы помогли ему, когда он заблудился по пути на гербологию, – объяснил Деннис, вытирая со щеки слезинку, скатившуюся из уголка глаза.       Перси вздохнул, к своему стыду, даже не сумев вспомнить погибшего гриффиндорца. Он знал это имя одного из павших в битве, но, хоть убей, не мог соотнести его с человеком:       – Как вы себя чувствуете, возвратившись сюда, мистер Криви? Вы поддерживаете связь со своими родителями?       Деннис шмыгнул носом и кивнул, казалось, смущённый собственной эмоциональностью.       – Да, мои родители маглы, но мы живём рядом с отделением совиной почты, поэтому можем регулярно переписываться. Просто Колин всегда был здесь, со мной. Я никогда не был в Хогвартсе без него... Он не позволил мне пойти с ним во время битвы... Я знаю, что нам обоим нельзя было покидать гостиную, но я должен был пойти с ним...       – Нет, вы ничем не могли помочь или спасти брата, – Перси положил руку на плечо молодого человека, радуясь, что тот не стряхнул её, –Я был там и чуть не потерял своего. Вы успели познакомиться с Фредом в первые пару лет своей учёбы, верно? Он великолепен в магии, но лишь чудом не погиб. Вы же учились всего на четвёртом курсе и не должны были сражаться, никто не ожидал этого от вас...       – Когда Гарри был на четвёртом курсе, он дрался с Сами-Знаете-Кем... – перебил гриффиндорец, покачав головой.       – И он тоже не должен был, – твёрдо оборвал его Перси.       Молодой профессор восхищался хозяином дома на Гриммо. Жаль, что он не смог разглядеть это раньше, но теперь, наблюдая за тем, как тот пытается справиться с последствиями войны, как становится волшебным существом и родителем, Перси был в восторге от этого молодого человека.       – Гарри должен был быть защищён гораздо лучше, чем он был на протяжении многих лет. Ему не следовало сталкиваться с вещами, которых боялись даже авроры, – с чувством сказал он Деннису, – Ты разговаривал с Гарри? Я могу гарантировать, что он сказал бы то же самое. Он не хотел, чтобы вы с Колином участвовали в битве. Он бы предпочёл, чтобы вы были в безопасности.       Деннис закрыл глаза и глубоко вздохнул, пытаясь справиться с эмоциями:       – Он был на похоронах и сказал то же самое. Я просто хотел бы... иногда жалею, что на месте Колина был не я...       Перси посмотрел на молодого человека, которому было так больно.       – Может, я и не помню его, но я знаю, что Колин не хотел этого. Он заставил тебя остаться в гостиной. Он был против того, чтобы ты подвергался опасности. Так поступил бы любой хороший старший брат.       – Я понимаю, просто в это трудно... – сказал подросток, и Перси понял, в чём дело.       – Кто твои друзья, Деннис? – спросил он, желая убедиться, что у студента есть хоть какая-то поддержка, – С кем ты обычно проводишь время?       – В основном, это были только Колин и Бен из Когтеврана, с которым я учился на одном курсе, но он не вернулся. Я думаю, он перевёлся в Шармбатон, – Деннис фыркнул и пожал плечами, – Луна и Невилл приглашали меня пообедать с ними, но они старше... Я думаю, они просто жалеют меня.       – Зная мисс Лавгуд и мистера Лонгботтома, могу сказать, что это не так, – усмехнулся Перси, – Почему бы тебе не обратить внимание на Асторию Гринграсс из Слизерина? Я знаю, что она на год старше тебя, но я заметил, что она находится в похожей ситуации: её семья придерживалась нейтралитета во время войны, так что она довольно изолирована, если не считать сестры, которая учится на восьмом курсе.       Перси заметил, что эту студентку избегали, как и большинство слизеринцев, с начала учебного года, но, похоже, и на факультете у неё тоже не было никого, с кем она могла бы поладить. Может, это и не задатки хорошей дружбы, но, по крайней мере, Деннису было бы чем заняться и за кем присматривать.       – Правда? – Деннис озабоченно нахмурился, – Она не должна быть совсем одна...       – Ты тоже, – улыбнулся Перси, когда у подростка, казалось, появилась новая цель, – Возможно, ты этого не знаешь, но я живу в одних покоях с профессором Флитвиком из-за проблем с расселением восьмикурсников и отсутствия своих покоев у предыдущего профессора истории.       Деннис усмехнулся, услышав это:       – Да, не думаю, что он смог бы извлечь из них большую пользу.       – Верно, – улыбнулся Перси студенту, – В любом случае, мой брат Рон тоже живёт с нами, и профессор Флитвик настаивает, чтобы мы все вместе пили чай по воскресеньям после обеда, как семья, и общались друг с другом. Не хотите ли присоединиться к нам за чашечкой чая в это воскресенье? Поскольку на этой неделе запланирован выход в Хогсмид, мы переносим чаепитие в «Три метлы». Рон постоянно жалуется, что он совершенно не в курсе гриффиндорских сплетен, и, возможно, ты никогда бы не подумал, но Флитвику тоже понравится их услышать.       – Знаю, вы просто пытаетесь быть милым, – с улыбкой фыркнул Деннис, забирая свою сумку, чтобы уйти, – Но я всё равно присоединюсь. Держу пари, профессор Флитвик весёлый после пары кружек сливочного пива.       – Ты даже не представляешь, – рассмеялся Перси, – Увидимся в воскресенье, и постарайся поддержать мисс Гринграсс, если представится возможность.       – Обязательно, сэр! – Деннис помахал ему, выходя из комнаты.       Перси вздохнул, задаваясь вопросом, сколько же людей чувствуют себя потерянными в студенческом море в этом году, потому что их друзья либо не вернулись, либо погибли. Большинство нашли компанию, даже у Джинни, которая сама отвергла многих своих друзей, были Дин и Симус. У Парвати больше не было Лаванды Браун, но, по крайней мере, у неё по-прежнему была сестра, хотя Перси думал, что они будут жить в одной комнате, но если он правильно расслышал, близняшки, к его удивлению, жили отдельно. Нотт и Паркинсон поддерживали друг друга, но Забини казался немного изолированным. Однако оборотень был уверен, что это его собственный выбор. Он видел, как итальянец дружески общался со старшей Гринграсс и даже с Драко Малфоем, так что не слишком беспокоился.       Он сделал мысленную пометку поговорить со Снейпом о своих наблюдениях и, возможно, попросить Гарри или Грейнджер проведать близнецов Патил, поскольку эти студентки, как ни странно, относились к нему настороженно... удивительно, учитывая, что Снейп упоминал, что их семья исторически поддерживала существ. Перси предположил, что это может быть связано со смертью Лаванды Браун от рук Фенрира Грейбека. Слава Мерлину, этот монстр не выжил в битве!       С усталым вздохом Перси убрал проклятый пергамент, который оставил ему кто-то из гриффиндорцев, а также свой чай, который, что неудивительно, пополнился новыми добавками, так как он оставил его на столе без присмотра.       В конце концов, всё должно было наладиться... Если бы этого не произошло, у Гарри и Андромеды Тонкс не было бы ни единого шанса добиться отклонения того ужасающего законопроекта. И если он будет принят, это всё равно будет его последний год в школе, его и, по крайней мере, четырёх других профессоров.       Изменив направление, Перси направился к коридору ЗоТИ, а не к башне Когтеврана, где находилась его комната в покоях Флитвика. Ему вдруг захотелось навестить своего маленького друга-полуоборотня и спросить Тонкс, не слышала ли она каких-нибудь новостей от своей матери. Он предположил, что Гарри, вероятно, тоже там, и у кого-нибудь из них будут новости.              – Здравствуйте, мистер Уизли, – на удивление, именно Андромеда Тонкс открыла дверь, когда Перси добрался до покоев профессора ЗоТИ.       – Здравствуйте, миссис Тонкс, – улыбнулся он, радуясь возможности поговорить с ней напрямую, – Я просто зашёл навестить Тедди.       – Во-первых, зовите меня Энди, – улыбнулась женщина и быстро передала ему синеволосого малыша, который уже тянул к оборотню ручки, – Во-вторых, входите и избавьте меня, пожалуйста, от необходимости читать «Счастливого дракона Уилбера» в сотый раз за день!       – Полагаю, Тонкс ещё на занятиях? – он подбросил Тедди и скорчил рожицу, отчего маленький слюнявый монстр захихикал и захлопал в ладоши.       – Ещё час, – женщина начала заваривать чай, за что Перси был бесконечно благодарен, так как он не смог бы допить свой после того, как в него что-то подмешали, – Обычно в это время с Тедди сидит крёстный, но он пару часов назад ушёл на приём к целителю. А я здесь по вторникам и четвергам.       – Вы слышали о том, что произошло? – Перси усадил малыша на игровой коврик в гостиной и взял игрушку, чтобы поиграть с ним. Он никогда особо не общался с детьми, поэтому всегда немного нервничал в присутствии Тедди, но он старался, так как знал, что летом в доме появится ещё один ребёнок, и хотел попрактиковаться. Он не мог отказаться помогать Гарри, когда тот станет отцом-одиночкой.       – Только не от Гарри, этого предателя, – фыркнула она мрачно, – В последний мой визит, племянник сделал несколько замечаний о том, что Поттер по какой-то причине плохо себя чувствует, поэтому мне пришлось загнать Северуса в угол, и он признался. Я бы сразу обратилась к Гарри, но Северус старается оградить его от любых стрессов.       – Больше похоже на удушающую заботу, но, думаю, Гарри не возражает, – фыркнул Перси и закатил глаза, вспомнив об их взаимном игнорирования своих чувств.       – Я знаю, – женщина рассмеялась и налила воды в чайник, – Они оба такие очевидные, я не понимаю, почему они просто не расскажут друг другу о своих чувствах и не начнут целоваться!       Перси слегка порозовел, не желая представлять, как его бывший профессор с кем-то целуется, даже если сейчас он выглядит как подросток.       – Скорее Гарри даёт Снейпу время всё осмыслить, а тот, что удивительно, ничего не замечает. Думаю, что работа двойного агента не даёт времени на то, чтобы научиться по-настоящему разбираться в свиданиях или отношениях...       Энди пожала плечами и поставила чай на стол рядом с Перси и Тедди, которые теперь играли в прятки.       – В школе я была намного старше Северуса, и после окончания не следила за его жизнью. Я действительно не знаю, какой у него опыт в отношениях. Мне кажется, несколько лет назад я видела его с мужчиной на благотворительном мероприятии, которое поддерживала моя юридическая фирма. Хотя, возможно, я что-то путаю.       – Ну, в конце концов, они разберутся, – невозмутимо ответил Перси. Он был уверен, что Гарри достаточно упрям, чтобы Снейпу в конце концов пришлось принять решение, которое Гарри, безусловно, будет уважать, каким бы оно ни было, – Я хотел бы поговорить с тобой.       – Я полагаю, по поводу предлагаемого закона? – она подала ему чай и взяла Тедди на руки, чтобы дать ему бутылочку, которую тут же призвала с помощью волшебной палочки.       – Да, есть какие-нибудь новости? – обеспокоенно спросил он.       Андромеда только открыла рот, чтобы ответить, как распахнулась дверь, и в покои ворвался разъярённый Драко Малфой, окружённый облаком голубой дымки.       – Мерлин, – выдохнула женщина и сморщила нос, когда почувствовала резкий запах.       Перси просто взмахнул палочкой в сторону блондина, и дымка исчезла.       – Меня подловили этим заклинанием на прошлой неделе, – сказал он, объясняя, откуда знает, как противостоять чарам, – Кто это был?       – Я могу справиться с этим сам, профессор, – Малфой бросил на него сердитый взгляд, прежде чем подойти прямо к Андромеде и протянуть руки, как будто она должна знать, чего он хочет.       Женщина, очевидно, знала, поскольку одарила его ласковой улыбкой и передала блондину Тедди и его бутылочку. Малыш радостно пошёл на руки Драко и прижался к его груди, когда тот сел в кресло.       – Поттер уклоняется от своих обязанностей? Обычно мы не видим тебя два дня подряд, – мягко заметил блондин, одарив малыша улыбкой. Перси подумал, что впервые видит улыбающегося Драко.       – Он у целителя, – снова объяснила Андромеда, как будто мягко улыбающийся, воркующий над ребёнком Малфой был обычным делом.       Драко фыркнул:       – Поттеру просто повезло пережить очередную попытку убийства. На его месте я был бы давно мёртв. Хотя, возможно, у меня получилось бы отрастить крылья...       – Снейп уже закончил готовить зелье? – поинтересовался Перси.       – Нет, сегодня вечером, – Драко вздохнул, – Не знаю, почему меня это волнует: кажется, сейчас я единственный, кто не является волшебным существом.       – Да, я чувствую себя немного обделённой, – усмехнулась Энди, наливая себе чаю и беря печенье с подноса.       Перси нахмурился, потому что ему показалось, будто вокруг них ненормальная концентрация существ:       – Думаю, дело в Гарри. Кажется, он притягивает к себе тех, кому больше некуда идти.       – Я как раз собиралась рассказать Перси о законе, который мы с Гарри хотим протолкнуть в Визенгамот, – снова начала Энди.       – Подожди, это насчёт того закона, который якобы защищает детей, запрещая волшебным существам контактировать с ними? – блондин нахмурился, глядя на своего кузена, его глаза расширились от страха, и он чуть крепче прижал к себе ребёнка, – Пожалуйста, скажи, что Мальчик-Который-Спаситель что-то делает, чтобы этот законопроект не был принят?!       – Откуда ты узнал об этом? – спросил Перси, подумав, что, если он правильно помнит, они не обсуждали эту проблему в присутствии Драко.       – У моей семьи всё ещё есть место в Визенгамоте, – рассказал им Драко, – Отец в Азкабане, а мы с мамой на испытательном сроке, но оно по-прежнему принадлежит Малфоям, и, хотя мы сейчас не можем голосовать, мама продолжает получать документы совиной почтой.       – Нам нужно подробнее обсудить ваше место. Ты знаешь, как оно передаётся в семье? – Андромеда стала очень сосредоточенной и, взяв пергамент и перо, объяснила, – Возможно, есть способ использовать ваше место для голосования, если мы сможем назначить доверенное лицо.       – Гарри и Энди работают над контрпредложением, которое не позволит принять законопроект и даст существам больше прав, – сообщил Перси Малфою, который решительно кивнул.       – Я мало что знаю, но мама в курсе, – сказал он, обращаясь к Андромеде, – Теперь, когда отца больше нет рядом, она хотела увидеть тебя.       – Правда? – Андромеда с надеждой подняла глаза от своего пергамента, – Цисси хочет меня видеть?       – Послушай, я всё ещё люблю его, – фыркнул Малфой, словно признавался в чём-то постыдном, – Но именно отец твёрдо придерживался убеждений о чистоте крови. Мама всегда с нежностью говорила о тебе, когда я был маленьким, но папа... Ну, он и слышать ничего об этом не хотел.       Энди улыбнулась и понимающе похлопала его по колену:       – Я отправлю ей сову. Это действительно хорошая новость, если мы каким-то образом сможем воспользоваться местом твоей семьи.       Перси вздохнул с облегчением. Он очень волновался по поводу этого нового закона, ведь всего через пару месяцев, как раз после рождественских каникул в Визенгамоте, он будет вынесен на голосование.       – Гарри по-прежнему планирует раскрыть свою природу? – спросил он, помня о плане друга внести своё имя в список поддержки в качестве волшебного существа.       – Да.       – Не могу поверить, что я даже не догадывался, что он не человек, пока кто-то не столкнул его с Астрономической башни, – весело ухмыльнулся Малфой, – Конечно, Поттер оказался существом!       – Ты, наверное, тоже, – Перси не удержал ответной ухмылки.       Драко только застонал и крепче прижал ребёнка к себе.       – Я должен пойти проведать дядю Сева...              – Пришёл узнать свою судьбу? – Северус ухмыльнулся своему крестнику, стоя над исходящим паром котлом в личной лаборатории.       Драко бросил на него сердитый взгляд, прежде чем устроиться на шатком деревянном табурете, которым вампир никогда не пользовался.       – Ты получаешь от этого слишком много удовольствия.       – Уверяю, я веду себя профессионально, – Снейп налил зелье в стеклянный стакан и подтолкнул табурет. Драко пришлось взмахнуть руками, чтобы не упасть.       – Идиот...       – Мерзавец... –ухмыльнулся ему Снейп.       – Что с тобой? – спросил Драко, покачав головой, и не смог сдержать смешка, – Ты кажешься... Я не знаю... счастливым?       – Я не знаю, – мужчина слегка нахмурился, серьёзно обдумывая вопрос, – Сегодня я смог снять около пятидесяти баллов с Пуффендуя и несколько раз наказать гриффиндорцев, так что всё началось хорошо... потом Гарри попросил меня помочь ему придумать имена для ребёнка...       – Имена для ребёнка? – Драко нахмурился в замешательстве, – У Тедди уже есть имя, каким бы глупым оно ни было, оно ему удивительно подходит.       – Нет, – нахмурился Снейп, наконец сообразив, что яйцо не было частью объяснения, которое дали Драко, когда рассказали ему о том, что Гарри не человек после происшествия на Астрономической башне, – О... Насколько велики шансы, что ты забудешь об этом?       – Без обливейта? – Драко приподнял светлую бровь, глядя на своего крёстного, – Ты странный, дядя Сев.       Снейп закатил глаза и прислонился к рабочему столу, придвигая стакан с прозрачным зельем поближе к своему крестнику.       – Не странный, просто наконец-то немного расслабился, – вздохнул он, подумав, что, возможно, это не очень хорошо, – Я не стану давать объяснения. Тебе придётся спросить самому, но существа, подобные Гарри, независимо от пола могут откладывать яйца, не нуждаясь в партнёре, и это яйцо нужно будет постоянно носить с собой, пока оно не вылупится... Например, в сумке, – закончил он и многозначительно приподнял бровь, чтобы донести свою мысль.       Северус был уверен, Гарри не станет возражать, если Драко узнает о яйце, тем более что альтернативой на данный момент был только обливейт. Казалось, юноша готов расширить круг тех, кто был в курсе ситуации. Андромеде и Тонкс ещё предстояло узнать шокирующую новость, но мужчина не сомневался, что это произойдёт, как только Гарри соберёт их в одной комнате, чтобы не делать это дважды.       – Мерлин... – выдохнул Драко, широко раскрыв глаза, – Пожалуйста, дядя Сев, пожалуйста, скажи мне, что вейлы не откладывают яйца... Я имею в виду, у них тоже есть крылья и перья, как у птиц...       – Никогда о таком не слышал, – поспешил успокоить крестника зельевар, чтобы прекратить панику.       – Но ничего не известно о мужчинах вейлах...       Снейп снова слегка подтолкнул стакан, на этот раз более настойчиво.       – Просто порежь палец и капни сюда три капли крови, и мы будем знать наверняка. Повода для переживаний не будет, если выяснится, что ты чистокровный волшебник.       Драко не был уверен, но возразить ему было нечего: он даже не сообщил своему крёстному о проблемах с магией, которая ослабла после совершеннолетия.       – Как должно прореагировать зелье? – спросил он и замер, взяв один из ножей для ингредиентов.       – Оно останется прозрачным, если в тебе нет крови волшебного существа, – объяснил зельевар, – Для большинства волшебников приобретёт желтовато-зелёный цвет, что означает незначительное количество крови существ, так бывает при наличии их где-то в генеалогическом древе, но этого недостаточно для наследования каких-либо специфических черт.       – А если больше?       – Я настроил его на кровь вейлы, поскольку это кажется наиболее вероятным, – Снейп забрал у крестника нож, поднёс его руку к стакану и, успокаивая, погладил дрожащую кисть, – Оно будет голубым, если в тебе течёт кровь вейлы, чем её меньше, тем светлее. Если, например, твоя бабушка была вейлой, и ты унаследовал некоторые из их черт. Зелье станет темно-синим, реагируя на чистокровную вейлу, это значит, что существо в тебе боролось с магической составляющей в ночь твоего совершеннолетия. В этом случае, можешь считать, что тебе повезло потерять сознание от проклятий Беллы.       Драко невесело фыркнул.       – Единственный раз, когда везение и тётя Белла оказались в одном предложении, – сухо заметил он, когда его крёстный сделал небольшой надрез на указательном пальце и выдавил три капли крови, прежде чем исцелить его без помощи палочки.       – Нужно подождать, – мужчина откинулся назад, изучая жидкость, наблюдая как красный цвет, рассеивался в прозрачном зелье.       – Уже известно? – назойливый Мальчик-Который-Снова-Выжил просунул голову в дверь с широкой улыбкой на лице, – Я только что вернулся и хочу поздравить тебя первым.       – С чем? – уточнил Драко, скорее нервничая, чем раздражаясь.       – С чем угодно? – Гарри уже полностью вошёл в комнату, пожимая плечами и держа обеими руками сумку, в которой, как теперь знал Драко, было нечто большее, чем книги, – Зависит от того, как ты на это смотришь. Что бы там ни было, поздравляю.       – Ты рассуждал также, когда снёс яйцо? – Драко фыркнул, бросив многозначительный взгляд на сумку.       – Эй, – Гарри хмуро посмотрел на Снейпа, который только пожал плечами, но с извиняющимся выражением на лице.       – Нужно было либо сказать ему, либо использовать обливейт, – заметил мужчина, – Я проговорился, что мы обсуждали имя для ребёнка.       – Он снова подросток и теряет хватку, – Драко не смог сдержать нервной ухмылки, глядя на своего крёстного, когда зелье начало приобретать сначала жёлтый, а затем зелёный оттенок.       – Ладно, неважно, – Гарри пожал плечами, казалось, ему было всё равно, и Драко в глубине души его понимал, – Но Кроха это то, с чем меня определённо стоит поздравить. И я ещё не рассказал о нём твоей тёте Энди и кузине, так что не смей проболтаться раньше.       – Прости, – процедил Снейп сквозь зубы, словно это слово причиняло ему физическую боль. Гарри только улыбнулся ещё шире, заставив Малфоя закатить глаза. Когда-нибудь он проклянёт этих двоих, если они не станут причиной его смерти раньше.       – Тебе не кажется, что это немного голубовато? – глаза Драко расширились, когда жидкость приобрела голубой цвет, – Это же просто оттенок зелёного... Верно?       – Нет, – Гарри внимательнее присмотрелся к содержимому стакана, – На какой цвет мы рассчитываем?       – Только не синее, – обречённо произнёс Драко, пока зелье приобретало всё более и более насыщенный цвет.       – Я не ожидал, – Снейп задумчиво кивнул на тёмно-синее зелье, – Похоже, твоя тётя Белла оказала тебе хорошую услугу, наложив на тебя проклятие, даже если не собиралась этого делать... похоже, ты чистокровная вейла.       – Поздравляю! – надоедливый Золотой мальчик широко улыбнулся.       – Что это вообще значит? – Драко не смог сдержать стона, когда все надежды рухнули. Волшебное сообщество и так не принимало его, а теперь... с полным наследием...       – Хорошо, тебе нужно поговорить либо с профессором Лаймар... – начал Поттер и ухмыльнулся в ответ на взгляд Драко, отвергающий это предложение, – Либо с Роном или Перси.       – Уизли? Почему? – спросил блондин, совершенно сбитый с толку. Может, они и предатели крови, но он был уверен, что в их жилах нет крови существ... Впрочем, он был уверен, что у Малфоев её тоже нет.       – Старший из братьев Уизли женился на Флёр Делакур, – объяснил Снейп, взмахом палочки убирая остатки зелья, – Думаю, Рональд или Перси могли бы помочь связаться с ней.       Драко усмехнулся Поттеру. Он считал, что один из Уизли был бы предпочтительнее, чем откровенничать с кем-то из своих профессоров, но всё же...Уизли!       – Отлично... Полагаю, профессор Уизли не совсем идиот.       – Я очень надеюсь, что у тебя появятся крылья, – задумчиво посмотрел на него Поттер, – Мне бы хотелось иметь крылья. Я чувствую себя немного разочарованным, так как я частично птица, а частично – пресмыкающееся.       – Я смог бы опередить тебя в ловле снитча, – заметил Малфой. Ему не хотелось соглашаться с Поттером, но он ничего не мог с собой поделать: летать без метлы было бы действительно весело...              Рон терпеть не мог учёбу. Он знал, зачем вернулся в школу и почему ему нужно было хорошо сдать экзамены, но понимание причин не означало, что ему это нравилось. Не помогало и то, что главным аргументом в пользу возвращения было желание быть рядом с Гермионой... Не то чтобы он расстраивался, что у них ничего не получилось, но теперь ему было немного одиноко.       Гарри, по понятным причинам, был отвлечён предстоящим родительством и своей безумной влюблённостью в вампира, Гермиона полностью сосредоточилась на предстоящем поступлении либо на целительство, либо на юриспруденцию. А Рон даже толком не знал, чем хочет заниматься. Изначально он собирался стать аврором, но теперь, когда Гарри отказался идти по этому пути, он тоже пересмотрел своё решение. Не то чтобы Рон не хотел идти в аврорат, но он чувствовал себя немного потерянным и бесцельным. У Гермионы, казалось, всегда была цель, и Гарри внезапно обрёл новую, после победы над Волдемортом.       Младший Уизли, наконец, сбежал от Гермионы и Невилла, которые засели в библиотеке, и просто бродил по замку. Он не хотел возвращаться в свои комнаты, где ему пришлось бы общаться с профессором Чар, который расспрашивал бы его об учёбе... Это был порочный круг, из которого он хотел вырваться.       – Ты не можешь просто нападать на детей! – раздался крик из бокового коридора на третьем этаже, заставивший его замереть на месте, – Они ничего не сделали!       – Они слизеринцы! Они сделали достаточно! – ответили со смехом, за которым последовал крик, – Среди вас нет невиновных!       Рон узнал голос своего соседа по спальне, с которым прожил шесть лет.       – Симус, – выдохнул он, нахмурившись, прежде чем развернуться на каблуках и поспешить туда, откуда теперь доносился тихий плач.       – Это всего лишь первый и второй курс! – запротестовал первый голос, прежде чем снова вскрикнуть.       – Прекратите, ублюдки! – Рон резко остановился с вынутой палочкой и шоком на лице. Он был ошеломлён, увидев, как Симус проклинает избитого окровавленного Драко Малфоя, защищавшего трёх слизеринцев с начальных курсов, одной из которых была Кэссиди Кэттермоул. Его глаза расширились, когда он увидел свою сестру, Дина Томаса, Джастина Финч-Флетчли и Парвати Патил, стоявших позади Симуса.       – Какого чёрта, по-вашему, вы делаете?! – Рон почти кричал на них, не в силах поверить своим глазам. Он не мог себе представить, что такое может произойти после всего, через что они прошли. И эти люди, все они были теми, кого он знал и считал друзьями... ну, не Джастин... но, во всяком случае, остальные.       – Он впустил пожирателей смерти в школу, – Симус слегка отвёл палочку от Малфоя, но его улыбка стала шире.       – И он мешает тебе проклинать детей, – ответил Рон, презрительно скривившись.       – Ты в порядке, Кэссиди? – спросил он дочь Реджа. Он собирался рассказать профессору трансфигурации, кто именно угрожал его дочери, о факультете, родителях и даже о том, где они живут, если тот захочет узнать.       Она слегка кивнула ему со слезами на глазах.       – Драко появился здесь сразу после того, как на Энтони подействовало проклятие, – она указала на другого первокурсника, у которого, казалось, были ободраны руки, но ничего серьёзного.       – Мы разберёмся с этим, Рон... Просто уходи, не нужно пачкать руки, – заметил Дин Томас, – Забирай слизеринцев, если хочешь, но оставь змею...       Теперь настала очередь Рона закатить глаза и шагнуть вперёд, к тому месту, где Малфой с трудом пытался подняться с земли.       – Как насчёт того, чтобы вы просто уйдёте, а я не стану посылать патронуса профессору Снейпу? – он угрожающе поднял палочку, – Я слышал, ему не терпится кого-нибудь исключить в этом году.       – Серьёзно, Рональд? Снейп? – Джинни приподняла бровь и насмешливо посмотрела на него, – Это последний профессор, к которому бы ты обратился...       – Экспекто патронум! – Рон взмахнул волшебной палочкой и появился сияющий терьер, – Я бы отправил его к Макгонагалл, но Снейп ближе и бегает быстрее. Хочешь проверить это Джин-Джин?       – В любом случае, они не стоят нашего времени, – Парвати потянулась и положила ладонь на руку Симуса, которая снова начала подниматься, – У нас впереди целый год...       – Будь осторожен, любитель змей, – усмехнулся Симус, когда пятёрка гриффиндорцев удалилась, едва не срываясь на бег.       – Иди к Реджу и скажи: «Поднимитесь на третий этаж, вы нужны Кэссиди», – проинструктировал Рон своего патронуса, который тут же умчался.       Кэссиди со слезами на глазах улыбнулась, пока они со второкурсницей помогали Малфою подняться.       – Спасибо, что не сказал, что собираешься позвать моего отца, когда они были здесь, – поблагодарила она, не желая, чтобы это дошло до сведения всех её одноклассников.       – Я бы справился, Уизли. Я просто отвлёкся, когда столкнулся с ними, и не успел среагировать, – усмехнулся Малфой, но в его голосе не было злости.       – Я защищал Кэссиди, придурок, – фыркнул Рон и помог блондину подняться, – Что тебя так отвлекло? Мы только что пережили войну, а ты даже больше, чем эти. Не могу поверить, что они смогли подкараулить тебя.       – У меня плохие новости, если хочешь знать... Эй! – запротестовал Малфой, когда Рон вылечил его сломанный нос взмахом палочки и невербальным эпискеем.       – Было бы ещё больнее, если бы ты ожидал этого. С вами всё в порядке? – Рон повернулся к трём младшим ученикам, – Есть повреждения?       – Всё в порядке, – ответил, вероятно, Энтони, не упомянув о своих ободранных руках. Рон просто кивнул, оставляя ребёнка на попечение отца Кэссиди и позволяя ему поддерживать образ человека, который не нуждается в помощи.       – Кэссиди! – Реджинальд Кэттермоул выбежал из-за угла, – Ты в порядке? Я уже собирался уходить, когда получил патронуса от Рона? Что случилось?!       – Я оставляю их на тебя. Отведу этого мерзавца либо в больничное крыло, либо к его крёстному, в зависимости от того, за что он меня не проклянёт, – сказал Рон обеспокоенному отцу, который уже проверял младших учеников, – Я знаю имена тех, кто это сделал. Загляну к тебе утром, если не возражаешь.       Редж коротко и благодарно кивнул молодому человеку.       – Первым делом, – твёрдо сказал он.       – Конечно. Береги себя, Кэс, – кивнул он первокурснице и потянул ворчащего Малфоя за собой.       – Я не ребёнок и могу сам о себе позаботиться, Уизли, – прошипел блондин, случайно слишком сильно пошевелив разбитой губой.       – Мадам Помфри или Снейп? – просто спросил Рон, помогая ему спуститься по лестнице и не обращая внимания на ругательства, раздающиеся рядом с ним, – У меня было семь лет практики с этой упрямой задницей, которую я называю лучшим другом, так что ты в любом случае пойдёшь к одному из них, но можешь выбрать к кому.       – Дядя Сев, – Драко не стал дуться. Малфои не дуются.       – Видишь, это было не так уж и сложно, – усмехнулся Рон и повёл Драко вниз, туда, откуда только что пришёл, – Извини за то, что случилось... Я не могу поверить, что они так поступили. Я жил с Дином и Симусом, и я совсем их не узнаю... Даже Джинни, она была другой, когда мы были маленькими.       – Если бы ты хоть немного пообщался со слизеринцами, ты бы знал, что люди сложны. Мы совершаем те или иные поступки под влиянием множества разных причин, и то, что лежит на поверхности, лишь малая часть того, кто мы есть, – фыркнул бывший слизеринец, – Вы, гриффиндорцы, все, кажется, думаете, что можете просто втиснуть людей в эти красивые рамки...       – Нет, больше нет, – вздохнул Рон и замолчал, удивлённый, что больше не испытывает никакой враждебности к человеку рядом с ним, – Я думаю, что за прошедший год я отказался от многого из того, во что твёрдо верил. Думаю, ты тоже.       Блондин глубоко вздохнул и остановился, чтобы присесть на скамейку в нише, всего в паре коридоров от кабинета своего крёстного.       – Кстати, ты в хороших отношениях со своей невесткой?       – Флёр? Почему? – Рон нахмурился и в замешательстве сел рядом с ним.       – Думаю, мне нужно с ней поговорить.       Это заняло не так уж много времени...       – Мерлин! – лицо Рона расплылось в широкой улыбке, в то время как Драко просто спрятал своё в ладонях, – Этот упрямый осёл был прав, не так ли? Гарри был прав, и ты вейла?!       – Я бы предпочёл не рассказывать всей школе, – Драко закатил глаза и наложил на них заклинание тишины, прежде чем устроиться поудобнее, ожидая, пока бывший гриффиндорец перестанет хихикать, чтобы придумать какой-нибудь способ связаться со своей родственницей-вейлой.