Собака и гирлянда

Дима сейчас выглядел безумно властно. Да и ситуация показывала, что контроль не у Августа. Он с завязанными сзади руками сидел на кровати в сетчатых колготках, а Дубин все продолжал его пытать. Ходит рядом из стороны в сторону надменный такой, все ещё одетый, говорит ему что-то, а Хольт пытается не разорваться от удовольствия уже переходящего в боль. - Ди-ма, - Августа давно начало трясти, но сейчас конвульсии значительно усилились. Ток гуляет по его телу, но это не самая главная проблема. - Да, дорогой? - поддельно-невинно спрашивает Дима и наклоняется к чужому лицу. Брови сведены к переносице, в уголках глаз уже скапливается влага, губы все искусаны, а парню так хотелось, чтобы они не закрывались, чтобы чужой мелодичный голос ласкал слух. Дубин увеличивает вибрацию, наслаждаясь реакцией любимого. Тот хоть и пытался сдерживать все звуки, но этот прекрасный протяжный стон, вырвался из груди. Дима закусывает губу и трогает стояк через рабочие штаны. Августа заводил вид парня в форме, и он хотел попробовать что-то жёстче, чем было у них обычно, поэтому Дима решил сегодня устроить ему "праздник", на котором Хольт оказался главной жертвой. Если буж он пережил более менее нормально, хоть ноги дико тряслись, пока Дима медленно и постепенно погружал буж внутрь, приговаривая, как Хольт хорошо справляется, и подливая смазки, то маска ещё хоть какого-то спокойствия и терпения дала трещину, когда набухший член обхватили рукой и стали водить по нему вверх-вниз, приятно сдавливая у основания. Ну а после того, как маленький вибратор включился прямо на простате, самообладание разлетелось по комнате осколками. Единственное, что сейчас мог контролировать Август, - это голос. И то получалось не очень. Спина ужасно затекла. Дима знает, как тяжело Хольту долго находится без опоры более менее прямо, а сейчас это всё ухудшается вибратором в заднице и невозможностью кончить. Все тело бесконтрольно подергивалось. Грудь без единого темпа вздымалась - Август хватал воздух, будто его это спасет. Дубин опускает руку на гладкий, большой, покрытый потом член. Специально для этого гиганта Дима порвал колготки спереди, чтобы в любой момент можно было поласкать любимого. Венки выделяются настолько сильно, что появляется ощущение, будто орган сейчас лопнет, невысохшая смазка красиво блестела на нем. Парень проводит пальцем по головке вокруг колечка бужа и убирает руку. Хольт поднимает разочарованный и умоляющий взгляд. Дима вспоминает, что вибратор сейчас работает слишком сильно, поэтому сбавляет до минимума - ему не нужно, чтобы мужчина прям страдал. Август внимательно смотрит ему в глаза, а затем жмурится и ёрзает на кровати. - Сиди смирно, или мне придется достать плётку, - строго говорит Дубин и шлепает Хольта по коленке. - Раздвинь ноги шире, - все равно там ничего не было видно, но парню надо было показать свое превосходство в этот момент. Он скалится и проходится пальцами по красивому и сочному бедру. - Молодец. Августа трясет сильнее. Он безумно хочет лечь, но ещё в начале этой добровольной экзекуции ему жирно так намекнули, что, если он ляжет, то весь процесс будет намного дольше, поэтому Хольт пытается терпеть. - Дим, пожалуйста, - Господи, голос такой жалкий. - Можно я лягу? - он сейчас, кажется, потеряет сознание. Сперма уже давно хочет выйти наружу, оргазм глушит, но не до конца, пытает хуже Димы. - Ну уж нет, о таком даже не проси! - злобно усмехается Дубин и ставит ногу на бедро Августа у самого полового органа. Знает ведь гад, что у Хольта безумно чувствительная внутренняя сторона бедра. Хольт шипит, сдерживая стон, а потом кричит от облегчения - Дима трогает его член ногой, слегка надавливает. Мужчина не сдерживается и толкается навстречу касанию. Вообще это было вне правил игры, которую устроил парень, но он лишь ухмыляется, наблюдая за удовольствием на чужом лице. - Извращенец. Что с тобой тогда будет, когда я, предположим, возьму у тебя в рот? Или, может, оседлаю. Больнее объезжать или принимать лёжа? - Август чуть ли не плачет от одновременных боли и удовольствия. Он ужасно стеснялся, когда Диму прорывало на пошлые разговоры. Но это происходило слишком часто, чтобы не привыкнуть к такому. Пытка длилась уже около пятнадцати минут. Хольт еле держался, что видел и Дубин. Как бы он не старался играть для Августа, его природа все равно рвалась наружу. Он решил, что на сегодня с мужчины достаточно, и пора принести ему настоящее удовольствие. Дима неожиданно опускается на колени перед Хольтом. Он застывает в ожидании долгожданного облегчения. Парень поднимает глаза и с поддельно-невинным лицом берет в руку крупный член. Магнат шумно выдыхает, и по его щеке катится крупная слеза, когда парень, проведя пару раз по всей длине, берет головку в рот. - Сделать тебе, как ты любишь? - Август кивает и откидывает голову. Дубин начинает выцеловывать нижнюю часть живота, лизать крепкие мышцы и ставить засосы. Хольт всегда от такого плыл, но сейчас он и так был не в состоянии. Затем поцелуи медленно сползли на половой орган, потом переместившись на потяжелевшие яйца. Магнат понял, что совершил ошибку - ему бы сейчас просто вставить в чужой рот, почувствовать давление узкого горла и кончить. А теперь его будут пытать, но пытка будет сладкой. Лейтенант мажет уверенно языком по стволу, объводя чуть ли не каждую венку под упругой кожей. Он вобрал только половину, но старался стимулировать член как можно больше. Парень круговыми движениями гладит орган у основания, размеренно двигая головой, а затем резко берет до конца, усиливая вибрацию розового шарика внутри Августа. Он замирает в немом крике и судорожно начинает дергается. - Хорошо, правда? - Дима выпускает орган изо рта, слегка давится. - Милый, пожалуйста… позволь мне кончить, - Хольт, кажется, теряет сознание. Дубин гладит его по бедру в колготках. - Как ты хочешь? На лицо или в рот? - Дима невинно хлопает глазами. - Как угодно, только бы поскорее кончить, - по щеке мужчины катится слеза, которую тот долго сдерживал. На Диму это, естественно, действует сильно: он сводит брови в сочувствии, разрушает свою роль отъявленного БДСМ'щика и уже тянется к бужу. Член Августа уже прилично разбух, налился кровью. Парень тянет вверх стержень, медленно и осторожно доставая его. Тело Хольта в предвкушении облегчения напрягается, что лейтенант отчётливо ощущает. - Расслабься, или я продолжу тебя мучить, - мужчина хнычет, понимая, что не сможет сейчас безвольно отдаться в его руки. Дубин слово держит, хоть и самому плакать хочется от этого всего, но за столько игр он уже немного привык, поэтому терпит и вставляет буж до упора обратно. Магнат вздергивает бедра и скулит. Парень снова вытягивает и погружает. Август очень не любил уретральное проникновение, а мастурбацию такого типа вообще ненавидел. Сколько бы он всего с Димой не перепробовал, но бужи влияли на него так, что даже он не выдерживал. Дубин продолжает аккуратно толкать стержень внутрь, пока вылизывал толстый член. Усилив темп вибратора Дима вытаскивает буж полностью и тут же берет в рот. Пару небрежных мазков языком по головке Хольту хватило, чтобы излиться. Лейтенант сглатывает и довольно облизывается, несмотря на то, что током его ударило сильно. Затем магната резко опрокидывают на кровать. От долгожданного расслабления он даже стонет, вызывая у Димы улыбку. Тот немного грубо, спеша и разорвав колготки, достает из него вибратор. Мужчина находился в беспамятстве, поэтому не услышал, как падают на пол чужие форменные штаны. Когда он понимает, что происходит, в нем уже полностью оказывается чужой член. Внизу от этого ощущения после только что еле пережитого оргазма все тянет, но сопротивляться сил тоже нет. Парень двигается сразу в быстром темпе, переодически сбиваясь от очередного разряда или от боли из-за чрезмерного давления. Август из-под полуопущенных век смотрит, как Дима самозабвенно вбивается в его тело, как он прогинается в пояснице, когда Хольт находит в себе немного сил, чтобы расслабиться. Толчки Дубина ему приносят только боль, но он терпит. Ему же это нравится - быть вот так нагло использованным, практически изнасилованным. Лейтенант резко меняет тактику и с остервенением начинает вбиваться в чужую простату. Август заерзал на постели, издал какие-то нечленораздельные звуки и принял свою судьбу без сопротивления. Сперва было очень неприятно, больно, что заставляло и так обессиленного Августа биться в судорогах. Но Дубину хорошо, хорошо до беспамятства, до непроглядной черноты перед глазами. Мужчина сейчас был покорен, послушен, с ним можно было делать все, что угодно, и это для парня было и ужасно, и прекрасно одновременно. Но вскоре, к облегчению обоих, болезненное мычание и сдавленные всхлипы перешли в стоны, несмелые и боязливые. - Давай, солнце, покричи для меня, - Дубин обхватывает за талию Августа крепче и резко до упора насаживает на себя. Хольт взвизгивает, но затем визг переходит в протяжный стон. Дима точно знал, что для него не симулируют, и это бальзамом ложилось на его эго. Август не без удовольствия наблюдал, как постепенно намокает от пота голубая рубашка, как беспомощно бьется об нее черный галстучек, как лицо Димы неожиданно меняет выражение от напряжения до полного расслабления и удовольствия. Внутри мужчина ощущает разлившийся жар. Дубин пытается не свалиться на Хольта, продолжая при том, что глаза открыть не может, доводить Августа до оргазма, правда уже рукой. Из уретры крупными каплями выходил предэякулят. Дима с большим трудом, но все же заставил магната в скором времени изогнуться в последний раз и низко простонать. Горячая белая жидкость вылилась в его кулак. Сделав из ладони лодочку, чтобы ничего не пролилось, Дубин нагибается к ужасно уставшему мужчине. - Все в порядке? - наконец Дима буквально отшвыривает маску садиста - извращенца. - Да… да. - Нормально отыграл? - усмехнувшись, спрашивает парень. Мужчина в ответ улыбается и обнимает его. - Прекрасно. Спасибо, что потакаешь моим извращённым желаниям. - Рад воплощать твои мечты, - Дубин ласково чмокает любимого в щеку и зарывается носом в его челку. Сегодня он слишком долго для себя был жёстким в угоду своему близкому, поэтому оставшийся вечер Августа неминуемо ждут только ласка и забота.