Ставка на выживание

Руин с Джунсо рванули вперёд, осматриваясь. На одного из парней навалился низенький, но уже заражённый школьник. Джунсо быстро отбросил его в сторону, а Руин замахнулся битой по голове. Удар не был один, он бил и бил, словно хотел остановить навсегда. Пока остальные выходили в коридор, закрывая за собой дверь, Руин безудержно лупил заражённого, пока тот не перестал двигаться и даже издавать звуки. Джунсо схватил Руина за плечо, стараясь вернуть в себя: — Ты как? Тот был напуган и зол одновременно, крепко сжимая биту и поглядывая на упавшего. — Я… убил его? — Нет. – тихо ответил Джунсо, — Это была самооборона. Он уже не человек. Не смотри на них как на обычных ребят. Это… другое. – он крепко пожал плечо Руина, пытаясь успокоить. — Долго трепаться будете? – услышали они насмешку. Йеджи вела за собой дрожащую Хаён, — Может, тебе в спортзал вернуться? — Я не боюсь. – прошептала та, но, услышав громкий грохот в конце коридора, инстинктивно прижалась к брюнетке. Йеджи лишь усмехнулась и отошла в сторону, посмотрев на дверь у лестницы. Она вздохнула и кивнула остальным — пора двигаться через этот проход. — Я первый. – уверенно сказал Хёнджин, встав впереди, крутя биту, — Назад иди, – хмыкнул он парню рядом. — Думаю, моя помощь не помешает. – улыбнулся Феликс, внимательно осматриваясь. Они шли медленно, двое впереди, двое сзади — Джунсо и Руин. Центр тоже не расслаблялся, оглядываясь. Рюджин бормотала себе под нос, Йеджи сжимала кулаки. — Ещё одно слово, и эта бита окажется у тебя в… – шипнула она, не глядя. Рюджин надула губы, но молчала — шуметь было опасно. Каждый маленький шорох заставлял их вздрагивать. Но казалось, что всё слишком спокойно… Выйдя на лестницу и не увидев никого, расслабились. Хёнджин повернулся, улыбаясь: — Кажется, здесь пока безопасно. Пойдём в столовую, нужно еды набрать. Потом по комнатам пройдёмся, вдруг кто остался. — Хёнджин, ты серьёзно? – Йеджи скрестила руки, — Если на этаже никого нет, это не значит, что везде чисто. Внизу наверняка толпа. — Она права. – кивнула Арым, крепче сжав биту, — Если идти в столовую, то уже после того, как обыщем комнаты и соберём выживших. — Просто идём уже. – Феликс шагнул вперёд, Хёнджин последовал за ним, словно прикрывая. Все двинулись дальше, закрывая за собой дверь. Спускались на второй этаж, внимательно смотря вокруг. Хёнджин тихо обратился к Феликсу: — Если вдруг умрём, я хотя бы спрошу… Ты в отношениях? Феликс усмехнулся, чуть опуская биту, не останавливаясь. — Если скажу, что нет, что тогда? — Ты гей? – спросил Хёнджин. Никто их не слышал, но Феликс улыбнулся — вопрос был странным. Хотел ответить, но вдруг сзади раздался крик Рюджин. — Зомби! – кричала она. — Тише! – Йеджи подбежала и закрыла ей рот рукой, прижимая к себе. Все посмотрели вверх и увидели, как с четвёртого этажа по лестнице пытается спуститься заражённый, неуклюже цепляясь за перила. Он явно не понимал, как пройти. Хёнджин вздохнул: — Ты же понимаешь, что нужно быть тише? Рюджин промычала что-то в ладошку Йеджи и прикусила её, та резко убрала руку, хмурясь от боли. — Совсем с ума сошла? — Не надо мне рот закрывать. – тихо, но уверенно ответила Рюджин, — Извините, что закричала. Я испугалась. – сказала она остальным, не глядя на Йеджи. — Всё нормально. – кивнул Феликс, взяв её за руку, — Держись рядом со мной, хорошо? Рюджин сжала его руку и пошла рядом, ловя недовольный взгляд Хёнджина. Тот подошёл к Йеджи и тихо спросил: — Думаешь, они вместе? — Откуда мне знать? – хмыкнула она, — И какая тебе разница? Этой дуре, наверное, нравятся такие, как он. — Он симпатичный. – заступился Хёнджин, — И классный. Не так ли? — Я и не говорила, что нет. – улыбнулась она, — Ты влюбился? — Нет! — Да, конечно. Знаю, как ты ведёшь себя, когда влюбляешься. Помнишь, как в прошлом году бегал за вожатым? Из-за тебя он уволился. — Не из-за меня… – нахмурился Хёнджин, — Всё, молчи, а то станешь закуской. – подмигнул. Юна всё это время держалась рядом с Черён, как с союзницей. Она бросала на неё украдкой небольшие взгляды, прекрасно слыша разговор впереди. Улыбнулась своим мыслям: «Значит, они хорошо относятся к такому». Затем придвинулась ближе к Черён. — Как ты себя чувствуешь? – тихо спросила она. — А как можно чувствовать себя в такой обстановке? – девушка пожала плечами, наконец спускаясь с последней ступеньки и оказываясь на втором этаже, — Я как будто шаг за шагом приближаюсь к своей смерти. — Не волнуйся сильно. Я занималась бейсболом. — И что? — А то, что я отлично управляю битой. – Юна махнула ею в воздухе, показывая навыки, — Со мной тебе нечего бояться, Чери. — Не называй меня так. – Черён прыснула и пошла вперёд, внимательно осматриваясь. Юна на секунду замешкалась, опустила биту и вздохнула, плетясь следом. К ней подошла Хаён и тихо сказала, чтобы держалась рядом со всеми. Юна кивнула и продолжила наблюдать, как вожатые осматривают второй этаж. На удивление, там было пусто. — Странно. – пожала плечами Джиён, — Почему никого нет? — А ты хочешь, чтобы они были? – усмехнулся Руин, — Лучше просто радуйся этой возможности. Бог нас явно любит. — Веришь в это? – фыркнул Джунсо, — Не надо сюда Бога приплетать. — А что? – обернулся к нему Руин, сделав шаг вперёд, — Что тогда ты мне сделаешь, а? — Перестаньте. – громко выдохнула Арым, — Если всё действительно так тихо, давайте спустимся вниз. Там надежнее забаррикадируем входную дверь. — Точно, в прошлый раз делали всё наспех. – подтвердила Йеджи, шагнув вперёд. Ребята двинулись дальше. Они прошли мимо медицинского кабинета, где дверь была нараспашку. Заглянули внутрь и увидели, что окно всё ещё разбито. Внутри кровь была разбрызгана по всем предметам. Все вздохнули и двинулись дальше. Проходили мимо пустых кабинетов, где раньше проходили занятия. Там даже была студия с дизайном, похожим на обычные школьные классы — там обучали дизайнерству, занятия длились по несколько часов. Наконец дошли до второй лестницы и начали спускаться на первый этаж. Как только Феликс сделал несколько шагов, он резко замер, вслушиваясь в сильный грохот снизу. Все переглянулись. — Идём. – приказал Хёнджин. Рюджин крепче сжала руку Феликса, и они пошли дальше. Когда в их поле зрения появился первый этаж с входной дверью, они вскрикнули и отпрянули назад. На их визг обернулись все заражённые. Всё было ужасно: дверь разбита, и они смогли прорваться внутрь. Буквально на каждом углу стоял зомби. Без слов ребята побежали назад, но тем самым лишь упростили задачу для зомби. Те сразу поняли, что нужно бежать за ними по лестнице. Видимо, они были достаточно глупыми. Медленно, с хрипами и ужасным видом, они последовали за ними, валясь друг на друга и пытаясь пройти лестницу. Рюджин отпустила руку Феликса и рванула вперёд, чтобы найти место для укрытия, но на втором этаже из небольшой перегородки со стеклом раздался громкий звук разбитого стекла, и несколько заражённых прорвались внутрь. Рюджин отпрянула, оперевшись на Йеджи. Та быстро подняла её на ноги, оглядываясь. — Они устроили нам ловушку! Ребята оказались в западне. Слева через перегородку уже бежало несколько зомби, а внизу, на первом этаже, была целая стая таких же обезумевших от голода подростков. Оставалась только одна дорога. Они быстро рванули вправо, пробегая по приглушённому коридору. От страха многие даже не осознали, что, спасаясь, они схватились за руки, пытаясь защитить друг друга. Йеджи держала Рюджин под рукой, взглядом ища укрытие. За ними гналась толпа. Кто-то был быстрее, кто-то медленнее. Были и те, кто полз, лишённые ног. Это зрелище действительно пугало. Хаён была самой последней. Она обернулась, чтобы посмотреть, как далеко позади монстры, но в этот момент на неё напал самый быстрый и обезумевший зомби. Он с силой повалил её на пол, замедляя движения. Ракетка выпала из её рук. Она закричала, и ребята обернулись, увидев происходящее. Руин сразу рванул помочь, но Джунсо схватил его за руку и быстро затолкал в кабинет, который девушки успели открыть. — Помогите! Пожалуйста! – прозвучало перед тем, как Джунсо захлопнул дверь, оставаясь снаружи в коридоре. Руин в панике попытался рвануться вперёд, но Хёнджин и Феликс крепко держали его за плечи, не давая совершить роковую ошибку. Они верили — верили, что Джунсо знает, что делает, и что он поможет Хаён, что оба они вернутся живыми. Вокруг слышались крики — женские, пронизывающие до костей. Даже Йеджи, всегда такая хладнокровная и сдержанная, смахнула с лица слезу, зажмурив глаза, чтобы не слышать эту боль. — Конченные трусы! – рявкнул Руин, — Отпустите меня! Я сам помогу! Отпустите, ублюдки! – он рвался вырваться, почти рычал, но хватка была железной. — Успокойся! – поднял голос Хёнджин, — Ты думаешь, нам легко стоять тут? Если выйдем все, то точно сдохнем! — Трус! Урод! – глаза Руина горели красным пламенем, будто он вот-вот расплачется, но цепко держался, — Отпусти меня! Прошу! — Хватит! – Хёнджин оттолкнул Феликса, взял Руина в свой захват и прижал к стене, — Мы все свои здесь, я понимаю тебя, но так рисковать нельзя! — Она… она… – Руин сдерживал крик, беспомощно дёргаясь, пытаясь вырваться. Все молча смотрели, отводя глаза. Они переживали за Хаён, но понимали — нельзя рисковать. Лишь молились, надеясь на лучшее. Вдруг в дверь стали стучать с такой силой, что дрожали стены. Феликс рванул к двери, но Арым резко остановила его: — А если это заражённые? — Но… – он замялся, вслушиваясь в грохот. — Откройте! – голос Джунсо прорезал тишину. Феликс быстро отпер дверь. Запыхавшийся Джунсо ворвался внутрь, неся на руках девушку. Он рухнул на колени, аккуратно опуская Хаён на пол. Феликс закрыл дверь и оглянулся. Все ринулись к ним, особенно Руин, которого тут же отпустили: — Хаён! Хаён! – он схватил её за плечи, пытаясь вернуть сознание, — Что случилось? Её укусили? На Хаён и Джунсо было много крови. В коридоре ещё слышались зловещие хрипы, кто-то бился в дверь, но это уже не звучало по-человечески, словно зверь пытался прорваться. — Её не укусили. – сглотнул Джунсо, вставая с колен, — Но я должен уйти. Выпустите меня, сейчас же. — Что? – Феликс взглянул на него с тревогой, — Зачем? Джунсо закрыл глаза на секунду, затем резко задернул рукав кофты до локтя. Все замерли. На его руке виднелся свежий укус — кровоточащий, опухший. Некоторые отвернулись, прикрывая рот, едва сдерживая рвоту. Рюджин без слов смотрела на парня, губы сжаты в тонкую линию. Она прижалась спиной к стене и медленно скатилась вниз, без сил смотреть на это, без сил принять происходящее. Руин внезапно вскочил и бросился к Джунсо. Все подумали, что сейчас он ударит его, но нет. Он обнял его. Сжал плечи и слабо улыбнулся, голос его дрожал: — Спасибо… Спасибо, что спас её. Ты никуда не пойдёшь. Мы придумаем, как тебя спасти, слышишь? Всё будет нормально. Джунсо попытался усмехнуться, и тут же захлебнулся, выкашливая кровь. Она хлестнула сквозь пальцы, когда он прикрыл рот, сгибаясь в приступе боли. Глаза его налились алым, неестественным, словно кто-то подлил туда ртуть. Тело трясло, как в лихорадке. — Выпустите… – прохрипел он едва слышно. — Нет. – Руин мотнул головой, глаза блестели от слёз, — Всё будет хорошо. Обещаю. Арым быстро огляделась. Комната — типичная студия по дизайну, светлая, но будто бы уже обречённая. Она бросилась к шкафу, шарила в ящиках и партах, пока не нашла канат — старый, затёртый, но прочный. Кинула его Руину: — Свяжи его. Пока не поздно. Если… если он обратится… мы сможем сдержать. — Просто свяжи уже. – устало бросила Йеджи, кулаки дрожали. Она откинула биту в сторону и медленно опустилась на пол рядом с Рюджин. Та всё ещё прятала лицо в коленях, не шевелилась. Йеджи просто молча села рядом. Слишком много боли, чтобы говорить. Руин и Феликс действовали быстро: сначала руки, потом — вся фигура Джунсо была привязана к батарее, надёжно и крепко. Он не сопротивлялся. Лишь дышал тяжело, часто, будто каждый вдох давался сквозь песок. — Где ты такому узлу научился? – с натянутой усмешкой спросил Феликс. — В спецшколе. – пожал плечами Руин, — Нас учили не только такому. — А чему ещё? – Феликс продолжал, будто цеплялся за каждую тему, лишь бы не молчать, — А ты, Джунсо? Где учился? — В обычной… — тот криво улыбнулся, голос сипел, — Но занимался боксом. С детства. — И как, многих валил? – слабо усмехнулся Феликс, затянув последний узел и плюхаясь рядом на пол, — Я вот всегда хотел попробовать, но максимум — драка в раздевалке за чей-то мяч. — Правда? – Джунсо попытался усмехнуться, но изо рта тут же скользнул сгусток крови. Он вытер подбородок плечом, взгляд упал вниз. Улыбка исчезла, словно кто-то стёр её пальцами. — Правда. – кивнул Феликс, стараясь говорить легко, будто не замечая, как всё рушится, — Меня вообще записали на футбол. Думали, пойдёт. Не пошло. Потом… – он бросил взгляд на Рюджин, но она не сдвинулась, — ввязался в азартные игры. Как думаешь, я похож на игромана? Джунсо приподнял взгляд. Его губы дрогнули. — Ты похож на придурка. — О, комплимент от умирающего. – Феликс саркастично рассмеялся, — Ну а вы чего сидите, как на поминках? Эй, народ. У кого какая мечта была в детстве? — Феликс, заткнись. – Арым даже не повернулась. Она сидела возле Хаён, гладила её по плечу. — Да ладно тебе. – он толкнул Джунсо локтем в бок, — Вот он, наш боец. Если он с нами, то всё под контролем. — Хватит. – резко произнесла Джиён, — Ты ведёшь себя, как идиот. Нам не до шуток. — Не до шуток? – его лицо тут же изменилось. Улыбка исчезла, будто и не было. Он вскочил, подошёл к Джиён и схватил её за ворот, вжимая в стену, — Улыбнись, чёрт побери! Хоть раз — не для себя, а для него! Он рисковал жизнью, чтобы спасти вашу подругу, а ты даже не скажешь “спасибо”? Жестокая ты тварь! Даже связанный Джунсо вздрогнул, поджал губы, будто хотел что-то сказать, но не смог. — Не говори так… – пробормотал Хёнджин. — Что именно? – Феликс отпустил Джиён и развернулся к ним, — Вы что, не понимаете?! Он уже обречён! Превращение — вопрос времени. Хотите просто смотреть, как он будет корчиться? — Феликс. – наконец подала голос Рюджин. Она подняла лицо, встала с пола, медленно, почти лениво размяла пальцы, прежде чем подойти ближе. Взгляд — ледяной, уставший, — Ты правда думаешь, кому-то станет легче, если мы начнём улыбаться, будто на выпускном? Это не тепло. Это подачка на прощание. Сам слышишь, что несёшь? — Ребята… – раздался слабый голос Юны. Все резко обернулись. Джунсо выгнулся назад, как будто кто-то потянул за его позвоночник. Его тело дёргалось, глаза выкатились, лицо стало неузнаваемым. Он хрипел. Но это был уже не хрип человека — это был вой, низкий, искажённый, животный. Все, как по команде, зажали уши. Кровь изо рта пошла чёрной. Он заскрипел зубами, дёргаясь в своих оковах, пытаясь встать, но не мог — связанный, он трясся, словно на грани взрыва. Руин отшатнулся, отойдя от Хаён, и с яростью ударил кулаком в дверь. Та задрожала, но не поддалась. — Это всё бесполезно! – выдохнул он, — Нет смысла бороться! Всё… всё кончено… Снаружи вновь послышались шаги. Много шагов. Лязг по линолеуму. Скрип. Кто-то провёл когтями по двери. Потом ещё. Словно в унисон — целый хор изголодавшихся глоток. Юна больше не слушала. Сделала шаг вперёд, сжала биту и, прикрыв глаза, нанесла один точный, сильный удар. Глухой хруст, будто лопнула досуха натянутая нить. Тело Джунсо обмякло, соскальзывая вниз по батарее. Он больше не дышал. — Ты что наделала?! – вскрикнул Руин, резко обернувшись. — То, на что у тебя не хватило бы духу. – спокойно ответила Юна, не отводя взгляда от тела. — С ума сошла?! – он рванулся к ней, стиснув кулаки. — Стой! – Хёнджин встал между ними, удерживая Руина, — Она поступила правильно. Мы не могли ему помочь. — Да вы просто за себя боитесь! – Руин оттолкнул его, словно стряхивая с себя прикосновение, — Вы мерзкие! — Мы? – тихо вмешалась Джиён, наконец устав от их споров, — А ты где был, когда всё это началось? Почему не пошёл с Джунсо? Почему не защитил Хаён? Почему не предложил хоть один план? – она покачала головой, — Потому что всё, на что ты способен — это шум. Один сплошной шум. — Ах, ну конечно. – Руин горько усмехнулся, — Приехала сюда покрасоваться. Показать, какая ты особенная. Может, кого-то и впечатлит. Только не меня. Ты просто шлюха. — Серьёзно? – Джиён сложила руки на груди, — Это твой максимум? Колкие фразы, когда не можешь ответить по делу? Хочешь, я тебе скажу кое-что, что давно пора было услышать? – она шагнула ближе, — Хаён любит не тебя. И не полюбит. Даже если ты, чёрт возьми, решишь признаться, ничего не изменится. Потому что ты ей не нужен. Потому что ты — не тот, кто способен что-то изменить. Ни здесь, ни вообще. — Ещё одно слово, и пожалеешь. – процедил Руин, дыхание у него сбилось, взгляд потемнел. — Да? – голос Джиён стал ледяным, — На тех, кто не может тебе ответить, кричать легче, правда? А как насчёт тех, кто может? Напомнить тебе, как пару лет назад ты испугался простого разговора с тем парнем в лагере? Как прятался, как умолял, чтобы тебя прикрыли? Забыл? Я — нет. Ты остался таким же. Только громче стал. Между ними повисла тишина. Остальные переглянулись, не зная, вмешиваться или нет. Атмосфера будто застыла в напряжении. И только где-то за стеной всё так же, упрямо и глухо, скреблись зомби. Руин кипел. Он рванулся вперёд, замахнувшись — точно в лицо Джиён, но его запястье резко перехватил Феликс. В его взгляде читалась такая злость, что Руин замер. — Не лезь. – прошипел он, пытаясь вырваться. — А ты не устраивай здесь хуйню. – ответил Феликс тихо, но сдавленно. Его голос будто прятал за собой ярость. — Мат. – поднялась с пола Йеджи, в руках уже была бита, — Клянусь, ещё раз услышу подобное… я всерьёз кому-нибудь двину. Вы в конец с ума сошли. Не дети уже. Хотя ведёте себя так, будто в песочнице подрались за лопатку. Рюджин, стоявшая у стены, согласно кивнула. Йеджи заметила это, хмыкнула, но промолчала. Просто прошла мимо Руина, подошла к Джиён, взяла её за руку и повела в сторону, чтобы не слышали остальные. — Хорошо ты его уделала. — Знаю. – самодовольно усмехнулась Джиён, — Но всё-таки аккуратней с выражениями. Хоть иногда. — С какими? – Йеджи посмотрела на биту, затем на девушку, приподняв брови, — Я просто сказала, как есть. Достали все. И ты — в том числе. — Вот за это тебя и ненавидит половина лагеря. – Джиён закатила глаза, — Но именно это почему-то и цепляет. – она подмигнула и спокойно вернулась к остальным. Йеджи осталась одна. На секунду задержала дыхание. Осмотрелась. У батареи лежал Джунсо. Или то, что от него осталось. Уже не человек. Просто… тело. Угроза, которую пришлось остановить. По другую сторону комнаты сгрудились остальные. Хаён уже пришла в себя, Арым присела рядом, успокаивала. Руин молча сидел за партой, спрятав лицо в ладонях. Бормотал что-то себе под нос. Рюджин о чём-то говорила с Феликсом — спокойно, даже с намёком на улыбку. Йеджи поймала этот момент. Присмотрелась. Словно Рюджин на миг действительно стала мягче. Милее. Пока не открыла рот. Джиён присоединилась к Арым и Хаён, опустившись на пол. Атмосфера чуть стихла. Но внутри, где-то под рёбрами, у Йеджи всё равно всё жгло. Это было не просто напряжение. Это была тревога. Тупая, безжалостная, будто затаившийся зверь за дверью. А что, если спортзал уже не сдержал натиск? Живы ли они? И если да — как теперь до них добраться?