Где заканчивается бой

Прохладный осенний ветер свистел за окном. Первые солнечные лучи прыгали солнечными зайчиками по лужам, стеклам и опавшей жёлтой листве, постепенно пробираясь в дома и будя их сонных обитателей. Прошёл уже чуть больше года с той самой ночи, когда Эдгар пришёл к Фэнгу — с пустым взглядом, дрожащими руками и скромной сумкой в руках. Первые месяцы он жил в гостевой спальне, но со временем всё чаще оставался в комнате Фэнга, пока однажды не остался там насовсем. Скоро Эдгару исполнится 18, а Фэнг всё ещё стоит на пороге двадцатилетия. Они научились жить вместе: готовили по очереди, вместе наводили порядок, даже успели сделать лёгкий ремонт в ванной. Фэнг, как всегда, проявлял заботу — приносил чай по утрам, покупал любимые сладости Эдгара, орешки и другие мелочи, которые радовали его парня. Каждое утро они просыпались, по очереди шли в ванную, приводили себя в порядок, пока один из них готовил завтрак. Потом садились за стол, желали друг другу приятного аппетита и, под утреннее пение птиц, обсуждали сны. Они смотрят вместе фильмы — ужастики и драмы, комедии и триллеры, романтические истории и всё, что только может захотеться в моменте. Фэнг почти всегда засыпает где-то на середине, и ему потом приходится пересматривать — иногда дважды, а то и трижды. Но Эдгару это никогда не надоедает. Он каждый раз с интересом замечает новые детали, подмечает пасхалки, ловит нюансы, пока они сидят вместе, укутавшись в мягкий плед, пропитанный запахом попкорна и горячего чая. Это стало их маленькой, уютной традицией.

***

Ха-ха! Чё, испугались? Я снова здесь. Итак, теперь снова я сам расскажу всё. Мои первые и единственные отношения получились, на мое удивление, самыми ахуенными. Нет, правда. Я помню ту ночь, когда пришёл к нему домой, весь в шоке и не знал, что делать дальше. Всё это время Фэнг поддерживал меня и помог забрать некоторые вещи с того места, где я раньше жил. Я до сих пор по уши влюблён в этого ускоглазого, и да, он разрешил мне так его называть. Но я ведь с любовью. Больше ни у кого такого парня нет, как у меня. Каждый вечер кино заканчивается его тихим сопением, и тем, что я снова смотрю фильм почти в одиночку. Закрываю ноутбук, целую этого соню в лоб — он спит прямо как котёнок — тихо желаю ему спокойной ночи и укрываюсь пледом. Потрясающее чувство, если честно. В один из таких вечеров мы решили провести последний тёплый вечер года на веранде. Солнце тонуло в море, где-то там, за домами. В этот момент мне стало страшно. Страшно, что я проснусь, и всё это окажется сном. Но почувствовав, как меня в шутку кусает за щёку мой любимый придурок, я убедился — я точно не сплю. Мы сидели, вспоминали наше первое знакомство, обсуждали недавние бои на арене, концерт, на котором были, и тот, на который скоро пойдём — как год назад. Солнце будто светило только для нас, ветер пел романсы только для нас, а листья летели и шелестели, чтобы мы их заметили. Будто сейчас есть только мы вдвоём, и мы строим свой мир вокруг нас. Вместе. И я надеюсь, что эта стройка будет шуметь, издавать лязг железа и, может быть, даже мешать кому-то спать. А может, мы уже подарили несколько бессонных ночей тем, кому я рассказал нашу историю.

***

Я помню, как раньше смотрел в зеркало и не видел никого. Просто лицо. Просто оболочка. Пустой взгляд и ни одной мысли, которая бы звучала по-настоящему моей. Теперь я смотрю — и вижу себя. Не идеального. Не всесильного. А живого. Улыбающегося не потому, что надо, а потому что хочется. Плачущего не от безысходности, а потому что чувствую. И это — самое важное. Фэнг как-то сказал, что мы сами выбираем, кем быть — игрой чьей-то в руках, или автором собственного сценария. Тогда я не понял. А теперь понимаю. Когда-то я был всего лишь фоновым персонажем в чьей-то жизни. Тихим. Забытым. Прозрачным. А теперь у меня есть своя история. Своё "я". Свой голос. Своё место. И человек, который видит во мне не роль, а суть. *** Конечно, впереди ещё много всего. Жизнь не превращается в сказку только потому, что ты нашёл кого-то или себя. Будут дожди. Ссоры. Бессонные ночи и беспричинные страхи. Но теперь я знаю, что я — не один. Я не пустой. Я — живой. И это только начало.