Запах

— И как прошло? — Хосок едва дождался, пока они свернули за угол от школы, как сразу навис вопросом. Чимин пожал плечами. — Я не знаю. Он... был не с нами. — Он был не с нами? — переспросил Хосок, чуть приподняв бровь. — Ну... физически да. Но внутри... как будто его рвало пополам. Он вроде хотел быть там, со мной, но в то же время будто боялся этого. Знаешь, как будто всё время ждал чего-то плохого. Они остановились у лавочки на школьном дворе. Ученики уже разошлись. Солнце клонилось к горизонту, и мягкие тени легли на лица. — Может, он просто интроверт? — предположил Хосок. — Это не то. Это... как будто он потерян. Но не во внешнем мире, а внутри себя. И он сам это знает. И он боится, что я тоже это увижу. — Чимин опустил глаза. — Мне больно от этого. Хотя я даже не понимаю, что именно с ним. Хосок помолчал. Его лицо стало серьёзным. — Ты слишком чувствительный, Пак Чимин. — Это плохо? — Это делает тебя настоящим. И опасным для таких, как Мин Юнги. — Почему опасным? — удивился Чимин. — Потому что ты можешь войти слишком близко. А если у него внутри — лабиринт, в котором он сам не ориентируется, он испугается тебя сильнее, чем всех остальных. Потому что ты дотронешься до того, куда он сам боится заглянуть. Чимин сжал пальцы. — Но я не хочу пугать его. Я хочу помочь. Просто быть рядом. Я не прошу ничего. — Это ты так думаешь. А он — может бояться даже этого. Что ты останешься, даже когда узнаешь правду. — Хосок посмотрел на него серьёзно. — Готов ли ты услышать её? Чимин на мгновение замолчал. А потом тихо сказал: — Я уже чувствую, что с ним что-то... совсем не простое. Но я не уйду. Я не могу. Хосок выдохнул. — Тогда держись. Потому что это не будет легко. Но ты сильный. А он — очень одинокий. Возможно, ты его единственный шанс.