Система: Купидон

      После бурной ссоры, воздух был наэлектризован обидой и недосказанностью. Вай и Кейтлин, как загнанные звери, были осторожны друг с другом, стараясь не задеть раны. И тогда, как это часто бывает, будни начали брать верх.       Кейтлин погрузилась в работу, часами просиживая за компьютером, изредка прерываясь на телефонные разговоры, или же чаще всего находилась на студии. Вай бродила по квартире, словно в клетке, находя себе странные занятия – перелистывала старые журналы, пыталась разучить пару композиций на заброшенной гитаре, даже разбирала коллекцию кофейных зерен, аккуратно рассортировывая их по цвету и размеру.       Но постепенно, сквозь пелену взаимного недоверия, начали прорастать ростки привычки. Вай с первыми лучами солнца, несмотря на заточение, с неистовой жаждой выбегала на пробежку. Сперва Кейтлин поморщилась от шума, но довольно скоро привыкла, даже начала просыпаться чуть раньше. Если же Вай не могла после пробежки выпить свой кофе и съесть что-нибудь сытное, она превращалась в грозу, готовую сорваться на любом пустяке. Кейтлин, к своему удивлению, начала сама готовить ей кофе и бутерброды, дабы избежать утреннего раздражения.       Вай, как оказалось, обожала музыку. Она часами слушала разные жанры – от классики до рока, от джаза до электроники, и Кейтлин, сама того не замечая, стала прислушиваться к этим мелодиям. Ей даже стало нравиться, как Вай напевает себе под нос, пританцовывая попадая в ритм.       У Кейтлин же были свои странности. Она любила тишину и порядок, и любое нарушение этой идиллии выводило её из себя. Разбросанные вещи, громкая музыка, запах жареной еды – все это вызывало у неё приступы неконтролируемой раздражительности. Вай, в свою очередь, привыкла к некоторому хаосу, и ей было трудно вписаться в стерильную чистоту квартиры Кейтлин. Так, постепенно, они выработали свои правила сосуществования: Вай старалась не шуметь по утрам и убирать за собой, а Кейтлин смирилась с тем, что в её квартире теперь есть уголок, где царит “творческий беспорядок”.       В свободные дни от работы её страстью была особый ритуал. У неё было какое-то странное понимание, как должна быть сварена кофе, но самое главное, она не выпивала его просто так. Кейтлин садилась в кресло и читала книгу.        Они даже попытались предпринять новые попытки расширить барьер. В один из дней Кейтлин предложила Ваю вместе заняться йогой. Идея казалась абсурдной, но они обе согласились попробовать. Вай, с её неуклюжими движениями, и Кейтлин, с её идеальной грацией, смотрелись комично. Однако и этот способ не сработал. Барьер оставался все таким же непреодолимым.       Однажды Кейтлин, в порыве отчаяния, снова предложила Ваю надеть дурацкий костюм. На этот раз это был наряд розового единорога, найденный в дальнем углу шкафа. Вай сначала упиралась, но потом, увидев молящий взгляд Кейтлин, сдалась. Она попыталась выйти за пределы барьера в костюме единорога, но даже абсурдность этой ситуации не помогла.

******

      В один из дней Вай поступил звонок.       Телефонный звонок прорезал утреннюю тишину, вырвав Вай из полудрёмы. Она резко села на диване, отгоняя остатки сна. Кейтлин, как всегда, уже не было рядом – наверняка, снова сидит над своими бумагами, погруженная в свой мир. Вай нахмурилась, взглянув на высветившийся на экране номер – Экко. Сердце неприятно сжалось.        Что-то случилось по работе? Может у Экко снова проблемы? Или опять из-за чертовой Мэдди?       — Экко? Что-то случилось?       — Вай, привет. Да нет, ничего критичного. В компании все хорошо – медленно, но верно растем. Просто… решил уточнить кое-что. Как ты там? Как… это всё продвигается?       Вай вздохнула, опускаясь обратно на подушку.       — Да как тебе сказать… Медленно. Но, вроде бы, есть прогресс. Барьер немного расширился, представляешь? Но не об этом сейчас. Но меня сейчас интересует один момент. Ты же следишь за Мэдди, верно?       — Ага, каждый день проверяю. Всё как обычно, ходит по городу, гуляет… Ничего подозрительного.       — Да что за бред! — выпалила Вай с нажимом. — “Как обычно”. Почему я должна мучиться, а она там тусуется?        Экко замолчал, обдумывая её слова. Вай знала, что Медди вряд ли всё ему расскажет, но он умный парень, он сам догадается.       —Однако я заметил кое какие странности... — наконец произнёс Экко с сомнением в голосе. — Может только мне это кажется, но стоит ей попытаться отойти от Зауна хоть на пару шагов, как происходят странные вещи. Это сложно объяснить, но какие-то обстоятельства, какая-то невидимая сила постоянно заставляют её вернуться.       — Ты не думал, что у неё просто топографический кретинизм? — скептически предположила Вай.       — Думал. Попытался даже отвести её сам, и она потерялась по дороге. А мы шли по безлюдной площади, там невозможно было потеряться!       — Ты думаешь, у Мэдди могут быть… какие-то другие условия? У неё нет никакой “Кейтлин” рядом, чтобы устанавливать правила и границы.         — Возможно, я заметил ещё пару интересных вещей. Она… она словно растворяется. Не остается ничего от той, кем она была.       Вай нахмурилась, но в голосе Экко была какая-то спокойная, но настойчивая тревога, что заставило её прислушаться.       — Объясни.       — Понимаешь, она живёт в твоей квартире, но это не её жизнь. Ты заперта здесь, в этом пространстве, физически ограничена. У Мэдди своя тюрьма – эмоциональная.        Вай нахмурилась. Это уже интересно.       — Если я правильно понимаю, то у них что-то случилось с Кейтлин? — Экко сделал паузу, давая Вай время обдумать. — Это что-то не просто наказывает её за это. Она использует её вину, чтобы уничтожить её личность. Но не напрямую, а через манипуляцию её свободой.       Вай фыркнула.       — И как это работает?       — Какая-то система создает условия, в которых у Мэдди просто не остаётся выбора, кроме как замолчать, спрятаться и забыть о себе.       Экко продолжил, и Вай, вопреки своему желанию, начала вслушиваться.       — По словам Мэдди, в определённых местах её настигают внезапные флешбэки, запахи, звуки. Эти триггеры вызывают сильные приступы вины и тревоги. Также она может общаться в сети, но все её действия, особенно публичные высказывания, подвергаются слишком сильной реакции.       — Какой реакции?       — Не уверен. Это подбирает информацию, в которой освещаются её совершаемые ошибки, заставляя искать искупления и бороться с внутренними демонами. Ощущение, что она застряла в цикле вины и не может двигаться дальше.       Вай молчала. Её охватывало ощущение тошнотворного отвращения ко всему этому. Но где-то внутри она понимала, что Экко говорит правду. Эта так называемая “система” не использовала грубую силу, её оружием была тонкая, жестокая манипуляция.       — В общем, она тоже не может выйти. Но, скорее всего, даже не осознаёт этого. Не знаю, лучше это или хуже…

******

      Так проходили дни, наполненные мелкими бытовыми ссорами и тихими вечерами, когда они вместе смотрели фильмы или читали книги.         Кейтлин удивлялась силе и неукротимости Вай, её умению находить позитив даже в самых сложных ситуациях. Вай же видела за маской холодности и сдержанности Кейтлин ранимую и одинокую душу.       Несмотря на все попытки, они так и не смогли продвинуться в решении своей проблемы. Барьер оставался непоколебимым, словно насмехаясь над их усилиями. Но что-то изменилось в их отношениях. Из двух незнакомцев они превратились в товарищей по несчастью, связанных общей проблемой

******

      Десятый день пребывания Вай в заточении.       Вай снились расплывчатые, но такие манящие образы. Может, это был пляж с золотым песком, где волны касались её босых ступней, а может, чьи-то теплые руки, обвивающие талию… Губы шептали что-то нежное, а в груди разливалось медовое тепло, смешанное с легким головокружением.               Но тут послышался резкий, настойчивый дверной звонок.               Он вонзился в её сон, как нож в масло, разрывая шёлковую пелену грёз. Сознание судорожно дернулось, пытаясь понять: где она? Почему тело такое тяжелое, а во рту будто кошки ночевали?               «Кто…?» — мысль плыла, как в густом сиропе.               Звонок повторился. Громче. Навязчивее.               Вай застонала, натянув одеяло на голову, но было поздно – сон уже рассыпался, оставляя после себя лишь осколки сладкой дымки и тяжесть в висках.               Она приоткрыла один глаз. Комната плыла, как в тумане, предметы двоились, а в голове стучал маленький, но очень упрямый молоточек.       «Святая Жанна… кто в такую рань…» — голова гудела.               Дверной звонок пробил тишину в третий раз, и Вай с трудом оторвалась от подушки, чувствуя, как граница между сном и бодрствованием становится все тоньше.                 — Кейтлин…. иди открой дверь! Кейт!               Голос Вай прозвучал хрипло, будто пропущенный через ржавую решетку – громко, но с явной раздраженной нотой на конце. В комнате повисло молчание. Ни шороха, ни ответного ворчания. Только пульсирующая тишина и далёкий, наглый звонок.               — Чёрт тебя подери… — прошипела Вай, сжимая веки, словно пытаясь выдавить из себя остатки сна.               Вай сжала зубы и заставила себя сесть. Пол под босыми ногами был холодным. Воздух в квартире был спёртым, застоявшимся.         "Ох… ё-моё…"               Она замерла, стиснув зубы, пытаясь прийти в себя. Зачем стучаться так рано? Но звонок неумолимо повторился, и Вай, скрипя сердцем, поставила босую ногу на пол.       Шаг. Пол пружинил под ступней, как палуба во время шторма.       Еще шаг. Голова кружилась, но терпимо.       Третий шаг. Тело ныло после долгого сна, но она упрямо двигалась вперед, цепляясь за стену.               — Кто бы это ни был… я его убью… — прошептала она, подбираясь к двери, за которой снова раздался тот проклятый звон.               Чем ближе она подходила к двери тем яснее ей слышались голоса.               — Она точно здесь живёт?       — Ну, вроде да…       — Что значит вроде?               Пауза.               — Ну… я не приходил к ней с того момента, как тут появилась Мэдди, — пробормотал второй, и в его голосе заметались оправдания.               Мэдди?               Вай медленно прижалась к двери, стараясь не скрипнуть полом, и прислушалась.               — Ладно, постучи ещё раз. Если не откроет то будем звонить Кейтлин, — буркнул первый.         Звонок прозвучал снова.               На этот раз долгий, настойчивый, как предупреждение.               Вай недовольно выдохнула, ощущая, как тяжесть понемногу уходит и резко дернула дверь на себя.               Перед ней показались двое парней, залитые утренним светом с лестничной площадки.               Один, тощий, вытянутый словно за шею, в коричневых джинсах и белой жилетке, которая явно была куплена не за малые деньги.               Второй же крупный, с улыбкой во все лицо, широкой, как у добродушного пса, который только что нашел палку и гордится этим. Бежевые штаны, темно-синяя футболка, и белая куртка, наброшенная поверх, будто в последний момент, видимо, чтобы “выйти прилично”.               И тут оба, как по команде, раскрыли рты и крикнули в унисон.               — Кейти, с добрым утром!               Голоса грохнулись о стены коридора, отдаваясь в висках Вай новым ударом молота. Она зажмурилась, стиснув зубы.               А потом наступила тишина.               Они замерли.               Улыбки медленно сползали с их лиц.               Тощий укоризненно посмотрел, на второго, потому что перед ними стояла явно не Кейти.               А незнакомка с растрепанными волосами, красными глазами и взглядом, который мог бы испепелить их на месте, если бы у неё хватило сил поднять брови повыше.               — Эээ… – выдавил из себя крупный, неуверенно оглядывая квартиру за её спиной, будто надеясь, что Кейтлин вот-вот вынырнет из-за угла с чашкой кофе и объяснит, что это просто розыгрыш.               Но Кейтлин не было.               Была только незнакомая девушка, сонная, злая и совершенно не в настроении для утренних визитов.               — Вы… это… – начал тощий, но тут крупный резко ткнул его локтем в ребра, широко улыбнулся и выдал:               — Ой, а мы, кажись, не туда зашли!               Их разговор прервал резкий "дзынь!" и двери лифта открылись.               Из него вывалилась Кейтлин, слегка пошатываясь под тяжестью двух перегруженных пакетов, которые оттягивали руки почти до пола. Её сумка спала с плеча и валялась где-то в ногах. Черная водолазка, черные брюки, поверх небрежно накинутое бежевое пальто создавало впечатление, что она торопилась или просто не думала о том, как выглядит. Волосы растрепались, на щеках пылал румянец от утреннего холода.               Она тяжело вышла из лифта, спотыкаясь о порог, и тут краем глаза заметила столпотворение у своей двери.               Вай, босая, взъерошенная, с лицом, на котором читалось только "убью", прошла сквозь двух замерших парней, вышла на холодный бетон коридора и забрала пакеты.               — Разбирайтесь сами, что здесь происходит, — бросила она хрипло, даже не глядя ни на кого, и развернулась, шлепая босыми ногами, вернулась обратно в квартиру.         Остались Кейтлин, два обалдевших парня и неловкое молчание.               — Эээ… — начал Джейс, но Кейтлин резко подняла руку, остановив его.               — Не надо. Я даже спрашивать не буду, — проворчала она.               Кейтлин тяжело вздохнула, подняв глаза к потолку, будто прося у небес сил. Губы дрогнули в кривой усмешке, и она, не оборачиваясь, бросила через плечо.               — Ну, проходите... будете знакомиться с моим домашним демоном.               Голос её звучал устало, с лёгкой хрипотцой то ли от утреннего холода, то ли от невыспанности. Она шагнула в квартиру, оставив дверь открытой. Мол, решайте сами, насколько вам интересно это приключение.               Парни переглянулись.       — Домашний демон? — пробормотал Джейс, но Вик только пожал плечами – дескать, с Кейтлин всякое бывает.               Они нерешительно переступили порог, как незваные гости на шабаше.               А в глубине квартиры уже слышалось злобное шуршание. Вай копалась в пакетах, ворча что-то невнятное про "тупых утюгов" и "кто вообще покупает три пачки креветок".               Кейтлин бросила пальто на стул и устало провела рукой по лицу.               — Эх, чёрт... — выдохнула она, предвкушая долгое, долгое утро.               Кейтлин прошла на кухню.               — Голова снова трещит? — спросила она, выуживая из сумки пачку цитрамона и ибупрофена. — Сообразила, что у нас даже пластыря нет, не то что нормальной аптечки.               Вай хмыкнула в ответ и потянулась к верхней полке за стеклянным контейнером. Рука дрогнула, веки предательски сомкнулись на секунду  и в этот момент длинные пальцы Кейтлин легко взяли контейнер, даже не встав на цыпочки.               — Жираф... — прошипела Вай, косясь на её длинные божественные ноги в черных брюках.               За спиной раздался приглушенный смешок.               — Ты видишь то, что вижу я? — прошептал Джейс, толкая Виктора локтем.       — Вижу... — тот ухмыльнулся. — …настоящий демон.               Но было уже поздно.               Вай медленно обернулась. Её взгляд, острый и мутный одновременно, перешел с одного гостя на другого. В воздухе повисло напряженное молчание.               Кейтлин, не глядя, сунула ей в руки таблетку и стакан:               — Не убивай. Хотя бы пока не выпьешь это.               Пока Вай глотала таблетку, запивая её большим глотком воды, Кейтлин перевела дух и бросила извиняющий взгляд на парней.               — Так вот... — начала она, потирая переносицу. — Вай, это Джейс и Виктор. Мои... очень близкие друзья.               Она сделала паузу, словно давая Вай время осознать эту информацию. Вай, впрочем, не удостоила парней даже взгляда. Она методично раскладывала продукты в почти пустой холодильник, хмуро разглядывая каждую упаковку.               — Парни, это Вай, — Кейтлин жестом обозначила её. — У нас тут... очень запутанная ситуация. Не успела вам ничего рассказать.               Вай хлопнула дверцей холодильника и резко развернулась. Её взгляд, холодный и недовольный, упёрся в Кейтлин, словно полностью игнорируя присутствие двух мужчин.               — Ты в первый раз пошла в магазин, что ли? — её голос звучал раздраженно. — Покупать самое дорогое – не значит, что оно будет лучше.               Она ткнула пальцем в упаковку элитного сыра, затем в бутылку вина с наклейкой "премиум".               — Это всё для понтов. А нам бы просто нормально поесть.               Кейтлин закусила губу, но не стала спорить.               Джейс и Виктор переглянулись.               — О, так вот какие у вас тут порядки... — прошептал Джейс, но тут же замолчал под взглядом Вай.               Виктор, напротив, ухмыльнулся и поднял руки в жесте капитуляции.               — Мы ничего не видели. И не слышали. Продолжайте.               Кейтлин вздохнула.               — Боже, какой же это будет долгий день...               Вай закатила глаза и ушла в свою комнату. Все взгляды уперлись в дверь, за которой исчезла вай.       Через пять минут тишину разорвал щелчок дверного замка, девушка вышла из комнаты, уже полностью переодетая. Алая толстовка, черные спортивные шорты, белые носки. Все как всегда. На лице читалась усталая решимость, будто она выбирала между "остаться и всех убить" и "сбежать и сохранить остатки рассудка".               Она присела на корточки у входной двери, ловко затягивая шнурки, движения чуть замедленные, но точные. Потом встала, встряхнула плечами и, не глядя ни на кого, бросила на ходу:               — Прости, Кейтлин, но разбираться с ними оставляю тебя одну.               Пауза. Губы дрогнули, возможно, в тени улыбки, а может, просто от остаточного раздражения.               — Ну, пока что. Вернусь через час.               И прежде, чем кто-то успел что-то сказать, дверь захлопнулась за её спиной.               Джейс и Виктор переглянулись, затем синхронно повернулись к Кейтлин, уставившись на неё вопросительно.               — Так... — первым нарушил молчание Джейс, разводя руками. — Это... нормально?       — Она всегда такая? — добавил Виктор, подняв бровь.               Кейтлин глубоко вздохнула, потерла виски, а потом неожиданно рассмеялась.               — О, парни... — покачала она головой, глядя на закрытую дверь. — Вы даже не представляете, насколько сегодня она еще мягкая.               Джейс медленно кивнул, доставая кофе:               — Делаем на троих?       — На четверых, — поправила Кейтлин, уже направляясь к кухне. — Она вернется голодная.               Виктор покачал головой, но на лице была улыбка.               — Ну что ж... Теперь ждем от тебя подробности в мельчайших деталях.

******

      Прошел час. Кейтлин, наконец, выложила все карты на стол, и теперь Джейс и Виктор сидели в полном шоке, переваривая информацию.               Джейс, все еще пытаясь осознать услышанное, налил себе очередную кружку кофе и, не глядя, опустился на стул Вай.               — Не советую туда садиться, — предупредила Кейтлин, приподняв бровь. — Под стулом сатанинский круг нарисован.               Она лениво махнула рукой, будто говорила о чем-то совершенно обыденном.               Джейс фыркнул, пренебрежительно махнул рукой и уверенно устроился поудобнее.               — Ну и что? Теперь у неё есть заприваченное место в твоем доме? — бросил он, саркастически оглядывая стул. — Пусть попробует меня выгнать.               Виктор хихикнул, подперев голову рукой, и уже открыл рот, чтобы добавить что-то едкое, как...               Раздался звук открывающейся двери.               Джейс подпрыгнул, словно его ударило током, и мгновенно оказался у барного столика, делая вид, что просто заинтересовался содержимым полки.               Виктор расхохотался.               — Ты реально испугался?!               Джейс, краснея, бросил в него салфеткой, но Кейтлин лишь покачала головой, прикрыв глаза.               — Ну вот, теперь вы оба в курсе. — Она вздохнула. — И да, Джейс... в следующий раз слушай, когда тебя предупреждают.               Дверь распахнулась, и в проеме появилась Вай. Вся взъерошенная, в слегка потной толстовке, но уже гораздо более живая, чем час назад, и в лучшем расположении духа. Она остановилась, оценивающе оглядела компанию, потом перевела взгляд на стул.               — Кто-то тут сидел? — спросила она ровным тоном.               Джейс резко покашлял, Виктор задумчиво уставился в потолок, а Кейтлин просто подняла кружку, пряча ухмылку.               Вай медленно кивнула, словно и так все поняла, и молча направилась в ванную.               Через десять минут вышла Вай в простой белой майке, и шортах, которые она явно надела наспех. Босые ноги бесшумно ступали по полу, оставляя влажные следы.               Она прошмыгнула на кухню, где за столом сидели Кейтлин, Джейс и Виктор, оживленно о чем-то спорящие. Разговор оборвался на полуслове, когда она появилась в дверном проеме.               Джейс слегка присвистнул, когда увидел ее.               Кейтлин, не говоря ни слова, протянула ей кружку с кофе – сладкое, ароматное, именно таким, как Вай любила. Та приняла ее, пальцы на миг сомкнулись вокруг теплого стакана, и уголки губ дрогнули в короткой, едва заметной улыбке.               Выпив первый глоток, Вай прошлась вдоль кухни, оценивающе скользнув взглядом по столу, полкам, пустой сковороде.               — Кейт… — голос внезапно стал жалобным. — у нас нет готовой еды?               Тишина.               Кейтлин покраснела. Она совершенно забыла, что уже позавтракала в кафе, пока ходила за продуктами.                Вай что-то буркнула себе под нос что-то между "ну конечно" и "придется все делать самой" и развернулась к плите.               Через несколько минут на сковороде зашипели яйца, а рядом подрумянивались ломтики колбасы. Запах распространился по кухне, теплый, жирный, уютный.               — Хоть колбасу нормальную купила, — пробормотала Вай, переворачивая лопаткой.               Кейтлин ухмыльнулась, Джейс потянул носом воздух, а Виктор уже тянулся к тарелке.               — А что, демон у нас еще и готовить умеет? — пролепетал он.               Вай замерла с лопаткой в руке, яичница на секунду зависла в воздухе, когда она медленно повернула голову в сторону парней. Её взгляд, острый как бритва, скользнул по их лицам, пока Джейс и Виктор проворно раскладывали тарелки, будто это само собой разумеющееся.               — Вы думаете, я и вам делаю завтрак? — её голос прозвучал тихо, но в нем слышалась издевка.               Джейс застыл с тарелкой в руке, рот приоткрылся, но ни звука. Виктор, напротив, расплылся в улыбке, пытаясь смягчить удар:               — Ну… мы же не против помочь! Может, что-то пимыть? Или…               — Или вы сейчас тихо сядете и не будете мешать, — перебила Вай, возвращаясь к плите, но уголок её рта дёрнулся.               Кейтлин прикрыла глаза ладонью, подавив вздох, но Джейс уже осторожно отодвинул тарелку, как бы намекая, что лучше не рисковать.               Вай резко разбила ещё несколько яйца о край второй сковородки, желтки упали вниз с громким шлепком, явно выражая её немое раздражение. Нож застучал по разделочной доске. Колбаса толстыми ломтями, помидоры ровными дольками, зелень рубленая. Она не сказала ни слова, но по тому, как сжимались её пальцы вокруг рукояти, было ясно, что она уже мысленно придумала, куда бы воткнуть этот нож, если парни не заткнутся.               Но потом вздохнула, бросила всё на сковороду, и масло зашипело яростнее.               Вай повернулась к Кейтлин:               — Ты уже успела проголодаться?               Кейтлин приподняла бровь, чуть улыбнулась и пожала плечами:               — Ну… если ты уже готовишь…               Вай резко перевернула яичницу, так, что один край поджарился до хруста, и быстро разложила завтрак по тарелкам.               За столом воцарилась неловкая тишина, нарушаемая только звуком вилок и приглушенным чавканьем.               — Впервые я вижу, чтобы в доме Кейтлин кто-то готовил, — усмехнулся Джейс, ковыряя вилкой остатки еды.               Виктор молча кивнул, но его взгляд то и дело скользил по Вай – пристальный, будто он разглядывал не человека, а редкий экспонат.               Вай почувствовала этот взгляд на себе, отложила вилку и медленно подняла глаза, встретившись с ним.               — Щуплый, может, перестанешь так на меня пялиться? — её голос прозвучал резко, но без злости, скорее с насмешливым вызовом. — Я, вообще-то, не для твоего личного музея.               Виктор поперхнулся, кашлянул и торопливо поднял руки, сдаваясь.               — Прости, я не хотел… — он замялся, затем добавил, смущенно почесывая затылок: — Я фотограф Кейтлин. Просто… твои пропорции и татуировка на спине. Это действительно… впечатляет.               Вай приподняла бровь, оценивающе оглядела его, потом неожиданно рассмеялась.               — Ну хоть не соврал.               Кейтлин покачала головой, Джейс фыркнул, а Виктор, краснея, уставился в тарелку.               Вай откинулась на спинку стула, сложив руки на груди, и уставилась на Джейса и Виктора тяжёлым, оценивающим взглядом. В её прищуренных глазах читалось веселье, но тон голоса оставался ровным, деловым.               — Ну, как я понимаю, Кейтлин про меня уже всё рассказала. А я о вас ничего не знаю. Прошу.               Виктор расплылся в улыбке, поставил кружку и с готовностью развёл руками:               — Я фотограф. — Его пальцы непроизвольно сложились в рамку, уже готовые сделать новый кадр. — Снимаю моду, портреты, иногда уличную хронику. А ещё… — Он бросил взгляд на Кейтлин, словно проверяя, можно ли продолжать, но та лишь пожала плечами. — … работаю на Кейт и её проекты. Ну, когда она не гонит меня прочь.               Вай кивнула, взгляд скользнул к Джейсу.               Тот вздохнул, поставил локти на стол и ухмыльнулся:               — А я — продакт-менеджер Кейтлин. — Голос звучал так, будто он произносил это в сотый раз. — И погасшая звезда подиума — Он провёл рукой по коротко стриженным волосам. — Но это было давно. Сейчас только цифры, графики и бесконечные "Кейт, это не влезет в бюджет".       — Зато честно. — фыркнув ответила Кейтлин.               Вай задумалась на секунду, потом медленно улыбнулась:               — Значит, вы оба хоть чем-то полезны. — Она отпила кофе, поставила кружку со стуком. — Ладно. Теперь я вас хотя бы не перепутаю.               Виктор хмыкнул, лениво откинувшись на спинку стула.               — Ну вот, теперь я себя чувствую, словно я прохожу собеседование. — Его глаза блеснули с намёком на вызов, когда он добавил: — Из тебя и впрямь выходит хороший босс.       — Может быть. — Её голос звучал ровно, но в нём чувствовалась стальная жилка. — Но сейчас я просто человек, который привязан к Кейтлин.               Джейс и Виктор мгновенно переглянулись, хитрые ухмылки расползлись по их лицам. Они уже открыли рты, чтобы выдать что-то провокационное.               — Барьером! — Кейтлин резко влезла в разговор, уставившись на них испепеляющим взглядом.               Парни замолчали, но их плечи дёргались от подавленного смеха. Они с самого начала поняли, но теперь им явно хотелось поиздеваться, вытянуть побольше подробностей.               Вай спокойно допила кофе, поставила кружку и смерила их взглядом.               — Если вы думаете, что я не вижу, как вы копошитесь, как тараканы перед раздачей дихлофоса… — Она медленно улыбнулась. — …то ошибаетесь.               Джейс сразу сделал вид, что заинтересовался своим телефоном, а Виктор закашлялся, отводя глаза.               Перекочевав в гостиную, компания устроилась кто где: Вай развалилась в кресле, Кейтлин примостилась на подлокотнике, Виктор на диване, а Джейс с азартом в глазах принялся рыться в рюкзаке.               Его пальцы лихорадочно перебирали содержимое, пока лицо озарялось всё более хищной улыбкой.               — Ну, раз нас теперь больше, будет веселее! — объявил он, вытаскивая Монополию и торжественно выгружая коробку на стол. Но затем его рука нырнула обратно и оттуда появилась маленькая красная коробочка, которую он быстро сунул за спину Виктору, передавая явно контрабанду.               Виктор фыркнул, ловко подхватил её и расплылся в довольной ухмылке, получая ключь от сокровищницы тайн этого места.               Кейтлин бросила на них неодобрительный взгляд, но невольно придвинулась ближе, не в силах сопротивляться заразительному азарту.               — Вай, если бы ты знала, как тростинка не умеет проигрывать...               Фраза не успела повиснуть в воздухе, как в Джейса прилетела диванная подушка.               — Предатель! — фыркнула она, кинув второй снаряд, но Вай уже каталась по креслу от смеха, а Виктор, прикрыв рот ладонью, безуспешно пытался скрыть улыбку.               — Тростинка? — переспросила она, игриво приподняв бровь.               Кейтлин сверкнула глазами, угрожающе сжав подушку в руках.

******

              Разложенные перед ними карточки Монополии уже не казались безобидной игрой – это было поле боя, где каждый ход мог стать роковым. Кубики стучали по столу с угрожающей решимостью, фишки передвигались словно шахматные фигуры перед решающей атакой, а взгляды игроков метали молнии.               Вай играла хладнокровно, как истинный стратег. Каждая её покупка, каждый обмен были просчитаны на три хода вперёд. Она не просто играла, она владела ситуацией, будто за столом сидела не просто участница, а генеральный директор, привыкший раздавать указания.               Джейс, напротив, действовал на эмоциях. Он скупал всё подряд, не задумываясь о последствиях, и вскоре его финансы запели романсы. Когда он в очередной раз продал последнюю железную дорогу, чтобы заплатить аренду за розовый отель Вай, его лицо исказилось в гримасе драматического поражения.               — Ну как так-то?! — возмущённо развёл он руками, пытаясь сохранить остатки достоинства. — Это нечестно! У тебя же своя нефтяная компания, ты знаешь, как всё это работает!               Вай лишь усмехнулась, небрежно пересчитывая пачку игровых купюр.               — А ты думал, я просто так деньги печатаю?               Кейтлин, наблюдая за этим, закатила глаза.               — Джейс, ты всегда сливаешься, а потом начинаешь ныть.               Виктор, уже давно выбывший из игры, лишь посмеивался в сторонке. Вай тем временем методично добивала Кейтлин.               — Тысяча за посещение моего отеля, тростинка. Либо же ты можешь расплатиться по другому… – в глазах Вай заиграл огонек.               Кейтлин скрипя зубами отсчитала последние деньги.               — Ненавижу эту игру.       — А я люблю.               Вай развела руки в театрально победном жесте. Она слегка откинула голову назад, подчеркивая рельеф мышц шеи, а уголок губ дрогнул в самодовольной полуулыбке. Солнечный свет из окна упал на её плечи, подчеркивая каждую линию, каждый изгиб, будто сама природа освещала чемпиона.               Кейтлин отвела взгляд, сделав вид, что ей совершенно неинтересно это представление, но кончики её ушей предательски покраснели, выдавая смущение.               Джейс, напротив, был в восторге. Он захлопал в ладоши, смеясь, наблюдая за лучшим шоу в городе.               — Браво! Настоящий босс!               Но главным фанатом оказался Виктор. Он молниеносно схватил телефон и начал щёлкать кадры, приседая, меняя ракурсы, будто снимал топ-модель для обложки глянца.               — О да! Вот так! Задержи дыхание. Етот свет идеален! — восторженно приговаривал он, не сводя глаз с экрана. — Кейт, я тебе честно говорю, бери Вай с собой в студию! Это сделает мой день, нет, мою карьеру!               Он приблизил камеру, акцентируя внимание на рельефе её плеч:               — Ты только посмотри на эти мышцы! Это же шедевр анатомии! Скульптура!               Вай, не смущаясь, лишь приподняла бровь, но её поза стала ещё более выигрышной, наслаждаясь моментом.               Терпение Кейтлин лопнуло с тихим, но чётким звуком.       — Виктор, — голос её был низким и ровным, как лезвие. — Убери телефон. Или я сама отправлю его и твои пальцы на свалку истории.               Вай лениво провела рукой по затылку, размышляя вслух с лёгкой усмешкой.       — А знаешь, мне бы и правда не помешали новые фото для инсты… Так что я только «за».               Она бросила взгляд на Кейтлин. Та уже стояла в своей фирменной позе «я же говорила», сцепив руки и излучая такую убийственную уверенность, что уже давно держала в уме сценарий этой сцены с самого начала.               — Но, видимо, сама Святая Жанна против, — чуть грустно добавила Вай, кивая в сторону Кейтлин.               Джейс уже лихорадочно тыкал в телефон, отыскивая её профиль в Instagram.               — О, нашёл! — воскликнул он, пролистывая ленту. — Офигеть, у тебя же там… — Его глаза расширились. — Это что, ты на нефтяной вышке? В полной экипировке?               Вай лишь пожала плечами, не отрицая. Виктор же замер на мгновение, его брови поползли вверх, а глаза расширились от внезапного озарения.               — Погоди-ка… — медленно протянул он, проводя пальцем по воздуху, будто вычерчивая невидимую границу. — Ты же в барьере?               Вай хмыкнула, скрестив руки на груди.               — Бинго.               Кейтлин отвернулась, но её плечи дёрнулись то ли от смеха, то ли от раздражения.               Виктор оживился, жестикулируя.               — И этот барьер… он увеличивается только когда вы… — он сделал паузу, подбирая слова, — становитесь ближе?               Вай кивнула, её губы дрогнули в усмешке.               — Вроде как. Чем лучше наши отношения – тем больше радиус.               Джейс, до этого увлечённо листавший её страничку, поднял голову с выражением полного восторга.               — Это же чистейшая вода классического аниме! — воскликнул он, и его голос зазвучал, как у лектора, открывающего студентам великую истину. — Законы жанра неумолимы: чем нерушимее дружеские узы, тем сильнее сила!               Кейтлин, стоявшая поодаль, лишь фыркнула. Звук был коротким, резким и выражал целую вселенную скепсиса. Она переложила вес тела на другую ногу, её взгляд, полный суровой практичности, скользнул по Джейсу.       — Прекрасная теория, — парировала она сухо. — Давайте оставим её для комиксов. Только, ради всего святого, без этих ваших магических девичьих превращений с бликами и летящими юбками.               Виктор задумчиво почесал подбородок.               — А ведь Джейс не так уж и неправ, — протянул он наконец, его палец всё ещё блуждал по щетине. — Если отбросить всю эту анимешную эстетику, мы имеем чистейший пример симбиоза. Значит, если вы, скажем, сходите куда-нибудь вместе…       — В теории должен радиус увеличится. Но на практике не растёт. Видимо, всё-таки слишком просто. — подхватила Вай.       — А если поссоритесь?       — Ты хочешь проверить? — Кейтлин медленно, почти церемониально, подняла взгляд. Её бровь изящно поползла вверх, а в уголках губ заплясали опасные искорки.               Виктор поспешно отступил, подняв руки в защитном жесте.               — Нет-нет, я просто уточняю!               Вай рассмеялась, откинувшись на спинку кресла.               — Ладно, фотограф. Если так хочешь нас снять, придётся тебе подождать, пока мы с Кейт подружимся поближе.               Кейтлин покраснела до корней волос. Она лишь судорожно сглотнула, не находя слов, что было, пожалуй, красноречивее любой угрозы.               Виктор тяжело вздохнул, его взгляд попеременно переходил с одной на другую.               — Ну что ж… Похоже, мне придётся стать вашим свахой.       — Мы! Не! Пара! — отрезала Кейтлин, и каждое слово падало, как забойная штанга на помост.        Её взгляд мог бы прожечь бронестекло. Вай лишь театрально закатила глаза, но предательская улыбка всё же пробилась сквозь маску равнодушия, заставив уголки её губ дрогнуть.       — Расслабься, — лениво протянула она, обводя Кейтлин оценивающим взглядом. — Его фантазии и так уже вышли из-под контроля, не давай им ещё и повода.               Виктор с торжествующим видом протянул в руках маленькую красную коробочку, теперь полностью раскрыв её содержимое. Яркая надпись "18+" и вызывающая картинка не оставляли сомнений в том, что это была за игра.               Кейтлин замерла, её лицо стало идеально непроницаемым, но кончики ушей пылали. Вай лишь подняла бровь, оценивающе оглядев коробку.               — Ну что, друзья мои, — Виктор радостно потряс коробкой, — как насчёт укрепить отношения по-настоящему?               Кейтлин медленно повернула голову в его сторону. В её взгляде читалось столько смертоносной ярости, что Виктор невольно отполз по дивану подальше.               — Ты... — её голос звучал опасно тихо, — …сейчас умрёшь. Медленно. Болезненно.               Джейс, забыв про телефон, схватил первую попавшуюся подушку и засунул себе в рот, чтобы не захохотать.               — Ну что ж, — сказала Вай, вытирая слезу от смеха, — похоже, кто-то действительно хочет увеличить мой радиус.               Виктор перепрыгнул через диван и оказался за спинкой.               — Э-э-э... Я, пожалуй, побуду здесь...               Но было уже поздно.               Кейтлин вскочила на ноги.        Джейс наконец выдавил из-под подушки.               — Вик, ты гений... но идиот.  

******

              Гостиная погрузилась в густую, почти осязаемую тишину, когда коробка с игрой легла на стол с мягким стуком. Виктор, всё ещё с опаской поглядывающий на Кейтлин, медленно отодвинул «Монополию» в сторону, освобождая место для нового испытания.               Джейс первым нарушил молчание.               — Ну что ж… — его пальцы дрожали от возбуждения, когда он потянулся к коробке, — кто готов признаться в своих самых постыдных фантазиях?               Кейтлин резко выдохнула через нос, скрестив руки на груди. Её нога нервно подёргивалась, но в глазах, вопреки всему, мелькнул азарт.               — Если хоть один вопрос будет про мою личную жизнь, — она бросила убийственный взгляд Виктору, — завтра твой фотоаппарат найдут в реке.               Вай, напротив, выглядела невозмутимой. Она развалилась в кресле, играючи вертя в пальцах карточку "Правда или действие".               — Ой, да расслабься, — её губы растянулись в хищной ухмылке, — или ты боишься, что твои секреты окажутся скучнее, чем мои?               Виктор, почувствовав, что напряжение немного спало, осторожно потянулся к бокалу с вином. Его пальцы оставили влажные следы на стекле.               — По-моему, — он сделал глоток, стараясь, чтобы голос не дрожал, — мы все здесь взрослые люди. Кроме Джейса, конечно.               Джейс фыркнул и первым вытащил карточку. Его брови поползли вверх, когда он прочитал задание вслух.               — "Изобрази, как ты соблазняешь человека, который тебе категорически не нравится". Господи, да это же про мою бывшую!               Даже Кейтлин не смогла сдержать улыбку, когда Джейс, скорчив страдальческую гримасу, начал неуклюже изображать романтический ужин с воображаемой партнёршей.               После Виктор с драматическим вздохом вытянул карточку "Правда". Его глаза округлились при прочтении.               — "Опиши самый неловкий момент в твоей сексуальной жизни" – прочел он и тут же покраснел до корней волос.               Джейс тут же подскочил на месте.               — О-о-о! Вот это уже по-настоящему! Серьёзные вопросы пошли! Ну-ка, делиться, Дон Жуан! Не скромничай!               Виктор нервно облизал пересохшие губы, его взгляд забегал по сторонам в поисках спасения, которого не было.       — Э-это было на съёмках для одного бренда… Мы с моделью… ну, решили немного снять напряжение в гримёрке… — он замолчал на полуслове, наткнувшись на испепеляющий, стальной взгляд Кейтлин, и окончательно сник. — И… и тут как раз заходит её парень. Который, как внезапно выяснилось, и был тем самым дизайнером, кто нанял меня для этой съёмки. С тех пор я всегда проверяю, есть ли у модели серьёзные отношения. И замки на дверях.               — Вот это профессиональный провал! Ты хотя бы скидку ему сделал потом? — Кейтлин фыркнула, прикрывая рот рукой, но плечи её предательски вздрагивали от сдерживаемого смеха.               Вай наблюдала за этим, прикрыв глаза, будто наслаждаясь спектаклем. Когда очередь дошла до неё, она не дрогнув вытащила карточку "Правда".               — "Самое нелепое место, где у тебя был секс", — прочитала она ровным голосом и тут же, не дожидаясь реакции, добавила: — На крыше нефтеперерабатывающего завода. Во время инспекции.               Тишина повисла на две секунды. прежде чем Виктор фыркнул.       — Подожди… — наконец выдохнул Виктор, его собственное неловкое приключение моментально померкло. — На крыше… завода? Рядом с трубами и установками?       — Именно так, — парировала Вай, с наслаждением наблюдая, как у Кейтлин отвисла челюсть. — Виды на ночной город был непередаваемые. А запах сероводорода добавляет… остроты ощущениям. Не рекомендую разве что надевать каблуки – можно провалиться в технологический люк.               — Вот блин, — сквозь смех выдавил он, — а я-то думал, что моя история про гримерку была крутая!               Кейтлин уткнулась лицом в ладони, но её тщетные попытки скрыть смех выдавали себя предательской дрожью в плечах. Когда очередь наконец перешла к ней, она с видом обречённого узника вытянула карточку «Действие». Прочитав задание, она побледнела так, словно её только что приговорили к высшей мере.               — "Станцуй стриптиз под музыку для последнего игрока ", — прошептала она, и комната взорвалась смехом.               Джейс первым достал телефон.               — О, я как раз знаю идеальную мелодию! — его пальцы быстро забегали по экрану с лихорадочной скоростью барабанной дроби.               Вай приподняла бровь, ожидая подвоха, но её губы уже дрожали от предвкушения. Виктор побежал к выключателю, чтобы приглушить свет.                Первый же такт музыки ударил по комнате – дерзкий, игривый, с откровенным намёком. Звучал хит из какого-то старого, слишком откровенного клипа, который все знали, но не признавались.               Кейтлин алым заревом вспыхнула с головы до пят. Её пальцы сжались в тугые, дрожащие кулаки, а взгляд, которым она пронзила Джейса, мог бы остановить пулю на полпути.               — Ты умрёшь.               Но правила есть правила. Скрепив сердце, она сделала шаг вперёд. Движение было резким, угловатым, похожие на робота с неподмазанными шарнирами.       

King Princess - “Fantastic”

And I'm thinking of you

When I’m up here higher than God (Higher than God)

Feeling strange 'bout the way we left things

in the back of the car

      Она медленно поднялась, скрестив руки на груди, будто пытаясь защититься от всех этих глаз, устремлённых на неё.               — Я ненавижу вас всех, — пробормотала она сквозь зубы, но музыка уже захватывала, ритм проникал под кожу.       — Давай, Кейти! — Джейс подбадривает её, и Вай, полулёжа на диване, приподнимает бровь, уголок губ дрогнул в намёке на улыбку. Она не сводила с Кейтлин взгляда.        «О боже, она такая милая, когда стесняется. » — проносится в голове Вай. —«Господи, пожалуйста, пусть не падает, я не готова объяснять в травмпункте, что это из-за настолки…»       

Mm, you believe that I’m in pain

Help me disassociate

I just wanna be a good passenger

      Первые движения были скованными, неуверенными. Лёгкий шаг в сторону, плечи напряжены, взгляд в пол. Она медленно проводит руками по своему телу. Её пальцы скользят по шее, цепляются за ворот водолазки.                И внезапно что-то щёлкнуло.                

I'm feeling fantastic, I'm fucking fantastic

I wanna get drunk and watch American classics

Drink champagne out of plastic

Don't you want someone crazy like me, babe?

I'm feeling amazing, I'm fucking amazing

I'm high as a kite,

I'm sat here picturing you naked

You just have to take it

If you want someone crazy like me, babe

      Плечи расправляются, тёмно-синие волны волос взметаются в такт движению головы. Она закрывает глаза, и её тело начинает жить своей жизнью. Бёдра уже рисуют восьмёрки, пальцы скользят по шее.       Она медленно отходит к центру комнаты, движения становятся широкими, уверенными. Руки взмывают вверх, синие волосы рассыпаются по плечам, когда она запрокидывает голову. Пальцы впиваются в ткань водолазки, и вот первый дразнящий намёк.               Ладони скользнули вверх по животу, цепляясь за край водолазки, медленно. Она потянула ткань вверх, обнажая на мгновение ровный живот, пресс, линию талии, но не снимая до конца, дразня. Мышцы слегка напрягаются, когда она проводит ладонью вниз, к поясу брюк. Замедляет движение, чувствуя, как в комнате затаили дыхание.               Вай прикусила губу. Её глаза метались по всему телу Кейтлин.        «Святая Жанна, спаси и сохрани… ну почему я так завелась? Это просто игра… Просто игра… Ага, конечно, просто игра… её талия – это божественное откровение.» — глаза Вай зацепились за ту обнаженную полоску живота.               Кейтлин подносит воображаемую сигарету к губам, затягивается, затем "выдыхает дым" прямо в сторону Виктора, который театрально закашлялся.               

I'll be thinking about you

While you’rе down there being a doll

It’s еither a curse or a blessing

Every time that you call, oh

      Кейтлин прикусывает губу, она медленно обходит кресло, на котором сидит Вай, и слегка касается её плеч. Пальцы скользят по животу, слегка пританцовывая в такт.       — Боже… — Виктор срывается на шёпот за её спиной, но Кейтлин уже не слышит.               Она наклоняется к уху Вай так, почти касаясь, и тихо смеется. Она снова обходит кресло и встает прямо перед девушкой.        Поворот. Спиной к ней, она прогибается, упираясь руками в свои бёдра, и медленно проводит ладонями вниз, подчёркивая каждую линию своего тела. Затем лёгкое покачивание, волна, пробегающая от плеч до самых пяток.       Пальцы запускаются в волосы, откидывая их назад, обнажая шею. Она закрывает глаза, губы слегка приоткрыты, когда её тело волной проходит лёгкая дрожь. Она знает, что Вай смотрит. Знает, что та замерла.       

Mm, you believe that I’m in pain

Help me disassociate

I just wanna be a good passenger

      Кейтлин решает закончить на высокой ноте – она резко срывает водолазку через голову, оставаясь в одном чёрном бра, и швыряет её прямо в Вай. Грудь приподнимается с каждым вдохом.               Джейс вскрикнул, а Виктор уже закрывает ему глаза. Ему можно – он фотограф, он и не такое видел.               А сама Вай только крепче сжимает водолазку.         

I'm feeling fantastic, I'm fucking fantastic

I wanna get drunk and watch American classics

Drink champagne out of plastic

Don't you want someone crazy like me, babe?

I’m feeling amazing, I'm fucking amazing

I'm high as a kite,

I'm sat here picturing you naked

You just have to take it (Take it)

If you want someone crazy like me, babe

      Руки скользят вдоль тела, через талию, к пряжке брюк.               Один щелчок. Два. Ремень расстёгнут.       

And I'm thinking of you

When I'm up here higher than God

              Кейтлин медленно подходит к Вай, останавливается в сантиметре. Её руки скользят по своим бёдрам, но она не касается. Только дразнит.               Она делает несколько чувственных движений бёдрами, но потом вдруг останавливается, скрещивает руки и смотрит на Вай с ухмылкой.               Музыка затихает.               Кейтлин отходит, оставляя Вай сидеть с её водолазкой в руках, слишком ошеломлённую, чтобы говорить.               Вай закусывает губу, но не отвечает — «Вроде выжила... но теперь я понимаю, что мне нужен либо очень крепкий алкоголь, либо немедленная исповедь. »       Комната замерла на секунду, будто воздух стал густым от напряжения. Вай сидит, застывшая, пальцы чуть сжались, но в её глазах не смущение, а что-то вроде оцепенения. Она не моргает, не отворачивается, просто смотрит на Кейтлин с таким видом, будто пытается решить сложную математическую задачу.               А потом Джейс, не выдержав, хватает первую попавшуюся футболку с подлокотника и швыряет её в сторону Кейтлин.               — Надень уже что-нибудь, ради всего святого!               Футболка падает Кейтлин на плечо, и она, лениво подхватив ее, разворачивает, а там большими черными буквами в готическом шрифте вышена эмблема «ZAUN» . Вай.               — О, — Кейтлин ухмыляется, — какое совпадение.               Виктор, сидящий в углу, не может сдержать смешок. Он скрещивает руки на груди и качает головой, явно наслаждаясь моментом.       — Вот она, настоящая модель, — говорит он сухо, прищурившись. — Способна отбросить все чувства ради зрелища. Браво.       Кейтлин, уже пришедшая в себя, натягивает футболку, она оказывается на пару размеров велика и свисает с одного плеча. Дерзко подняв подбородок, парирует:       — А ты, Вик, просто завидуешь, что на тебя никто так не смотрит.               Джейс судорожно вытянул следующую карточку, его пальцы заметно дрожали. Вай наконец встряхнулась, словно вынырнув из глубины собственных мыслей, но ее обычная огненная энергия куда-то испарилась. Она сидела, слегка ссутулившись, пальцы бесцельно теребили край брошенной водолазки Кейтлин.               Вай наконец шевельнулась. Она медленно подняла голову, но Вместо привычного острого, насмешливого взгляда – рассеянная задумчивость, её мысли были далеко.               Она механически потянулась за бокалом, сделала глоток, но даже это движение казалось вялым, лишённым её фирменной уверенности.               Кейтлин заметила это.               Виктор тоже уловил перемену.               — Ой-ой, — прошептал он, переглядываясь с Джейсом, — кажется, кого-то выбили из колеи.               Джейс прочитал карточку и заухмылялся.               — "Расскажи о самом неловком моменте в твоей жизни", — озвучил он, глядя прямо на Вай.               Комната затихла.               Вай медленно подняла глаза.               — Прямо сейчас, — произнесла она ровно.               Кейтлин резко закашлялась, подавившись своим напитком.               Джейс и Виктор замерли, ожидая продолжения, но Вай лишь откинулась на спинку кресла, её пальцы лениво постукивали по бокалу.               — Ну так что, — тихо спросила она, не глядя ни на кого, — вы хотели неловкий момент? Получайте.               Кейтлин слегка наклоняет голову, изучая Вай. Она ожидала злости, сарказма, даже драмы, но не этого.               Виктор, довольный, как кот, разваливается на диване.               — А я и не жалуюсь. Продолжайте, мне нравится шоу.        

******

              Солнце начало уже заходить за горизонт. После того как они забросили ту игру с красной коробочкой и перешли на что-то другое прошло много времени, и все позабыли о случившимся.       Джейс хлопнул в ладоши.               — Так, хватит киснуть! Давайте закажем пиццы и что-нибудь посмотрим – я уже умираю от голода!               Его предложение повисло в воздухе на секунду, но тут же подхватилось.               Кейтлин, только и ждавшая повода сменить тему, тут же оживилась.               — Давай сюда телефон, — она потянулась к Джейсу, — я знаю, где у них самая толстая мясная.               Они склонились над экраном, оживленно споря.               — А давай еще чеддер?       — Нет, только моцарелла!               Тем временем Вай и Виктор начали собирать разбросанные по полу карты и фишки.               — Ну что, — тихо пробормотал Виктор, подмигивая Вай, — признавайся, ты специально так вела, чтобы Кейтлин сняла с себя одежду?               Вай фыркнула, но в уголках ее губ дрогнула улыбка.               — Может, и так.               Она наклонилась за упавшей карточкой, но Виктор не унимался.               — А то, что ты потом сидела, как оглушенная… Это тоже было по плану?               Вай резко выпрямилась, бросив в него фишкой от Монополии.               — Вик, если не заткнешься, следующая фишка полетит тебе в лоб.               Но в ее голосе не было злости, скорее игривое раздражение.               Виктор засмеялся, поднимая руки в знак капитуляции.               Кейтлин, тем временем, закончила заказ и скрылась в ванной под шум воды, атмосфера в комнате стала более спокойной. Вай развалилась на диване, положив ноги на журнальный столик, и с хищной ухмылкой перевела взгляд с Джейса на Виктора.               — Ну что, мальчики, — ее голос звучал сладко, как мед, — теперь, когда нашей святой нет рядом... рассказывайте о ней все. По крупицам.       — Эй, без пыток! — засмеялся Джейс. — Я всего лишь ее старший кузен! Да, мы с семьей Кейт знакомы... ну, всю жизнь, можно сказать.               Его глаза заблестели, когда он начал вспоминать.               — Это я, кстати, виноват, что она вообще пошла в модели. Пришел как-то на ее школьный выпускной в новом костюме от Армани. Она так на меня посмотрела, будто я с луны свалился. Через месяц уже сама подписала контракт с агентством.       — Хотя... — его тон внезапно стал серьезнее, — она быстро переросла все эти подиумы. Стала... сложнее.               Тут в разговор вступил Виктор, неловко потирая шею.       — А я с ней познакомился, когда снимал утки в пруду. Да-да, буквально. Сижу, значит, в грязи на корточках, пытаюсь поймать ракурс и вдруг сверху: «Эй, бездарь, если хочешь что-то стоящее снять, приходи завтра на мою съемку».               Вай фыркнула, представляя картину.               — Оу, значит, всегда была такой... доброжелательной?       — О да! — Виктор засмеялся. — Через неделю я уже снимал ее для Vogue. Она тогда мне половину оборудования купила, потому что у меня был только старый «Зенит» и мечты.               Вай откинулась на спинку дивана, её пальцы лениво водили по краю бокала, оставляя тонкие следы на стекле. Но взгляд её был тяжёлым и пристальным.               — Так что там было с Мэдди? — её голос прозвучал приглушённо и вопрос повис в воздухе не просто словами, а целой глыбой недосказанного.               Джейс и Виктор обменялись быстрыми, ёмкими взглядами. Молчание затянулось на секунду дольше, чем должно было.               — Мы не в курсе всех деталей, — наконец начал Джейс, избегая смотреть прямо на Вай. Его пальцы нервно потерли колено, пытаясь стереть невидимое пятно. — Но тот год... он был для неё очень тяжёлым.               Виктор кивнул, и его обычно беззаботное лицо внезапно стало чужим. Даже тень улыбки исчезла без следа.       — Мэдди её предала. Не случайно, не по глупости. Осознанно. Расчётливо. — Он сделал паузу, подбирая слова, которые жгли. — Подставила так, что Кейт едва на ногах устояла. Буквально выбила землю из-под них.       Вай почувствовала, как по спине пробежал холодок.       — А что... что с Кейтлин после этого?       Джейс горько усмехнулся, звук вышел сухим и колким.       — Ты ее сейчас знаешь, как холодную, собранную, всегда контролирующую ситуацию. Но тогда... — он запнулся, подбирая слова.       Виктор закончил за него:       — Она разбилась.       — Не буквально, — тут же уточнил Джейс, — но это было близко. Не спала сутками. Молчала. А когда говорила, то только сквозь зубы, будто каждое слово резало ей горло.        Виктор мрачно кивнул, его взгляд утонул где-то в узорах на полу.       — Она рисковала так, будто у нее за душой не было ни гроша. Будто нарочно испытывала судьбу. Как будто…       — Как будто проверяла, выживет ли, — тихо, но отчетливо закончил за него Джейс.       Джейс тяжело вздохнул, откинувшись на спинку.       — Они связаны контрактом. Юридическими путами, которые рано или поздно рвутся. Ещё пара месяцев и он исчерпает себя. Но до того дня… Каждый день в четырёх стенах одной студии, на одних и тех же съёмках, под одной крышей… — Он с усталым видом провёл ладонью по лицу, смахивая невидимую усталость. — Кейт держится. Она сделана из стали, я тебе говорю. Но даже сталь имеет предел прочности. Но иногда...               Виктор лишь нахмурился.       — Вся студия до сих пор вспоминает тот день. Как я нашёл её в раздевалке. Она разнесла вдребезги все зеркала, а потом сидела среди осколков, словно раненая птица, вся дрожа. Руки… Руки у неё были в крови, — его голос дрогнул, и он замолчал.               В комнате повисла тишина.               Вай вдруг резко встала, её движения стали резкими, почти нервными.       — А Мэдди? – её голос звучал жестко. – Она просто... осталась?               Уголки губ Джейса дрогнули в слабой попытке улыбки, которая не дошла до глаз. Он бессильно пожал плечами, и в этом жесте был весь его безнадежный фатализм.       — Выбор – это привилегия, которой у них не было. Он был у каждого, но ни у кого по-настоящему.                Воздух, сгустившийся до состояния железа, внезапно раскололся на части настойчивым, пронзительным звонком в дверь. Вай резко развернулась. Её шаги, отчеканенные по паркету, прозвучали слишком громко, слишком вызывающе – единственный шум, который она могла позволить себе вместо крика.               Кейтлин вышла из ванной, завернутая в мягкое полотенце, капли воды еще сверкали на ее ключицах. Она быстро исчезла в спальне и вернулась уже в просторной футболке  сиреневого оттенка и коротких шортах с затянутым узлом поясом.               Пока Вай раскладывала коробки с пиццей на журнальном столике, Джейс и Виктор молча переглянулись – прошлый разговор видимо закончен, и начали расчищать место на полу, застелив его случайными пледами и подушками.               — Пол наше все, — провозгласил Джейс, подбрасывая в воздух пакет с бумажными салфетками. — Никаких крошек на диване, Кейт убьет.               Кейтлин лишь фыркнула, опускаясь на пол между Джейсом и Вай. Ее босые ноги скрестились под собой, а плечо невольно коснулось Вай, но она не отодвинулась.               — Так, — Джейс потянулся за пультом, — что смотрим?               Виктор зловеще ухмыльнулся.               — Самый страшный ужастик из возможных.               Кейтлин выразительно закатила глаза к потолку, ясно дав понять, что считает эту затею идиотской, но слов на возражение не нашла.               Экран телевизора вспыхнул мрачным светом. Титрами поползло название какого-то скандинавского хоррора, где всё начиналось с невинного похода в лес.               Лёд в стаканах мелодично звякнул, когда Вай разливала колу. Отломив хрустящий треугольник пиццы, она отправила его в рот и, смачно прожевывая, обвела компанию оценивающим взглядом.               — Ну что, — она обвела взглядом всех, — кто первый завизжит?               Джейс лишь снисходительно фыркнул.               — Да мы не из пугливых.               Но не прошло и получаса, как на экране героиня, пробираясь сквозь пыльные завалы полуразрушенной хижины, наткнулась на разложившееся тело. Джейс инстинктивно вжался в спинку дивана, его пальцы побелели, впившись в бархатную подушку.               Кейтлин, несмотря на свою усталость, съёжилась, подтянув колени к груди.               Вай сидела, совершенно невозмутимая, и только иногда бросала взгляд на Кейтлин, проверяя, не испугалась ли та по-настоящему.               Экран телевизора погас.       Она навалилась внезапно, без предупреждения. Резкий щелчок, мертвая тишина, и экран телевизора, который только что заливался кровавым светом хоррора, погас, оставив после себя лишь черный прямоугольник в пустоте.       Кейтлин замерла.       Сердце гулко ударило в грудь, отдаваясь в висках тяжким стуком. Воздух пересох в горле, застряв комом, и она не могла сделать ни единого вдоха.       Тьма.       Абсолютная, густая, слепая, поглотившая всё без остатка.       На секунду воцарилась мертвая, давящая тишина, мир затаился.       Потом из темноты рванулся резкий, сдавленный вдох.       И Вай поняла. Мгновенно и безоговорочно.               Дыхание  резко участилось, пальцы впились в подлокотник дивана так, что суставы побелели. Глаза, широко раскрытые от ужаса, безуспешно пытались разглядеть хоть что-то в темноте.       — Что произошло?! — голос Кейтлин дрожал, звучал почти детским, полным паники.       Она инстинктивно рванулась в сторону, где, как ей казалось, сидела Вай. Если бы не темнота, все увидели бы, как её лицо побледнело, а по спине пробежала дрожь.       Вай чувствовала её страх, будто он был своим. Она быстро пыталась найти свой телефон, но абсолютно ничего не было видно.       Джейс зашевелился в темноте, спотыкаясь о коробку из-под пиццы.               — Наверное, пробки...               Виктор нервно засмеялся.               — Или маньяк из фильма решил заглянуть в гости...               Сердце колотилось так громко, что, казалось, его слышно даже сквозь звуки испуганных возгласов Джейса и Виктора. Если свет не включится скоро, её охватит настоящая истерика.       Вай пошевелилась.               — Кейт? — голос Вай прозвучал так близко, что она взвизгнула.       — Вай, чёрт возьми! — вырвалось рывком, и тут же руки нашли её в темноте.        Тёплые, знакомые.       — Ты же знаешь, что это просто отключили свет, да? — Вай смеялась, но пальцы крепко сжимали её запястья, якорем в этом море иррационального страха.       — Я знаю, — прошипела Кейтлин, но не отпускала её, цепляясь, как утопающая.       — Тогда дыши. Ничего страшного тут не...               Она не успела договорить.               Где-то в коридоре раздался скрип.               Все замолчали.               Кейтлин инстинктивно рванулась, но Вай крепче сжала её руку, не давая отстраниться.               — Никто не умрёт, — ворчала Вай, второй рукой она легонько растрепала волосы Кейтлин. — Особенно ты.               Щелчок выключателя и свет хлынул обратно, заливая комнату жёлтым электрическим сиянием.                Джейс стоял в дверях, победно ухмыляясь, его палец ещё прижимал кнопку на щитке.       — Вот и магия! — провозгласил он, разводя руками, — Никаких призраков, только старый добрый золотой мальчик!               Вай уже тянулась к пульту, её пальцы быстро листали меню.               — Ну что, страшилки на сегодня закончились, — заявила она, хватая пульт. — Теперь что-нибудь, от чего не придётся прятаться под одеялом.       Все перебрались на огромный диван. Джейс и Виктор устроились с одной стороны, развалившись как тюлени, а Вай и Кейтлин с другой.               Кейтлин, хоть и успокоилась, всё равно сидела ближе к Вай, чем обычно, их плечи почти соприкасались.               Фильм шёл своим чередом, шутки сыпались одна за другой, но Кейтлин постепенно клевала носом.               Сначала её голова просто наклонилась вперёд.               Потом она резко дёрнулась, будто пытаясь не уснуть.               А потом...               Её голова опустилась на плечо Вай.               Вай замерла.               Кейтлин глубоко вздохнула, её дыхание стало ровным, а пальцы, всё ещё слегка державшие её, наконец расслабились.               Джейс и Виктор переглянулись, но Вай лишь приложила палец к губам. После показала пальцем на выключатель. Джейс встал и вырубил свет, остался только мерцать телевизор.               Комната погрузилась в тишину, нарушаемую только ровным дыханием спящих.               Экран телевизора мерцал последними кадрами комедии, но Вай была единственной, кто ещё бодрствовал.               Она лениво потянулась к пульту и выключила телевизор, оставив комнату в мягком полумраке ночника.               Кейтлин всё ещё лежала на её плече, дыхание глубокое и спокойное. Джейс и Виктор свалились на противоположном конце дивана. Первый раскинулся, как морская звезда, второй свернулся калачиком, уткнувшись лицом в подушку.               Вай осторожно наклонилась, натягивая плед на Кейтлин, стараясь не разбудить. Ткань мягко укрыла её плечи, и та инстинктивно прижалась ближе к теплу, даже во сне.               «Ну и компания,» — мысленно фыркнула Вай, оглядывая своё не самое удобное положение.               Спина упиралась на стенку, шея уже начинала затекать, а рука слегка онемела под весом Кейтлин.               «Чёрт, как тут вообще можно спать? Проснусь с шеей, как у древней мумии,» — промелькнуло у неё в голове.               Но двигаться она не стала.               Потому что Кейтлин спала.               Потому что её дыхание было ровным.               Потому что…               Вай закрыла глаза.               И незаметно для себя – уснула тоже.