Те, кого вычеркнули

Каникулы пролетели странно быстро. Как будто в поместье время текло иначе: между застольями, взглядами родственников, разговорами с отцом и невысказанными мыслями. Но зацепок больше не появилось. Книга — молчала. Символы — исчезли. Сны — затихли. Значит, пора возвращаться. --- Снег скрипел под ботинками, когда она сошла с повозки. Хогвартс стоял на фоне заката, как крепость из старых легенд — и в его тишине снова чувствовалась жизнь. За спиной весело гомонили ученики, кто-то уже кидался снежками, кто-то жаловался на вес багажа. — Ну здравствуй, Хогвартс, — тихо произнесла она. — Продолжим? Вскоре в Гриффиндорской гостиной уже трещал камин, чемоданы стояли у лестниц, Гермиона что-то оживлённо обсуждала с Гарри, а Рон возился с подарками из дома. Все были на месте. Вернувшись в Хогвартс, Эсмеральда не стала тянуть. Уже в первую же ночь, когда гостиная опустела, а камин бросал на стены тёплые отблески, она собрала своих: Гарри, Гермиону и Рона. Голос её был спокойным, но в каждом слове звучало напряжение. Она рассказала всё. О том, как провела Рождество в поместье Вейнгартов. О ледяной вежливости, о фальшивых улыбках за столом. О странной теплоте, что проскользнула в разговоре с матерью. О разговоре с отцом, полном намёков и сдержанных эмоций. О кабинете прадеда. И — самое главное — о книге. О рунах, координатах и тексте, что появился на странице, как только она переступила порог кабинета. О том, что её прадед действительно был не просто членом — создателем Пепельных Ликов. И что та странная книга с символом на обложке — вовсе не личный дневник, как они думали раньше. Это зашифрованная летопись. Кодекс. Записи древнего круга. И когда Эсмеральда рассказала всё — воцарилась тишина. Гарри первым оторвал взгляд от огня. — Ты уверена, что это был кабинет твоего прадеда? — Координаты светились только там, — кивнула она. — А после — исчезли, и появилась надпись. Всё совпало. Гермиона нахмурилась: — В тексте говорится про твоего прадеда. Это значит, он точно один из создателей братства. Это меняет всё… Рон поёжился: — Ужасно стрёмно. Прямо у тебя дома… — Добро пожаловать в мой род, — сухо заметила Эсмеральда. Никто не стал спорить. Они переглянулись. Потом, один за другим, начали расходиться по комнатам. --- Утро. Хогвартс. Эсмеральда шла по коридору, слегка зевая. Волосы были собраны небрежно — редкость для неё. Она решила спуститься в библиотеку — рано, когда ещё почти никого нет. Хотелось подумать. Она свернула в переход у западной лестницы и почти врезалась в чью-то грудь. — Оу, — фыркнул знакомый голос. — Гриффиндорка без брони. Уникальный случай. — Малфой, — произнесла Эсмеральда без особого удивления, скрестив руки на груди. — Что, решил тоже сменить имидж? Теперь ты — "вежливый наблюдатель"? — Пытаюсь быть добрым. Пугает, да? — Скорее, раздражает. Ты не умеешь быть добрым. Драко усмехнулся и подошёл ближе. — Ты изменилась после Рождества. В глазах — что-то другое. Рассказывай. — Может, просто устала. А может — от одного наглого слизеринца скрываться надоело. — Хватит. Что ты нашла? — его голос стал ниже, жёстче. — Я знаю, ты что-то от всех скрываешь. Эсмеральда взглянула на него. Прямо, спокойно. — Я нашла комнату. Да, в доме. Координаты из той книги вели туда. Это был старый кабинет моего прадеда. — И? — И там был текст. Что-то вроде прославления. Там упоминался "Создатель". Очевидно, речь о моем прадеде. Всё. Больше ничего. Драко нахмурился. — Ни слова о Малфоях? — Ничего. Даже косвенного упоминания. — Странно, — пробормотал он, явно разочарованный. — А я-то надеялся, что мои предки хотя бы в чём-то интересном засветились. — Не волнуйся, — усмехнулась Эсми. — Возможно, у тебя просто… скучные предки. — Осторожней, Вейнгарт. Это звучит почти как оскорбление. — Разве я похожа на того, кто заботится? — Нет, ты похожа на ту, кто идеально всё прячет. Особенно важное. Он прищурился и шагнул ближе: — Я не верю, что ты рассказала всё. — А мне плевать, во что ты веришь, — холодно ответила она. — Я рассказала то, что стоит знать. Мысли Драко: Опять. Опять эта чёртова маска. Ни эмоций, ни прорыва. Только ледяной контроль. Сука, почему мне так важно узнать, что у тебя внутри? — Ты меняешь правила на ходу, — сказал он вслух. — И при этом ведёшь партию, будто давно её выиграла. — Может быть. Или просто ты играешь слишком медленно. — Или просто я умею ждать, пока противник сам подставится. Он усмехнулся, но не ушёл. Только смотрел, в упор. — Что ты скрываешь, Эсмеральда? Она слегка приподняла бровь. — Не всё должно быть рассказано сразу. — Ну ничего, — пробормотал он. — Всё равно узнаю. Он развернулся и ушёл, не оборачиваясь. Но в голове гудело: Мысли Драко (уходя): Ты меня бесишь. Взрываешь мозг. Ты врёшь. Но врёшь красиво. И теперь я точно выясню всё. --- Большой зал. Утро. Шум чашек, лёгкий пар над овсянкой, шелест страниц расписания. За окнами — серое небо, скупое солнце скользит по крышам Хогвартса. Эсмеральда лениво перелистывала страницы книги, ковыряя вилкой булочку. Под её глазами — лёгкие тени, на висках — напряжение. Ночь она почти не спала. — Можно сесть? — раздалось сбоку. Эсми даже не подняла глаз. — Грейнджер, ты никогда не спрашиваешь. — Потому что обычно ты не врёшь. Эсмеральда вздохнула, закрыла книгу и обернулась. Гермиона уже сидела рядом, глядя на неё с явным подозрением. — Что? — Зачем ты рассказала Малфою? — без прелюдий, сразу в лоб. — Не кричи. — Эсмеральда, он Малфой. Ты серьёзно решила посвятить его в это? — Он и так уже по уши. Ты слышала, что мы нашли до каникул. Его герб. Его род. Думаешь, это просто совпадение? Гермиона скрестила руки. — И поэтому ты решила довериться ему? Серьёзно? Эсми наклонилась к ней ближе, голос понизился: — Я не доверяю ему. Я использую его. Гермиона приподняла бровь. — Прекрасно звучит. Просто по-Слизерински. — Спасибо, я старалась, — усмехнулась Эсми. — У него есть доступ. Архивы, связи, фамильные источники. Если кто и сможет вытащить старые документы из хранилищ — так это Драко. А мне туда без шанса. — Ты играешь с огнём, Эсмеральда, — мрачно сказала Гермиона. — Он не тупой. Он почувствует, что ты им манипулируешь. — Пусть чувствует. Главное — чтобы играл по правилам. — А если он не захочет играть по твоим? Эсмеральда отвернулась, взяла глоток чая и тихо сказала: — Тогда я его переиграю. Или сгорю. Но узнаю правду. Гермиона замолчала. Несколько секунд смотрела на неё, потом вздохнула: — Он уже зацепил тебя, да? — Нет, — резко сказала Эсми. — Он просто ключ. Важно, чтобы он думал, что я ему доверяю. — Он ведь всё поймёт. Ты не хуже меня знаешь, Малфои — не идиоты. Особенно когда дело касается их семьи. Эсми кивнула: — Я и узнала. В том, что я нашла у себя, о Малфоях не было ни слова. Но теперь я уверена — они тоже завязаны. Просто следы хорошо спрятаны. — Значит, ты будешь копать дальше? — Да. А он — мой лопата. — Твоя метафора пугает, — пробормотала Гермиона, поднимаясь. — Только не жалуйся, когда всё взорвётся тебе же в лицо. Эсмеральда смотрела ей вслед, потом усмехнулась. --- Урок Защиты от тёмных искусств Аудитория напоминала подземелье: тёмные стены, тяжёлый воздух, тусклый свет от фонарей под потолком. Впрочем, с тех пор как предмет вёл профессор Кестейн — угрюмый бывший аврор с шрамом от виска до подбородка, — тут вообще чувствовалось что-то… неуютное. — Садимся. Быстро, — резко сказал Кестейн, входя. — Сегодня работаем с реальными материалами. Тема — магические следы. Их распознание, фиксация, интерпретация. Эсмеральда устроилась за партой ближе к стене. Гермиона — рядом. Но рядом с ними, как по воле судьбы, сел и Драко. Он просто шлёпнулся в кресло и бросил ей мимолётный взгляд. — Вейнгарт, — кивнул он. — Малфой, — чуть натянуто отозвалась она. — Сегодня мы не просто изучаем теорию, — продолжал профессор. — Я покажу вам артефакты с настоящими остаточными следами. Некоторые — из закрытых дел Министерства. В классе повисла тишина. — Начнём с этого, — Кестейн положил на стол старую, обугленную табличку с выгравированным руническим кругом. — Кто скажет, что это за тип магии? Руки взмыли вверх. Гермиона, конечно же, первая. — Это защитный круг. Традиционная форма — ритуальная, вероятно XIX век. Похоже на стили древних рун, возможно — с искажёнными элементами. Профессор кивнул: — Умно. А кто скажет, какой след остался на нём? Тишина. Эсми смотрела на табличку, и в груди сжалось. Символ... казался знакомым. Не точь-в-точь как в дневнике — но почерк, расположение, форма кривых линий… Это было похоже. Очень на то что она читала сама в книге. — Вейнгарт, — неожиданно бросил Кестейн. — Вы чего молчите? Эсмеральда моргнула, собираясь с мыслями: — Это не просто ритуальный след. Это… отпечаток обряда на укрепление связи между участниками. Как своего рода клятва. Очень старая, очень нестабильная. Используется в закрытых обществах. Профессор вскинул бровь. — Вы изучали это самостоятельно? Она кивнула. Он пристально посмотрел на неё, но ничего не сказал. Мысли Драко (наблюдая за ней): Откуда ты знаешь это? Откуда вообще знаешь такое? Когда Кестейн отвлёкся на следующую тему, Драко наклонился к Эсми: — Ты явно что-то нарыла. В доме? Это был след обряда, да? Такой же, как ты видела? — Тише ты, — прошипела она. — Мы же на уроке, блондин. — А ты хороша, — хмыкнул он. — Начинаю думать, что ты — мой главный источник информации. Только почему я должен добывать всё намёками? Она усмехнулась: — Потому что так интересней. А ты всё равно никуда не денешься. Профессор Кестейн обвёл всех холодным взглядом, поставив на стол старую обугленную табличку. — Прежде чем начнём, — проговорил он, — хочу напомнить, что в прошлый раз, когда я дал вам задание по факультетам, вы устроили цирк. Учитывая, сколько драк, сломанных палочек и полыхающих перьев я тогда насмотрелся… — он сделал паузу, и в зале пронеслось нервное хихиканье, — …сегодня я смешаю состав. Кестейн прошёлся вдоль парт, останавливаясь у разных учеников: — Поттер — с Захарией. Паркинсон — с Лавгуд. — И… Малфой и Вейнгарт, — добавил он. Эсми и Драко одновременно резко обернулись друг к другу. — Вы издеваетесь, — пробормотал Драко сквозь зубы. — Зашибись, — тихо бросила Эсмеральда. — А теперь, — продолжил профессор, не обращая внимания, — практическая часть. Артефакт с остаточным следом ритуальной магии. Распознать. Описать. Интерпретировать. Двадцать минут. Мысли Эсми: Ну, конечно. Потому что судьбе нравится поиздеваться. Ну а как же иначе. Они подошли к своему артефакту — старому диску из чёрного дерева с тонкими серебряными линиями, и сели рядом. Драко, склонившись ближе, пробормотал: — Только не режь меня кинжалом, ладно? — Зависит от твоей работы, — сухо отозвалась Эсмеральда, уже разглядывая руны. Он наклонился ближе к артефакту. — Это не просто ритуальная фигня, — заметил он. — Здесь искажение. Центральная руна перекручена. — И не просто так. Это старый магический замок. Такие ставили на места, где хранились… запрещённые знания, — тихо добавила она. — Или тайны. Драко посмотрел на неё внимательно. — Ты это знала. Сразу. Потому что уже видела нечто подобное. Эсми молчала, делая вид, что сосредоточена на записях. — Проклятье, Вейнгарт, — выдохнул он. — Что ты ещё скрываешь? Она едва заметно усмехнулась: — Пока только своё терпение. Не испытывай его, Малфой. Он криво усмехнулся и всё же записал на пергамент то, что они обнаружили. Многие ученики начали коситься в их сторону. Рон шепнул Гарри, ткнув его локтем: — Ты это видишь? Она вместе с Малфоем. Добровольно. Ну почти. Гарри, прищурившись: — Может, профессор просто решил над ними поиздеваться. Гермиона выглядела напряжённой. Она не сводила глаз с Эсми. Мысли Гермионы: Она рассказала ему больше, чем нам. Что, если он её переиграет? Что, если он втянет её в какую-то грязь?.. Тем временем Эсмеральда с непроницаемым лицом аккуратно отмечала найденные руны. — Удивительно, — пробормотал Малфой. — Не ожидал, что ты умеешь работать руками, Вейнгарт. — А ты всё ещё надеешься раскусить меня? — Нет. Я просто надеюсь, что ты не отравишь меня в процессе. Они переглянулись — и впервые за урок оба едва заметно улыбнулись. Ненадолго. Чуть дольше, чем надо. Достаточно, чтобы Гермиона сжала губы, Блейз Забини приподнял бровь, а Паркинсон шепнула что-то ехидное Полумне. Кестейн щёлкнул пальцами. — Сдаём пергаменты. Обсуждение в конце недели. Оценки выставлю по справедливости, даже если вы внезапно решили не убить друг друга, — его взгляд задержался на Эсмеральде и Драко. Когда они вышли из класса, Драко слегка наклонился к Эсми: — В общем, я передумал. Не режь меня кинжалом. — А жаль, — усмехнулась она. — Была неплохая мысль. — Ты опасна, Вейнгарт. Прямо как яд… только дорогой и в красивой упаковке. Он засмеялся. Коридор, после урока. Толпа учеников постепенно рассасывалась. Эсми шагала быстро, но Гермиона догнала её почти у лестницы. — Эсмеральда! — резко. Эсми обернулась. — Что? Гермиона прищурилась: — Ты рассказала ему всё? — Нет. Не всё, — ответила спокойно, оглядываясь, чтобы никто не подслушал. — Только то, что нужно было рассказать. — А кто решил, что «нужно»? Ты хоть понимаешь, с кем играешь? Эсмеральда фыркнула, скрестив руки: — Не делай из него дьявола. Он мне тоже не доверяет. Всё честно. Гермиона чуть повысила голос: — Всё честно? Ты спишь спокойно, зная, что делишь улики с Малфоем? Он же не остановится, если дело коснётся его семьи! Эсми посмотрела в сторону и тихо произнесла: — А если его семья тоже была в этом замешана? Он может знать больше, чем мы думаем. — Или соврёт тебе в лицо, — рявкнула Гермиона. — Ты правда веришь, что он не использует это против нас? — А ты правда думаешь, что я не использую его, если придётся? — спокойно бросила Эсмеральда, глядя ей прямо в глаза. Повисла пауза. Гермиона сглотнула. — Это звучит… не по тебе. — А может, ты просто плохо меня знаешь, — чуть усмехнулась Эсми. — Я не доверяю Малфою. Но он хочет копаться в этом так же, как и я. Пока он мне полезен — я рядом. Гермиона, уже тише: — А если это не просто «пока»? Ты же видела, как он на тебя смотрит. Он… странно себя ведёт. И ты тоже. Эсми отвернулась. — Гермион. — Держи все под контролем. Эсмеральда кивнула. — Только не мешай мне, если я выбрала другой путь. Они разошлись молча. Одна — в библиотеку. Другая — в башню. Обе — с мыслью, что игра становится слишком тонкой. И слишком личной. --- Коридор третьего этажа. День. Эсмеральда спешила в сторону библиотеки. Она была погружена в мысли, в руке держала блокнот, а в голове всё ещё прокручивала разговор с Гермионой и то, как Драко смотрел на неё на уроке. Поворот — и столкновение. — Ай! — Эсми резко отшатнулась, чуть не уронив блокнот. — Прости! — тут же послышался знакомый голос. — Эсмеральда?! Она резко подняла взгляд — и на мгновение всё вокруг будто приглушилось. — Седрик? — тихо. Он улыбнулся, широко и искренне, как он умел. — Ты чего тут бродишь? Я думал, ты ещё в Лондоне зависла на балу у графини. Эсми хмыкнула: — Ну прости, что не устроила парад возвращения с фейерверками. Она сделала шаг — и они одновременно потянулись друг к другу. Объятие получилось долгим. Тёплым, привычным. Таким, каким оно бывает только у людей, с которыми тебе по-настоящему спокойно. — Чёрт, я по тебе скучал, — прошептал он у её уха. — Я тоже, — выдохнула Эсми. — Даже не думала, что увижу тебя здесь, а не в толпе у трибун или с новенькой на плече. Он отстранился, покачал головой, глядя на неё внимательно. — Ну что, расскажешь как провела каникулы? Или как обычно: «Потом, Седрик, это всё сложно, ты не поймёшь»? — Потом, Седрик. Это всё сложно, — с улыбкой повторила она. — Ладно. Но знай: я здесь. И если тебе нужно будет уши, руки или кто-то, кто вытащит тебя из проклятой ямы — зови. — Только если сам не вляпаешься в неё первый, — хмыкнула она. — Честно? Если ты туда полезешь — я пойду за тобой. Хоть в самые чёртовы катакомбы. Эсми на секунду опустила взгляд, а потом, беззвучно, прошептала: — Спасибо. Он подмигнул: — А теперь — марш на чай. Я тебя утащу. Должен всё выведать. Как твои дела, подарки, поклонники, Гермиона, и… кое-кто на букву «М». — Ох нет, только не «М»… — Вот именно. У меня вопросы. Много. Очень много. И никакие амулеты тебя не спасут. Они пошли вместе по коридору, и впервые за всё это время Эсмеральде стало тепло. По-настоящему тепло.