Руки, что тянут карты

Ту Тайм начали подозревать неладное, когда Азур стал пропадать по ночам. Он возвращался с таинственными царапинами на руках, в одежде, пропахшей чем-то подозрительно земным, не связанным с ритуалами. — Ты что, изменяешь Спавну? — в один вечер Ту Тайм перекрыли ему выход из храма, скрестив на груди руки. Их глаза сверкали ревнивым гневом. Азур, с ног до головы перепачканный в грязи, только глупо ухмыльнулся: — Нет, я просто... эм... собираю лунные травы? — БРЕХНЯ! Ту Тайм решили проследить. На следующую ночь они крались за Азуром по пятам, пока он не свернул за храм, где в кустах лежал... Рыжий кот. Ободранный, с одним ухом, но с царственным взглядом. — Мяу, — сказал кот, как будто насмехаясь над всей ситуацией. Азур, не замечая слежки, достал из кармана кусок колбасы (которую, видимо, стащил с жертвенного подношения). — Вот, дружище, — пробормотал он, гладя кота по голове. — Сегодня без рыбы, прости. Ту Тайм вышли из тени, ошеломлённые. — Ты... ты предал нас... из-за этого мешка с блохами?! Азур вздрогнул, но кот лишь лениво зевнул, как будто говорил: "Да, он мой теперь, смиритесь." — Он... он просто голодный, — попытался объясниться Азур. Ту Тайм несколько секунд молчали, потом резко развернулись. — Завтра. Принеси его к алтарю. Мы освятим его во имя Спавна. Азур понял, что это угроза. Но кот, похоже, уже сам решил свою судьбу. На следующее утро он гордо вошёл в храм, запрыгнул на алтарь и съел жертвенный хлеб. Ту Тайм объявили его "Демоном-хранителем" и позволили Азуру оставить его. Хотя настоящая причина была в том, что кот начал спать на их ритуальных мантиях, и никто не осмеливался его согнать. А когда Азур ушёл из культа, кот ушёл вместе с ним. Ту Тайм потом ещё месяц оставляли у входа миску с молоком — на всякий случай. Но кот так и не вернулся. Как и Азур.