Чикагский треугольник

Никки был так погружен в работу и в своих парней, что никак не мог встретиться с Джошем, который настойчиво писал, звонил и добивался его внимания. Джош был классической альфой, не хуже и не лучше других. Все что он имел, он заработал сам и теперь ему хотелось семью. К 35ти годам альфа стабильно стоял на ногах и мог себе позволить думать о семье. Он не был заядлым тусовщиком, но порой выбирался по пятницам в клубы или бары, снять стресс и может познакомиться с хорошенькой омегой. Джош увидел Никки в один из таких вечеров пятницы: они оказались приглашены на одну вечеринку, но разными людьми и до этого никогда не пересекались. Джош просто чуть не умер, увидев это прелестное голубоглазое, белокурое создание. Он влюбился сразу и беспросветно. Парень был окружён толпой приятелей и подруг, весело хохотал и улыбался так мило и притягательно, что Джош решился подойти и неприменно познакомиться поближе. Альфа знал, что вполне симпатичен и никогда не испытывал проблем со знакомствами: он нравился омежкам и те с удовольствием проводили время в компании высокого черноволосого симпатяги. Со временем все это приедалось Джошу становилось уже не так увлекательно, как было раньше.Но эта омега просто выбил почву у него из под ног и сразил своей улыбкой и заливистым смехом. Омега в этот день был в хорошем расположении духа и решил познакомиться с подошедшему к нему альфой, тем более тот был ничего так, и Никки весь вечер раздавал авансы в виде улыбок и затяжных взглядов. Тем более на носу у парня была очередная течка и найти себе кого-то, кто мог бы помочь ему ее пережить было бы неплохо. Джош настойчиво ухаживал за Никки, как никогда и ни за кем. Парень позволял это, но все равно слишком близко не подпускал, до того момента, пока у него началась течка. В тот раз телефон Джоша зазвонил и альфа увидел желанное имя на дисплее. "Приезжай. И возьми пару дней отгулов", коротко кинули ему в трубку и абонент отключился. В течении года Джош был альфой Никки в трудные времена, а именно в течку. Все остальное время он не особо горел желанием встречаться с Джошем, изредка ужиная с ним пару раз в месяц. Никогда у них не было близости вне течки и Джоша это очень расстраивало. Спустя год альфа решился и сделал Нику предложение, но тот не раздумывая отказал и резко вышел из ресторана, толком ничего не объяснив. Джош дико расстроился и не звонил Нику целый месяц. Парень тоже не выходил на связь. Когда Джошу стало совсем хуево, он написал сообщение: " Я подумал, что у нас все серьезно, поэтому сделал такой шаг. Но если все не так, то я согласен на то, как было раньше. Если я тебе понадоблюсь, я к твоим услугам, Никки". Так и повелось: Ник писал или звонил только по "делу", лишь однажды согласившись поужинать. В тот вечер они встретили у ресторана каких-то двух знакомых Никки, один из которых доминантный альфа очень грубо себя повел, но Джош ничего не мог с этим поделать, феромоны рыжего парализовали его и он так и остался стоять столбом, пока рыжий сжимал горло его Ника и выплевывал резкие слова прям в лицо блондина. Никки в этот вечер был не в себе: он не слышал, что говорит Джош, совсем ничего не ел и все время залипал, переставая моргать и реагировать на внешние факторы. Джош пытался разузнать, что это за люди, при чем один из которых жутко похож внешне на омегу, но толком так ничего и не добившись, просто доел свой остывший ужин и отвёз Никки домой. Тот вышел из машины, даже не попрощавшись и не взглянув на Джоша. Течка у омеги была ещё не скоро и альфа решил развеяться, взяв неделю отпуска и укатив на моря. Когда по времени Никки должен был написать Джошу, а этого не произошло, тот сам стал бомбить его сообщениями и звонками. На сообщения парень не отвечал, трубку не брал, а если и брал, то говорил, что сейчас очень занят и ему не удобно. Обещал перезвонить, но так и не перезванивал. И вот, наконец, Никки снизошёл и Джош увидел сообщение на своем экране. Никки: Привет. В "Колизее" в восемь, если тебе будет удобно. Джош: Привет! Буду! Никки: Если опоздаю, столик на мое имя заказан. До встречи. Джош отменил все свои дела и ровно в восемь сидел за небольшим круглым столиком, попивая минералку в ожидании красавчика-омеги. Никки опоздал на пятнадцать минут, но Джош и так ждал его больше трёх недель, поэтому не стал заострять на этом внимания, тем более что парень предупредил, что может опоздать. Никки был в черной рубашке, черных брюках и красивом синем галстуке. Он выглядел как всегда потрясающе и подойдя ближе Джоша обдало запахом омеги, но каким-то другим. — Привет, красавчик. Ты сменил парфюм? От тебя по-другому пахнет. — Джош встал, пододвинул стул для Никки и коснулся губами щеки парня, втягивая носом вроде бы тот же, но совсем другой аромат. — Здравствуй, Джош. Нет. Парфюм не менял. Это мой запах. — сразу без предисловий начал Никки. — На мне метка. Я нашел своего бету, поэтому от меня видимо немного по другому пахнет. —Оу... — Джош не ожидал такого начала. Он-то думал разговор будет немного в другом русле. — Я думал что-то случилось. Вроде как мы должны были встретиться на той неделе... —Нет, Джош. Течка была, когда ты отдыхал на море. — Официант принес два бокала белого вина, того, которое любил Никки. Ник сделал один глоток и отодвинул бокал. Он чуть откашлялся и продолжил говорить. — Я должен с тобой поговорить. Так будет правильно. Ты долгое время поддерживал меня. Ну, физически помогал мне весь этот год и даже больше. Но теперь все поменялось и я не хотел просто уйти молча, я хотел закончить это на дружеской ноте. —Закончить что? — Мы трахались, Джош. Больше года. Теперь у меня есть бета. —Это отлично. Я не против... — У беты есть тоже альфа. Они тоже повязаны. Пока только они, но я думаю, что скоро... —Ты нашел себе нового альфу?! — Я нашел семью, Джош. Поэтому я хочу поставить точку, чтобы не было никаких недомолвок и непоняток. Ты неплохой человек и альфа тоже достойный, но они мои истинные. Это природа и ты это знаешь не хуже меня. — Но я люблю тебя...— прошептал Джош. — Не надо. Наши встречи носили вполне определенный характер и мы об этом договорились ещё давно. Я прошу прощения, если давал ложные надежды, Джош, но я искренне желаю тебе счастья. — Ооо, а это случаем не те двое тогда, возле ресторана? — Это не важно, Джош. — Но ведь тогда... — Это была очень непростая ситуация, но теперь все хорошо. — Никки встал из-за стола и положил тканевую салфетку на спинку кресла. — Мне пора, Джош. Я благодарю тебя за все, что ты для меня сделал. Я прошу тебя больше не звонить мне и не писать. Удачи тебе. — Ник открыто посмотрел своими прекрасными глазами в лицо альфы, развернулся и ушел прочь. В этом был весь Никки. В один день мягкий, хрупкий и такой милашка-омега, что ангелы рядом с ним казались корявыми курицами. А у другой, это жёсткий, бесчувственный типчик, думающий лишь о себе, эгоистичная самовлюблённая жопа. И для окружающих может Никки и был интересен и привлекал внимание именно своей непредсказуемостью: он был разный и раскусить его было ой как непросто. А людям нравится все загадочное. Вот только кто завалил этого мальчишку, непонятно. Но с Йеном и Микки все было по-другому. Их истинность настолько меняла поведение парня, что он становился неузнаваем. Запах Микки сглаживал капризную избалованную натуру омеги, а феромоны Йена диктовали подчиняться и быть зайкой, белым, пушистым и покладистым. Никки это понимал, Никки чувствовал эту разницу, но поделать ничего не мог , да и не хотел: вторая натура легко брала верх над Ником и его омега внутри становился в разы сильнее рядом с альфой и бетой, диктуя Нику поведение и признание в том, что он принадлежит этим двоим без остатка, без права выбора. Чем сильнее был феромон альфы и брата, чем ближе они находились к нему, тем больше омега сдавал свои позиции рядом с ними. Когда Никки вышел на улицу и вдохнул прохладный воздух, его отпустило и ему действительно стало легче. Теперь он мог идти дальше по жизни с чистой совестью. Теперь, когда эта страница была перевёрнута, у Никки были грандиозные планы на свое счастливое будущее. А именно, убедить одного жутко упертого рыжего осла в том, что деньги не имеют значения. Только чувства и синхронизация. В этом ему очень помогал Микки. Он все время участвовал в спорах и острых дискуссиях, снижая градус накала и смягчая углы. Никки чувствовал, как сильно он нравится альфе и теперь сам Никки уже чувствовал настроения Йена и постепенно учился управлять им. В хорошем смысле этого слова: успокаивать, вызывать улыбку на мужественном лице, говорить вовремя нужные слова. Никки теперь часто бывал в квартире над прачечной, с удовольствием поедая стряпню альфы или жирные бургеры, заказанные бетой. Но Йен больше ни разу не приехал к Никки домой, хотя Мик бывал частенько и вот его ничего не смущало, в отличии от Галлагера. — Мик, что же делать? — уже в отчаянии спрашивал брата блондин, когда Галлагер в очередной раз не хотел ехать к Никки в гости. — Я вижу только три варианта. — Я не вижу ни одного. —Всегда есть выход, маленький. Просто ты его не видишь, потому что не считаешь это выходом. — братья разговаривали по телефону, пока Йен был внизу. — Валяй. Какие предложения? Я уже на все согласен. — Так хочется секса? — хихикал Микки. — Хочется уже чего-то определенного, а это подвешенное состояние убивает. Ну и секса тоже, черт возьми. — Могу приехать, если тебе невмоготу. — Было бы здорово. Ну так какие там у тебя мысли? — Ну первая, это дождаться гона и тогда секс тебе обеспечен. — Этого недостаточно. Он мне нужен. Всегда. Я имею ввиду Йен, а не секс. Хотя и секс тоже. — Укуси его. Сам. —Жестко. Он то дал мне возможность здраво выбирать. — Ну. И что из этого вышло? Нихуяшечки хорошего. Болтаемся, как говно в проруби. При чем и он и ты и я с вами вместе. — А третий? — Переезжай к нам. — Он меня не звал... — И не позовет. Он думает, что ты никогда в жизни не променяешь свои хоромы на его квартирку. И боясь отказа — не позовет. — Все так печально? — Ник, он альфа. Ему же как серпом по яйцам невозможность дать своей омеге то, что должен. — Он мне ничего не должен — Он знает уровень твоей сегодняшней жизни, он понимает, что не потянет и это его просто размазывает. — Мне ничего не нужно, кроме него самого, Мик. — Я тебя прекрасно понимаю. Я чувствую тоже самое. Но мне проще, я полный ноль, у меня ничего нет, кроме УДО. У тебя же есть все. — Когда у него гон? — От тебя зависит. Надо почаще тут бывать, лучше переехать, я же говорю. Чем чаще он будет чувствовать твой запах, тем быстрее наступит гон. —Тогда я в пятницу приеду на все выходные. — Отлично. — Поможешь, если что? — Если что? —Говорят в гон они звереют. — Не волнуйся, разложим его на двоих. За три дня управимся, маленький. — Люблю тебя. — И я тебя. — Тогда потерплю до пятницы. Увидимся, Микки. — Пока, маленький! До пятницы оставалось пара дней и Никки все два дня с утра занимался собой: сходил в салон, постриг и покрасил волосы, сгонял в магазин за новыми шмотками и прикупил пару безделушек для Микки и Йена. Во второй половине дня работал до самого вечера, чтобы освободить в себе вечер пятницы и все выходные. Он подумал и написал Йену, не желая свалиться нежданчиком. Никки: Привет, рыжик. Может пойдем все вместе в кино в пятницу вечером? Йен: Привет, детка. С удовольствием! Никки: Тогда встретимся в торговом центре "Орион" у касс на третьем этаже. Йен: Я куплю билеты. Никки: Конечно ты. И попкорн. Йен: Хорошо. Как ты? Никки: Соскучился по вам. Йен: Приехал бы. Никки: Работал до поздна. Зато высвободил себе весь уик-енд и надеялся провести выходные с вами. Йен: Это отличное решение! Будем ждать тебя. Никки: До пятницы. Целую. Йен: Увидимся, детка.🧡 Когда Никки поднялся на третий этаж развлекательного центра, парни уже ждали его. Микки сегодня был в той самой футболке, которую ему купил тогда Никки, и , о боже, Йен надел эту светло-зеленую рубашку. Никки тоже подготовился к свиданию, как положено: новые почти белые джинсы и красивая лиловая рубашка, растегнутая на пару пуговиц. Рукава рубашки были подвергнуты , а на запястьях болтались разные фенечки, в маленьких ушках блестели камешки и переливались в искусственном свете торгового центра. Никки был весь такой аппетитный и ухоженный, что не задержать на нем взгляд было практически невозможно. Йен издалека увидел омегу, на которую через одного оборачивались люди. Йена брала гордость и ревность одновременно и он не знал, какое чувство сильнее. Никки мило заулыбался, увидев Йена и Микки и Йен таял от красоты блондина. — Привет! — сказал Ник, а Йен прижал парня к себе и нежно поцеловал, ловя завистливые взгляды проходящих мимо альф. — Привет, Солнце. Потрясно выглядишь! — шепнул альфа на ушко Никки. — Эта рубашка тебе просто нереально идёт, рыжик. — откомментировал Ник и чмокнув рыжего в щеку, привстав на мысочки, оторвался от него и обнял брата. — Ты тоже красавчик, Микки. Спасибо, что надели это. Мне приятно. Правда. — Мик подтянул рукав на рубашке Йена и тот увидел браслет на запястье. — Вау. Сегодня обещали снег с гвоздями? — хихикнул Никки и порозовел щеками от удовольствия. — Сегодня очень настойчивая бета у нас. — ответил Йен и скосил глаза на Микки. Тот пропустил мимо ушей то, что полтора часа настаивал надеть это все и порадовать Никки. — Пошли за попкорном. Скоро сеанс. — сказал брюнет и взял Йена за руку, а Никки взял его кисть с другой стороны. Это была очень красивая троица: высокий рыжеволосый альфа с широкими плечами и длинными мускулистыми ногами, яркий бета с прекрасной мощной фигурой и развязной походкой и обворожительный омега в соблазнительных джинсах, обтягивающих попу и сексуальной тату, торчащей из под воротника рубашки. Йен ловил взгляды прохожих и в итоге прижал омегу к себе за талию, при этом сцепив руки свою и Микки в крепкий замок. — Невозможно же провокационные штаны, Ник. — прошептал Йен, наклонившись к Никки. — Для тебя старался. Нравится? — Конечно. И не только мне, а вот это бесит. — Мне их что, снять? Я, правда, без белья... — Засранец! — нервно процедил Йен, представляя что будет, если люди увидят эту голую задницу с забитой тату на правой ягодице. — Только посмей... Они закупились попкорном и напитками, прошли в зал и заняли свои места. Йен оказался посередине, снова хватая Микки за руку и обнимая за плечи Никки. Его альфу разрывало от гордости и удовольствия: два самых красивых и любимых человека сидели по обе стороны от Галлагера и тихо переговаривались, наклоняясь через Йена. Он тихонько ловил моменты и целовал то Никки в висок, то брюнета в макушку. Этот выход в кино будет определенно одним из лучших его вечеров, проведенных когда либо. Фильм был посредственный, но Йену он показался самым интересным за всю историю кинематографа, хотя если его спросить о чем, он даже не вспомнит. Как только свет в зале погас, Никки прижался к правому боку альфы и положил свою хорошенькую блондинистую голову на плечо Йена, а тот прижимал парня к себе за плечи, вдыхая приятный запах омеги. Микки же расцепил из руки и ненавязчиво гладил бедро рыжего, доставляя альфе и без того одуряющие ощущения. Где-то с середины фильма Никки потянулся к шее Йена, нежно водя по ней губами, а потом и вовсе остаток времени они целовались, как подростки. Йен переодически отрывался от Никки и припадал к горячему рту беты, медленно и сладко целуя по одного, то другого. Миккина рука уже давно переместилась на вздыбленную ширинку Галлагера, а Никки своей изящной ладошкой гладил голую кожу то в разрезе воротника, то забирался пальчиками между пуговиц,, касаясь кожи на груди или животе. Такси Йен вызывал, как только пошли первые титры, дрожащими пальцами набирая на экране Убер. И без того пухлые губы парней были ещё больше припухшими от часовых поцелуев в темноте зала и рыжий еле сдерживал возбуждённый рык. —Быстрее! — рявкнул альфа таксисту и тот нажал на гашетку, одновременно открывая оба окна на дверях: в салоне так одуряющие пахло переплетениями феромонов всех троих, что можно было одуреть и попасть в аварию. Они добрались до спальни на втором этаже, попутно раздевая друг друга. Шумные мокрые поцелуи, рычание и урчание перемешивались в спальне. Йен ощущал себя как во французской кондитерской, перекачивая лёгкими кубометры сдобы, корицы и клубничного джема. Парни же купались в приторных букетах пионов и нежности сирени во влажном свежем воздухе дикого сада. За двое суток "постельного режима" Йен был обласкан и облизан с ног до головы, но ему ни разу не позволили довести дело до конца. Бета и омега, как сговорившись (а на самом деле так и было) доводили альфу до оргазмов губами, языком, руками, но никто из них не позволил в себя войти. Пока Йен в очередной раз проваливался в сон, парни снимали свое напряжение, помогая друг другу, чтобы в очередной заход не сорваться и не поддаться мольбам альфы дать уже ему, наконец. Двое суток изматывания альфы дали свой результат. В понедельник утром Микки проснулся от того, что ему нестерпимо жарко. Альфа жался к его спине, утробно рыча и вгрызаясь в метку на шее. Йен был как огонь, горячий. — Ник. Проснись. По ходу получилось. — тихо пробубнил Микки, теребя блондина и пытаясь его разбудить. Ник не успел повернуться лицом к этим двум, как альфа резко подмял под себя бету, коленями растолкал его ноги и вжал в матрас. — Мик. Пожалуйста ..— хрипло простонал альфа. Микки закинул свои ноги на тело Йена и обхватил ими его крепко за спину. Йен ворвался в бету с первого раза и сразу на всю длину, отчего Микки закусил губу и зажмурился. — Прости, я... Не могу . Больше... А потом был Никки и снова Никки и потом опять Мик. Йен действительно был немного не в себе и сейчас от животного в нем было больше, чем от человека. К вечеру они повторили то двойное проникновение, но теперь уже без резинки. Йен лежал на спине, а Никки седлал его, мерно покачиваясь, пока Микки не пристроился сзади блондина и не обхватил его руками, крепко фиксируя. Бета подстроится под омегу, неспеша входя вторым номером и двигал бедрами без остановки до того момента, пока Ник не кончил дважды, а Йен и Микки одновременно и не выходя из омеги. Стоны и запахи феромонов были слышны даже на первом этаже, но на тот момент парням было глубоко плевать, кто что подумает. Когда узел Йена вновь увеличился, он сел и прижал к себе омегу, нежно покачивая у себя на бедрах. — Пожалуйста, Йен. Я хочу этого. — прошептал Ник и наклонил голову максимально в сторону, открывая бьющуюся под кожей жилку на месте будущей метки. — Никки, малыш .. — Давай, альфа. Все равно от природы не уйти. — тихо говорил Микки, притягивая рукой за шею голову альфы к нужному месту на шее омеги. — Давай Йен. Йен коснулся губами припухшего места на стыке шеи и плеча омеги и втянул ртом ароматную кожу. — Давай, альфа... Ну же... — шептал Мик. — Я хочу тебя, альфа. Хочу быть твоим. Люблю тебя. — этому невозможно было сопротивляться. Галлагер крепко обнял омегу и аккуратно прокусил тонкую кожу на шее Никки. Тот тихо простонал и вцепился в спину альфы, ожидая пронзительной боли. Но Йен сделал все настолько аккуратно и нежно, что меченный омега понял, что он меченый, когда через несколько минут их феромоны смешались воедино, образуя новый сладкий аромат. —Ну вот... Наконец-то, блять... — прошептал бета и обнял обоих своих истинных. Йен оторвался от свежей ранки и поцеловал Микки в губы, а тот слизывал новый запах с губ альфы. —Я люблю вас. — прошептал Йен и Ник вонзил свои белые крепкие зубки в метку Йена. В этот момент Йен закатил глаза и дёрнул бедрами. Его узел максимально увеличился и они с омегой одновременно кончили. Микки пообещал, что они справятся с гоном альфы за трое суток. Оказалось, при таком интенсиве можно справится и за двое. Правда ещё почти сутки ушли на сон. Никки с утра упорхал в свой салон, а Мик спустился вниз в прачечную. Когда он вернулся и зашёл в спальню с чашкой кофе, Йен уже не спал. Его взгляд блуждал, а мечтательная улыбка не сходила с лица. — Привет, пиончик. — Мик сел рядом на кровать и протянул альфе кружку с кофе. Йен сел и с благодарностью взял ее. — Привет, блинчик. — Как ты? Как себя чувствуешь? — Прекрасно. Скажи мне, коварный бета, это все было спланировано? — Ну, немножко. — Вы два засранца. — улыбался Йен. — Не бузи,и альфа. Ты же сам знаешь, что это все равно рано или поздно закончилось меткой. Зачем ждать и мучить всех вокруг, Королева драмы? — Я должен теперь повести вас к алтарю. — Не должен. — улыбнулся Микки. — Можно просто жить вместе. Кому нужна эта бумажка? — Мне! — О. Пиздец ты Галлагер. Домострой. — Йен отхлебнул кофе и все также улыбаясь, смотрел на Микки. — Пойдешь за меня? А, Милкович? — Пойду. И за тебя и с тобой и за тобой. Ток эт, думаю Никки надо нормальное предложение сделать. Ну, со всей хуйней. Кольца там, ресторан, встать на колено. Он омега же. Сам знаешь, они повернуты на этих всех традициях. — Тогда я кольцо куплю. Поедешь со мной? — Блять, сказал же. С тобой, за тобой, под тобой.... — Мммм, подо мной. Мне нравится! — Вставай, женишок. Карл заебался за нас пахать. Йен поставил чашку на тумбочку и дёрнул Микки за руку, опрокидывая его на кровать и наваливаясь сверху. — Я люблю тебя, Микки Милкович. — Йен потерся носом о кончик носа беты. — Мягкий ублюдок. — Мик впился в альфу губами. — Тоже люблю. — Шепнул он ему в губы.