Серцевина

Ожидаемо огромный концертный зал уже был наполнен восторженными воскликами и криками поклонников танцевальной группы, состоящей из трёх певиц. Сияющие огни прожекторов отлично освещали широкую площадку, огибая стройные фигуры исполнительниц, и резво плясали по всей сцене вслед за танцующими девушками. Мягкий занавес яркого света заведомо приятно и привычно окружал высокий образ лидера группы, Руми, с восторгом исполняющей очередную артистичную вставку танцевальной постановки. Практически полностью тёмный зал с отключенным освещением прямо перед глазами расстилался огромным пространством, которое озаряли едва ли не только горящие взгляды зрителей. Полные восхищением и фанатской любви подростки и даже взрослая часть публика окидывали взором сосредоточенные образы певиц. Блестящие на искусственном свету костюмы отливали ярким оттенком лимонного, переливаясь под взглядами окружения мелкими стразами и блёстками и отлично сочетаясь с макияжем под стать образу: характерные слегка узкие глаза огибали яркие цвета жёлтого и изящного белого, подчёркивая природную красоту девичьих глаз. Ровные стрелки заметно вытягивали лисий взгляд, цепляя к себе всё больше внимания трепетных фанатов. Громкая мелодия, пронзительная высота собственного голоса на припеве и зажигательные нотки электрогитары в музыке заставляли кожу юного тела Руми покрываться еле заметные мурашками. Яркие и цепляющие песни приятно давили на слух и уши, вызывая на лице девушки заведённую улыбку. Все эмоции так и рвались наружу, застывая счастьем в медовых глазах Руми и искренней улыбке. Порой оглядываясь в хореографической постановке, составленной Мирой, девушка замечала такие же наполненные весельем и азартом лица подруг и по совместительству коллег, от чего на душе становилось по-особенному прекрасно. В воздухе прямо рядом с Руми витал лёгкий запах лака для волос, которым волосы исполнительниц были щедро сбрызнуты в гримёрной. Резкий химический запах в обыденности, сейчас, в ярких лучах сцены казался не таким уж приторным, даже вызывая некоторое наслаждение внутри души девушки. Несмотря на пафосность выражения, но Руми наяву ощущала мягкие разряды тока на кончиках пальцев, прекрасно понимая нелепость этого. Однако гораздо более явно нежная кожа шеи ощущала стягивающую ткань водолазки, несмотря на свою мягкость и эластичность. Неприятное чувство вовсе не портило всё впечатление от происходящего. Юное сердце буквально летело и трепетало от лёгкости, не оставляющей на протяжении всего выступления. Мягкие ноты так и лились из недр связок, в самом деле покоряя души поклонников, в особенности цепляясь за них во время вставок с пронзительной высотой голоса. Голос — вот, что было действительно частью исполнительницы, помимо всех прочих важных качеств. Именно этот азарт и драйв перед ошеломляюще огромной аудиторией, необыкновенным количеством зрителей и поклонников был частью девчонок, их составляющей. Никто из группы уже не мог представить свою жизнь без сцены и песен, друг друга и своей рутины певиц. И вот, любимый момент лидера среди исполнительниц. Резво вырвавшись из круга подруг, Руми с восторгом ощутила твёрдость сцены под высокой подошвой белых ботинок и с прежним азартом шагнула вглубь, стоило только оглядеть сияющих зрителей. Мягкие звуки слов мелодично слетали с розовато-коралловых губ девушки, в разы усиливаясь мощными динамиками. Легко взмахивая ввысь ладонью, Руми с призраком надежды всматривалась в глубь иссиня-чёрного ночного неба, в мыслях мечтая остаться здесь навсегда, запечатлеть шикарную картинку перед глазами и запомнить эмоции на всю жизнь. Мечтая оставить все проблемы на этой сцене, стараясь не задумываться о том, что будет после. Разумеется, первое, что приходит в голову, это вновь укреплённый барьер от мерзких демонов и их не менее отвратительного предводителя, даже мысли о которых вызывали кривую гримасу милого лица, а также долгожданный отдых, горячая ванна в личном номере, вечер фильмов с подругами (не коллегами по цеху, а именно лучшими подругами, которые могли бы быть ближе семьи) и многочисленные вкусности. От одних размышлениях о предстоящем вечере губы Руми сводило в предвкушении. Однако не думать и о тёмной стороне свободной головы от пения исполнительница не могла. Со всей силой отгоняя от себя мрачные мысли, Руми с прежней решимостью оглядывает звёздное небо, которое сияло ещё сильнее на столь тёмном фоне бархатистого покрывала, и переводит взгляд медовых глаз на восхищающихся поклонников. С виду хрупкая девичья рука опускается навстречу пылающим любовью фанатам, мелодия стремительно подбирается к концептуальной вершине, что означает наибольшую выразительность голоса. Высота тона и глубокий тембр, приятно обволакивающие девичий слух, достигают своего пика, вызывая безумные овации аудитории. Не менее сильные и глубокие голоса Миры и Зои заставляют собственное тело покрываться мелкими мурашками от восхищения, Руми улыбается, крепко зажмуриваясь от эмоций, и между сиреневыми бровями залегает маленькая мимическая морщинка. Финальная песня завершается под бурные аплодисменты поклонников, заставляя воодушевлённых девушек с ответной симпатией вглядываться в ряды фанатов и расплываться в искренних усталых улыбках. Именно это дело позволяет девушкам сиять ярче прежнего, даря миру то, что было им настолько желанно или необходимо — любовь и защиту от мрачных дьявольских сил, надежду на будущий светлый день. *** Существование их самих и завораживающих хитов дарили светлую надежду на лучшее и незабываемое чувство счастья каждому присутствующему в концертном зале. И, подавно, также давали надежду крепким Зои и Мире, как охотницам на демонов, на то, что им удастся одержать победу над дьявольским предводителем и всеми созданиями тьмы, чьей милости ради девчонки периодически терпят нападки мелких демонических пешек с их диким желанием поглотить души всех людей, чтобы в конечном итоге суметь насытиться до отвала. До какого-то момента. Пожалуй, это мимолётное чувство паники и страха, на доли секунды захватывающие разум каждой охотницы во время неожиданного прибытия их менеджера, Руми не сможет забыть даже с большим желанием. И судорожные хлопки по лицу пудрой с надеждой прикрыть ссадины на щеках тоже. Однако, стоит признать, девушка заметила, что с чего-то вдруг последнее время кожный покров восстанавливался гораздо быстрее, нежели раньше, и на следующий день с утра от царапин не оставалось и следа. В отличии от девчонок, которые скрывали ранки ещё в течение нескольких дней, удивляясь потрясающим навыкам макияжа Руми, которой оставалось лишь неловко пожимать плечами и спешить перевести тему на какую-нибудь менее деликатную для неё самой. Легко догадаться, в чём же дело. Разумеется, она давно догадывалась, что вся суть проблемы в её сущности и генах, которые стремительно пускали гнилые корни в светлом разуме охотницы. Порой, конечно, Руми было приятно ощущать быстрое восстановление, меньшую усталость или большую силу по сравнению с подругами, которые оставались наделены лишь силами уничтожения тьмы и созидания (которые сами по себе обладали потрясающим эффектом света, однако вместе с дьявольскими способностями и «штучками» они создавали настоящую гремучую смесь, в которой компоненты иногда противоречили друг другу). Однако, не такой ценой, уж точно, считала девушка, в очередной раз с гневом рассматривая в душе перед сном, на её взгляд, уродливые метки дьявола. Лиловые полосы могли бы отлично сочетаться с сиреневым оттенком локонов, однако в нынешних реалиях это не казалось красивым вовсе. По крайней мере не ей и не сейчас. Руми нередко задумывалась насчёт того, что все демоны, намереваясь помешать им сеять добро и защищать простой народ от их нападок, использовали какие-то чары или свою возможность перекраивать внешность подчистую. Певица действительно часто думала о том, как прекрасно было бы если не избавиться от этого навсегда, то хотя бы замаскировать ненавистные знаки, пробивающиеся через любую косметику. Однако на это желание противовесом выступало то, что больше всего Руми не хотела бы касаться всего демонического, ведь, в противном случае, её действия будут говорить ей самой о прямой принадлежности к дьявольскому народу, что безумно хотелось смыть самой стойкой химией. Поэтому, даже несмотря на внутренние желания (которые, как порой думалось Руми, откликались демонической сущности), охотница продолжала скрывать знаки исключительно закрытой одеждой и не более. Опускаться до дьявольской конфигурации из-за собственных низменных желаний казаться обычным человеком, Руми для себя чётко решила, что не будет. Уж лучше она будет гореть внутри, чем примет демонические способности. Взаимосвязь её матери с отцом-демоном была самой настоящей оплошностью, которая вылилась в такую ошибку, как она — в плод их ошибки, а никакой не любви. *** Именно так, Руми считала, что отношения её мамы с демоном, о котором она не знала ровным счётом ничего, были ошибочными и случайными. Банальные гормоны или что там бывает у молодых людей, а трепетный секрет, скрытый от близких, не позволил увидеть всё со стороны более... Правильно? Усмехнувшись своей мысли, девушка приподнимает уголок губ в горькой усмешке, понимая, что сама ушла не очень далеко, пряча от самых дорогих людей проклятые метки. В очередной раз скрывая под толщей толстовок, водолазок и пиджаков дьявольские знаки, переданные по наследству как настоящее проклятье, и отчаянно избегая различных безрукавок и маек. Она даже спала в рубашке, зимой и летом застёгнутой на все пуговицы по самое горло. И даже сейчас, натянув халат толкьо на слой водолазки чисто на всякий случай, Руми тихонько следовала вслед за подругами, которые чрезвычайно громко обсуждали свои планы на вечерний марафон фильмов. Только не раскрыться, не дать им повод усомниться в ней. Скрыть дьявольскую натуру, которая словно спала в девушке. К счастью, как считала Руми, совершенно не считая должным проникаться демоническим привычкам и причудам, которые в противном случае полезли бы из всех щелей. Заранее, ещё до концерта девчонки предусмотрительно закупились различными снеками и напитками, чтобы не отвлекаться от любимого дивана во время блаженного отдыха. У каждой привычно ныли стопы, уставшие после нескольких часов безудержных танцев в ботинках на широких каблуках. Махровые халатики после обтягивающих костюмов казались сущим раем, который ласково окутывал женскую кожу со всех сторон. И только сейчас, почувствовав жуткую усталость, которая словно скала навалилась на нежные девичьи плечи в одно мгновение, Руми растерянно осела на край диванчика и отложила в сторону телефон в сияющем чехле. Казалось, всё это время девушка существовала лишь на запасных батарейках, а сейчас разрядились и они. Обычно, даже после концертов, она не выматывалась настолько, чтобы ноги переставали держать вовсе. Внезапно в горле появилось тянущее чувство сухости, и Руми тут же подхватила со столика бутылочку минералки, чтобы, не дай боже, не раскашляться прямо перед Зои и Мирой. Кажется, стало чуточку лучше, и такие же неприятные, как и приступ кашля, пятнышки в глазах исчезли, словно их и не было. Списав всё на неожиданно подскочившее давление, Руми мысленно махнула ладошкой и настроилась на неплохой отдых. Да, она была гораздо более уставшей, чем обычно, однако девушка не спешила грешить каждую секунду плохого самочувствия на ненавистные знаки. Всё же, организм в какой-то степени не предсказуем, особенно охотницы. Особенно охотницы, в которой течет дьявольская кровь. Чёрт, и снова она возвращается к ним. В животе ощутимо заурчало, нетерпеливо требуя у своей владелицы порцию пищи после выматывающего мероприятия. Слегка сощурившись, Руми глянула на девочек, увлеченно наблюдающих в экране телевизора за начавшимся кино, и мягко улыбнулась, взяв в руки коробку с любимой лапшой с её же изображением на упаковке, и отправилась к блоку кухни в их номере. Стараясь игнорировать так не кстати появившуюся головную боль, почти незначительно давящую на сиреневые виски, Руми залила сухую субстанцию кипятком и вернулась на диванчик к подругам. *** В конце концов, девушки разошлись по своим комнатам совсем под ночь, когда из окна уже глядела блестящая отражением солнечных лучей Луна. Как и всегда Руми отправилась в душ перед сном, несмотря на поздний час. Лиловые следы тянулись узорной и цепкой лозой от правой руки поперёк груди и лишь каплю затрагивая левое плечо и ключицу, собственные взгляды на которые ошпаривали похлеще всякого кипятка или кислоты. Особенно после душа перед сном, когда девичьему разочарованному и уже привыкшему взгляду представала уродливая на её взгляд картина — бледная нежная кожа, усыпанная яркими узорами, словно давними трещинами или шрамами. Вот и сейчас, наконец выдохнув после прошедшего концерта и окончательно утихомирив свой пыл и энтузиазм, Руми покинула приятное тепло ванны и ступила в мягких тапочках на светлую плитку ванной комнаты. Уже успев вытереть тело махровым полотенцем от лишней влаги, девушка случайно вглядывается в чистое зеркало. Гораздо более чистое, чем она сама, и в очередной раз видит привычную картину, не прельщающую взгляд. Несмотря на честные старания, которые быстро канули в лету, Руми словно приковала неизвестная сила, заставляя вновь и вновь всматриваться в свой недостаток, который лежал словно на ладони из-за полной наготы после водных процедур. Однако, даже учитывая неприязнь к знакам, девушка признавала, что в какой-то мере изящные разводы на коже не были похожи на обычные дьявольские метки, которые окутывали послушников Гви-Ма. Те совсем грубые, жёсткие и угловатые, как шипы тернового куста рассыпались по всему телу демонических отродьев, вызывая откровенное отвращение не меньше чем от взгляда на их истинные оболочки. Девичьи же метки вели себя несколько иначе, обвиваясь скорее как веточки виноградной лозы и утягиваясь поперёк мышц руки, на протяжении почти всей груди, задевая полуокружности, и ограничиваясь угловатыми концами около левого плеча. Слегка зажато выдохнув, Руми опустила взгляд вниз, а после слегка приподняла уголки губ и посмотрела в зеркало более решительно. Ещё немного и они исчезнут, словно и не существовали никогда на её коже. Учитывая их успех и стремительно растущие рейтинги, о которых с восхищением в глазах болтает Бобби, до Золотого Хонмуна осталось не так уж много, а шансы у них огромные. У охотниц на демонов как никогда огромная аудитория, тем более по всему континенту и даже миру. И Руми сделает всё, чтобы эти шансы не растерять. Улыбнувшись самой себе какой-то горькой улыбкой, девушка стремительно чистит зубы и старается лишний раз не бросать мимолётные взгляды в блестящую поверхность большого зеркала. Чтобы не заострять на недостатке внимание, которого и так слишком много для ненавистных лиловых полос. Игнорирование не спасёт, да и порой появлялось ощущение, словно под лозой знаков ощутимо вьются дьявольские змеи, готовящиеся в любой момент впрыснуть в уязвлённый организм смертельный яд, однако Руми так был хоть на капельку легче. И, раз хотя бы на каплю ей становилось лучше со всем этим удушающим враньём и ложью на плечах, пусть будет так и никак иначе. Ровно до того момента, как они не изгонят всех демонов из этого мира навсегда и заставят их тлеть в своей дьявольской обители. А после девочки всё узнают и не смогут не принять её, когда демоническое клеймо сотрётся с неё раз и навсегда. Руми искренне надеялась на это, стараясь не думать о других исходах, ведь без Зои и Миры певица просто не представляла свой привычный мир. И на сцене, и в родном доме. *** На следующее утро Руми проснулась словно с комом в груди, даже не в горле. Странная тяжесть осела на её плечи, а и без того ненавистные метки подозрительно вызывали ощущение, словно под толщей кожи размеренно ползёт дьявольский змей. Эта ночь прошла спокойно, девушка неплохо выспалась и, стоит признать, наконец восстановила истраченные силы после зажигательного концерта. Всё ещё стоя перед зеркалом в своей излюбленной пижаме с паровозиками и милейшими мишками, практически с таким же воодушевляющий видом, как они, Руми втянула воздух через нос и медленно выпустила его из лёгких. Взгляд исподлобья встретился со своим зеркальным отражением, в медовых глазах неудивительно мелькнули искорки. Набравшись духу от того, что страшно было услышать нечто иное в отличии от своих ожиданий, девушка негромко запела последнюю песню в их альбоме. Вчера после концерта Руми, к своему большому удивлению, обнаружила лёгкую хрипотцу в голосе, а также порой вырывающийся наружу кашель вместо нот или обычного говора при беседе. Тогда девушка тревожно дотронулась до грудной клетки, практически касаясь узоров через слой ткани, немедленно отгоняя от себя предательские мысли о самой себе. Золотой Хонмун — вот, что должно быть в мыслях в первую очередь. Скорее всего, банальное переутомление и чрезмерная нагрузка на связки, отличная от обычной. Да, именно так, решила Руми, погружаясь в долгожданный сон. Однако сейчас, привычно беря высокие ноты, девушка ощутимо чувствует тянущее чувство внутри, которое словно стягивает её возможность пения. Ещё даже не дойдя до самого пика своих возможностей, концептуальной кульминации всей песни, Руми растерянно выдыхает воздух вместо звука и ошеломлённо смотрит в своё отражение, которое глядит с такой же удивлённостью. — Голос... — с распахнувшимся взглядом пройдя по своему отражению и на миг остановившись на правой руке, пробормотала Руми и на эмоциях прикрыла губы ладонью. Этого не может быть — просто не может быть у охотницы! Если бы, будучи обычным человеком, певица могла списать сию ситуацию на банальное утомление, то охотница — нет. У волшебниц никогда не было проблем с голосом, он словно сама душа лился из недр связок, спасительным кругом окружая невинных. Руми не могла поступить так легкомысленно, списывая всё на человеческие недостатки организма — она не обычный человек. И не чистокровная охотница тоже, что било по чему-то живому внутри ещё сильнее, чем осознание неполноценности своей человеческой половины. Пару минут в помещении комнаты стояла угнетающая тишина, оглушающая похлеще, чем на самом их зажигательном концерте с бешеными поклонниками и их криками поддержки в перемешку с счастьем. Точно, поклонники. Люди, именно люди — их главная гирька, заставляющая раз за разом избавляться от диких демонов, всегда готовых сожрать с потрохами их души. Руми просто должна восстановиться ради них и никак иначе. И с этим помогут подруги, она уверена. Те хоть и не знают всей ситуации и проблемы, точно смогут что-нибудь придумать. *** Зои, все уши прожужжавшая о необыкновенном элексире-тонике от известного целителя-травника, с огромным энтузиазмом тянула обоих подруг в какую-то глушь городка. Вновь завернув в неизвестную подворотню, Руми заинтересованно глянула на вывеску небольшой лавки, которая была ярче всех на этой улице. Тем временем на и без того хмуром лице Миры, время от времени натягивающей на лицо потуже тёмные очки, расцвела скептическая ухмылка. — Сила земли и травы? Потрясающе, — буркнула девушка с алыми волосами, оглядывая вывеску полностью. Её пронзительный взгляд тут же метнулся к брюнетке, весело шагающей в широкой шляпе от неё не так далеко. — напомни, что мы тут забыли, Зои. — Я говорила, Чхве-сан — потрясающий врач! Он мигом излечит твой голос, Руми, я уверена, — воодушевлённо чуть ли не пропела Зои со всем своим оптимизмом и потянула дверь на себя, подтягивая подруг за собой. — у него хорошие отзывы, я проверяла. Снисходительно закатив глаза так, чтобы подруга не заметила, Мира перевела взгляд на тревожную Руми, которая в последнее время молчала больше, чем обычно. Девушки шли некоторое время молча, не противясь тому, чтобы сияющая Зои отыскала нужного врача, и просто следовали за ней. Внезапно Руми ощутила, как немного ниже груди словно жидкое горячее стекло растеклась ноющая боль. Даже не боль — скорее ощущение, которое похожего на то, которое приходит в полдень, если не позавтракаешь утром. На секунду девушка застыла, прислушиваясь к своим чувствам. Голод? Очень подозрительно и неприятно, ведь девушка неплохо поела с утра. Однако вскоре это прекратилось, на радость Руми, которая относилась к подобному с большим подозрением. В какой-то момент Мира не выдержала давящую тишину и, уже долгое время незаметно оглядывая задумчивое выражение лица сиреневолосой, начала разговор: — Эм, Рум, с тобой всё в порядке? — слегка касаясь локтя подруги, протянула Мира и выжидательно сложила руки на груди. Она сделала наиболее волнительное выражение лица, на которое только была способна, лишь бы не оттолкнуть и без того тревожную подругу. Руми, до этого мирно витающая в своих мыслях, слегка оттянула капюшон назад — в конце концов в пустой клинике было тепло, да и явных поклонников не наблюдалось. — Я... Волнуюсь, — честно ответила девушка, отводя глаза как можно дальше, чтобы Мира не стала в них искать ответы на свои вопросы. Что-что, а вот читать людей она умела умело. С пустым взглядом в светлую плитку, Руми негромко проговорила. — это всё так не вовремя. — Мы вернём твой голос. Если это из-за этой чёртовой микстуры, то тебе не следует так грузиться, — с лёгкой улыбкой проговорила Мира, поддерживающе уложив свою ладонь на плечо девушки, укрытое чёрной косухой. — в любом случае, даже если она не поможет, мы найдем способ помочь тебе. Это всего лишь связки. В какой-то мере Руми стало несколько легче от слов подруги, которая не была полностью в курсе событий. Та старалась поддержать так, как может, со всей своей заботой и любовью. Это было приятно. Однако полуулыбка на лице Руми пробивалась вместе с еле заметной горечью, которая была тесно связана с мыслью, что это не просто связки. От чего-то девушка была уверена, что дело не в её усталости или банальных связках — всё гораздо глубже, и это «всё» кроется в нечистой крови. Однако не чувствовать явную поддержку от девочек Руми не могла, поэтому всё-таки выразила своё согласие с предположением Миры, чтобы не тревожить подруг. Наглая ложь самой себе — ею руководило простое нежелание вновь стать непринятой билось ключом из-под незажившей раны, однако Руми не станет это признавать. — Да, точно, ты права, — слегка кивнув, проговорила Руми и подскочила на месте, когда Зои радостно позвала их из конца коридора к себе. Девушка вновь улыбнулась Мире и двинулась вперёд под внимательный взгляд, уткнувшийся ей прямо в затылок, словно обладатель глаз желал прочитать терзающие подругу мысли. Мира определённо не хотела верить в свои подозрения, однако интуиция всё твердила, что что-то девушка скрывает. В последний момент отмахнувшись от этих размышлений, высокая певица двинулась с места быстрым шагом навстречу Зои. *** — Мне кажется, это всё шарлатанство, — тихонько пробормотала Руми, оглядывая в своих руках огромную коробку с пачками микстур, на которых едва заметно отклеивались рекламная плёнка с тем самым мужчиной. В тот же миг наткнувшись на взгляд Зои, девушка поспешила неловко улыбнуться и вернуть одну из пачек на родное место. Нельзя было не заметить саркастическую ухмылку Миры, которую не заметил бы лишь слепой. Именно слепыми девочки и притворялись, стараясь искренне верить в чудотворность «элексира». Даже Руми, минуту назад усомнившаяся в силе напитка. Внезапно, когда девушки только решили двинуться подальше от практически центра, где фанатов можно было найти море, за углом неподалёку послышались весёлые мужские голоса, порой смеющиеся. Размеренные шаги всё приближались к краю угла, находясь в опасной близости от солисток HANTRIX, среди которых тщательно скрыла внешность лишь Руми, ранее натянувшая до самых бровей мягкий капюшон. Однако и сейчас он был не на ней. Остальные, решившие не вариться под летнем солнцем в толстовках, мигом спрятались за стройной спиной подруги и коробкой, которая, казалось, спрячет их всех. — Фанаты! — Веди себя естественно, всё окей, — жизнеутверждающе воскликнула Мира, скрываясь за спиной девушки, которая словно хотела втянуть голову в туловище, как это бывает в забавных мультиках для детей. В последний момент высокая девушка подскочила и накинула на её лиловую макушку яркий розовый капюшон, ведь его владелица при всём желании не смогла бы дотянуться до него с коробкой. И вот, девушка только сосредоточилась, готовясь в удобный момент улизнуть вместе с подругами за угол неподалёку, как только поклонники явят себя, как вдруг оттуда же появляется чуть ли не сияющий в воздухе блеск и компания симпатичных парней, вовсе не юных девушек, которые в большей части составляли их фанбазу. Хотя, мужские голоса они услышали давно, нечему тут было удивляться. За спиной Руми послышались чуть ли не таящие звуки и внезапный вздох от девочек. Девушка на секунду обернулась на них, состроила скептическое выражение лица и повернулась обратно. — Девочки, держите меня, — едва ли не откинув челюсть, Зои выглянула из-за плеча Руми, тут же словно плавясь не хуже свежего пломбира на палящем солнце.