Кошачьи игры

Нова – 7-й месяц беременности. Оникс – в В Гнезде стояла непривычная тишина. Большинство Других разъехались по заданиям, и только Нова оставалась в своей комнате, разбирая старые книги. Её живот уже был округлым, движения – осторожными, но в глазах по-прежнему горел огонь. Оникс не появлялся три дня. Она знала, что это значит. Анимаморфы редко подчинялись своим звериным инстинктам, но когда наступала течка… Дверь в её комнату распахнулась без предупреждения. Оникс стоял на пороге, его зрачки сузились в тонкие полоски, а дыхание было учащённым. Он не выглядел как всегда – уверенным, насмешливым. Нет. Сейчас он был голоден. — *Ты…* — Нова не успела договорить. Он шагнул вперёд, и в следующее мгновение его руки уже сжимали её бёдра, прижимая к стене. — Ты пахнешь ещё слаще, — прошипел он, касаясь носом её шеи. — И знаешь это. Нова закусила губу. Она чувствовала его – твёрдого, горячего, неконтролируемого. — *Оникс, я…* — Ты можешь сказать "нет", — он отстранился на секунду, и в его глазах мелькнула последняя искра разума. — Но если не скажешь… Она не сказала. Он был грубым. Но не с ней. Его зубы впивались в подушку, когда он сдерживался, чтобы не оставить следов на её коже. Его руки сжимали простыни, а не её тело. Но Нова хотела большего. — *Перестань себя контролировать,* — прошептала она, обхватывая его бёдрами. Оникс сорвался. Его движения стали резче, глубже, и она чувствовала, как его хвост бешено бьётся по её ноге. — Ты… моя… — он рычал, цепляясь за последние остатки сознания. Нова не боялась. Она приняла его – всего, дикого, После Оникс лежал на спине, его грудь вздымалась, а глаза постепенно возвращали привычную осознанность. Нова прижалась к его боку, усталая, но довольная. — *Ну что, кот, успокоился?* — она усмехнулась. Он повернулся к ней, и в его взгляде снова появилась знакомая дерзость. — На пару часов. Нова закатила глаза, но улыбка не сходила с её лица.