Неприкосновенный

После того разговора в коридоре Лололошка чувствовал себя, как загнанный зверь. Деньги лежали на его счету тяжелым, но бесполезным грузом, ведь они не принесли ему главного — покоя от Джона. Альфа вел свою игру, и Лололошка внезапно понял, что он в ней невольная фигура. Фальшивая улыбка стала еще крепче приклеенной к лицу, скрывая внутреннее смятение. Джон же, напротив, был в приподнятом настроении. Отказ Лололошки и его попытка "купить" Джона только разожгли в нем охотничий азарт. Это было что-то новое, нечто, что нельзя было просто получить, выписав чек. Это была битва воль, и Джон, привыкший всегда побеждать, был уверен в своем триумфе. Следующие дни Джон появлялся везде, где мог бы быть Лололошка. Он не делал никаких прямых предложений, но его присутствие было постоянным. Джон мог просто сидеть в кафетерии за соседним столом, читать газету, пока Лололошка обедал. Или стоять у входа в аудиторию, облокотившись на стену, и просто наблюдать, как Лололошка выходит из класса. От этого внимания Лололошке хотелось сбежать и спрятаться. Однажды, когда Лололошка сидел на скамейке в парке на территории кампуса, пытаясь насладиться редким моментом тишины, Джон появился рядом. Он сел на соседнюю скамейку, оставляя достаточно места между ними, но его присутствие было ощутимым. Он не говорил, просто смотрел на небо, словно случайно оказавшись здесь. Лололошка терпел минуту, две, а затем не выдержал. — Чего тебе нужно? — выдохнул он, не глядя на Джона. Джон повернул голову, его губы изогнулись в легкой улыбке. — Всего лишь твое общество, Ло. Но ты, кажется, слишком дорожишь своим молчанием. Лололошка вдруг вспомнил свою идею, возникшую в голове еще после разговора о 50 000. В глубине души это была отчаянная попытка хоть как-то контролировать ситуацию. — Я могу продать тебе его, — резко сказал Лололошка. Джон приподнял бровь, заинтересованный. — Интересно. Расскажи. Лололошка повернулся к нему, его синие глаза сверкнули, но на лице сохранялась привычная маска безразличия. — Информацию. Обо мне. Неважная информация – сто долларов. Джон кивнул, внимательно слушая. — Что именно ты подразумеваешь под "неважной"? — Ну… — Лололошка задумался. — Разговоры о погоде. Что я думаю о новой лекции. Как прошел день, если он был максимально скучным. Что-то такое. Сто долларов за вопрос. Джон задумчиво постучал пальцами по колену. — Заманчиво. А дальше? Лололошка продолжил, чуть быстрее: — Что-то личное, но не очень важное – триста долларов. Что я ел сегодня на завтрак. Когда последний раз чистил зубы. Какие-то мелочи из рутины. Джон кивнул, уже предвкушая. — А что, если я захочу узнать о твоих интересах? Что ты любишь? Какая у тебя любимая музыка? Цвет? — Восемьсот долларов, — тут же ответил Лололошка. — За каждую такую деталь. Лицо Джона стало еще более серьезным, но глаза горели азартом. Он чувствовал, что приближается к чему-то по-настоящему важному. — А что самое дорогое? Лололошка сделал глубокий вдох, его голос стал чуть тише. — Вечная жизнь. Это десять тысяч долларов. За информацию о моих родителях. Или о том, как я живу на самом деле. И... Он замялся. Джон наклонился ближе. — И? — И мои травмы, — прошептал Лололошка. — Сто миллионов долларов. Это… про то, что я скрываю под рукавами. Наступила тишина. Джон смотрел на Лололошку, и впервые в его глазах читалось не только желание получить, но и легкое потрясение. Сто миллионов долларов. Это была не просто цена, это был крик о помощи, зашифрованный в астрономической сумме. И это было подтверждением, что Лололошка действительно что-то скрывает, что-то очень болезненное. — Хорошо, Ло, — наконец произнес Джон, его голос был необычно мягким. — Я принимаю твои условия. Начнем с простого. Сегодня прекрасная погода, не так ли? На твой взгляд. Лололошка был удивлен. Он ожидал, что Джон сразу бросится на самые дорогие вопросы, но Альфа выбрал самое дешевое. — Да, прекрасная, — ответил он, чувствуя себя странно. И вдруг осознал, что только что продал слово за сто долларов. Джон достал телефон и перевел деньги на счет Лололошки. — Это был легкий заработок, — улыбнулся Джон. — Но мне кажется, Ло, что это будет самая дорогая игра в моей жизни. И я готов за нее платить. Лололошка лишь покачал головой, не зная, что и думать. Он думал, что получит рычаг, но, кажется, Джон просто обменял этот рычаг на кошелек. Продолжение следует...