Кариорексис

Обычно по субботам аврор Поттер разбирал бумаги и заполнял отчеты, которые критично не успевал написать в рабочее время. Обычно он спал чуть больше шести часов, бегал, старался не получить по морде на импровизированных спаррингах — иногда получал — и работал. Если оставалось время, он смотрел Нетфликс или читал магловские детективы. Обычно. Но произошел сдвиг тектонических плит, и вот он аппарировал к останкам Кариорексиса. Пролез под заградительными лентами, задел рукой стену — ладонь в саже, — и прошел внутрь. Драко Малфой стоял посреди углей первого уровня с задранной головой. Рядом с ним — какое-то потасканное кресло неуместно ярким зеленым пятном. Продавленное и чуть покосившееся. — Интересное интерьерное решение, — кивнул Гарри, разглядывая композицию из Малфоя и кресла. — Из твоей комиссионки? — Ага. Это не мне, а тебе, — пробормотал тот, продолжая с крайне сосредоточенным видом разглядывать обломки и останки. — Мне? Покосившееся старое кресло явно не выглядело как… Подарок. Оскорбление? Малфоевское классическое безумие? Драко тяжко вздохнул. Сверкнул невозможным взглядом. — Я прочитал все политики и правила Министерства. Ты не ведешь никакое расследование, связанное со мной, поэтому лимит двух галлеонов не актуален. Однако ты все еще являешься должностным лицом, поэтому я не могу купить тебе ничего дороже десяти, — обстоятельно пояснил Малфой. И улыбнулся насмешливо, глумливо. — То есть ты вдруг стал законопослушным? — Поттер, — произнес Драко, состроив крайне оскорбленное выражение лица. — Я законопослушен везде, где это имеет смысл. Лимит в десять галлеонов мне на руку, мне нужны деньги на реставрацию, а не на подкаты. — А зачем мне кресло? — У тебя не квартира, а морг, — отозвался Драко живо. — Я планирую там бывать. Или мне опять надо доставать пистолет, чтобы ты достал… — Нет, спасибо, — прервал Гарри. Он был абсолютно точно уверен, что это изумрудное косое уебище не появится у него в квартире. *** — Ты… — Поттер даже запнулся, разглядывая приваленную к стене конструкцию. — Притащил ко мне домой лодку? — Гондолу, — отозвался Малфой откуда-то из глубины квартиры. — Пришлось пробить ей бок, чтобы снизить стоимость. Чтобы ее не сочли подкупом должностного лица. — Мне не нужна лодка! Очевидно, Драко Малфою было кристально поебать, что там Гарри было нужно. Все началось с того злополучного косого кресла на могиле Кариорексиса. Кресло перекочевало в пустую поттеровскую гостиную, обзавелось странной декоративной подушкой, линяющим ворсистым пледом — мелкие нитки по всей квартире! — а затем превратилось в склад малфоевских вещей. Поттер на тот момент не возражал, так как чем больше вещей было в кресле, тем меньше на самом Драко, а раздетым он обычно чуть меньше выебывался. Или Гарри меньше обращал внимания на слова. — Ты же мечтаешь ебнуться и стать рыбаком на необитаемом острове! Аврор Поттер, который стараниями Драко последний год чуть меньше работал, сильно больше спал и более или менее регулярно питался, успел обзавестись и более приземленными желаниями, но Малфой все никак не мог ему забыть давний монолог с «клац-клац». Кажется, Поттер тогда уговаривал его не стрелять в кого-то… Или не сжигать Лондон. Что-то в таком духе. — Как мне в этом поможет лодка у стены? — С чего ты взял, что я пытаюсь тебе помочь, — раздался вкрадчивый малфоевский голос прямо за его спиной. Поттер даже не различил шаги, рассматривая дурацкую деревянную конструкцию, внутри которой сиротливо висел один крючок. — Когда ты не пытаешься — ты стреляешь мне в колено, например. — Пиздец злопамятный, — выдохнул Малфой ему куда-то в шею, обнял со спины, облапывая пресс. — Ты пахнешь кровищей и моргом. — При мне одному придурку раздробило черепушку, может, не все ошметки мозгов смыл, — поделился Гарри. Перехватил татуированные пальцы на своем животе. Сжал зачем-то. — Только не говори, что тебя возбуждает запах крови или морга. — Хуй знает, — через паузу произнес Драко серьезно. — У меня всегда встает, когда вижу твою мрачную рожу. И эти руки твои. И задницу в джинсах. И без джинс. И… — Раздевайся, — отчеканил Поттер, на которого малфоевская болтовня действовала вполне определенным образом. Драко же мог с равной долей вероятности опуститься перед ним на колени или попытаться снова прострелить колено. Гарри так и не научился предугадывать его реакции, избавляться от тонн хлама в своей квартире и… Да не особо и хотелось. Аврор Поттер никогда бы не произнес это вслух, но если бы Драко — со своим креслом и неуемной бесовской энергией — не ворвался в его жизнь, то… То Гарри сам бы ввалился в ту колыбель хаоса в Шордиче, что Малфой звал домом. Возможно, пришлось бы повоевать, но в этом он был хорош… Драко не успел определиться, сосать или стрелять, потому что внезапно раздался стук в дверь. Гарри даже стало несколько неловко от того, насколько остро ощутилось разочарование от того, что Малфой отступил, а татуированные пальцы исчезли с его живота. Спине стало холодно и неуютно. Пиздец, как он так вляпался. Так, что Драко Малфой по-хозяйски открывал кому-то дверь его квартиры, а у него в груди от этого пропускало удар тупое, неловкое, смущенное сердце. — Аврор Брумхарт, — произнес Малфой, повернулся к Гарри и изобразил лицом нечто среднее между угрозой, предупреждением и обещанием самой кровавой расправы. — Поттер занят и не выйдет на работу, даже если все ваше ебаное Министерство захватили ебаные инферналы. — О, нет, я по личному делу, — выдал уже-не-стажер бодро. Лицо крайне довольное, аж лучится какой-то странной гордостью. — Хотел вас поздравить. — Нас? Брумхарт протягивал почему-то Малфою какую-то внушительную прямоугольную коробку, обернутую хрусткой подарочной бумагой. Сбоку серебрился кривоватый декоративный бант. — Поттер, у тебя же летом день рождения? — несколько неуверенно уточнил Драко. — Точно, летом, тебя утром чуть не задрал нунду, а вечером мы пили твой мерзкий Гиннесс в Дублине. — Ты прекрасно помнишь, когда у меня день рождения. — На малфоевские перфомансы он вестись давно уже перестал. — И тебе понравился Гиннесс, ты его на открытии Кариорексиса 2.0 наливал вместо игристого. Брумхарт, какой повод? Аврор Брумхарт продемонстрировал явное отчаянное страдание. Замялся, затоптался, все еще неловко протягивая коробку. — Мы… Вы… Сэр, в первый раз вы посетили Кариорексис ровно год назад. Думал, вы сейчас празднуете… Поттер поймал малфоевский взгляд, искрящийся неподдельным, неукротимым весельем. Демоническая улыбка. — Малфой. — Это так мило, Брумхарт, — пропел Драко сладко-сладко. — А что там? — Парные пижамы, — отрапортовал Брумхарт, явно воодушевленной реакцией. Наивный. — Спасибо, — буркнул Гарри и быстро захлопнул дверь, прежде чем Драко Малфой разразился инфернальным злобным хохотом, который наверняка нанес бы молодому аврору непоправимую ментальную травму. — Сука, Поттер, — Драко аж задыхался, смаргивая проступившие слезы. — В какой ебаной вселенной мы похожи на людей, которые носят парные пижамы? Если они именные и в клетку, я сдохну. — В той самой, где мы отмечаем все эти даты, — кивнул Гарри, тоже посмеиваясь. — А мы не отмечаем? — прищурился Малфой. — Нет? — Тогда половина ассортимента сувенирного магазина на твоем столе — не подарок. Шарф с Биг Беном заберу себе. А проебешь зажигалку — сам новую купишь. — Тогда оригинальные пластинки всех этих твоих британских рок-групп — тоже. Я купил их, чтобы кидаться в стену. — Всегда знал, что из нас двоих по-настоящему двинутый — ты, — торжественно объявил Драко Малфой, улыбаясь так довольно и искренне. — Разумеется. Пижамы, приземлившиеся на изумрудное косое кресло-уебище, оказались именными и в клетку.