Семья Стилински-Хейл

Сегодня день рождения Элая, и Стайлз отдыхает на выходных вместе с Дереком. Никаких дежурств — только время с семьёй. Для Стайлза это именно то, чего он всегда с нетерпением ждёт вне работы. Теперь, когда он познакомился со многими друзьями Элая, он решил пригласить их на вечеринку — там собралось около дюжины «подростков» 12–13 лет. В этом году тема была выбрана проще — вместо костюмов персонажей или мультфильмов Эли решил остановиться на цветовой гамме. Выбранный цвет — красный. Не потому что он стал слишком взрослым для других тем, просто не мог определиться, а Питер предложил сделать всё в стиле минимализма. Дерек целые выходные провёл, закупая фрукты, еду и напитки именно в красной цветовой гамме. К большому неудовольствию Стайлза, как только Питеру рассказали про цвет, тот начал закидывать ему по электронной почте фотографии Красной Шапочки — Дерек находил это забавным. Эли, как всегда, использовал свой щенячий взгляд (Стайлзу надо сказать Айзеку, чтобы перестал учить сына манипуляциям), чтобы уговорить отца достать из глубины шкафа его скандально известную красную толстовку с капюшоном, которая лежала в коробке и ждала своего часа. Стайлзу совсем не хотелось устраивать вечеринку для подростков, когда ему самому хотелось лишь прилечь и отдохнуть, но ради сына он был готов вытерпеть дюжину шуток про Красную Шапочку — он знал, что волки, которые придут на праздник, обязательно не упустят возможности подколоть его. Сейчас Эли и Тала помогают накрывать на стол — закуски и маленькие красные клубничные снеки для детей. Мур и Джейкобс решили присоединиться к Стайлзу и его семье, поэтому сидели на диване и болтали с Ноем о разных событиях. А Дерек, Питер, Кора и Айзек собирались на кухне, потягивая напитки с аконитом. Стайлз только надеялся, что волки не будут слишком пьяны — всё-таки детская вечеринка. Джексон хотел прийти, но, к сожалению, задержался на недельном судебном процессе в Неваде. Он обещал заглянуть через пару дней, чтобы вручить Эли подарок. — «Видеть тебя в этой толстовке пробуждает воспоминания, не так ли, дорогой племянник?» — улыбаясь, заметил Дерек. — «Согласен, — ответил Питер. — Я уже много лет не видел Стайлза в этой красной толстовке». — «Он бы отлично смотрелся на Марди Гра, учитывая, как ему идёт красный», — засвистела Кора и разразилась смехом. Вечеринка шла прекрасно, и Дерек молился, чтобы так продолжалось. Его сестра рассказывала о своей недавней короткой поездке в Новый Орлеан во время праздника, а он, Питер и Айзек слушали, добавляя комментарии и улыбаясь. Эли весело проводил время с друзьями, среди которых, что неудивительно, были и дети со сверхъестественными способностями, но большинство — обычные люди. Поэтому Дерек проследил, чтобы ни один из взрослых волков не сказал ничего лишнего — он не хотел рисковать, привлекая внимание охотников или создавая ситуацию, похожую на ту, что была с Арджентами рядом с его территорией. Конечно, соседняя стая, живущая за пределами города (который считался нейтральной территорией, поскольку никто из сверхъестественных не хотел, чтобы другая волчья стая им владела), не желала, чтобы охотники находились поблизости. Но у них не было выбора — город им не принадлежал, и другим существам не нужно было беспокоиться о том, что охотники их найдут. Такое количество детей в доме Эли — ежегодное явление, и Дерек не видел в этом ничего плохого, ведь вечеринки проходят уже больше десяти лет. Но его по-прежнему раздражало, что в одном месте собираются люди, совершенно не знакомые с сверхъестественным миром и не подозревающие, что происходит по ночам. Эли стал гораздо лучше контролировать свою смену, даже лучше, чем Дерек мог надеяться в его возрасте, поэтому он не боялся, что всё это волнение приведёт к неприятностям. И всё шло идеально: взрослые волки вели себя тихо, магия Стайлза не выходила из-под контроля, а дети — сверхъестественные и обычные — вели себя спокойно. Но это же Дерек и Стайлз — у них всегда что-то идёт не по плану. Поэтому, когда принесли торт и все собрались за столом петь «С днём рождения», взрослые почти забыли, что всё прошло гладко. Особенно когда Стайлз стоял справа от Эли, готовясь к тому, чтобы тот задул свечи. Стайлз, как всегда, обращал внимание на всё сразу — побочный эффект его магии и СДВГ. Когда Эли задул свечи, пламя вдруг стало ярче, словно разгорелось сильнее. Стайлз мгновенно погасил пламя своей магией. Он посмотрел на взрослых с противоположной стороны стола. Его отец, казалось, ничего не заметил, как и Кора, Айзек и его коллеги. Но Дерек и Питер, будучи опытными волками, обменялись вопросительными взглядами, заметив его внимание. Два Хейла заметили странное мерцание свечей и, не зная об этом, увидели, как глаза Эли светятся — не желтым волчьим, а глубоким золотистым оттенком, похожим на янтарь глаз Стайлза, который оживает, когда тот использует магию. *** Все трое дождались, пока дети разойдутся по домам (кроме Талы, которая осталась ночевать — её родители были в Греции на семейном сборе). Только тогда Стайлз усадил Эли. Ной, который помогал убирать бардак, устроенный детьми, переглянулся с сыном, будто спрашивая: не случилось ли что-то плохое. Стайлз покачал головой, улыбнулся и показал два больших пальца вверх. Кора и Айзек помогали Ною, Питер стоял слева от Стайлза, а Дерек — справа. Тала принимала душ после вечеринки, и, к счастью, была занята, так что им не пришлось испытывать неловкость от присутствия зрителей. — Папа... Папа... Дядя Пит... — взгляд Эли метался между тремя мужчинами. В воздухе ощущались разные настроения: беспокойство и сожаление от Стайлза, интрига и тревога от Питера, а также замешательство с легкой долей веселья у Дерека. Всё это никак не помогало молодому щенку успокоиться. — Ты не в беде, Эли, — первым заговорил Питер. Он знал, что если бы начали говорить Дерек или Стайлз, ребёнок расстроился бы ещё больше. Эли очень ценит своих отцов и не любит их огорчать. — Мы просто хотим задать тебе пару вопросов. — Питер прав. Эли, ты понимаешь, почему мы с тобой хотим поговорить? — спросил Стайлз. Эли покачал головой, и Стайлз легко вздохнул: — Я так и думал. — Мы не уверены, что ты заметил, но есть подозрение, что ты чуть не поджег торт. Эли посмотрел на отца с недоумением: — Как я мог это сделать? Я же не дракон. Стайлз улыбнулся, ценя логику сына, но при этом удивился — неужели он действительно забыл о магии Стайлза? — Элай... — Стайлз посмотрел на него, и в глазах ребёнка мелькнуло непонимание. — Но я думал, что я оборотень? Он смотрел на троих взрослых с удивлением. Если он рожден волком, откуда у него магия? Это же невозможно, правда? — Думаю, это как-то связано с вашими врожденными особенностями, — вмешался Питер, словно читая мысли остальных. — Нужно объяснить тебе, чтобы не оставалось вопросов. — Эли родился с мыслью, что он смесь нас всех. Было бы логично, если бы у него проявились способности Стайлза, как и у меня, — добавил Дерек, задумчиво помолчав. — Похоже, он действительно сын Стайлза, если уже чуть не поджег торт. Он пробормотал это себе под нос, но все услышали. — Но я этого не делал! — воскликнул Эли. — Что это значит?! — одновременно спросили Эли и Стайлз, обменявшись упрёками взглядами, на что Питер только рассмеялся. Как отец, так и сын. — В любом случае, Эли, — сказал Стайлз с вздохом, — похоже, мне придётся начинать учить тебя магии. Похоже, я буду дарить тебе другой подарок на день рождения. С этими словами он направился в свой кабинет. — Мы не знали, как именно проявится твоя магия, — тихо сказал Дерек, глядя вслед мужу. — Поэтому Стайлз подготовил всё заранее, на случай, если ты действительно маг. — Мы думали, что способности проявятся позже, как у Стайлза, — добавил он. — Но логично, что это может случиться раньше. Стайлз вернулся, держа в руках прямоугольник, завернутый в подарочную бумагу. — Вот, с днём рождения, сынок, — сказал он и протянул подарок. Эли взял довольно толстую книгу — несложно было догадаться, что это именно книга. Пока он разворачивал подарок, взрослые, включая Талу, остались в гостиной. Тала, заметив напряжённость в комнате, отвлеклась и позвонила родителям, чтобы проверить, как у них дела. Когда книга раскрылась, все почувствовали исходящее от Эли счастье. Мужчины Стилински сосредоточились на широкой улыбке, расплывшейся на лице мальчика. Книга была формата А4, с кожаным переплётом и несколькими гравюрами на обложке. Почерком Стайлза на ней было написано: «Руководство по магии Стилински». Книга выглядела совершенно новой, но по запаху пыли было понятно, что она долго лежала на складе. — Папа? Это ты сделал? — спросил Эли, хотя и знал ответ, просто хотел услышать его. — Конечно, щенок, — улыбнулся Стайлз. — Я написал эту книгу с основами магии и заклинаниями на всякий случай. Чтобы она тебе пригодилась, если магия в тебе разовьётся. Эли растерялся и не нашёл слов, а Ной не удержался: — Стайлз, когда ты написал эту книгу? — Э-э... — Стайлз задумался, потом щёлкнул пальцами. — После того, как мы узнали результаты ДНК. Я решил, что если он действительно наполовину Стилински, то ему достанутся и мои вещи. Он и так был гиперактивным сорванцом. Взрослые рассмеялись, вспоминая, каким нежным иногда был именинник в детстве. — Это было давно, — добавил Айзек и повернулся к Эли: — Но теперь ты можешь учиться защитным заклинаниям и даже весёлым мелочам. — Айзек, не подбрасывай ему идей! — перебил Дерек. — У него уже есть гены, провоцирующие Стайлза, и нам точно не нужны магические шалости. Все в комнате знали, что если Эли начнёт использовать магию, он превратится в мини-Стайлза — и это страшнее, чем ещё один Дерек. *** Само собой разумеется, после всего этого фиаско Стайлз взялся учить Элая контролировать свои силы по выходным. Тала помогала с водной магией, но в остальном пообещала никому не раскрывать секрет новообретённой магии Элая. Оборотень, способный управлять столь мощной магией, был явлением неслыханным и, вероятно, стал бы приоритетной целью для охотников с чёрного рынка. Конечно, Питер мог творить базовые заклинания, как и некоторые другие рождённые существа — укушенные оборотни обычно слишком человечны, чтобы обладать какими-то особыми способностями, и лишь в редких случаях рождённые исполняют полужёсткие заклинания. Но по мере практики Стайлз всё больше понимал: Элай тоже может соединяться со стихиями и лесом вокруг, точно так же, как он сам, и даже лучше любого друида-стажёра, которого они знали. Похоже, боги действительно были на их стороне и поистине благословили их Элаем. Стайлз не мог быть ни более гордым, ни более счастливым.