Четыре месяца

В это главе я покажу вторую концовку интимной сцены, так как не могла определиться с выбором. Эта концовка более подробная и откровенная, но я все-таки решила не вдаваться в подробности. Действия начинаются, когда они уже пришли домой. *** Хината молчал. Он просто стоял и наблюдал. Его взгляд был внимательный и теплый, но от него становилось жарко в ушах. Кенма чувствовал его взгляд. Он покраснел – не от алкоголя, и не от того, что было неловко, а просто из-за того, что было непривычно ощущать себя в центре этого взгляда. Он все прошел в гостиную, чувствуя спиной, что за ним наблюдают, и, не поворачиваясь, спросил: –Чего ты уставился? – голос был тихим и твердым, но в какой-то момент дрогнул. –Ничего, – так же тихо ответил Хината и быстро выдохнул. – Просто запоминаю. А то мало ли. Оба замолчали, а напряжение между ними снова вернулось. Теперь оно было мягким и накатывающим, и будто шло изнутри, заполняя пространство между ними. Кенма первым отвел взгляд и прошел в гостиную, но свет не включал. Было темно, и только свет из коридора освещал их силуэты. В этом полумраке было слишком много невысказанного. Даже в гостиной Кенма до сих пор чувствовал на себе этот внимательный взгляд. –Ты хочешь что-то сказать? – не поворачиваясь, спросил он. –Возможно, – отозвался Хината. Он был сзади, но его голос звучал так близко, будто дышал в затылок. Кенма выдохнул устало, почти смиренно, все еще стоя спиной. –Тогда говори. Хината подошел чуть ближе, его пальцы почти что коснулись спины Кенмы, но он не осмелился дотронуться. –Я просто… мне так комфортно с тобой. Повисла тишина. Так тихо, что можно было услышать, как в соседней комнате зевнул и перевернулся на бок Равви. Кенма наконец повернулся. В его взгляде можно было прочитать и испуг, и напряжение, и странное облегчение. Он ничего не ответил, просто смотрел несколько секунд, а потом шагнул ближе, и между ними оставалось меньше полуметра. –Ты сам шагнул, – наконец сказал Хината почти шепотом, – это ведь что-то значит? Кенма неглубоко вздохнул, будто вдохнуть было трудно. Он отвел взгляд на стену, будто там был написан ответ на вопрос. –Не знаю. Я просто… – начал он тихо, без привычной защиты в голосе. – Просто устал от этой стены между нами, – он собрал все свои силы и перевел взгляд на Хинату. От его признания у Хинаты перехватило дыхание, а сердце, казалось, пропустило удар. Мозг подавал сигнал бежать, отступать, но сердце и тело тянулось к Кенме, хоть и было напугано. И Хината послушал сердце. Он подошел ближе, до конца сократив расстояние. Разница в росте заставила Хинату чуть склонить голову, и теперь его дыхание стало еще слышнее и ощутимее. Его рука медленно и нерешительно поднялась, словно он собирался прикоснуться к чему-то хрупкому и запретному, и пальцы едва ощутимо коснулись подбородка Кенмы. Хината будто боялся, что одно неверное резкое движение может разрушить всю эту магию между ними. Он приподнял лицо Кенмы, заставляя встретить свой взгляд, а тот не сопротивлялся, но его глаза были широко раскрыты, зрачки расширены, а дрожащие губы немного приоткрыты. Он вздрогнул, но не отстранился, а только замер. Осознание того, что Кенма не отталкивает его, ударило Хинату сильнее, чем любое прикосновение. –Скажи, если не хочешь, – мягко сказал Хината. – И я уйду. Кенма чуть склонил голову и посмотрел вниз, на пол, на носки, будто там таился ответ. Его плечи немного дрожали, но не от холода, а от переполненности. Потом он почти незаметно кивнул, и они снова погрузились в тишину. Пальцы Хинаты снова приподняли его подбородок, но на этот раз расстояние между их лицами значительно сократилось. Помедлив долю секунды, Хината все же приблизился на критически маленькое расстояние, и их губы наконец сомкнулись в медленном и нерешительном поцелуе. Кенма откликнулся – неуверенно, с замиранием сердца он ответил на поцелуй, будто проверяя, происходит ли это на самом деле. Сначала были только короткие дразнящие прикосновения, короткие вздохи между ними, теплое дыхание на щеке. Хината наклонился чуть вперед, бережно притягивая Кенму ближе за талию. Он водил не спеша ладонью по его спине, нащупывая лопатки под тонкой тканью водолазки. Его прикосновения были неуверенными, но не от страха, а от трепетности. Кенма коротко и резко выдохнул, почти как вздох от облегчения. Он не заметил, как его руки поднялись и обвились вокруг шеи Хинаты, и он интуитивно прижался ближе. –Ты дрожишь, – прошептал Хината, не отрываясь от него. –Заткнись, – съязвил Кенма, будто у него еще были силы держать маску сарказма при Хинате. – Я знаю. Хината легко усмехнулся и ловко поддел край водолазки, запуская свои руки на обнаженное тело. Он бережно, будто щекоча, провел пальцами по его спине, бокам, тонкой талии, чувствуя, как мышцы напрягаются от его прикосновений. Кенма всхлипнул от остроты каждого ощущения и, секунду погодя, первым отступил на шаг назад, потянул Хинату за руку и опустился на диван, не отпуская его. Хината сел рядом, что между ними не оставалось свободного пространства. В голове у него пронеслось, что в повседневной жизни они бы так ни за что не сели. И они снова поцеловались, но на этот раз дольше. Хината прижимал к себе Кенму за талию, но все еще был нерешительным, будто нащупывал границы. Кенма же провел ладонью по его щеке, шее, ключице, выгнулся в таллии, позволяя себе быть увиденным уязвимым. –Ты такой… – начал Хината, но оборвался на полуслове и просто склонился и уткнулся лбом в его шею. – Я не знаю, как сдерживаться с тобой. Голос Хинаты был тихий и приглушенный, а его дыхание щекотало шею Кенмы. От этого он зажмурился, обнял его за затылок, но ничего не говорил. Только в голове у него пронеслась мысль, что он вовсе и не хочет, чтобы Хината сдерживался. Постепенно движения стали смелее. Одежда сдвигалась, сползала, снималась и падала на пол. Когда они наконец лежали на диване вплотную друг к другу, кожа к коже, дыхание сбивалось, руки все еще не могли остановиться. Они скользили то по груди, то по шее, то застывали на талии. Хината склонился над ним, держа вес на локтях, чтобы не придавить, а Кенма смотрел снизу вверх со взглядом, в котором было и недоверие, и смущение, и желание, и странное счастье. Хината опустился ниже и усыпал поцелуями шею Кенмы, на что тот резко выдохнул, закрыл глаза и отвернул голову, открывая больший участок шеи. Хинате показалось, что все двигалось слишком медленно, но когда он остановился, Кенма сам же и притянул его ближе, и это будто дало Хинате зеленый свет. Все между ними двигалось вперед. В какой-то момент они двигались ритмично, в какой-то то замедлялись, то ускорялись. Но они даже не думали останавливаться на полпути. Позже они лежали молча, дыша тяжело, но ровно. Хината на спине, а Кенма на боку лицом к нему и смотрел. На его лице не было ни тревоги, ни привычного отстранения, а просто обычный взгляд без какого-либо подтекста. Хината повернул голову и поймал этот взгляд. Он не сказал ни слова, а просто улыбнулся уголком губ. Кенма тоже не ответил, но его пальцы медленно коснулись руки Хинаты и сжали ее. Так они и остались лежать в легкой, не гнетущей тишине.