Новые приключения?

Одинокий порыв ветра шевелил высокий мох на краю утёса. Небо, затянутое дымчатым облачным покрывалом, отражало настроение стоящего на скале юноши. Он был выше, стал взрослее, но внутри всё ещё оставался тем самым Иккингом, который когда-то построил мост между людьми и драконами. Теперь он снова был один. Точнее — без Беззубика. Без той части себя, которая делала его по-настоящему живым. Он вглядывался вдаль, где горизонт сливался с морем. Эти утёсы были его любимым местом с тех пор, как он переселился на материк и начал новую жизнь. Именно здесь он мог побыть наедине с собой… и с воспоминаниями. Сегодня он заметил что-то странное. Чувство — не объяснимое логикой, но очень знакомое. Как будто за ним наблюдали. Не враждебно. Просто... внимательно. Он пожал плечами, усмехнувшись своим мыслям. *«Слишком много воздуха в голове, Иккинг. Или ты просто скучаешь по другу сильнее, чем думаешь…»* Он опустился на колени у кучи мелких запчастей, что принес с собой. Старый шлем викинга, часть разбитого седла, кожаный ремень — он пробовал собрать из них новые механизмы для укрепления лагерьных стен. Рутина, но с оттенком инженерного удовольствия. И снова — шорох. Очень лёгкий, будто кто-то коснулся ветки хвоста дерева. Иккинг затаил дыхание. Его рука остановилась на половине движения, когда он попытался потянуться за инструментом. Он не двигался — прислушивался. И тогда увидел. Сначала — белое пятно среди еле заметных теней. Потом — силуэт, вытянутый и гибкий, как волна. Крупная, но лёгкая фигура, скрывающаяся между деревьями на склоне. Он медленно приподнялся, не спеша. Сердце забилось чаще. *Дракон.* Но не обычный. Белая чешуя, переливающаяся в блеклом свете. Стройное тело. Легкие, почти прозрачные крылья. Её глаза — огромные, светящиеся бирюзой, словно сами по себе были отдельным светом. Иккинг не дышал. Только смотрел. Это была Дневная Фурия. Но... не та, которую он видел раньше. Не та, что увела Беззубика прочь в небо. Эта — другая. Она не убегала. Наоборот. Смотрела прямо на него. — Привет… — прошептал он, не поднимая голоса. — Ты красивая. Ему казалось, что она едва заметно дернулась. Как будто услышала. Он прищурился. Поведение было странным. Драконы её породы, как он знал, дикие, осторожные. Но эта — не пряталась. Не нападала. И не улетала. Он сделал шаг вперёд. Осторожно. Примерно так же, как много лет назад подошёл к Беззубику на той поляне. — Меня зовут Иккинг, — произнёс он чуть громче. — Я… не причиню тебе вреда. Она чуть склонила голову, и от этого движения что-то кольнуло внутри. Почти... знакомо. Словно она понимала. Он присел на корточки, чтобы не выглядеть выше или угрожающе. Медленно, с расставленными руками. Драконица сделала шаг вперёд. Тихо, легко — как ветер. И замерла. Между ними оставалось метров десять. Достаточно далеко, чтобы убежать, но достаточно близко, чтобы чувствовать друг друга. Иккинг смотрел в её глаза. Она — в его. Молчание. Только ветер и биение сердца. Он снова заговорил — медленно, мягко: — Я не знаю, кто ты. Но ты выглядишь… одиноко. *Как и я.* Эти последние слова он не произнёс вслух, но она, казалось, их почувствовала. Её зрачки сузились, затем расширились. Хвост медленно взмахнул по земле. Не как оружие — как знак. Она была не просто любопытной. Она слушала. Иккинг не знал, сколько времени прошло. Минуты? Мгновения? В этот миг весь мир сжался до одного простого факта — они были здесь, вдвоём. Он и неизвестная Дневная Фурия. Между ними не было слов, но молчание не тяготило. Оно будто говорило само за себя. Он медленно, почти с благоговением, протянул руку вперёд, ладонью вверх. — Я не буду трогать тебя. Только если ты сама захочешь, — сказал он, почти шёпотом. Она наклонила голову, её уши чуть дрогнули, и он впервые заметил: её взгляд был не хищным, не настороженным. В нём было… что-то другое. Интерес. Интеллект. Что-то глубже, чем просто животный инстинкт. Она сделала ещё один шаг. Очень медленно. Крылья прижаты, голова чуть опущена. Каждый её жест был точным, выверенным. Он затаил дыхание, не шевелился. Потом ещё шаг. Пять метров. Три. Её нос почти касался его руки. Он чувствовал, как от неё исходило лёгкое тепло, как её дыхание касалось кожи. Она замерла, будто решала: довериться или нет. А затем — прикоснулась. Её морда мягко коснулась его ладони. Едва ощутимо, но этого было достаточно. Иккинг выдохнул. Его глаза расширились. Это был момент. Настоящее чудо. — Вот так, — с трудом произнёс он, чтобы не вспугнуть её. — Всё хорошо. Спасибо… что доверилась. Она не отстранилась. Напротив, задержалась. А потом медленно обошла его полукругом, едва касаясь носом его плеча, как будто изучая. Он не двигался. Просто позволял ей делать выбор. Когда она оказалась у него за спиной, он обернулся. Она стояла чуть поодаль, теперь наблюдая за ним с другой стороны. Почти с любопытством. Почти по-человечески. — Ты ведь совсем одна, да? — тихо спросил он. Никакого ответа. Только ветер. Иккинг опустился на колени и сел на землю. Он понял: если он встанет, двинется резко или заговорит слишком громко — она улетит. — Я… знаю, как это — быть одному, — продолжил он, не поднимая взгляда. — Это как идти по дороге, когда рядом только ветер. Ты помнишь тепло, но его уже нет. Несколько секунд — тишина. Но потом он услышал мягкий звук — шаг. Она подошла ближе и… села напротив. На расстоянии вытянутой руки. Он поднял голову. Их взгляды встретились снова. И в них больше не было страха. Было любопытство. И… странная, ещё неоформленная, но всё же ощутимая связь. Он усмехнулся. — Думаю, мы оба немного странные. Она едва заметно моргнула, словно соглашаясь. — Хочешь, я покажу тебе… кое-что? Он осторожно снял с пояса свёрток — кусочек ткани, в который был завёрнут самодельный крошечный дракон из дерева. Он вырезал его в одну из тех бессонных ночей, когда скучал по Беззубику. — Это ты. Почти. — Он поднял фигурку и протянул её в воздух. — Похожа? Фурия подошла ближе и внимательно уставилась на деревянного дракона. Потом медленно — очень аккуратно — ткнула носом по фигурке. И… неожиданно, мягко чихнула. — Оу! — Иккинг вздрогнул от внезапности, но рассмеялся. — Ладно, намек понял. Над этим ещё стоит поработать. Он заметил, как её глаза слегка сузились от яркого света, пробившегося сквозь облака. В этот момент её белая чешуя вспыхнула серебром, отражая солнечные лучи. Она действительно была удивительно красивой. Не просто дикой — благородной. Он чувствовал, что внутри него начинает разгораться что-то новое. Не как к Беззубику — тот был братом, частью души. А это чувство… было другим. Неожиданным. Тихим. Но тёплым. Она сделала последний круг вокруг него, а потом — так же бесшумно, как и появилась — развернулась, сделала разбег и взмыла в небо. Иккинг смотрел ей вслед, пока она не исчезла за облаками. Он остался один на скале, с лёгкой улыбкой на губах. — До встречи, Белая тень… Прошло два дня с той первой встречи. Иккинг не говорил об этом никому. Даже Рыбьеногу, хотя тот наверняка начал бы писать целый трактат о поведенческих особенностях Дневных Фурий. Или Снауту, который, скорее всего, тут же решил бы, что за ним тоже кто-то «невероятно загадочный» наблюдает. Нет. Это было… слишком личным. Слишком хрупким. Как утренний иней, который исчезает от первого луча солнца. Он боялся спугнуть. Но она вернулась. Сначала он заметил следы — лёгкие вмятины на мягкой земле рядом с утёсом. Почти незаметные, но знакомые. Затем — белое перо на шиповнике. Оно не могло быть её, но Иккинг невольно подумал, что кто-то оставил ему знак. На третий день — он снова увидел её. Она стояла чуть в стороне от лагеря, на одном из высоких утёсов, и наблюдала. В её позе не было враждебности. Только настороженность. И ожидание. Когда он взглянул на неё — она не скрылась. Просто продолжала смотреть, как будто ждала, что он сделает шаг. Он сделал. Она осталась. С тех пор это стало почти ритуалом. Каждое утро Иккинг приходил на то же место, и если ждал достаточно долго — она появлялась. Не сразу. Иногда после полудня. Иногда на закате. Иногда — почти в сумерках, когда он уже почти терял надежду. Она не подходила близко, как в первый раз. Но и не уходила. Следила. Он начал замечать, что она будто изучает его. Как он работает. Как чинит балки, чертит новые укрепления, разбирает траву на корм. Она наблюдала, когда он ел, когда рисовал в блокноте, когда разговаривал с воинами на берегу. Он знал этот взгляд. Это был взгляд разумного существа. И однажды он не выдержал. — Хорошо, — сказал он, присев у костра, зная, что она рядом в лесу. — Что ты хочешь? Никакого ответа. Он усмехнулся, глядя на пламя. — Ты ведь не просто любопытствуешь. Ты ищешь что-то. Или кого-то. Он замолчал на секунду, потом добавил: — Это из-за Беззубика? Ты его ищешь? Он... он там, в Тайном мире. С тобой — ну, с той, другой Фурией. Возможно, это твоя сестра. Или подруга. Я не знаю. Ветка в кустах дрогнула. Иккинг поднял взгляд, и снова встретил её глаза. Её силуэт был почти слился с ночной тенью, но глаза сияли в темноте. Умные. Проницательные. — Или это не из-за него, — продолжил он тише. — Может… ты ищешь не его? Она не шевельнулась. Только уши чуть дрогнули. Он встал и подошёл ближе, к границе поляны. — Я не могу понять, чего ты хочешь. Но ты же могла бы просто уйти. Вернуться туда, где безопасно. Где другие драконы. Пауза. Она моргнула, и… сделала шаг. Вперёд. Иккинг застыл. Это был первый шаг с той самой встречи. Он выдохнул, на этот раз не с тревогой, а с мягкой улыбкой. — Ты что, следишь за мной, потому что… тебе здесь нравится? — сказал он с иронией. — Или я просто стал для тебя чем-то вроде интересного зверька, которого ты решила изучить? Дневная Фурия тихо фыркнула. Почти как смешок. Он не был уверен, что ему это не показалось. Она подошла ещё ближе и села. На этот раз — рядом. Почти в шаге от него. Не на той стороне поляны. Не на холме. Прямо рядом. Он чувствовал, как внутри сжимается что-то очень тихое и важное. Как будто в этом простом жесте было сказано больше, чем в любом разговоре. Она выбирала быть рядом. Не как животное. Как... кто-то, кому ты интересен. — Ну… — пробормотал Иккинг, опускаясь на землю рядом с ней. — Похоже, у меня снова появился напарник. Он подумал, что Беззубик, скорее всего, уже закатил бы глаза и тихо фыркнул. Он посмотрел на неё. Она глядела вперёд, к горизонту. Спокойно. Уверенно. Он сделал то же самое. И в этот момент — впервые за много недель — одиночество стало чуть слабее. На следующий день Иккинг проснулся раньше обычного. Воздух был прохладным, небо покрыто серыми клочьями облаков, и над скалами витал запах дождя. Он надел тёплый плащ, взял с собой нож и блокнот — привычка, которую не мог отбросить даже в самые простые прогулки. И — как будто по внутреннему зову — пошёл к тому самому месту на утёсе, где обычно появлялась она. Он не ждал долго. Среди кустов мелькнула белая тень. Плавная, как ветер. Она шагнула из леса, как будто уже знала, что он будет здесь. — Доброе утро, — усмехнулся Иккинг, но замер, увидев, что она подошла ближе, чем обычно. Очень близко. И — неожиданно — она фыркнула, повернулась к нему боком и сделала шаг в сторону леса. Он нахмурился. — Ты… хочешь, чтобы я пошёл с тобой? Она обернулась через плечо. В её взгляде не было давления — только ожидание. Он колебался секунду. Потом глубоко вдохнул. — Ну что ж… Веди. Они шли вглубь леса. Тропы здесь были заросшими, с трудом различимыми. Листья цеплялись за одежду, мелкие ветки щёлкали под ногами. Но она двигалась легко — почти бесшумно. Иккинг с трудом поспевал за ней, но не жаловался. Чем дальше они шли, тем тише становился лес. Ни пения птиц, ни звуков ветра. Только шаги и дыхание. — Ты ведёшь меня куда-то определённо, да? — спросил он, пробираясь через поваленное дерево. — Или это просто драконья версия "посмотри, какое дерево"? Она не отреагировала. Только ускорила шаг. Наконец они вышли на маленькую поляну. Иккинг остановился. Перед ним — круглая долина, скрытая между холмами. Дневная Фурия сделала шаг вперёд. Её взгляд потемнел — в нём было что-то грустное. Иккинг всё понял. Она не ответила, но не отвела взгляда. Он подошёл ближе, сел рядом. — Тебе было одиноко... Пауза. Он вдруг почувствовал, что её одиночество — гораздо глубже, чем он думал. Это не просто дикая драконица, что исследует местность. Это существо, которое искало тепло.. А потом… она снова удивила его. Дневная Фурия медленно опустилась рядом. Её тело лёгким движением легло вокруг Иккинга, почти касаясь его колен. Она была рядом. Он замер. Это было… доверие. Чистое. Без остатка. Она прикрыла глаза. Он остался сидеть рядом. Дождь, которого ждали с утра, начал тихо постукивать по листве. И это было начало. Начало не просто встречи. Начало чего-то большего.