Never fallen источник: тг

Кабан Хиггинс знает, что я жил в той семье, и хочет, чтобы я дал показания. — Но ты его послал, — говорит Нил, звуча так, словно тоже пытается найти в Эндрю пазл для собственной картины. Эндрю отмахивается. — Ричард Спир — скучный, но относительно безвредный тип. Копам не удастся ничего на него навесить. — Точно? Если это простое недоразумение, как-то уж слишком бурно ты отреагировал. Кровь внутри вен Эндрю застывает. Она превращается в лёд на мгновение, но этого достаточно, чтобы холодные мурашки прошлись по позвоночнику. — Мне не нравится это слово. — Бурно? — Недоразумение. — Странно. Чем оно может не нравиться? — Не тебе судить о чужих странностях, — отбивает Эндрю и встаёт со скамейки. Этот разговор слишком близко подошёл к территории, которую Эндрю предпочел бы оставить нетронутой. Эндрю действительно не может рассказать об этом, если Нил почувствует интерес к этой теме. Поэтому парень просто уходит к своему обычному месту на трибунах. Оставшуюся тренировку он пытается не думать. *** В среду утром Эндрю говорит Ники как можно больше беспокоить Нила с помощью текстовых сообщений в форме скоростной терапии. Потому что он знает по реакции Нила в торговом центре и из того, что Нил сказал ему накануне вечером, что парень, скорее всего, не будет трогать телефон, если не будет никаких сообщений, звонков или чего-либо еще. В течение следующих дней он наблюдает, как его двоюродный брат печатает на своем телефоне, отправляет несколько сообщений одновременно, а затем откладывает телефон только для того, чтобы вытащить его снова через секунду. Это напоминает ему щенка с новой игрушкой. Он на самом деле не знает, что об этом думать, и весело решает просто игнорировать своего кузена. *** Они все садятся в автобус поздно вечером в пятницу, чтобы поехать на игру в Колумбию. — Тренер, — ноет Ники, когда заканчивает болтать с остальными. — Можно мы поедем в Колумбию отдельно? Ваймак даже не пытается отвлекаться от бумаг, кидая простое «нет». — Ну тренер! Мужчина лишь закатывает глаза и вздыхает. — Вы знаете, что мне, честно говоря, плевать, чем вы, идиоты, занимаетесь в свободное время, пока вы держитесь подальше от неприятностей, — он смотрит на Ники. — Но если по какой-либо чертовой причине, и мы все знаем, насколько высока вероятность этого, руководство на банкете подумают, что ваш главный, — он кивает на Эндрю и тот улыбается и машет ему рукой, — пренебрегает таблетками, они могут и будут настаивать на том, чтобы проверить его кровь. Так что я не хочу, чтобы какая-либо из вашей пыльной ерунды появилась в результатах, если они это сделают. Он смотрит на них обоих, а затем спрашивает: — Понятно? Ники тихо ругается, но кивает, а затем входит в автобус, всё ещё бормоча ненормативную лексику и хмурясь. — Так точно, капитан! — говорит блондин, полностью согласный со словами тренера. К тому же ему не хочется тащиться в клуб после игры, в которой ему снова придётся испытать ломку. Эндрю занимает своё место в автобусе и они выдвигаются. Солнце медленно начинает садиться, и это заставляет облака выглядеть так, будто кто-то наткнулся на несколько вёдер красок и пролил их по всему холсту, которым является горизонт. Эндрю весело начинает считать цвета в голове и прижимает кончики пальцев к стеклу окна, когда он позволяет голосу своего кузена, разговаривающего с Нилом, убаюкать его.