Наше лучшее лето

***

В баре было шумно, накурено. Покачивался лёд в стакане с алкоголем, удерживаемый изящным запястьем с украшением, которое сразу бросалось в глаза – массивным витым кольцом на большом пальце. Классический черный костюм идеально сидел на тренированном теле, подчёркивая аккуратные прекрасные черты лица. Движения, когда незнакомец опрокидывал в себя содержимое стакана и стучал пальцами по столу, прося бармена повторить заказ, были резкими, но смотрящие не могли отвести взгляда. Кем бы не был этот парень – он цеплял. Он казался вздорным, как необъезженный конь. Не из дорогих пород, скорее, дикий мустанг, к которому любопытства только больше. Испокон веков людей тянет ко всему необжитому, неприрученному, чтобы завладеть им и оставить рядом с собой. Кого-то ради победы над существом и природой. А кого-то ради любви. Зависит от того, чья рука коснется. Этого неизведанного. К бутылке протянулась ладонь – на сей раз не бармена, а мужчины с необычной внешностью – разрез глаз узкий и при этом у самого лица европейские черты. В уголках губ всегда намек на улыбку, и не каждый знал, что это всего лишь трюк, чтобы очаровывать других. Искренне этот человек улыбался очень редко – куда больше от его сердца шло усмешек и издевательского смеха. Красота его с обратной стороны была черна, но те, кто знал эту правду, либо боялись его, либо уже умерли. Это был известный в здешних краях Рой Фэйт – добродетель и богач в светлое время суток и мерзавец под покровом ночи. – Приличные ребята сюда не заглядывают. Что привело тебя в наши края? – задал он вопрос незнакомцу, красота которого поразила его до глубины души. Парень принял переданный ему стакан. Ухмыльнулся без единого намека на веселье. И опьянение. Несмотря на количество выпитого он был трезв. – Я ищу местную мафию. Хочу вступить. Рой деланно-осторожно оглянулся. Такие разговоры в этом месте были привычным делом, но ему хотелось играть в игру как следует. – В мафию? Ты знаешь, что обратной дороги не будет? – Цель оправдывает средства, – ответили ему без тени страха. – И какая же у тебя цель? На лице парня отразилась боль. Рою очень захотелось стереть с него, такого прекрасного, это выражение. – Мне нужно найти человека, сгубившего мою любовь. И сделать этому извергу так же больно, как было ему. Отчаянный порыв незнакомца поразил Роя. Красивый, вздорный, смелый настолько, что ради чувств готов пойти на всё. Он понимал, что не отпустит его так просто. Желание обладать им, забрать себе, вспыхнуло пожаром. Впервые в жизни сердце мерзавца кто-то тронул по-настоящему. Между этим парнем и Хёнджином было существенное отличие. В Хенджине он ценил только красоту, остальное считая не важным. Он цветок, украшение. Встреченных им незнакомец же – совсем другой. – Я помогу тебе отомстить. Парень окинул Роя презрительным взглядом. – Ты? Не многовато ли берёшь на себя? Ты против него – что песчинка в море. Рой подошёл к парню ближе. Опускаясь над ним слишком сильно, на неприличное расстояние. – Даже если твой враг – господин президент, я убью его и брошу его тело к твоим ногам. Усмешка ему в лицо. – Никакая помощь не бывает просто так. Ты меня обманываешь. Конечно же Рой на это и рассчитывал. – В обмен ты станешь моим. Парень в ответ звонко рассмеялся. – Этого не будет. – Я исцелю твоё сердце, – продолжил настаивать Рой. Парень преодолел остатки расстояния, проговорив ему почти в губы: – Ты не сможешь. Там уже нечего лечить. Если можешь помочь мне попасть в ряды мафии, это будет лучшей помощью. Я всё сделаю сам. Но твоим не буду. Никогда.

***

Рой Фэйт действительно был фетишистом и обожал красоту. Пусть это и пугало, но Лино был рад, что предположения оправдались. Ему нужно было подцепить на крючок крупную рыбу, и наживка отлично сработала. Отыграл в тот день Лино просто отлично. Не зря в агентстве говорили, что ему лучше бы в актёрское податься, с руками и ногами бы оторвали. Чтобы отыскать, где собирается повеселиться "нечистая сила" города, Лино предварительно потребовалось обойти порядочно клубов и баров. В каждом так посидеть, больше делая вид, что выпивает, чем делая это по-настоящему. У него не было боевых навыков, состояния или влиятельных знакомых. Только его великолепная внешность к которой он прибавил парочку особенностей поведения и достойную легенду, вызывающую жалость. На деле же он использовал в качестве нее завуалированную правду. Лино стал похож на Хëнджина – таким же страстным и необычным. Разве что был менее нежным. Такое Лино отыгрывать не собирался, вся его нежность принадлежала только Хенджину. В итоге свою роль диснеевского принца он променял на жестокого страстного мафиози. Лино знал, что, так или иначе, ему для спасения Хëнджина придётся замарать руки. Но утешал себя тем, что если не устранит мафию изнутри, она перебьёт куда больше людей. Рой для своего нового любимчика делал всё, что мог. Конечно, он проверил его перед тем, как пытаться сблизиться. Лино работал танцором в компании и жил на съемной квартире. Родственников в городе не было, а даже если и были, фамилия не была наслышанной. Его возлюбленный не имел к преступности никакого отношения. И решил запятнать свою репутацию только потому что хотел отомстить за дорогого человека. О котором Лино, кажется, не планировал забывать. Рой делал много попыток к нему подкатить, но всё оставалось прежним – он огрызался, даже когда Рой "просветил" его, кем является на самом деле. Лино, на очередную попытку зажать себя у стенки, сделал резкий разворот, поднырнул под руку и уже не он, а Рой оказался в западне. – Мне плевать, кто ты. У меня свои цели. И я не ищу того, кто мог бы быть рядом, – прорычал Лино уже, кажется, в сотый раз. Но знал, что к нему пристанут и в сто первый. Это была игра – длинная и тягучая, в которой он привязывал к себе Роя красными нитями. Чтобы потом ими задушить. Лино руководил выделенным им отрядом, как и положено мафиози устраивал зачистки в районах. Но не действовал собственными руками. Не выпустил ни одной пули. И ни разу его отряд не задел гражданских. Он отдавал приказы уничтожать только таких же преступников из группировок помельче, которые были так же вредоносны для их общества, как и организация, в которой он сейчас находился. Но Рой не замечал, что он творит. Он был очарован и потому ослеплен. Что бы Лино не делал – в его глазах он всегда был прав. Лино было даже жаль этого идиота. – Как твои поиски? – спросил Рой нежно, присев рядом. Зная, что в очередной раз получит крик. Но на этот раз Лино знал, что уже пора. Хенджин и так ждет его слишком долго. – Безуспешны. Я схожу с ума, – впервые ответил Лино Рою на болезненный вопрос нормально. – Но, знаешь, ты очень помог мне. Я раздражался, потому что ты похож на него, Рой. Лино протянул ладонь и коснулся его щеки. Желая ударить. Но сдерживаясь. Представляя на его месте Хёнджина. Его и себя на поляне с фиолетовыми цветами. В том лете, где остались их лучшие годы. – Мне страшно любить. Не хочу разбиться снова, – прошептал Лино. Рой положил свою ладонь поверх его. – Этого не будет.

***

Лино отлично играл. И жалел, что он не змея, чтобы в тот поцелуй напустить смертельного яда.

***

Подвоха меньше всего ожидаешь от тех, кто к тебе ближе всех. Только так он мог победить Роя. Только так он мог выяснить, где он прячет Хëнджина. Потому что за всё то время, пока дурачил Роя, тот ни разу не обмолвился о своих старых отношениях. Конечно, кто будет говорить подобное возлюбленному? Но если Хенджин для него просто игрушка, а Лино, как он себя позиционировал, такой же мерзавец, как сам Рой, был шанс, что однажды правда вскроется. Лино надеялся только, что этот психопат не убьет Хенджина за ненадобностью. – Распоряжайся моей армией, как посчитаешь нужным. Мы найдём того, кто разрушил тебе жизнь. И жестоко отомстим, – сказал Рой. И действительно передал все в его руки. Без остатка. Лино мог распоряжаться людьми, деньгами, компаниями. Фактически стал таким же наследником, пусть Рой еще не сделал ему предложения руки и сердца. Но только потому, что боялся его спугнуть. Лино ведь совсем непростой, дикий. С ним нужно быть осторожным. Следом за передачей всего, что имеет, Рой был готов забрать его и к себе домой. Боялся, что даже это может быть поспешным предложением. Но Лино ему не отказал. Потому что, на самом деле, только этого и ждал. Если только Рой не прячет Хёнджина в другом месте, он должен быть там.

***

Единственная живая душа, с которой Хёнджин мог пообщаться в своей тюрьме – служанка, хлопочущая по хозяйству и жалевшая его. Она была слаба и безвредна, потому "Милосердный господин Рой" позволял им контактировать и даже кляузничать за своей спиной. Все равно он сможет услышать все в записях из передатчика и, если что, уничтожить любые планы на корню. – Хенджин. Ты слышал, что у Роя новый любовник? Красивый, чëрт. – Даже знать не хочу, – Хёнджин повалился на кровать и уставился в потолок. – У них всё серьёзно. Он даже хочет привезти его сюда, – сказала девушка. По её голосу слышалось, что она переживает по этому поводу. – У нас когда-то тоже всё было серьёзно. Я соболезную этому парню. И, всё же, я хотел бы сказать спасибо найденному им идиоту. У Роя стало меньше времени, чтобы издеваться надо мной. Возможно, он не будет следить так пристально, и я вновь сбегу. Может ему даже будет совсем плевать, и он не станет меня возвращать. Обычно после подобных высказываний на его телефон спустя некоторое время поступал звонок от Роя. Но на этот раз его не последовало. Видать, новенького он правда любил. Удивительно, как не убрал его с глаз, раз решил притащить свою любовь сюда. Может, новенький такой же двинутый? Хёнджин тяжело вздохнул. Один Рой или два – это ничего не меняет. Признаки переезда Хёнджин заметил в скором времени. Один из этажей в доме стали забивать новой мебелью, полностью переделывать под другой стиль. Хёнджин подглядывал одним глазом, держал уши на макушке. И в его сердце загоралась надежда. Может, все же У него еще появится шанс? Может, он еще сможет встретиться с Лино? Какого же было его удивление, когда однажды Рой галантно открыл переднюю дверь иномарки и из нее выбрался никто иной, как его Лино. Кажется, больше не его? Но, подождите. Чушь какая-то. Как такое могло произойти? Хёнджин так и остался стоять у окна, пока не услышал из-за спины голоса, вынудившие его обернуться. – А это кто? Один из слуг? – спросил Лино. – Украшение нашего дома. Он полностью подчиняется мне и выполнит любые твои пожелания. Да, можешь считать его своим слугой. Или, если не хочешь, просто не обращай на него внимание. Лино прищурился, вглядываясь в черты лица Хёнджина. Ничем не намекая даже во взгляде, что они знакомы. Улыбнулся. – Как тебя зовут? – Хёнджин, – тихо отозвался тот. – Думаю, мы поладим, Рой, – сказал Лино. И они заговорили о совершенно посторонних вещах. Связанных с мафией, финансовыми пирамидами и статистиками. Оставляя Хёнджина метаться в догадках, что вообще происходит. Не бредит ли он на почве всех издевательств или это вшитый в тело чип начал выделять дурманящие токсины? Лино же дождался момента, когда Рой уехал на конференцию. И, как только закончил разбирать свои вещи, как бы невзначай, решил пообщаться со своим "соседом", который, он знал это, не переставая сверлит его взглядом даже сквозь стены. Стоило Лино переступить порог комнаты Хёнджина, он понял, что это его клетка, а не дом. В ней не было ничего от того Хёнджина, которого он знал. Не было картин. Не было книг. Пустое безжизненное место – разве что баночки лекарств говорят о том, что она обитаема. Хёнджин еще и болеет? Лино чувствовал порыв увезти его как можно скорее. Но нужно подождать еще совсем немного. Чуточку. Он распускал "армию" Роя, разжигал конфликты в ее рядах, давал наводки их врагам. Отсылал доказательства причастности Роя к ужасным делам его влиятельным союзникам. Скоро империя Роя рухнет. И тогда они смогут уйти. Но сейчас... Прямо сейчас он должен был как-то объяснить Хёнджину, что происходит, чтобы тот не понял его неправильно. Он и так напуган, если еще допустит мысль, что Лино решил его предать и действительно связался с Роем, и вовсе может сойти с ума. Лино набирает побольше воздуха в лёгкие. Хёнджин, понимая, что тот собирается выложить правду, поднимает глаза вверх. Ловя этот жест, Лино находит камеру. Наверняка и прослушка есть. Не поговоришь. – А вы с Роем...? – вместо планируемо спрашивает Лино. – Любовники. В прошлом. Но я не люблю его больше, не переживай. Да и он любит теперь только тебя. Думаю, вы будете счастливы. Поздравляю. – А что будет с тобой? – попытался навести справки Лино. Конечно, раз он уже нашел Хёнджина, то уже не даст его и пальцем тронуть. Но вдруг Рой его запугивал. – Кто знает. Думаю, что останусь здесь. Рой просто так не отпустит, я слишком много знаю о нем. Хёнджин коснулся своей груди. Метнул головой в сторону уставленного лекарствами столика. У Лино защемило сердце. Что этот ублюдок сделал с ним? Хенджин понял, что все в порядке, Лино на его стороне. Точнее, не в порядке совсем. Потому что Лино – псих, раз зашел так далеко, имея в арсенале только любовь к нему и красивую внешность. Это гениально. Но его план в любой момент может рухнуть карточным домиком. Главное, чтобы они оба сдержались и не кинулись друг другу на шею. Слезы уже подступали к глазам. Но куда бежать? Какой у Лино вообще план? Напрямую не спросишь, везде камеры и прослушка. Слепых зон почти нет. Лино беззвучно проговорил одними губами всего одно слово "скоро". Скоро мы уйдем отсюда. И ты никогда больше не будешь одинок. Они стояли рядом, но их разделяла непреодолимая стена. Сейчас казалось удивительным, что их первая встреча произошла среди золота полей, в забытом богом месте. В настоящем времени вокруг них все дышало дороговизной. Но то давнее золото было для них куда ценнее. Если бы только они могли – прямо сейчас бы вцепились друг в друга и вернулись в своё ушедшее лето. Но было нельзя.

***

Они не могли позволить себе записки. Только любопытные взгляды и разговоры ни о чем, когда Роя не было рядом. Напряжение росло с каждым мгновением. Хёнджин все еще не знал, какой у Лино план, пытался намекнуть ему, что он играет в опасные игры и очень сомневался, что они оба выберутся из них живыми. Но если вдруг правда раскроется, он не даст Лино умереть – Хёнджин решил это твердо. Вооружен он был только собственными кулаками ослабевшими от сопротивлений организма к инородному предмету в теле. И желанием защищать. Вслушивался в каждый шорох. Ожидал возвращение Лино и Роя с заданий, чувствовал настроение между ними. Ловил от Лино подмигивание, говорящее – все в порядке, но для Роя выглядевшим просто приветствием. Так прошло три бесконечно долгих месяца. В очередной раз сидя у двери, вглядываясь в щель, Хёнджин в таком положении и отключился. Нежные сильные руки подняли его с пола и прижали теплыми объятиями. Не желая отпускать. Лино замер, уткнувшись лбом в самое дорогое, что было в жизни. Хёнджин слабо пошевелился, просыпаясь. Но, открыв глаза и увидев над собой лицо Лино, подумал, что все еще спит. А во сне можно проявить нежность, поцеловать в краешек губ. Уронить с ресниц слезу, не сдерживаясь. – Я очень скучал, – сказал Хёнджин тихо. – Прости меня за все. – Ты не виноват, Хёнджин. Ты молодец, что не сдавался. Мы уходим и больше никогда не вернемся. И больше не будет никаких тревог. Хёнджин покачал головой. Не может быть. Он точно спит. – Пока Рой жив, он не оставит меня в покое. А теперь еще и тебя. Зря ты впутался. Лино поморщился от звука имени ненавистного человека. Однако следом на губы наплыла усмешка. – От прежнего Роя осталось лишь имя. У него больше нет никакого влияния и средств. Без них он обычный бывший, как все прочие в этом мире. И от него мне тебя защитить не составит труда. До Хёнджина наконец стала доходить реальность происходящего, когда Лино, все так же держа его на руках, стал спускаться по лестнице. Размеренными неспешными шагами, не пытаясь создавать меньше шума. Пусть слышат – они уходят. Хёнджин стал замечать, что в поместье действительно произошли изменения. Раньше в любое время суток можно было поймать взглядом кого-нибудь из слуг. Сейчас же на этажах было пустынно. Цветы в горшках успели начать вять. Видимо, Лино постепенно, уже как несколько дней, распускал персонал. Не известно, было ли у Лино это в планах, но в зале у главной двери их поджидал Рой. Хёнджин узрел на его лице новые выражения – растерянность, ужас. Он пожирал Лино глазами, видимо, как и Хёнджин чуть ранее, считая происходящее сном. Только если для Хёнджина он был грёзами, то для Роя – кошмаром. Самым спокойным из них троих был Лино. Он смотрел на Роя взглядом победителя. – Рой. Ты хотел узнать, кому я так желал отомстить? Взгляни в зеркало. Удар. Не физический, а куда больнее. – Я собрал доказательства твоей виновности. Опустошил счета, которые ты мне любезно предоставил. Распустил людей, а тех, кто имел что-то против – казнил. Даже если ты сбежишь, тебя скоро найдут и посадят. От самого близкого ведь такого не ожидаешь, да? К близким мы слепы. Снятый предохранитель. Рука Роя так тряслись, что, даже прицелься он – все равно промажет. Предательство проткнуло сердце раскаленным гвоздем. Но не Лино он желал убить. Хёнджин. Это все чертов Хёнджин. Только если он в таком состоянии выстрелит, наверняка заденет Лино. Лино, которого он так любил. Видя, что Хёнджину на его руках грозит опасность, Лино отступил на несколько шагов. Поставил его на ноги и встал впереди него, прикрывая собой. Так ему легче контролировать ситуацию. Он не боялся умереть. И не отреагировал, когда Хенджин стал пытаться убрать его с дороги, не желая быть причиной, по которой его любовь умрет. Продолжал стоять перед ним нерушимой скалой. Наблюдая же, как эти двое защищают друг друга, Рой с каждой секундой все сильнее терял над собой контроль. Чувство того, что он проиграл. Что его любовь была ложью с самого начала и в ее конце у него ничего не осталось. Холодное дуло пистолета коснулось виска. Спущенный курок. Алые брызги усыпают белый пол, рисуя причудливые узоры. Лино закрыл Хенджину глаза ладонью. И осторожно повел его к выходу. – Не смотри. Мы едем домой. Туда, где только тепло. И любовь.

***

– В итоге единственное преступление, которое Лино совершил – подделал свою прописку. И выпросил поменять данные на своей работе на поддельные. Феликс пораженно задержал дыхание. Стояло лето. Птицы оглушительно чирикали в кронах деревьев, мешаясь с шелестом листвы. Звуки, которые Хёнджин больше даже не надеялся услышать. Его волосы, вновь достаточно длинные, чтобы заплести мелкие косички, умело собирались Феликсом и украшались полевыми цветами. Спустя много лет красота Хёнджина не померкла, а только сильнее расцвела. Рядом присел Лино. Он принес еще немного цветов и стал помогать Феликсу вплетать их Хёнджину в волосы. – Хёнджину требовалась операция, чтобы удалить вшитую под кожу дрянь. И после нее реабилитация. Он слишком долго пробыл в заточении и страхе. Но все уже гораздо лучше. Вырвались, вот, к вам, как раз к лету. У всех отпуска, можно встретиться старой компанией. Вспомнить наше лучшее лето и провести ещё одно. – Пусть для кого-то и не полное, – Чонин присоединился к их компании, повалившись в сухую траву. – У тебя же тренировки, Лино. У Сынмина его работа в больнице. За нашу команду продюсеров и говорить не стоит. Я вечно на службах и приглядываю за храмом. Только Феликс у нас учитель и свободен летом. Беззаботные года остались позади. – Однако наша дружба осталась прежней, и это главное, – сказал Феликс. – Слышал, ты, Хëнджин, планируешь заниматься дизайнами в той же компании, где работают Лино, Чан, Чанбин и Хан? Хенджин кивнул. Его душа наконец обрела спокойствие. – Это лето будет лучше того. Даже если будет идти всего две недели, – заверил ребят Хёнджин. Его лето – люди, которых он повстречал однажды, ставшие его семьей. И Лино, сделавший ради их любви невозможное. Загадавший его, когда упала звезда.