Междуцарствие: исторический очерк

К тому же именно после этого, в 9 году ПБЯ Новой Республике удалось одержать две очень важные победы. Во-первых, в конце весны 9 года ПБЯ генералу Хану Соло удалось поймать в ловушку и разгромить ядро флота гранд-адмирала Данетты Питта. Это покончило с его терроризированием коммуникаций в Пограничье и Северо-Восточном Кольце, сердце Новой Республики. Этот успех очень успокоил новореспубликанский тыл, получивший убедительные доказательства того, что флот НР может защитить народ.  Во-вторых, НР добилась прорыва фронта в Регионе Экспансии. Пользуясь тем, что основные силы Дельвардуса сосредоточены в Среднем Кольце и в Пространстве Хаттов,  ударные эскадры флота НР ударили из подконтрольных НР частей Внутреннего Кольца и Региона Экспансии, идя  с севера на юг. Успех удара был таков, что фронт Дельвардуса просто развалился. Флот НР,  разгромив в первых сражениях эскадры имперцев, не стал вязнуть в штурмах планет, даже стратегически значимых, а продолжил идти на юг, ограничившись изоляцией их гарнизонов и разрушением верфей орбитальными бомбардировками. Впервые такая тактика была применена в таких масштабах. Но, конечно, как уже говорилось выше, ключевым фактором успеха было то, что ядро сил Дельвардуса увязло в Среднем Кольце, и что НР смогла поставить под ружьё достаточное количество солдат и кораблей, чтобы иметь возможность одновременно и сковывать основные силы Дельвардуса, и оборонять Внутреннее Кольцо от возможных контрнаступлений Джакса, и нанести кинжальный удар по империи Дельвардуса с неожиданной стороны. Эффект, прежде всего психологический, от столь быстрого продвижения войск НР, привёл к тому, что у командования Империи сдали нервы. Началась масштабная переброска войск и эскадр из Среднего Кольца к Эриаду – чем и воспользовалась НР на это ТВД, перейдя в наступление. Кость Дельвардуса сломалась именно в этот момент. Переброска войск стала отступлением, а отступлением стало паникой. Лавина двух республиканских наступлений устремилась к Эриаду. Варлорды Ядра могли лишь с ужасом наблюдать за успехами Республики. К их чести, они не бросили товарищей по оружию и попытались им помочь. Они перешли в контрнаступление. Дуэт Версио и Тиерса очистил от республиканцев Внутреннее Кольцо вплоть до Кореллианского пути и деблокировал множество гарнизонов планет в Регионе Экспансии.  Большая часть «Минусов» и расположенная  в Ядре и Колониях часть Северных Данничеств были вновь заняты имперцами, от души сведшими счёты с местными элитами за «коллаборацию» с властями Новой Республики, фактически, вновь была обретена граница  Соглашением Пяти Звёзд. Тем не менее на Центральном Стратегическом Направлении, ни Джаксу, ни даже Макати не удалось добиться прорыва. Теперь уже они бились лбом о стенку республиканской обороны. Не удалось вернуть и расположенную во Внутреннем Кольце часть Северных Данничеств. Самое главное – несмотря на свои успехи, имперские контрнаступления не привели к тому, что НР выпустила из своих клыков Дельвардуса. Что-то надломилось в его вооружённых силах. Возможно, сыграло свою роль то, что его войска были гораздо менее идеологизированы и по мере вымывания кадрового офицерского ядра становились всё менее устойчивы. Возможно, свою роль сыграло то, что войска Дельвардуса в гораздо меньшей степени были успешны в борьбе против Новой Республики, в сравнении со, скажем, ставшим легендарным Афшином Макати или Версио.  Возможно, сыграла свою роль узость мобилизационной базы: людей в Кольце было гораздо меньше, чем в Ядре, и необходимость одновременно и держать большую армию и контролировать многочисленных экзотов приводила к погоне за двумя подрейсерами. Наконец, возможно то, что двухлетняя мясорубка за Кашиик, утратившая какое бы то ни было стратегическое значение, психологически сломила его армию. Как бы то ни было, Дельвардус, шокированный таким обвалом, покончил жизнь самоубийством, не желая видеть своё любимое Эриаду захваченной ненавистной Новой Республикой. Нельзя сказать, что это помогло делу. На Галактическом Юге повторялось то, что было в Ядре после Эндора – власть, не имевшая явного наследника, просто рассыпалась на мельчайшие кусочки. А в условиях продвижения войск НР в Среднем Кольце это привело к эпидемии капитуляций и волне искреннего «сотрудничества» с победителями.  Адмирал Трейтен Терадок драконовскими мерами восстановил дисциплину в части войск Дельвардуса, но вместо того, чтобы продолжить сопротивленяие, бежал в Западные Пределы и стал, по сути, независимым варлордом.  В итоге Эриаду, цитадель таркинизма, сдалась флоту НР в предпоследний месяц 9 года ПБЯ. Победители были шокированы, ознакомившись с военной промышленностью и укреплениями Эриаду. В годы Войны Сражающихся Систем Эриаду и, шире, Сесвенна, выдержали не одну осаду, и по всей Галактике эриадианцы были известны как невероятно воинственные и упорные люди. Да и все прошлые семь лет войска Дельвардуса могли терпеть поражения, но труса не праздновали. И новореспубликанцы помнили это даже слишком хорошо, они помнили совсем других эриадианцев, а тут…  В общем, большая часть Внешнего и Среднего Колец оказались объединены под одной властью. Единственным исключением стала Империя Хаттов. Согласно формальным и неформальным соглашениям между хаттами и повстанцами, Восстание получало помощь хаттов лишь в обмен на обязательство, после сокрушения Империи, вернуться к границам, предшествовавшим Войне Сражающихся Систем. Теперь обе стороны оказались в состоянии реализовать это соглашение. Однако нельзя сказать, что для хаттов на этом война закончились. Ничего подобного. Даже после краха Дельвардуса, «Лига Имперской Границы», сохранившая свою автономию даже в недолгое его императорство, продолжила сопротивление хаттам – очевидно безнадёжное, поскольку НР организовала ей блокаду – но имея  в качестве альтернатив смерть или рабство у хаттов, «имперские маркграфы», колонисты и даже туземное экзотское население предпочитали первое. В этом отношении это был единственный осколок Первой Галактической Империи, где действительно не было расовой дискриминации – война с хаттами имела такой приоритет, что имперской аристократии было не до расовых законов. Лига сражалась ещё два года, будучи в полном окружении. Кризис Даалы, о котором позже, продлил ей жизнь, но не спас её. Но несмотря на крах Империи в Кольце, в Ядре она была далека от смирения с поражением. Триумвират Джакса (вновь ставшего Регентом после самоубийства Дельвардуса) , Макати и Соллэйна работал не покладая рук во имя максимальной эффективности работы военной машины Империи. То, что победа стала маловероятной их не беспокоило. 10 год ПБЯ стал годом отчаянных имперских наступлений. На Юге они хотели воссоединиться с эскадрами Трейтена Терадока; на Севере – выйти на оперативный простор в Пограничье; в Центре – дойти до Региона Экспансии. И Новой Республике понадобились все её  силы и все её корабли, чтобы отразить последние и самые отчаянные имперские наступления, и самой перейти в контрнаступление. По итогам этого года почти весь регион Колоний был превращён в одну сплошную череду систем и секторов, выжженных и заваленных трупами и обломками военной техники. Но, в конечном счёте, республиканцы победили. Это не было победой военного искусства или манёвра или техники. У них оказалось больше тел и железа, чем у имперцев. К слову сказать, большую роль в этом сыграли трофейные корабли покойного Дельвардуса и вообще всё, что удалось взять в плен во время триумфального «Марша на Юг». Единственные успехи были достигнуты на Южном стратегическом направлении, где войскам КОМПСилы и Армии удалось выйти на оперативный простор… но это уже ничего не давало, так как войска НР уже вышли к сердцу Галактики – к региону Наконечника Стрелы. После утраты большей части региона Колоний (кроме южной их части, со стратегически важными верфями Фондора)  безнадёжность стратегического положения режима Регента стала очевидной для всех. Удар по нему был нанесён с неожиданной стороны. Райт Сейнар, министр вооружений Империи и со-правитель Глубокого Ядра, организовал в своём регионе переворот: убил адмирала Кошу Терадока и его лоялистов, он заявил, что Триумвират Регента (Джакса), Председателя (Соллэйна) и Начальника Штаба Флота (Макати) проиграл войну и с ней Империю, и нужно пойти на самые решительные меры, чтобы защитить идею Империи и людскую расу. Этими мерами стала фактическая сепарация Глубокого Ядра по примеру Ардуса Кейна  и готовность вести переговоры с Республикой о существовании в качестве независимого образования, всё равно де-факто (Как «имперской автономии» или «де-юре»). Козырем в руках Сейнара было то, что в Глубоком Ядре было очень трудно вести наступательные действия. А с учётом того, что в регионе была проведена основательная милитаризация, и именно там были складированы многие критически важные ресурсы и вооружения Империи, в рамках стратегии «Крепость Глубокое Ядро» возможный его захват превращался в настоящий кошмар. В целом, Верховное Командование НР никогда не имело планов наступления в этом регионе. В любом случае, само то, что верный КОМПНОР-овец Сейнар пошёл на такое и при этом не был убит  в самом проимперском регионе Галактики, говорило о том, что надлом воли уже произошёл, и что большинство сторонников Империи стремится теперь не к победе, а к сохранению лица или хотя бы простому выживанию. Не тратя времени даром, Люк Скайуокер приказал штурмовать Корускант. Штурм Корусканта растянулся на несколько месяцев. Бои велись с невероятным ожесточением. Закованного в багряную броню из  бескара и вооружённого кортозисным виброклинком Регента Карнора Джакса Люк Скайуокер сразил на ступенях Имперского Дворца после долгого и тяжёлого боя. Председатель Соллэйн взорвал себя и штаб-квартиру КОМПНОР-а вместе со штурмовавшей её дивизией отборных войск Новой Республики. Только Афшин Макати смог сделать нечто, что казалось невозможным – он  и возглавляемое им ядро флота смогло прорваться через блокаду лучших эскадр флота Новой Республики и уйти в единственный регион, где ещё сохранялся территориальный контроль имперцев – в Южное Ядро. Но всё же, взятие Корусканта стало важной символической вехой. Новая Республика дошла от края Галактики до самого её центра. Всем тогда казалось, что это означает конец войны. Афшин Макати, профессиональный солдат, последний гранд-адмирал из числа лоялистов, признал это. В обмен на амнистию своим войскам он согласился сложить оружие и передать новым галактическим властям промышленные мощности Южного Ядра и Колоний нетронутыми. После этого сопротивление Республике свелось к отдельным очагам партизанской и рейдерской деятельности. И даже ею занимались в основном непримиримые КОМПНОР-овцы и багряные гвардейцы типа адмирала Версио, адмирала Креннеля, организовавшего переход своей эскадры из «Минусов» через Дикий Космос и Неизведанные Регионы в Западные Рубежи, майора Тиерса, который ушёл в подполье, чтобы в оимя «акселерационизма» подстёгивать все деструктивные процессы внутри Новой Республики, не желавших сдаваться отдельных баз и гарнизонов бывшего режима Дельвардуса, анклавы имперских колонистов в Кольце и так далее. Всё это было очень неприятно и кроваво, но не могло серьёзно угрожать Новой Республике, победившей в самой кровавой войне на памяти живущих. А затем случились два кризиса, которые поставили её на грань выживания: Наследник Империи и Кризис Даалы. Прежде всего скажем о тех двух суматошных и страшных годах, которые предшествовали Двойному Кризису. После капитуляции гранд-адмирала Макати и прекращения организованного имперского сопротивления, Люк Скайуокер сложил с себя диктаторские полномочия и объявил о созыве Сената Новой Республики. (Стоит сказать, что в течение следующих двух лет он целиком посвятил себя восстановлению Ордена Джедаев и практически не участвовал в политике НР). Немедленно начались проблемы с комплектованием. Во-первых, в ряде секторов шли боевые действия высокой интенсивности, связанные с партизанскими и рейдерскими действиями КОМПНОР-овцев и непримиримых осколков имперской Армии и Флота, и это несколько затрудняло выборы или хотя бы назначение властями сектора сенатора и младших представителей; хотя бы потому, что таковые кандидатуры были лакомыми целями для имперцев. Во-вторых, в ходе Восстания произошла резкая демократизация общественной жизни;  выборы, проводимые по старым, доимперским электоральным правилам, отягощённым зачастую тем, что назначение сенаторов считалось одной из древнейших и неприкосновеннейших прерогатив секторальных правительств, привели к тому, что средний сенатор был не только заметно старше среднего гражданина… нет, не обобщённой Новой Республики, а собственного сектора, но ещё и заметно консервативней, как в экономическом, так и социальном смысле. Тем не менее, всё же стоит сказать, что за вычетом секторов, где ещё шли контрпартизанские операции, количество назначаемых сенаторов упало до примерно 30% от общего числа сенаторов – что было большим успехом на фоне Сената до Войны Сражающихся Систем (когда число назначаемых сенаторов могло доходить и до двух третей). В-третьих, в Ядре, Колониях и Внутреннем Кольце подавляющее большинство сенаторов принадлежало к кругам, в той или иной степени, связанным с Империей; эти «республиканцы последнего часа» перешли на сторону НР просто опасаясь тирании Айсард и «военного империализма» Джакса, никакой идеологической верности принципам Республики у них не было и в помине. В-четвёртых, в Среднем и Внешнем Кольце наблюдался обратный процесс – большинство сенаторов от этих регионов были радикалами и демагогами, в духе покойного Борска Фей’лиа, и требовали скорейшего преобразования Новой Республики в официальную федерацию, а ещё лучше - конфедерацию.  Таким образом, то, что должно было быть «жизненным центром» республиканской политики, было в действительности набором продажных карьеристов; а её фланги состояли из людей и экзотов, с невероятным скепсисом относившимся к устройству Новой Республики. В-пятых, вновь был введён запрет на партии, существовавший в годы после Руусанской Реформации, но ослабленный  и изъеденный лазейками в век, предшествовавший Войне Сражающихся Систем. Все сенаторы вновь должны были быть независимыми кандидатами, а максимум их организации должны были быть рыхлые фракции, создававшиеся от случая к случаю или вращавшиеся вокруг «сильной личности». Почти сразу же возникло несколько фракций: новые централисты, они же официально «Блок за Мир и Процветание», это были хрестоматийные «республиканцы последнего часа», умеренные элементы Империи, до смерти перепуганные террором Айсард и милитаризмом Джакса, их руководителем в Сенате  был Милтин Такель, с радостью воспользовавшийся демобилизацией, чтобы предаваться всем радостям жизни,  и в итоге  ставший сенатором от родного Гаргона; консерваторы, они же Альянс за Сохранение Традиции, все те, кто считал Старую Республику идеалом, погубленным из-за безрассудного милитаризма и популизма Таркина и сепаратистов, их руководителями была старая гвардия Восстания, люди типа сенатора Мон Мотмы; реформисты, они же Союз Новой Надежды, по сути, это были лоялисты Героев Явина, считавшие, что крах Старой Республики сигнализирует о необходимости  глубоких структурных реформ, если Новая Республика не желает кончить как Старая, их руководительницей в парламенте была Лея Органа-Соло; и, наконец, Друзья Свободы, сторонники радикальной федерализации, приоритета Кольца и прав экзотов во главе с Нолой Тарконой, прославленной рилотской партизанкой. Таким образом, Сенат Новой Республики 1-го созыва начал свою работу в условиях невероятно высоких ожиданий и общественной эйфории; при этом заметно отличаясь по своим воззрениям от основной массы населения как в Кольце, так и в Ядре. В сочетании со сказанным выше,   все факторы для паралича парламентской деятельности и падения престижа Сената  наблюдались очень ярко. И удивительно не то, что он в итоге случился, а то, что почти целый год Сенат его не испытывал. Прежде всего, Сенат практически единогласно приступил к демобилизации. Армия и флот были резко сокращены. Хотя это вызвало недовольство в офицерском корпусе, но оно было не особенно серьёзным. От войны устали все без исключения. Республиканские солдаты уже после взятия Корусканта начали требовать демобилизации. Граждане Галактики хотели забыть о Гражданской войне со всеми её ужасами как можно скорее. Кроме того, экономика Галактики после  10 лет большой войны просто не могла себе позволить по-настоящему великие армии и флоты. Тем не менее, стоит сказать, что ошибка Руусана не повторилась: армию и флот сократили, а не распустили. Вторым шагом Сената стало расширение полномочий Сил Секторальной Обороны, которые во время Империи были низведены до бессильного рудимента. Хотя этот шаг критиковался сторонниками централизации как поощрение сепаратизма, он был неизбежен. Капитуляция Макати и готовность Сейнара и Кейна к налаживанию отношений с НР не означала полного прекращения боевых действий. Как уже неоднократно упоминалось выше непримиримые имперцы продолжали свою войну. И, раз уж общегалактические Вооружённые Силы были сокращены, это неизбежно означало, что основная тяжесть «малой войны» должна лечь на плечи местных правительств. И расширение их ССО означало, что у тех ветеранов, что ещё сохранили желание сражаться (или полностью утратили навыки, нужные для работы в мирное время) появилось место, куда можно устроиться. К слову сказать, именно этот фактор привёл к настоящему ренессансу Частных Военных Компаний и «Вольных Обществ» - попросту наёмников. Поскольку государство расписалось в невозможности самостоятельно подавить партизанщину, любой. Третьим шагом стала либерализация экономики, прекращение политики «военного империализма» и возвращение контроля над большинством объектов имперской военной промышленности в руки прежних частных владельцев, а объекты, построенные государством в эти 30 лет стали продаваться с молотка. Именно эта мера, к слову, позволила очень быстро вернуть своё положение Куатским Верфям. Во время последнего этапа Гражданской войны их прежнее руководство было фактически отстранено от дел. Имперское правительство, активно используя труд рабов и дроидов, колоссально их расширило и обновило производственное оборудование, не считаясь с затратами. И вот теперь куатийцы получили их назад абсолютно бесплатно, и могли начать масштабное производство торговых кораблей, включая модели, излюбленные контрабандистами, раз спрос на военные корабли упал. С другой стороны, эта политика привела к тому, что Большой Бизнес поверил в Республику. Именно крупные бизнесмены в короткий парламентский период стали самыми большими сторонниками Сената. И именно займы крупных банкиров позволяли Республике как-то сводить концы с концами в государственном бюджете. Первой мерой, вызвавшей серьёзные споры в парламенте, стала ратификация соглашений о перемирии с Глубоким Ядром и Соглашением Пяти Звёзд. Часть радикалов из Друзей Свободы громко требовала военного присоединения Новых Территорий и Глубокого Ядра. Как это ни парадоксально, но к ней тут примкнула солидная доля «криптоимперцев» из Блока за Мир и Процветание. Причина была до боли проста. И Глубокое Ядро и в меньшей степени Новые Территории были основными территориями, к которым прикладывались имперские колонизационные усилия. Их включение в НР, предпочтительно мирным путём, резко увеличивало представительство централистов в Сенате и долю людей в населении Новой Республики. Но, тем не менее, большинство «республиканцев последнего часа» предпочло проголосовать за перемирие. Уцелевшие магнаты Ядра и Южных Колоний, в основном из Фондора, Рендили, Лоронара и Куата, не желали честной конкуренции с не изведавшими горечи и убытков войны фабриками и верфями Глубокого Ядра и Соглашения Пяти Звёзд. В данном случае, хотя голоса Блока позволили преодолеть порог, нужный для ратификации соглашений о прекращении огня, это не подвело черту под статусом правительств Сейнара и Кейна. Это было всего лишь перемирие, а не прочный мир. Причина такого была проста. Ни одна из сторон воевать не желала. Но Кейн и Сейнар не желали входить в НР, а НР не желала признавать их сепарации и обращаться с ними как с независимыми государствами. Даже те члены Блока, что искренне им симпатизировали, не желали признавать их сепарацию, чтобы не создавать прецедент легального отсоединения от НР. В свою очередь, проект включения Новых Территорий и Глубокого Ядра в НР в качестве «Имперский Автономий» (т.е. фактически независимых государств, объединённых с НР лишь формальным признанием суверенитета Корусканта, общей дипломатией и общим экономическим пространством)  привёл к безжалостной обструкции со стороны Блока и традиционалистов, которые считали это первым шагом к ненавистной федерализации. В итоге всё ограничилось простым соглашением о прекращении огня по текущим линиям соприкосновения. Поскольку режим торговли этими соглашениями не регулировался, это означало, что всякая экономическое взаимодействие с этими регионами находится, в лучшем случае, в «сером» правовом поле, а худшем является контрабандой. Затем последовало громкое фиаско с помощью регионам, пострадавшим от войны.  Как уже упоминалось выше, в ходе самой войны особенно сильно пострадала большая часть региона Колоний, важного промышленного региона. С другой стороны, разорено как поколением эксплуатации и репрессий со стороны Империи, так и долгой войной была разорена большая часть Республиканского Внешнего Кольца (за вычетом региона Дака и Транс-Хайдианского Пограничья). С очерёдностью экономической помощи пострадавшим регионам никак не удавалось определиться из-за полярных мнений на этот счёт. Во имя компромисса было принято решение помочь одновременно и в равных масштабах обеим регионам, но вмешалось министерство финансов, заявившее, что денег в казне на такие крупные стимулусы нет совсем. Так что в итоге государство не стало помогать никому. Вся эта история, продемонстрировавшая насколько сильны политические и региональные расколы, привела к резкому падению популярности Сената НР. Одновременно она же предопределила экономическую политику Сената. В связи с невозможностью масштабного государственного участия в восстановлении экономики пострадавших регионов, оставалось лишь уповать на то, что отсутствие полномасштабных военных действий и опора на инициативу секторов, частный капитал и местную инициативу постепенно залечат раны. Фактически, экономическая политика НР свелась к максимально возможной демобилизации,  перекладыванию всё большей и больше ответственности на сектора и отмене как можно большего числа регуляций старой власти. Эта политика дала смешанные результаты. Дерегуляция дала вздохнуть свободно малому и среднему бизнесу, имевшему большое значение на уровне отдельных систем и секторов. В рамках политики «четырёх Д» (демократизация, дерегуляция, деимпериализация, демилитаризация) секторам вернули право возводить внутренние таможенные пошлины, несмотря на колоссальное недовольство большого бизнеса не только Ядра, но и появившихся за годы Гражданской войны конгломератов Кольца, вроде дакских верфей, Инкома или «Группы Калриссиана». Но одновременно с этим, чтобы успокоить этот самый большой бизнес, был отменён единый имперский трудовой кодекс, и каждому сектору было предоставлено право самостоятельно решать, хочет ли он иметь в своих пределах профсоюзы, какова должна быть продолжительность рабочего дня и так далее. Но предоставление секторов самим себе означало, что сектора, не пострадавшие от войны или пострадавшие от неё мало, находятся в гораздо более выгодном положении, поскольку обладают и капиталом и производственными мощностями, для того, чтобы вести экономическую экспансию за счёт пострадавших. Они навязывали кабальные соглашения о «помощи в восстановлении разрушенного», популярные как ракгульская чума, но неизбежные. Единственным неоспоримым успехом этой политики было постепенное сокращение инфляции (за счёт прекращения раздувания военных расходов и сокращения государственных расходов в принципе) и восстановление единой прочной валюты на территории НР. Тем не менее, продолжал бушевать тяжёлый экономический и социальный кризис. Миллиарды разумных существ были в положении беженцев; процветали организованная преступность, пираты и контрабандисты. Безработица была заметно выше среднего довоенного (доявинского) уровня во всех секторах, даже в относительно процветающем Южном Ядре. Коррупция, никуда особенно не исчезавшая и при Империи, стала ещё более наглой и кричащей. Во время экономического роста или застоя о коррупции ворчали; но среди руин коррупционеров просто ненавидели. Отдельно стоит заметить, что непримиримые имперцы подливали масла в огонь. Выше на страницах нашего повествования несколько раз мелькал багряный гвардеец Гродин Тиерс. На последних этапах регентства Джакса он был фактически его правой  рукой и руководил, в частности, контрразведкой.  После падения Корусканта и капитуляции Макати, он решил уйти в подполье и вести войну против республиканцев их же оружием – опираясь на имевшиеся в его распоряжении чувствительную информацию, средства и агентурные сети он стал разлагать изнутри республиканскую политику. Он стал закоренелым акселерационистом – сторонником идей того, что нужно форсировать все негативные стороны республиканства, чтобы ускорить крах этой идеи. Он спонсировал издания, как ультраправые, так и ультралевые бившие в одну и ту же точку – насколько ужасна Новая Республика, и, видят звёзды, у его рупоров было достаточно фактического материала, чтобы к ним прислушивались очень многие. Его люди неоднократно организовывали провокации, целью которых было дополнительно обострить отношения между людьми и экзотами. Они разжигали страх среди людей о доминировании экзотов-радикалов в духе Тарконы, а среди экзотов – неустанно расчёсывали раны как репрессий против Кольца, так и геноцидов, организованных Айсард. Именно сеть Тиерса вбросила в Голонет «Рилотское Досье» - коллекцию документов, свидетельствовавших, что Нолаа Таркона, лидер фракции Друзей Свободы в Сенате, является убеждённой ненавистницей людской расы, что она организовывала этнические чистки ещё даже до уничтожения Альдераана, что она ведёт дела с хаттскими работорговцами и что руководит своей планетой как поместьем. Это последнее привело к настоящей политической буре, Тарконе грозил судебный процесс, который запросто мог разорвать Республику надвое. Оправдание было бы крайне болезненно воспринято большинством Ядра, которое сочло бы это демонстративным попранием правосудия и переворачиванием имперской расовой пирамиды, а обвинительный приговор – большинством Кольца, по-прежнему считавшую Таркону своей. В итоге Верховный Суд НР принял решение по первому делу дошедшему до него, и постановил, что на Таркону как на сенатора НР распространяется судебный иммунитет, и, следовательно, судить её нельзя до тех пор, пока она не перестанет быть сенатором. Это спасло НР от вспышек, как минимум, масштабных расовых конфликтов, но убило всякий престиж Сената: в самом деле, если сенатор НР может участвовать в работорговле и править родной планетой как заправский хатт, то непонятно, какое отношение сей орган имеет к демократии и свободе? Мнение большинства было такое, что если так будет продолжаться, хотя бы ещё лет десять-пятнадцать, то невозможно будет попасть в парламент, не совершив тяжкого или особо тяжкого преступления. Сейчас это, конечно,  звучит дико, не менее дико, чем эйфория относительно перспектив Республики после освобождения Корусканта,  но те, кто помнит тогдашние нравы, может подтвердить, что всё к тому и шло. Однако стоит заметить, что такая успешность сетей Тиерса была вызвана не столько их профессионализмом, сколько сочетанием двух факторов: вышеописанного тяжёлого социального, экономического и политического кризиса, в котором пребывала Новая Республика; и того, что аппарат национальной безопасности НР подвергся не меньшим сокращениям, чем вооружённые силы. Во время Галактической Гражданской войны разведка Восстания (позже – разведка Новой Республики) была очень сильной, если и не лучшей в Галактике, то второй. Однако  она не была привычна к ведению контрразведывательной деятельности в масштабах большей части Галактики. К тому же, возвращение к весьма либеральной политике Старой Республики до Войны Сражающихся Систем неизбежно связывало руки центральному аппарату безопасности. Что и позволяло «волчатам Тиерса» терзать Новую Республику, обращая её и достоинства и недостатки против неё самой. Но всё это меркло на фоне главной проблемы. Основные политические силы Новой Республики тянули в настолько разные стороны, что единственным способом сохранения мира стало возвращение к «ковылянию в грязи» времён поздней Старой Республики. То есть, к системе уже один раз показавшей свою глубокую неадекватность в кризисной ситуации. Невозможно было через Сенат  преобразовать Галактику в федерацию и тем более конфедерацию, чего требовали радикальные уроженцы Кольца и активисты-экзоты из Друзей Свободы – потому что это было абсолютно неприемлемо для Блока за Мир и Процветание, контролировавшего от четверти до трети Сената. Невозможным было и сохранение парламентскими методами подновлённых и исправленных структур имперского государства, чего требовал Блок, «умеренные имперцы», «республиканцы последнего часа» - это было неприемлемо для не менее влиятельных в парламенте Друзей Свободы. Следовательно, оставалось лишь следовать псевдоунитарной структуре Старой Республики, где вся власть формально принадлежала пангалактическому Сенату, но при этом большая её часть делегировалась секторальным правительствам. Это означало возвращение к затянувшемуся политическому кризису. По мере того, как пробуждалось политическое сознание даже самых далёких частей Галактики и шло экономическое развитие Кольца, столь обширное пространство как Республиканское (даже за вычетом Глубокого Ядра и Новых Территорий) могло удерживаться либо соглашением, т.е. преобразованием в федерацию или конфедерацию, либо силой – через подавляющее военное превосходство того или другого региона. Говоря совсем уж грубо, либо конфедерация, либо Великий Флот. КНС была попыткой достичь первого – откровенно неудачной. Империя – второго. Ей удалось захватить власть и удерживать на протяжении целого поколения, но внутренние раздоры погубили её. Без череды внутриимперских расколов – на таркинистов и палпатинистов, на айсардовцев и КОМПНОР-овцев, на умеренных и непримиримых – Восстание не смогло бы победить и через сотню лет. Но гибель Первой Галактической Империи не означала того, что Войну Сражающихся Систем и имперский период можно просто забыть как дурной сон. Возвращение к системе Старой Республики означало то, что вернутся и те кризисы, что её погубили. Так в итоге и вышло, и  быстрее, чем кто-либо предполагал в 12 года ПБЯ, за несколько месяцев до Двойного Кризиса. Всё началось с загадочной смерти Ардуса Кейна, бессменного председателя Соглашения Пяти Звёзд. Скончался он в духе «шёл – упал», от неизвестного науке грибкового заболевания, буквально за один стандартный день разъевшего его тело. Это вызвало небольшую панику на биржах как СПЗ, так и НР, но она утихла, когда власть взял «сильный человек» СПЗ гранд-адмирал Октавиан Грант, последний из оставшихся на службе гранд-адмиралов в известной Галактике (Макати был в отставке и жил как частное лицо, отказавшись даже от написания мемуаров; Такель оказался в числе первых демобилизованных из ВС НР и ушёл в политику; Траун пребывал в неизведанных регионах и считался пропавшим без вести). Это считалось ожидаемым сценарием, и  все знали, чего стоит ожидать от Гранта. Это был высокомерный человек, родовитый аристократ, но привыкший к роскошному образу жизни и не рвавшийся с кем-то воевать и ставить под угрозу свой весьма налаженный быт. Но всего через несколько недель в Голонете появилась новость, произведшая эффект разорвавшейся бомбы. На Новых Территориях появился флот под флагом Галактической Империи во главе с гранд-адмиралом Трауном. Он обвинил правительство СПЗ, что он предало Галактику, пойдя на перемирие с «нелегитимным образованием, известным как Новая Республика», и что во имя исполнения последней воли Императора Палпатина он восстановит закон, мир и порядок на территории всей известной Галактики. К этому поначалу отнеслись как к шутке. Флот из нескольких сотен звёздных разрушителей против двух величайших политий Галактики – это хорошая тема для фарса. Смеяться перестали ровно через пять стандартных дней, когда Траун поймал в ловушку и уничтожил над Орд Мантеллом ядро флота СПЗ вместе с гранд-адмиралом Грантом и его исполинским суперразрушителем «Жнец». После этого СПЗ рухнуло как в своё время империя Дельвардуса, с той лишь разницей, что осколки подобрал экзот в белом мундире, а не войска НР. Одним ударом экспедиционный корпус Трауна овладел одним из богатейших регионов Галактики, который не пострадал от Галактической Гражданской войны. Стоит заметить, что у него была и своя база – в виде сети имперских колоний в Неизведанных Регионах, которые после Эндора стали де-факто независимым образованием, известным как «Империя Руки» - но она была слишком ограниченной в сравнении с возможностями Новой Республики, Соглашения Пяти Звёзд, Глубокого Ядра. После этого, собрав всё, что было возможно, Траун отправился в «марш на Корускант», разгромив по пути все заслоны, которые пыталась создать на его пути Новая Республика. В столице настроение быстро перешло от снисходительности к панике. Панику усилили новости с другого конца Галактики. В ходе ожесточённой войны между Лигой Имперской Границы и Империей Хаттов был обнаружен имперский военно-научный комплекс «Утроба». Сверхсекретная база и НИИ, где разрабатывались проекты супероружия. Комендантом «Утробы» была печально известная адмирал Натаси Даала, любовница Уилхуффа Таркина. Позже много говорили о том, что враждебная отношение к Даале было одним из самых ярких примеров сексизма Имперского Флота. Хотя офицерский состав Имперского Флота был и оставался на  90-95% мужским, в случае Даалы дело было не сексизме. Она получила военное образование на Кариде, и должна была по выпуску стать офицером Имперской Армии. Но Таркин решил держать её при себе и произвёл в адмиралы Имперского Флота. Это-то и возмущало кадровых офицеров в гораздо большей степени, чем пол: какую-то «махру» поставили ими командовать! В любом случае, незадолго до своей гибели над Явином, Таркин назначил комендантом спецобъекта «Утроба» Натаси Даалу и приказал ей пребывать в режиме строго радиомолчания, пока он лично не отдаст нового приказа. Даала образцово выполнила приказ и железной рукой поддерживала порядок на своих четырёх звёздных разрушителях, которые должны были охранять спецобъект. Во время очередной операции против Лиги Имперской Границы несколько хаттских военных кораблей неверно вручную ввели координаты и оказались прямо рядом с «Утробой». В ходе короткого боя нарушители были уничтожены или взяты в плен. От них адмирал Даала узнала о том, что произошло в Галактике после её назначения на пост коменданта «Утробы» - о разрыве между Палпатином и кланом Таркинов, о кровавом правлении Айсард, о самоубийстве Дельвардуса, наследника Таркина, о кровавых завершающих боях Галактической Гражданской войны. Узнала она также о войне, которую сейчас ведут хатты, тоже решившие стать империей, и о том, что якобы, во исполнение воли покойного Палпатина, гранд-адмирал Траун идёт войной на Республику. И тем не менее, Даала сделала свой выбор. Она использовала свои четыре звёздные разрушителя и супероружие «Крушитель солнц» (способное создавать чёрные дыры), чтобы помочь Лиге Имперской Границы. Собственно, к этому времени Лига, полностью изолированная от остальной Галактики и уступавшая Хаттской Империи по численности войск, была на грани поражения. Появление Даала позволило ей продержаться дольше. Особенно когда Даала создала чёрную дыру, уничтожившую Нал Хатту, и призвала к «революционной войне» - в частности, декретировав полную отмену рабства безо всяких компенсаций владельцам (Лига до этого освобождала рабов, согласных записаться в её вооружённые силы, но после получения помощи от Дельвардуса, это поставили на паузу) . Послевоенных историков удивляло, откуда такая прыть у адмирала, которая раньше считалась консерватором даже по имперским меркам? Причина же, скорее всего, заключалась в том, что Даала понимала, что слишком велик разрыв в ресурсах между Лигой и Империей Хаттов, и поэтому Лига не может победить или хотя бы добиться приемлемого компромиссного мира, не сыграв с пламенем социальной и расовой антихаттской революции. Кроме того, Даала очень болезненно восприняла новости о коронации Дурги Хатта. С её точки зрения в Галактике могла быть лишь одна Империя – и она совершенно точно не была хаттской. Чудесное прибытие флота Даалы вдохнуло энергию в Лигу, её варлорды единогласно избрали рыжеволосую адмирала своим единоличным вождём. На какое-то время казалось, что победа близка. В руках Лиги Имперской Границы оказалось супероружие, ненавистная Новая Республика, демонстративно бросившая восточные новые территории на растерзание хаттам, трещит по швам. А затем что-то начало идти не так. Сперва Даала – единственная из всех имперских варлордов признала притязания Трауна. Хотя последний был палпатинистом, она заявила, что «сейчас не время для внутренних раздоров между империалистами. Я не могу критиковать этого адмирала. По крайней мере, он сражается с республиканцами, как мы сражаемся с хаттами». Стоит немного сказать об этом. Хотя Поход Трауна стал катализатором, обострившим все противоречия внутри Новой Республики, его не поддержал ни один непримиримый имперский варлорд за вычетом Даалы. Фанатичные КОМПНОР-овцы типа Креннеля, отца и дочери Версио, остатки флота Питты, акселерационисты Тиерса не считали его человеком, пусть даже белый мундир дал ему Палпатин. Хотя они продолжили свою войну с Новой Республикой, они никак не координировали свои действия с действиями Трауна.  Оппортунисты, типа Трейтена Терадока, не желали отказываться от своей свободы рук. Вот и получилось, что рассчитывать Траун мог только на свой изначальный экспедиционный флот из Империи Руки, поставленные под контроль Новые Территории и на то, что удастся захватить в пути. Поддержка Даалы была делом приятным, но практической помощи она ему не могла оказать – ещё бы с совсем другого конца Галактики. Иронично, но хотя Траун взял себе титул «Наследника Империи», в действительности он не получил помощи от сторонников Империи. И поэтому тем удивительнее его Поход, когда он достигал успехов исключительно благодаря искусству манёвра и огневого боя, преодолевая подавляющее ресурсное превосходство противника. Траун разгромил флот Новой Республики в Пограничном Сражении тот же день, когда Даала уничтожила Нал Хатту. Это повергло Новую Республику, как говорилось выше, в панику. Сенат был парализован, начались поиски предателей и саботажников. Легче было заниматься этим, чем признать, что столь масштабные и поспешные сокращения Вооружённых Сил оказались преждевременными. Правительство НР поначалу не желало снова проводить полноценную мобилизацию, и потому обратилось к древним договорам о Коалиции по Защите Республики, которые обязывали сектора выделять определённую часть своих сил самообороны на защиту государства. В итоге собранное ополчение секторов Ядра и Колоний, собранное в огромной спешке, и подтягивавшееся по частям, было уничтожено в семинедельной Кампании Перлемианского Пути, увенчавшейся взятием Брентаала IV. Часть сенаторов к этому моменту просто разбежалась по родным секторам. Оставшуюся к этому времени прочно загипнотизировал страх перед двумя «очагами имперского реванша» на востоке и западе Галактики и она призвала вручить Люку Скайуокеру диктаторские полномочия, чтобы спасти Новую Республику. Сам Скайуокер в это время был на планете Оссус, где располагалась главный храм его Нового Ордена Джедаев. Узнав, что Сенат умоляет его принять второй раз за 10 лет чрезвычайные военные полномочия, он лишь горестно вздохнул. Но отказываться не стал. Зато стал собирать флот, который должен был разгромить новоявленного Наследника Империи. Оборону же Корусканта до своего прибытия он поручил принцессе Лее.  Весь следующий год прошёл несколько однообразно. Траун взял в осаду Корускант, но не имел сил взять штурмом огромный экуменополис, особенно после того, как Лея мобилизовала всех, способных держать оружие и в экстренном порядке починила большую часть военных орбитальных станций типа «Голан». Все попытки деблокировать столицу НР Траун отражал с почти что оскорбительной лёгкостью, а в это время имперские варлордцы как с цепи сорвались. Трейтен Терадок установил контроль над почти всеми Западными Рубежами; отец и дочь Версио прошлись огненным бичом по Хвостовым секторам; акселерационисты Тиерса почти ежедневно устраивали теракты и провокации; Креннель терзал Пограничье. Как только она набрал достаточно крупный флот, Люк Скайуокер сперва покончил с пиратским флотом варлорда Креннеля, к которому прибились остатки разгромленного в последние годы Гражданской войны «Экспедиционных сил Кольца» Питты. Это вернуло спокойствие в Приграничье и Северное Кольцо, но, вопреки ожиданиям, Скайуокер не отправился к Корусканту. Он ударил по Новым Территориям. Единственной экономической базе, которая была у Трауна. Идя с востока на запад он почти не встречал сопротивления. Большинство вооружённых сил Новых Территорий хотели не восстановления  Империи, а спокойной и мирной жизни. Пример подал престарелый адмирал Терринальд Скрид, «Герой Анаксеса» времён Войны Сражающихся систем и «Бич пиратов» во время Империи.  Хотя ему было хорошо за семьдесят, но он сохранил бодрость духа и тела – достаточные, чтобы бы при приближении армады Скайуокера перейти на его сторону. Это открыло врата к ядру Новых Территорий – и войска Скайуокера как снег на голову обрушились на такие важные миры как Муунилинст, Майгетто, Бастион, Оринду и Орд Мантелл. В течение первых нескольких месяцев 14 года ПБЯ, большая часть Новых Территорий оказалась под властью Люка Скайуокера. Таким образом, в одночасье Траун оказался без тыла. А постоянные атаки изнутри и извне Корусканта не давали ему возможности одновременно и осаждать Корускант и выделять силы для новых завоеваний.  После этого его песенка была, по сути, спета. Однако он не сдался, и продолжил осаду, методично разгрызая одну линию оборону за другой. Его целью было приманить к себе Скайуокера, чтобы разгромить его в одном полевом сражении. Скайуокер постепенно продвигался по Перлеминаскому пути на юг, к Корусканту, постепенно приближаясь к осаждённой столице. Первая попытка деблокады столицы кончилась ничем. Хотя войска диктатора Республики успеха не добились, но и Траун не смог нанести ему разгромного поражения. Что было бы в случае дальнейших сражений, так и останется предметом досужих спекуляций. Потому что на следующий день после этого ничейного сражения последнего гранд-адмирала зарезал собственный охранник. Деморализованные имперские войска согласились прекратить борьбу в обмен на свободный проход в «Империю Руки». Скайуокер, не желавший, как он сказал сам, «бессмысленного кровопролития», согласился с этим.  Осада Корусканта закончилась. После этого Скайуокер взялся за Глубокое Ядро. Раньше потенциальная ось между СПЗ и Глубоким Ядром, богатыми территориями, не тронутыми войной, могла стать противовесом Новой Республике. Теперь, когда СПЗ больше не было, Глубокое Ядро осталось в одиночестве. Райт Сейнар согласился на «интеграцию» Глубокого Ядра в НР в обмен на амнистию для себя и своих людей и обещание вернуть «Системы Сейнара». После этого, пользуясь тем, что второй кризис, кризис Даалы, ещё не завершён, Скайуокер продолжил, пользуясь своими полномочиями, завершать Гражданскую войну. В ходе кампании Западных Пределов он загнал в ловушку и уничтожил Трейтена Терадока, а затем в изнурительном Южном Походе смог нанести тяжелейшее поражение Гаррику Версио. Флагман непокорного адмирала погиб вместе со всем экипажем, а его дочка и наследница, Иден, была взята в плен. В ходе захватывающей контрразведывательной операции удалось открыть логово Тиерса и начать за ним полноценную охоту. Последний гвардеец Палпатина был невероятно изворотлив и менял убежища и идентичности как перчатки, но в итоге его загнали на Набу, где он и принял последний бой, и в итоге отравился, чтобы избежать плена. После его смерти акселерационисты деградировали до шаек террористов-безмотивников в худшем случае и алчных преступников или шантажистов в лучшем. В любом случае, больше они не представляли серьёзной угрозы. Тем самым, осталась «последняя из варлордов», адмирал Даала. К этому моменту положение на хаттском фронте достигло неустойчивого равновесия. Даала и Лига Имперской Границы», шантажируя хаттов дальнейшим использованием «Крушителя Солнц», добились чего-то вроде перемирия. Лига Имперской Границы контролировала примерно всю южную треть территорий, формально принадлежащих хаттам. Скайуокер перед Лиге очень простой ультиматум: Крушитель Солнц должен быть уничтожен вместе со всеми данными и о нём  и о других супероружиях; Даала должна быть выдана его войскам; Войска Лиги должны сдаться его войскам; В обмен на это будет сохранена старая, имперская граница между Республикой и Хаттами, и никто из освобождённых рабов не будет выдан обратно Дурге Хатту. Истощённая войной Лига смирилась с этими условиями. Впрочем, решающий вклад остался за Даалой, которая убедилась в том, что Республика победила, и не желала стать причиной гибели людской колонизации Новых Восточных Территорий. Хатты, пострадавшие от войны не менее сильно, тоже сочли, что условия приемлемые (ведь, в конце концов, сейчас Лига контролировала заметно больший кусок территорий, чем в начале хаттско-имперской войны). Единственное, что испортило триумф Скайуокера было то, что Даала, опасавшаяся выдачи хаттам, незадолго до сдачи республиканским войскам приняла медленно-действующий яд и спустя пять минут после того, как оказалась на мостике флагмана Скайуокера в наручниках, упала замертво. В любом случае ко второй половине 15 года ПБЯ можно было сказать, что Галактическая Гражданская война закончилась. Вся известная Галактика за вычетом Пространства (а теперь Империи) Хаттов была объединена в одно государство, сопротивление этому государству было в основном подавлено. Тем не менее, политические пертурбации на этом не закончились. Сенат напрочь дискредитировал себя своим поведением. Большинство Галактики не желало возвращения к «ковылянию в грязи», и Сенат это тоже прекрасно понимал. Поэтому по настоятельной просьбе высших офицеров Вооружённых Сил Новой Республики, большинства сенаторов и делегаций отдельных секторов Люк Скайуокер принял корону Императора Второй Галактической Империи. В отличие от Первой Галактической Империи Вторая была твёрдо-конституционной монархией, имеющей все три ветви власти. Вместо однопалатного Сената был создан двухпалатный Галактический Парламент, с Палатой Граждан, избиравшейся по пропорциональному принципу, и Палатой Секторов. Как сказал сам Император Скайуокер: «Наша Империя является не деспотической, расистской и унитарной, а демократической, меритократической и федеративной». Эти принципы легли в основания Второй Империи, и можно надеяться на то, что в ближайшее время Галактике не придётся испытать хаос большой войны и новых великих потрясений. До нашествия юужань-вонгов оставалось 9 лет.