Автоботы: Сила внутри

После того, как Уилджек, Смоукскрин и Бамблби закончили возиться с дроном, разобрав его почти до винтика, они разошлись по своим делам, чтобы подготовиться ко сну. Уилджек, зевая, подошел к своей скромной комнатушке и вдруг заметил, что из-под двери комнаты Рэтчета пробивается узкая полоска света. Уилджек насторожился. Рэтчет, с его педантичностью и привычкой экономить энергию, никогда бы не оставил свет включенным, если бы его не было в комнате. — Зная Рэтчета, он бы никогда не оставил свет включенным, если его нет… значит, он внутри? — пробормотал про себя мужчина, хмуря брови. Затем Уилджек, стараясь не шуметь, подошел к двери, осторожно опустил ручку, но дверь оказалась заперта. — Хм… странно, — пробормотал он, нахмурившись еще сильнее. — Рэтчет всегда оставляет дверь открытой… Затем Уилджек осторожно постучался, но в ответ услышал лишь тишину. Тогда он достал из кармана куртки небольшой набор отмычек, который всегда носил с собой – привычка, оставшаяся еще с тех времен, когда ему приходилось открывать двери или сейфы во время работы разрушителем. С их помощью, ловко орудуя инструментами, он щелкнул замком и открыл дверь. Картина, представшая его взору, была удручающей. Рэтчет сидел за своим небольшим, заваленным бумагами столом, положив голову на руки и тяжело дыша во сне. Перед ним, опрокинутая на бок, валялась пустая бутылка из-под виски, а вокруг нее разлилось темное пятно. Уилджек вздохнул, испытывая смешанные чувства жалости и раздражения. — Эх, Рэтчет, Рэтчет… до чего же ты себя довел, — прошептал он, покачав головой. Затем Уилджек осторожно снял с лица спящего Рэтчета очки, отложив их на стол, и распустил его длинные волосы из тугой косы. После этого он осторожно, но твердо поднял его с кресла и переложил на кровать, укрыв тонким одеялом. Рэтчет что-то пробормотал во сне, но не проснулся. Далее, инженер, стараясь не шуметь, сходил в медицинский отсек, чтобы найти таблетки от головной боли. Вернувшись в комнату Рэтчета, он положил их на стол рядом с запиской. Уилджек погасил свет и тихо закрыл дверь, оставив медика спать.

***

Утром, когда все собрались на планерку, Рэтчета, как и следовало ожидать, не было. Уилджек подошел к Оптимусу и тихо сказал ему, что медику нездоровится, поэтому Оптимус, немного нахмурившись, дал Рэтчету отгул. После очередного обсуждения важных дел, распределения задач и прочих организационных вопросов, Уилджек отправился на кухню. Там, вооружившись рецептом, который ему когда-то дала его бабушка, он приготовил наваристый, ароматный супчик от похмелья для врача. Перелив его в специальный термос-контейнер, который отлично удерживал тепло, он отнес его в комнату Рэтчета и оставил на столе записку. После этого Уилджек, вздохнув, отправился работать…

***

Рэтчет проснулся ближе к 11 утра. Его голова раскалывалась на части, словно ее пытались распилить тупой пилой. Во рту было сухо и противно, а в желудке ворочалось нечто несъедобное. Мужчина с трудом сел на кровати, стараясь не делать резких движений. Комната плыла перед глазами. Собрав остатки сил, он поднялся с кровати и, шатаясь, подошел к столу. Нащупав очки, он надел их и увидел записку: "Оптимус дал тебе отгул, поешь суп и прими таблетку, у тебя наверное жутко болит голова ;)" Рэтчет слегка улыбнулся, узнав корявый, но при этом весьма читабельный почерк Уилджека. Он открыл контейнер и вдохнул аромат теплого, наваристого супа. Не раздумывая долго, он принялся за еду, ощущая, как боль в голове постепенно отступает. Поев, он принял таблетку и, наконец, начал приводить себя в порядок.

***

Тем временем Оптимус Прайм отправил Смоукскрина и Бамблби вместе с Магнусом и Балкхедом проверить информацию, поступившую в полицию. Некий добропорядочный гражданин сообщил о том, что видел нескольких подозрительных личностей, очень похожих на членов группировки Десептиконов, на территории одной заброшенной промзоны. Как только они приблизились к территории промзоны, у всех четверых возникло плохое предчувствие. Территория выглядела зловеще. Обширные площади были завалены грудами ржавого металла, обломками зданий и горами мусора. Полуразрушенные цеха зияли черными провалами окон, напоминая пустые глазницы. Ветер, гулявший между зданий, издавал жуткие завывания, словно оплакивая былое величие этого места. Атмосфера была пропитана запустением и опасностью. Неприятный запах гари и химикатов раздражал слизистую, а тишину нарушал лишь редкий треск ломающегося под ногами мусора...