Автоботы: Сила внутри

Утро в лесу наступило свежее и прохладное, с росой на траве и щебетом птиц. Первыми проснулись Смоукскрин, Шанель, Оптимус и мистер Форс. Пока Прайм и мистер Форс разводили новый, уже не такой большой костер для утреннего чая, Смоукскрин и его сестра, сговорившись, тихо прокрались к ближайшей речке, чтобы умыться и насладиться утренней прохладой у воды. Не прошло и десяти минут, как на поляну вышел Смоукскрин, представляющий собой жалкое, но забавное зрелище. Он был мокр с головы до ног, как будто его только что вытащили из реки. Вода стекала с его волос и капала с концов куртки. Вслед за ним, с виноватым и смеющимся видом, появилась Шанель. — Что случилось? — спросил Оптимус, поднимая взгляд от котелка. — Он в речку упал! — начала объяснять Шанель, пытаясь сдерживать смех. — Я поскользнулась на мокром камне и чуть не упала в воду, а Смоук... — она с благодарностью и виной посмотрела на брата, — ...он меня подхватил, но сам не удержался и... бултыхнулся. Смоукскрин, дрожа от холода, лишь ухмыльнулся. —Вода, кстати, очень бодрящая, — пробормотал он, пытаясь выжать край своей футболки. Тут же подоспел мистер Форс с большим полотенцем и своим фирменным, спокойным «отеческим ворчанием». —Ну-ка быстро в палатку, все с себя мокрое долой и в сухое, — сказал он, закутывая Смоука в полотенце и направляя его к палатке. — В такую-то прохладу! Хочешь слечь с воспалением легких после всего, что перенес? Молодой человек, надо головой думать! Пока Смоукскрин переодевался, лагерь начал просыпаться. Вскоре поднялась Арси, и вместе с Шанель, под их чутким руководством был приготовлен простой, но сытный завтрак: овсяная каша с ягодами, тосты и горячий чай. Аромат еды окончательно разбудил всех остальных. Даже Рэтчет, проведший ночь в палатке с детьми, выглядел отдохнувшим и более спокойным. После завтрака начался неспешный, но эффективный процесс сборов. Палатки были аккуратно свернуты, мусор тщательно упакован в пакеты, чтобы не оставить после себя и следа. Машины, загруженные обратно, тронулись в путь, увозя команду от островка умиротворения обратно в пульсирующий ритм города. И как только они пересекли черту мегаполиса, иллюзия отдыха рассеялась. Их ждала реальность — горы отчетов, анализ данных с флешки, которую чудом сохранил Джаз, и новые тревожные сигналы. Оптимус, едва войдя в командный центр, уже изучал новые дела. —Команда, выходные окончены, — его голос вновь обрел привычную сталь. — У нас есть работа. Все снова разделились, как хорошо отлаженный механизм. Рэтчет и Уилджек отправились в лабораторию изучать содержимое флешки, и анализировать повреждения костюмов после столкновения с Саундвейвом. Джаз и Проул вернулись к работе в своем отделе. Бамблби и Клиффджампер получили задание проверить одну из «заброшек» на окраине города, где, было совершено убийство. Арси и Балкхед отбыли в лазарет, чтобы проверить состояние Миража и Сиспрея и заняться пополнением медицинских запасов, по просьбе Рэтчета Смоукскрин постучал в приоткрытую дверь кабинета Магнуса и, услышав короткое «Войдите», заглянул внутрь. Помещение, как всегда, было образцом порядка: стопки документов лежали идеально ровно, а на стене висела детальная карта города с цветными метками. Магнус сидел за столом, дорабатывая последние пункты очередного отчета. — Принес тебе последнюю папку, — Смоукскрин положил на край стола аккуратно подшитую папку. — Вроде бы, это все, что накопилось за время твоего... отпуска. Он прислонился к стене, изучая Магнуса. Тот выглядел значительно лучше, чем пару недель назад: исчезла болезненная бледность, взгляд был снова ясным и острым. Но в уголках губ все еще залегала усталость, а движения были чуть более осмотрительными, будто он постоянно помнил о недавней травме. — Ну, как ты? Уже полностью оправился? — легкомысленно спросил Смоукскрин, стараясь звучать непринужденно. Магнус отложил ручку и откинулся на спинку кресла, его пальцы сомкнулись в замок на столе. —Вполне, — ответил он, и в его голосе прозвучала привычная уверенность, хотя и слегка приглушенная. — Но я так полагаю, я отделался достаточно легко? Смоукскрин мягко улыбнулся, в его глазах мелькнула тень воспоминаний о его собственном долгом и мучительном восстановлении. —Если сравнивать со всей командой, то нет, не легко, — он покачал головой, думая о Мираже и Сиспрее. — А если со мной несколько лет назад... Или Сиспреем и Миражом — он сделал небольшое драматическое паузу, — ...то очень даже легко. Ты уже на ногах и снова в строю. Я же тогда полгода не мог без посторонней помощи дойти до туалета. Знаешь как было тяжело? В кабинете на секунду повисла тишина, наполненная пониманием. Они оба знали цену ранениям и долгому пути назад. — Спасибо, — негромко, но искренне сказал Магнус. Его взгляд был прямым и открытым. — За поддержку. И за ту поездку. Это было... необходимо. — Обращайся, — Смоукскрин кивнул, ему было приятно. Он уже собрался было развернуться и уйти, чтобы не отвлекать Магнуса от работы, как тот неожиданно поднялся из-за стола. — Постой, — сказал Магнус. Он прошел к вешалке и снял свое пальто. — Не хочется пока снова погружаться в эти бумаги с головой. Не хочешь... прогуляться? На крыше. Предложение прозвучало настолько несвойственно Магнусу, что Смоукскрин на секунду замер, его брови поползли вверх от удивления. Магнус — человек строгого распорядка и закрытых пространств — предлагает неформальную прогулку на крышу? Это было из разряда «сегодня понедельник, а не вторник». — Я... конечно, — наконец выдавил из себя Смоукскрин, стараясь скрыть легкий шок. — А что там? Ты подозреваешь, что десептиконы проложили маршрут прямо над нашим штабом? — Нет, — Магнус с намеком на улыбку тронул выпавшую прядь волос из укладки . — Просто там свежий воздух. И вид неплохой. Они молча вышли из кабинета и направились к лифту. Несколько минут спустя они уже стояли на огромной, плоской крыше штаба. Отсюда открывался панорамный вид на вечерний город: бесконечные огни окон, машинные фары, похожие на светящиеся реки, и темнеющее небо над ним всем. Ветер был сильнее, чем внизу, и он трепал волосы Смоукскрина и полы пальто Магнуса. Они подошли к парапету и некоторое время просто молчали, глядя на раскинувшийся внизу мегаполис. Для Смоукскрина, привыкшего к действиям, эта тишина была непривычной, но не некомфортной. — Знаешь, — наконец нарушил молчание Магнус, не отрывая взгляда от горизонта, — иногда, когда слишком долго смотришь на карты и схемы, забываешь, что именно мы защищаем. Это... — он сделал легкий жест рукой, указывая на город, — ...напоминает. Смоукскрин кивнул, понимая его как никогда. —Да, — просто сказал он. — Оно того стоит. Они простояли так еще несколько минут, два очень разных солдата, нашедших неожиданное утешение в тишине и виде на город, который они оба поклялись защищать. Это была странная, но прочная связь, рожденная в испытаниях и укрепленная тихим моментом покоя на краю крыши.