Выбирая себя

      Оказаться под временным заключением – грозило оказаться под новым испытанием на прочность. Впрочем, сейчас не это должно было его волновать.       Минхо шёл по унылым коридорам тюрьмы, которые были больше похоже на: «Оставь надежду всяк сюда входящий». И по тому, до какого уровня его опустили, он и сам должен был попрощаться с верой и надеждой. А любовь станет роскошью, которая станет позволительна на короткие мгновения.       Однако, горчие руки, которых ему прямо сейчас не хватало, точно не вписались в этот план жизни. Разноцветные глаза зло сощурились. Почему он должен ограничивать сам себя в угоду кому-то?       Потому что они сделали недостаточно, чтобы иметь всё то, ради чего сам парень отдавал всё. Так он для этого всем пожертвовал, чтобы доказать самому в первую очередь, что он кто-то большее, чем слова, сказанные в его адрес.       Расправив плечи и гордо подняв голову, он шёл мимо тех, кто точно ничего не делал, чтобы быть на их уровне. Они были теми, кто стремился к лёгкой жизни любыми способами.       Минхо таким не был.       И он должен сохранить свою гордость и достоинство. Чтобы потом, когда с него снимут все ложные обвинения, продолжить жить по чести и совести.       Его завели в камеру, где уже сидели несколько людей. Быстро осмотрев их, понял что они какие-то мутные. Смотрели на него спокойно, расчётливо и уверено. Знали, что останутся безнаказанными. — Мне могут выделить отдельную камеру? — А ты что, какой-то особенный? — сотрудник толкнул Минхо в камеру заключения. — Вы тут все «невиновные», но от закона ещё никто не уходил.       Хо потёр плечо, которое противно заныло от столь резких действий. Дверь захлопнулась, оставляя дизайнера наедине с его сокарниками. — Отдыхай пока, красавица, — мерзко ухмыльнулся один из них. — Ночь будет долгой и лясы поточить мы ещё успеем.       Подставные лица переглядывались между собой, то и дело ухмыляясь и молча о чём-то договаривались. Взглядом.       Кажется, придётся вспомнить некоторые навыки, о которых никто не знал.       Они ещё узнают кто тут хищник, а кто жертва в клетке.

***

      Бан Чан уверенно встал и поправил свой костюм, прежде чем выйти вперёд, чтобы взять слово. Он быстро и расчётливо окинул взглядом окружающих, словно прицеливаясь куда лучше ударить, чтобы точно заставить всех и каждого поверить в его версию. — Ваша честь, господа присяжные, сегодня мы представим неоспоримые доказательства вины Ли Минхо в финансовых махинациях. Его действия нанесли значительный ущерб, и он должен понести заслуженное наказание. Мы предоставим документы, подтверждающие его связи с сомнительными компаниями и сделки, проведенные без должного оформления. Свидетельские показания подтвердят нашу позицию, — после этого простого вводного, по сути скорее шаблонно заученного текста он подходит к судье, чтобы отдать тому документы. — Обратите внимание на эти суммы. Несоответствия в финансовой отчетности — это не просто ошибки, это явные попытки скрыть незаконную деятельность. Мы также располагаем свидетельскими показаниями, которые подтвердят его участие в мошеннических схемах.       После этого он холодно посмотрел на Минхо, который находился здесь же. Приведённый в порядок, без ожидаемых следов от более доступного языка общения.       Зато сам Ли смотрел на него заинтересованно. И эта заинтересованность не сулила ему ничего хорошего.       Вот только Кристофер не был собой, если бы его это испугало. Что ему мог сделать брехливый щенок?       Со Чанбин в это время вышел вперёд, чтобы предоставить линию защиты: — Ваша честь, присяжные, — с лёгким кивком головы поприветствовал всех адвокат. — Мы с вниманием выслушали обвинения господина Бана. Однако, спешу вас заверить, что так называемые «неоспоримые доказательства» — это не что иное, как грубая попытка манипуляции. Мы подготовили контраргументы, которые полностью опровергнут заведомо ложные обвинения.       И Чанбин одним движением руки заставил всех присутствующих посмотреть на большой экран, где появилась презентация. И пока Чан предоставлял свои документы исключительно судье, Со выбрал стратегию публичности. Ту самую, которую блокировали друзья его клиента, чтобы не пострадала репутация дизайнера. — Прошу обратить ваше внимание на результаты независимой технической экспертизы, проведенной независимыми экспертами. Как вы видите на экране, представленные господином Баном документы содержат явные признаки подделки. Здесь мы видим изменения даты, несоответствие шрифтов, аномалии в метаданных файлов. Это не просто технические неточности, это прямые доказательства преднамеренной фальсификации документов, — уверенно указывал на конкретные моменты на экране, подробно объясняя технические детали адвокат защиты. — Следовательно, «неоспоримые доказательства», представленные обвинением, не стоят нашего внимания, так как являются подделкой. Мы докажем, что это спланированная провокация, направленная на дискредитацию моего клиента. — Возражаю, — тут же среагировал Бан. — Причина? — спросил судья. — Адвокат защиты утверждает, что это мои клиенты подделали документы, в чём ни разу не были замечены. — Отклонено. Сейчас мы выслушаем свидетелей. Надеюсь их слова будет подтвердить легче, чем официальная печать канторы «Страж».       Через короткое время первый свидетель занял своё место, после чего поклялся говорить правду и только правду во имя закона. — Господин свидетель, вы утверждаете, что видели господина Ли на встрече с представителями компании «Black Soul»? Можете ли вы точно указать дату и время этой встречи? Опишите место встречи, окружающую обстановку, присутствующих лиц. — Слушайте, — простодушно начал человек, словно не его слова сейчас решали чужую судьбу. А так, делился своими историями в каком нибудь пропахшим дешёвым алкоголем и дымом от сигарет месте. — Конечно, я помню, как будто это было вчера. Была та встреча, да, с представителями «Black Soul». Мы тогда собирались 15 марта, в 14:00, если не ошибаюсь — время стуки настенных часов в зале, который, знаете, был такой строгий такой, с серыми стенами и пыльными углами. Прям как на каком-то фильме про бизнесменов, — начал своё повествование мужчина. — А находился этот зал на третьем этаже, как раз напротив окна, откуда можно было увидеть улицу, где машины проносились, как стрела, — и он изобразил рукой то, насколько быстро двигались эти самые машины. — За столом сидели они — представители, так скажем, с важными лицами, все в костюмах, будто на парад. А Ли, он был там, знаете, очень уверенный, пригладил волосы, как будто готовился к встрече века. Обсуждали они, кажется, что-то такое довольно напряженное, обсуждая цифры и какие-то контракты. Так что — если в двух словах, помню, пятнадцатое марта, часа в два, строгий зал, люди в костюмах и сам Ли, кажется, был не прочь поучаствовать в этой встрече. Вот такие дела, господа. — Вы точно видели этого человека? — задал уточняющий вопрос Бан, указывая на Ли. — Конечно. Да разве такого человека забудешь? — и чуть поёжился, стоило встретиться с разноцветными глазами. — Только сейчас он словно специально оделся иначе. Если бы не это разбирательство, то вот так бы увидел на улице, не признал. — Вопросов нет, — Чан предупреждающе посмотрел на свидетеля.       Со Чанбин вышел сразу, успев выписать для себя несколько несоответствий. — Вы уверяете, что видели именно моего клиента пятнадцатого марта в два часа в «Black Soul»? — Да прямо так и сказал, — подтвердил мужчина. — Так же вы сейчас сказали, что не признали бы моего клиента в обычное время? — Протестую! — Вопрос снят, — отреагировал в свою очередь Чанбин. — Однако, у меня есть куда более важный вопрос: на этом фото, сделанном в указанный вами день, мы видим, что вы запечатлены в совершенно другом месте. Ваши показания противоречат объективным данным. Поясните нам этот нюанс, пожалуйста. Кроме того, мы располагаем свидетельскими показаниями, что в указанный вами день господин Ли находился на официальном мероприятии в совершенно ином месте. Можете ли вы это опровергнуть? — Ох, ну, вы знаете, как это бывает, да? — растерянно начал свидетель. — Вот, вспомнил уже, кажется, что-то действительно не так. Я же говорил, что у меня не самый отличная память. Ничего не скажу, помню, как будто всё это было, но фото… Да, это, конечно, не совсем совпадает, но может только потому что время, может, не два часа было… Ну, а по поводу господина Ли, правда, слышал, что он был на каком-то важном мероприятии, но ведь все мы знаем, как бывает, да? Может, он и заскочил на ту встречу, а потом… в другое место его унесло. Все мы в жизни, так сказать, мчимся. Я тоже иногда не помню, где был в определенный момент времени. Могу я подумать над этим? Вы понимаете, как это сложно, да? Смотришь на часы, два часа, а потом, оп, и уже девять вечера. Время, оно так вжух, и нету.       Чанбин спокойно повернулся к присяжным. — Как видите, даже на начальной стадии процесса обвинения рушатся, как карточный домик.       Бан сощурился, смотря на своего оппонента.       Судья ударила молотком, привлекая к себе внимание. — Мы продолжим рассмотр данного дела завтра. Увидите подозреваемого.       Минхо встал и пошёл под конвоем на выход, по пути успевая заметить среди присутствующих важных ему людей. Юра и Джисон.       Его не оставили одного.       Со тоже успел передать ему письмо от Хёнджина, пока сам Ли написал несколько строк на небольшом клочке бумаги, оставляя их для адвоката, зная что тот передаст их адресату.

***

— Вы обещали мне лучшую работу, господин Бан. — Как и вы мне достойную организацию документов и свидетелей. Если вы сами не способны обеспечить обвинение, хоть и через подставных лиц, то я ничего не могу сделать. Найдите аргументы весомее.       Однако от слов адвоката отмахнулись. — Сейчас репетиция. Второго раза просто не будет, там всё сделают чище и наверняка.       Кристофер завершил звонок и поехал обратно в свой офис.

***

      В суде царила напряженная атмосфера, когда Бан Чан, уверенный в своей позиции, шагнул к трибуне. Он знал, что вчерашние контраргументы защиты не были достаточно убедительными, и сейчас у него была возможность похоронить их утверждения на корню.       Передав новые документы судье, он хищно осмотрел зал, после чего взял слово: — Ваша честь, вчерашние попытки защиты оспорить наши доказательства оказались несостоятельными, — он завлек внимание всех присутствующих, и зал замер в ожидании новых аргументов. — Анализ документов, представленный оппонентами, был поверхностен и игнорирует ключевые аспекты дела, некоторые из которых мы еще не раскрывали. Я хочу представить своего первого свидетеля в разберательстве сегодняшнего дня. Думаю, в словах уважаемых нашим обществом чиновников сомневаться нам не придётся.       И вот на трибуне появился первый свидетель. Безупречная репутация и солидный опыт в финансовых операциях данного человека сомневаться не приходилось.       Сам господин Кан натянуто улыбнулся, скорее больше для присяжных и рандомных зрителей в зале, чем действительно этого хотел. — Я провёл тщательный анализ финансовых операций Ли Минхо, — серьёзно начал господин Кан. — Мы обнаружили многочисленные несоответствия, которые указывают на его участие в легализации незаконно полученных средств. В этот список входят такие критерии как: необъяснимые транзакции. Существуют сотни переводов мелких сумм, нет источников — чистая анонимность; фальшивые компании — наличествуют подставные фирмы, зарегистрированные на сторонних лиц, но средства идут на его счет. Тайные соглашения, несоответствие в ответах и этот список можно продолжать долго. Как я понял, в одном из ранее показанном документе усомнились, но этот момент был сам по себе изменён ранее и его показали в чистом виде, что после подтвердили защитники, как обман. — То есть вы утверждаете, что данный документ, — Бан показал его ещё раз, — это оригинал? — Совершенно верно. Как я уже сказал, мы основываемся на фактах и цифрах. Никакие легальные операции не оставляют таких следов. — И именно линия защиты, введённая в обман, подтвердила лично, что это ложь? — Протестую! — встал Со, привлекая внимание. — Отклонено, — спокойно отреагировал судья. — Необходима переоценка актуальности данного документа. Линия защиты, вам есть что сказать? — Нет, господин судья, — упрямо поддал губы Чанбин и сел, начиная записывать в свой блокнот новые пункты. — Продолжайте, господин Бан.       Кристофер кивнул и вызвал второго свидетеля. Госпожа Ким, высокопрофильный экономист, которая работала с крупной компанией. Её утверждения были подкреплены детализированными отчётами и историей операций, которые она проанализировала. — Наши расчёты показывают, что на счетах Ли Минхо были средства, происхождение которых не удается объяснить, и они напрямую связаны с криминальной деятельностью.       Со вышел вперёд, провожаемый насмешливым взглядом Бана. — Вы можете назвать конкретные источники, из которых поступали деньги на счета Ли Минхо? — Есть и они переданы господину судье, — спокойно ответила женщина. — Существуют ли документы или свидетельства, подтверждающие нелегальность средств? — Определённо. Так же есть все необходимые доказательства того, что они связаны с криминалом, — госпожа Ким улыбнулась. — Так же я предоставила детальные выписки и количество транзакций. — Почему вы уверены, что Ли Минхо имеет связь с криминальной деятельностью? — Все люди, с которыми связаны те или иные операции ранее уже были связаны с криминалом и суд признавал их виновность.       Присутствующие в зале зашумели. А сам Минхо напрягся. Он видел, как ситуация выходит из-под контроля, но продолжил наблюдать за происходящим.       Он верил, что сегодняшние аргументы будут разгромлены после, просто потому что найдутся способы доказать что сегодняшние аргументы не больше, чем подстава. Как и лицо, которое заявило, что во всём виноват Минхо.       Какой-то рандомный, самый обычный мужчина, на которого никогда не подумаешь. Обычное серое пятно. Именно его выставили куклой, которая была управляема настоящим кукловодом — его отчимом. Человеком, который сейчас спокойно ссорил деньги, зная, что может после получить значительно больше. — Продолжим финальное разбирательство через несколько дней, — заключил судья.       Чанбин уверенно посмотрел на своего клиента. — Господин Ли… — Не стоит, — мягко перебил его дизайнер. — Я знаю и уверен в своих друзьях.       И он ушёл с гордой осанкой, не давая никому усомниться в его силе и уверенности.

***

      В камере его не трогали. Те, кто с ним находился в первый день, после того, как они тесно пообщались ночью – Хо больше не видел. — Может договоримся по хорошему? — начал один из его сокамерников. — Мы не станем трогать твоё смазливое личико, красавица, если ты прямо сейчас согласишься сделать всё, что от тебя потребуется. — И что от меня потребуется? — покладисто спросил Ли, не давая никому из присутствующих уйти из его поля зрения.       Мужики отвратительной внешности похабно заржали. — Обслужить нас, как ты обслуживаешь своих многочисленных любовников, красавица. И подписать документ, который пришлют утром вместе с завтраком. — А если я не согласен?       Именно этот вопрос вызвал особое оживление среди его сокамерников. Они сразу полезли к нему, но он заставил их сожалеть о своих действиях сразу.       Вспомнил, как когда-то давно Ли Феликс по приколу предложил пройти им начальные бесплатные курсы по тхэквондо. И самому Минхо это понравилось настолько, что он смог отложить деньги на полный курс, занимаясь после тайно от своего окружения. Может он не знал многого, но то что мог — помогло ему прямо сейчас.       Обеспечив себе спокойный сон, утром он наблюдал за тем, как его сокамерников заменяют другими, ничего ему не сказав и не сделав. Лишний раз дав дизайнеру возможность убедиться, что всё, что тут происходило — было хорошо отрепетированным сценарием.       И теперь он видел всё чётко. Ждал, ожидая развязки, зная, что с ним ничего не сделают, пока не получат желаемое.       Минхо будет рад доказать обратное. Сделать так, чтобы после этого к нему побоялись лезть с чем-либо, отбивая любое желание сразу. Особенно у его семьи, которая не побоялась прибегнуть к таким средствам раньше, чем просто поговорят. Ведь именно их поведение заставило его переосмыслить всё.       В первую очередь то, что он смог достигнуть всего сам. Каких усилий ему это стоило и по какой причине в этот раз он не отступит.       Ему больше не нужно признание бывшей семьи. У него уже была своя. Ту, которую он создал сам.

***

      Ли Минхо покинул зал суда со всеми снятыми с него обвинениями. Чуть позади него шёл его адвокат, пока сам парень с разноцветными глазами шагал всё твёрже.       Пожалуй, он впервые был рад тому, что существуют люди, которые в первую очередь были за справедливость, а не за чужое влияние и деньги. Когда казалось, что всё для него потеряно, мир каждый раз показывал что всё иначе.       Что его падение не более, чем возможность набрать скорость перед покорением новой высоты.       Солнечные лучи коснулись его лица и он смог ощутить его ласковые прикосновения. А стоило опустить взгляд, как заметил того, чьи грозовые тучи стали важной частью жизни. — Минхо, — окликнул дизайнера знакомый голос.       Он оглянулся, чтобы подождать приближающегося к нему Кристофера. Мрачного, но какого-то возбужденного — взъерошённые волосы, маниакальный блеск в глазах. — Крис, — холодно произнёс Ли. — Чем обязан? — Ты вернулся. — Ты наблюдаешь меня в суде несколько дней и ещё до этого где-то да мы пересеклись. Не знал, что в адвокаты берут тех, кто не способен осознавать столь очевидные вещи. Что, служить неудачникам за деньги единственный способ построить карьеру?       Он смог задеть Чана и в груди поселилось мрачное удовлетворение. — А ты я смотрю совсем страх потерял.       Минхо ухмыльнулся так, что Чан невольно отстранился и напрягся. — Потерял. — Меня просили передать, что на этом ничего не закончено. — Отлично, — и окинул взглядом своего бывшего с ног до головы. — Раз ты ещё и посыльным подрабатываешь, то тогда не забудь передать и мои слова, — желваки Бана ходили ходуном. — Каждый из вас допустил большую ошибку и вы все за неё заплатите. Я отпустил, но не забыл. Пора платить по счетам, Крис.       Кристофер осознал не сразу. — Что это значит? — У тебя есть возможность доказать самому себе, что ты умнее офисного планктона, если сам сможешь найти ответ на данный вопрос.       После этого, Ли направился к машине своего бойфренда.       Хёнджин не делал ничего особенного. Просто открыл ему переднюю дверь машины, убедился, что Минхо сел и нашёл подготовленный для него сюрприз в виде любимой еды. — Ты просто само совершенство, — с восхищением произнёс Ли и Хван с удивлением покосился на дизайнера. — Я про пиццу. Неужели ты подумал, что я про тебя? — Вот теперь я точно уверен, что с тобой всё в порядке, — произнёс модель, но в следующий момент его поймали за галстук, который после чуть скрутили, пока Минхо вовлёк его в долгий поцелуй. — Ты куда идеальнее пиццы, — наконец прошептал в зацелованные губы Джина Хо.       Хван на это лишь улыбнулся, после чего сел обратно за руль, поправляя свою одежду. — Куда мы сейчас? — Домой. Я хочу помыться, а потом начать действовать на уничтожение.       В салоне было тихо, но уютно. — Моя помощь нужна? — Со своей семьёй я должен разобраться сам, — покачал головой Ли. — Но буду признателен, если станешь моей страховкой и не дашь мне упасть. Забыть кто я. — Помогу всем, чем смогу, — пообещал Хван.       Когда они остановились на светофоре, он протянул ему журнал, который достал из бардачка. На обложке был сам Ли в одном из своих образов.       Хо отложил пиццу и вытер пальцы о салфетку, прежде чем посмотреть на обложку. Мог ли он когда-нибудь думать о том, что его дебют станет таким? Не в зале, где он бы представил свою первую коллекцию, а сразу на миллионом тираже популярного журнала. — Кто это придумал? — Сынмин. Он решил, что это будет хорошей альтернативой представить тебя по новому концепту. Тем более, что в Италии ты уже хорошо известен, так что это не нарушило какие-либо негласные правила.       Парень продолжал с недоверием рассматривать обложку. В тот день он никак не мог добиться от моделей того, что хотел бы увидеть в итоге. Ему не нужно было, чтобы они рекламировали себя и свою внешность. Их ухоженные мордашки с пустым взглядом его не интересовали.       Попросил фотографа сделать пару снимков, по которым он уже объяснял что он хочет видеть. И вот один этот снимок стал обложкой.       Снимок, который лично отобрал Хан Джисон.       Ему было необходимо, чтобы каждый из них показал, что в первую очередь его одежда комфортная. Потом то, как она будет смотреться в той или иной ситуации. А о качестве он расскажет в коротком рекламном ролике и лично, но уже в виде интервью. Только после этого несколько людей, которым они отправили образцы, должны были дополнительно сделать честный отзыв на своих аудиториях в социальных сетях.       Быстро взяв мобильный телефон, Минхо стал изучать страницы тех самых людей. Один ролик за другим, фотографии, которые те сделали в новых образах по отдельности или со своими половинками.       И положительные отзывы.       Его не захваливали. Не говорили под шаблон. Кто-то сказал всего несколько слов, кто-то рассказал обо всём подробнее. Кто-то оказался полностью доволен продуктом, кто-то назвал его работы многообещающими, но узнать об этом можно будет чуть позже.       По крайней мере они начали.       Хёнджин, словно специально, проехал мимо бутика «On TOP», где правая сторона витрины была подготовлена под его моделей. — Кажется, я теперь должен всем минимум по бутылке вина.       Хёнджин рассмеялся. — Это их работа. Простого «Спасибо» и верности будет достаточно. Свои деньги они и так заработают, позволяя себе не одну бутылку. А Сону и вовсе хватит. Мы его такими темпами в алкоголика превратим.       Теперь смеялся Минхо, бережно убирая журнал, чтобы вернуться к практически остывшей пицце. — Не думаю, — наконец произнёс Ли. — Тот скорее магазин откроет. — Или организует вечеринку, где сможет сэкономить на выпивке.       Ребята переглянулись, после чего прыснули со смеху. — Я соскучился, — наконец признался Минхо.       Хёнджин погладил его по колену, после чего вернулся к дороге. Дома он сможет больше уделить своего внимания любимому парню.       Тем более, что тот решил начать войну на уничтожение, а не на молчаливую оборону. Этому дракону пригодятся силы, забота и поддержка близких людей, которые действительно им дорожат.