Татуировки/Tattoos

Гарри только что сел в купе рядом с Невиллом после того, как Джинни представила его Полумне Лавгуд. Девушка показалась ему довольно странной, как и ее журнал. Часть Поттера все еще думала о Сириусе и о том, как он прыгнул вслед за отходящим поездом. Другая часть вспоминала–все еще немного обидное–что Гермиона и Рон не смогли сесть рядом с ним. Мысль о них также причинила парню еще одну боль: он не стал старостой. Пока Невилл болтал о своем новом растении–мимбулусе мимблетонии, Гарри крепко держал Тревора, жабу Невилла. Она была известна тем, что постоянно исчезала и появлялась только к концу года. Поттер был полон решимости помочь Невиллу пережить хотя бы первый час в поезде. Внезапно Лонгботтом ткнул в Тревора кончиком пера, и жаба разлетелась по всему купе, распространяя запах навоза. — Фу! —Гарри изо всех сил попытался свободной рукой стереть грязь с лица. Невилл начал рассыпаться в извинениях, и, к несчастью Гарри, Чжоу Чанг–ловец Когтеврана, открыла дверь купе. — О...Эм, привет, Гарри. Я не вовремя? — нервно спросила она, и робкая улыбка озарила ее лицо. — О...привет —слабо сказал Гарри. — Ну, я просто подумала поздороваться — Чжоу закрыла дверь и вышла из вонючего купе. Поттер вздохнул. Хоть Чанг ему не особо нравилась в этом смысле, она была очень красивой девушкой, и гордость парня была уязвлена тем, что его видели в таком виде. Джинни быстро наложила заклинание, чтобы очистить помещение ("Скоргификация!"), и следующий час для Гарри прошел в унынии. Однако была одна мысль, которая немного подняла ему настроение. Малфой. Поттер питал к нему чувства несколько лет, но не осознавал это до конца прошлого года. Вся эта ненависть к блондину, вероятно, вероятно была защитным механизмом от перспективы бисексуальности. Парень считал что Малфой–гетеросексуал, не говоря уже о том, что они практически враги. Он не помнил, что они говорили друг другу хорошего с того дня, как встретились в магазине мантий мадам Милкинс. Но Гарри было все равно, он любил в Драко все, пусть тот и был мудаком. Поттер признавал, что это странно испытывать чувства к парню, который ненавидит тебя всей душой, но Гарри находил эту шутку почти забавной. Гриффиндорец уже мечтал о том, как запустит пальцы в коротко–светлые волосы Малфоя, когда дверь в купе снова распахнулась, на этот раз с грохотом. Рон плюхнулся на сиденье рядом с Гарри, а Гермиона, качая головой, вошла и тоже выбрала себе местечко рядом с Избранным. — Я умираю с голоду — произнес Рон, хватая у Поттера шоколадную лягушку. Но тут же, откусив огромный кусок, снова сник. Гарри покачал головой, подражая Гермионе. «Ты вечно голодный » — мысленно сказал он другу. — От каждого факультета нужно две старосты — сказала Грейнджер — Один мальчик и одна девочка. — Угадай, кто стал старостой из Слизерина? — спросил Рон у Гарри, все еще не открывая глаз. — Малфой? — спросил Поттер, изображая отвращение. Он не рассказал друзьям о своей недавно обнаруженной сексуальной ориентации и не был готов признаться об этом в купе. — Бинго — Рон доел свою лягушку и украл у друга еще одну. Гарри тоже взял одну себе, не желая, чтобы все они исчезли, прежде чем он получит свою. — ...И Пэнси Паркинсон — тихо сказала Гермиона. Гарри вопросительно посмотрел на нее, а Рон, не обращал ни на что внимания кроме своего шоколада. Полумна все ещё была погружена в новый экземпляр "Придиры", но Джинни тоже заметила перемену в тоне Грейнджер. Они с Поттером переглянулись и вновь посмотрели на подругу. — Кто стал старостой из Пуффендуя? —поинтересовался Гарри. — Ханна Аббот и Эрни Макмиллан —ответил Рон. — Энтони Голдстейн и Падма Патил из Когтеврана — добавила Гермиона. — Ты ходил на Рождественский бал с Падмой — заговорила Лавгуд, обращаясь к Гарри. — Да, я знаю — ответил парень, слегка удивленный. Чего он тогда не знал, так это того, что ревновал Драко к Пэнси, которые пошли вместе. — Ей не очень понравилось —произнесла Луна — Она считает, что ты к ней не очень хорошо относился, потому–что не стал с ней танцевать. — Не думаю, что я бы стала возражать на твоём месте —добавила девушка — Я люблю танцы. На этот раз Гарри заметил, как Джинни оживилась, услышав голос Полумны, и мысленно ухмыльнулся. «По крайней мере, все мои друзья не гетеросексуалы » « Ну — подумал парень — может быть, не Рон и Невилл » – Он взглянул на них. Лонгботтом снова разглядывал свое растение, а Уизли рассматривал другую лягушку. « Вероятно, гетеросексуал » В любом случае, Невилл был слишком робким для отношений. « Может быть, асексуал? » — Мы должны время от времени патрулировать коридоры —сказал Рон Гарри и Лонгботтому, — и наказывать тех, кто плохо себя ведёт. Мне не терпится проучить Крэбба и Гойла за что–нибудь... — Рон! — резко сказала Гермиона — Мы не должны злоупотреблять своим положением! —Ага, как и Малфой. — Значит, ты планируешь быть таким же плохим, как Малфой? —поинтересовалась каштановолосая. — Малфой не так уж и плох... — произнес Гарри так тихо, что никто его не услышал. — Нет, я просто хочу убедиться, что найду его друзей раньше, чем он найдет моих — попытался оправдаться Уизли. Гермиона закатила глаза: — Ради всего святого, Рон... — Я заставлю Гойла писать объяснительные, он же меня убьет, он ненавидит их писать — мечтательно сказал рыжеволосый. — Я...не...должен выглядеть...как зад... бабуина — сказал Уизли, понизив голос до хриплого рычания, подражая Гойлу. Все разразились смехом, но Луна смеялась громче всех. Когда смех стих–а он, кстати, длился довольно долго, глядя на выражение лица Рона–Гарри увидел кое–что интересное в журнале "Придиры" Лавгуд, который упал на пол, когда Луна потеряла контроль над своим смехом. Поттер пролистал его. Там были какие–то безумные истории о министре, Корнелиусе Фадже и гоблинах, но больше всего его внимание привлекла история о Сириусе. Оказывается, какая–то бедная старушка приняла Сириуса за парня по имени Стабби Бордман, певца в группе, с которым встречалась эта женщина. « Как странно » — подумал Гарри, возвращая журнал Полумне. Парень вернулся к своим прежним мечтам о неком сероглазом мальчике...

***

Прошло некоторое время, и Гермиона и Рон высказали несколько не слишком приятных слов о журнале, а Лавгуд обиделась. Она сообщила друзьям, что ее отец–редактор, и, похоже, была весьма оскорблена словами двух лучших друзей Гарри. Вскоре дверь купе распахнулась в третий раз, но на этот раз Поттер был гораздо более ошеломлен тем, кто появился в проеме. Драко Малфой стоял в проходе, уже в школьной мантии, которая идеально сидела на его высоком, стройном теле. Сколько раз Гарри думал о том, как бы ему хотелось, чтобы Слизеринец наклонился к нему — Гриффиндорец был довольно низкорослым по сравнению с блондином, и зацеловал до беспамятства. — Что? — поинтересовался Гарри, прежде чем Малфой успел открыть рот. Его идеальный, идеальный рот... — Осторожнее, Поттер, иначе придется тебе идти на отработку — ухмыльнулся Драко. « Главное пойдем со мной » —пронеслась мысль в голове Гриффиндорца. — Видите ли, я, в отличие от вас, стал старостой, а это значит, что я, в отличие от вас, имею право назначать наказания — сказал блондин. Крэбб и Гойл хихикнули за его спиной. Гарри даже не заметил их присутствия. Ему показалось, что он видит и Блейза, но тот был слишком темным по сравнению с ослепительным видом Драко. « Скорее, скажи что–нибудь остроумное! » —Ага —произнес Гарри — Но ты в отличии от меня, мерзавец, так что убирайся. « НЕТ, НЕ УХОДИ! БЛЯДЬ... » — тут же запротестовал в мыслях брюнет. Рон, Гермиона, Джинни и Невилл рассмеялась. Малфой скривил губы. « Бляяяяя, это было горячо » —сказал сам себе в мыслях блондин. — Скажи мне, Поттер, каково это – быть вторым после Уизли? —поинтересовался Драко. — Заткнись, Малфой —сказала Джинни. (Да, я знаю, в книгах это говорит Гермиона, но тс–с, у меня есть на это причина) — Ой, я что, задел кого–то? —простонал Слизеринец. — Ну, береги себя, Поттер — угрожающе сказал он, снова поворачиваясь к Гарри. Поттер застыл, пригвождённый к земле этим свирепым, сильным, несомненно притягательным взглядом. — Я буду следовать за тобой по пятам —Малфой подмигнул гриффиндорцу. Сердце Гарри чуть не остановилось. — Убирайся! — крикнула Гермиона, вставая со своего места. Усмехнувшись, Малфой бросил на Гарри последний взгляд, прежде чем выйти. Гермиона захлопнула за ним дверь. « Нееет » — расстроился в мыслях черноволосый. Гарри потребовалась минута, чтобы понять,но, когда он это понял, он тут же посмотрел на Гермиону, которая ответила ему страхом в своих безумных глазах. Рон, конечно, все ещё ничего не замечал, но они поняли, на что намекал Малфой. Сначала Поттер считал забавным, что Сириус пришел с ним в облике собаки, но теперь понял, насколько это опасно. Они не могли говорить об этом при Полумне и Невилле. Рон был сосредоточен на поедании очередной украденной им шоколадной лягушке. Гарри готов был поспорить, что догадался не Драко, а его отец, мистер Люциус Малфой. Но, может быть, ни один из них ничего не знает и Драко случайно намекнул на "собаку"? Прошло несколько часов, и как только стемнело, они по очереди переоделись в школьные мантии: Гермиона и Рон со значками старост. Как только поезд начал замедляться, они вдвоем отправились наблюдать за отправлением. Луна предложила понести Пидвиджена, крошечную сову Рона, а Невилл нёс Тревора в кармане. Джинни схватила Крукшанкса, а Гарри взял клетку Букли в свободную руку, а в другой нес свои сундуки. Сойдя с поезда, Гарри мгновенно погрузился в людскую толпу и услышал резкий и четкий женский голос: — Первокурсники, первокурсники, приветствуем! — Профессор Граббли–Планк вела новых учеников к лодкам. — Где Хагрид? —спросил, в замешательстве, Гарри Джинни. — Не знаю, но нам лучше уйти, пока нас не затоптали —ответила она. Поттер продолжил осматриваться, пробираясь сквозь толпу людей, столпившихся у карет. Кажется, он потерял Джинни в толпе и все ещё не мог найти Хагрида. « Может, он заболел? Хагрид не мог не придти » Внезапно Гарри остановился, и его чуть не сбили с ног. — Эй, смотрите! —прозвучало где–то над ухом. Поттер все ещё не сдвинулся с места, глядя на безлошадные экипажи. Они всегда тянули себя сами, но в этом году они были больше не безлошадными. У каждого экипажа стояли гигантские, черные, скелетообразные существа, похожие на лошадей и птиц. У них были огромные крылья, и каждая косточка была видна под чешуйчатой кожей. Их белые глаза, казалось, смотрели одновременно во все стороны и в никуда. Гарри, с некоторым ужасом, задумался, почему они тянут экипажи, хотя раньше этого не делали? Рон, казалось, не обращая на это внимание, подсел к нему. — Где моя сова, приятель? — спросил он. — С Луной — ответил Гарри — Знаешь... — Где Хагрид? Никто его не видел — Рон выглядел обеспокоенным, и Поттер чувствовал то же самое. Черноволосый покачал головой: — Что с вагонами? Думаешь, есть причина, почему они больше не ездят сами? — Что ты имеешь ввиду? Экипаж все ещё безлошадный, как и всегда —сказал Рон, недоуменно посмотря на друга. Из толпы появилась Гермиона. — О чем вы говорите? — спросила она. — Гарри сошел с ума — ответил Уизли. — Нет, не сошел! — запротестовал Поттер — Гермиона, разве ты не видишь этих странных черных лошадей, которые тянут экипажи? — Гарри, вагоны никто не тянет —Грейнджер выглядела обеспокоенной —Ты хорошо себя чувствуешь? Прежде чем он успел ответить, Джинни и Луна подбежали к ним: Лавгуд несла клетку Рона, а Уизли прижимала к себе несчастного Крукшанкса. Обе девочки отдали животных их хозяевам. — Гарри, ты уверен, что хорошо себя чувствуешь? — настаивала Гермиона. — Да, да, я в порядке, Гермиона —Поттер решил не развивать эту тему, тихонько паникуя, что у него галлюцинации. Когда все подошли к каретам, Полумна повернулась к парню: — Не волнуйся, Гарри. Я тоже их вижу. —Точно? — спросил Гарри, отчаянно желая убедиться, что он не теряет рассудок. — Конечно. Я всегда их видела. Они всегда тянули вагоны. Ты такой же нормальный, как и я — девушка улыбнулась и вошла в открытый вагон. Возможно, не столь успокоенный, как ему хотелось бы, Гарри последовал за ней.