Огонь

      После нашего разговора с Оуком мы плотно поужинали — горячая еда только подогрела сонливое и измотанное состояние — и почти без сил разошлись по своим комнатам. Покецентр здесь был, конечно… Слово «огромный» не передавало и половины впечатлений. Ужасно, непостижимо огромный. Неужели в каждом городе будет так? Это было не просто здание, а настоящий высококлассный отель под куполом, где вместо скромного холла простиралась целая площадь, усыпанная сияющими фонтанами, чей мелодичный плеск эхом разносился под сводами. Церулин славился своими водными выступлениями, но мы приехали так поздно, что с ног валились, и благополучно проспали все утро, встретившись уже на позднем завтраке разбитые, но отдохнувшие.              Внутри покецентра взгляд то и дело цеплялся за детали: в центре главного зала находился гигантский аквариум, где стаи сияющих Лавдисков и переливающихся Голдинов лениво кружили в воде, переливаясь чешуей, а на дне, в зарослях кораллов, бесшумно бродили задумчивые Корсолы и Крабби.              И так же непостижимо многолюдно было в самом Церулине. Мы ощутили это в полной мере, едва вышли из покецентра и направились к стадиону. Он виднелся вдали, по ту сторону широкой реки, и за его гигантским силуэтом с шумом низвергался вниз мощный водопад. Честно говоря, стадион напоминал Сиднейскую оперу, но преображенную водной стихией. В разные стороны, подобно лепесткам фантастического цветка, расходились острые, как акульи плавники, крыши. Струи фонтанов били вверх, сталкивались в воздухе и на мгновение замирали, формируя причудливые, постоянно меняющиеся фигуры. Перед главным входом, охраняя путь, стояли статуи водных покемонов, а центральные врата обвивало, словно мифический страж, гигантское тело ярко-красного Гаярдоса.              — Мы точно на стадион пришли? — недоверчиво прошептал Трейси, с опаской разглядывая шумную толпу, заходящую внутрь.              — Сейчас там выступают сёстры… — начал Брок, но тут же получил сокрушительный толчок локтем от Мисти. — То есть, трио гим-лидеров! — поправился он, потирая бок. — И все они ужасно, невероятно милые!              — Значит, их целых трое? — удивился Эш, и его глаза загорелись знакомым огоньком азарта.              — Да, они принимают вызов в формате три против трёх, — кивнул Брок, становясь серьёзнее. — Каждый проигравший из троицы выбывает, и его место занимает следующий.              — Чтобы получить значок, нужно победить как минимум двоих, — добавила Мисти, скрестив руки на груди.              — Значит, две битвы? Но меня такой расклад не устраивает! — Эш сжал кулаки с непоколебимой уверенностью. — Я хочу выиграть все три! Может быть, тогда откроется специальная битва!              Видимо, припоминая недавний завоеванный значок с золотой рамочкой, а также кучу рейтинговых очков, которые Эшу накинули, он зажегся идеей собрать сразу все. Я посмотрела на Мисти. Хм. Интересно будет сразится против нее, но я не уверена, будет ли она сражаться.              — Но берегись, Эш, — осторожно заметил Трейси. — Эмбер в этот раз вряд ли сможет показать себя. Поле-то водное, ей будет тяжело.              — Как известно, водные покемоны имеют подавляющее преимущество против огненных, — мягко, но настойчиво добавила Мисти. — Кроме того, у тебя никто не умеет плавать, а Пиджеотто может только летать. Сражаться с водными покемонами в их родной стихии — чрезвычайно опасно.              Эш на мгновение задумался, его взгляд скользнул по сумке с покеболами. В его глазах мелькнула тень сомнения, но почти сразу же её вытеснила привычная непоколебимая воля.              — Всё в порядке! Я уверен, что мы справимся! Сейчас главное — найти стойку регистрации!              Я немного скосила на него взгляд. О моей устойчивости к воде не знал пока еще никто, однако, меня не особенно радовало то, что Эш вот так без раздумий бросается в следующий зал. Конечно, у него все еще есть суперэффективный Пикачу, но сколько у Пикачу опыта? Две битвы? Это не слишком серьезно. Тем более сложность залов нарастает по накатанной.              Войдя внутрь, под прохладные своды стадиона, Эш сразу же заметил нужную стойку с табличкой «Регистрация тренеров». По счастливому стечению обстоятельств, время для квалификационной битвы сегодня, сразу после выступления Цветков Церулина, было свободно. Не раздумывая ни секунды, Эш с широкой, решительной улыбкой принял вызов.              Он с любопытством развернул яркий плакат, который ему вручили вместе с билетами на представление. На глянцевой бумаге застыл в эффектной позе улыбающийся мужчина с зелеными волосами, а рядом с ним переливался всеми цветами радуги изящный покемон.              — А это что? — удивлённо спросил Эш, показывая находку друзьям.              — Вы что, не знаете, кто это? — не скрывая лёгкого шока, воскликнул кассир, выдававший билеты.              — Признаюсь, не могу вспомнить… — честно ответил Брок, вглядываясь в изображение.              — Ты что, не знаешь?! — буквально взвизгнула Мисти, вцепляясь в рукав Эша. Её глаза загорелись знакомым фанатским огоньком. — Это же Уолесс!              — От твоего крика яснее не стало, — с лёгкой улыбкой признался Трейси.              Мисти перевела взгляд с озадаченного Эша на равнодушного Трейси, и её лицо исказила гримаса искреннего возмущения. Эш уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но не успел и слова вымолвить.              — Уолесс — лидер стадиона водных покемонов в Хоэнне! И он ещё и высококлассный координатор! Не знать его — просто непростительно! — выпалила она одним духом. Её голос дрожал от восторга. — Его выступления — это чистая поэзия! Его покемоны двигаются так грациозно и изящно, что загляденье! Ах, я просто мечтаю увидеть его Майлотика вживую! Это самый прекрасный водный покемон на свете!              — А, точно. Он лидер Соотополиса, — Брок щелкнул пальцами.              — Ты его фанатка? — приподнял бровь Эш.              — Что? Разумеется, да! — Мисти всплеснула руками. — Он известен не только своей красотой и мастерством координатора, но ещё и невероятно сильным стилем битв! Его стадион в Хоэнне считается одним из самых трудных!              — Стой, но что лидер зала из Соотополиса делает в такое время на стадионе Канто? — озадаченно почесал подбородок Брок.              Мисти на секунду застыла, её пыл внезапно угас перед этим логичным вопросом.              — А! — Трейси стукнул кулаком по ладони, будто только что разгадал сложную загадку. — Залы в Хоэнне ведь временно закрыли в честь открытия Большой Лиги Индиго!              — Что? — хором удивились остальные.              — Хоэнн находится близко к Джото, поэтому всех тренеров, которые хотели собрать значки в этом регионе, переправили в Джото или в Канто. Нет разницы, где их собирать, — начал объяснять Трейси. — Лидеры залов из Хоэнна сейчас рассредоточились по всему континенту! Неудивительно, что Уолесс решил заглянуть на шоу в Церулин. Должно быть, его пригласили как почётного гостя.              — Ну, мне всё равно! — подвёл итог Эш, сжимая билет в руке и устремляясь к лестнице. Его глаза горели привычной решимостью. — Меня интересует только одно — битва! Вперёд, на арену!              Зал, где должно было проходить выступление, оказался и главным полем для сражений. Он поражал своими масштабами: огромный бассейн, сияющий бирюзовой водой, лежал в небольшой низине прямо перед трибунами. Благодаря гигантским голографическим экранам, висевшим повсюду, видно было каждую мельчайшую деталь.              Сёстры Дейзи, Вайолет и Лили начали представление с синхронного плавания. Если честно, для меня это было скучновато, но их мастерство нельзя было просто списать. Сил выпускал бесконечные вереницы пузырей, которые Шелдеры тут же замораживали, оставляя на воде переливающиеся ледяные шарики. Красиво.              И тут довольно внезапно погас свет. В полной тишине, длившейся всего мгновение, луч единственного прожектора резко ударил в центр бассейна. Вода в том месте забурлила, и со дна медленно поднялась платформа. А буквально через мгновение…              — Уолесс!              — Это Уолесс!              — Покажи класс!              Восторженные и хаотичные крики тысяч зрителей отражались от гладких плиточных стен, сливаясь в оглушительную какофонию. И тогда он появился. Уолесс стоял на спине своего великолепного Майлотика, который использовал ослабленную Вспышку под водой. Свет преломлялся в мириадах ледяных пузырей, создавая вокруг них сияющий, переливающийся ореол. Пузыри лопались с тихим хрустальным звоном, рассыпаясь в воздухе мельчайшими бриллиантовыми брызгами.              Несколько точных Водных пульсов заставили воду покрыться идеально ровными, расходящимися кругами, похожими на гигантские кружева. А в финале Майлотик, вынырнув из воды с немыслимой скоростью, применил Водяное кольцо. Он совершал головокружительные пируэты в воздухе, с бесстрашным Уолессом на спине, а капли воды, срывающиеся с его чешуи, сыпались на трибуны настоящим серебряным дождём. В самый последний момент лучи прожекторов поймали в воздухе идеальную, сияющую радугу.              Мастерство исполнения таких точечных атак меня впечатлило. Покемон и его тренер прекрасно знали лимиты и хорошо дополняли друг друга.              Выступление закончилось под грохот аплодисментов, перекрывавший шум водопада. Был объявлен небольшой перерыв, а потом из громкоговорителей раздался голос: «На арене состоится квалификационная битва претендента за значок Церулина!». Зрители, подогретые зрелищем, с ещё большим энтузиазмом стали занимать свои места. Главное шоу только начиналось.              — Эш, удачи! — ободряюще сказал Брок, сжимая кулак в традиционном жесте поддержки.              — Да, постарайся выложиться по полной! — добавил Трейси, его улыбка была немного нервной, но искренней.              Мисти же задержалась на секунду, отводя взгляд.              — Ты… постарайся, ладно? — выдохнула она с трудночитаемой интонацией и, резко развернувшись, почти растворилась в тёмном проёме ведущего куда-то коридора, прежде чем кто-либо успел что-то сказать.              Эш, немного озадаченный её поведением, вышел в указанный ему коридор, где суетливый помощник тут же направил его в раздевалку. Оставшись наедине с гулом вентиляции, он глубоко вздохнул и похлопал себя по щекам, пытаясь собраться с мыслями.              — Хорошо! Всем нам нужно выложиться на полную! — твёрдо проговорил он, доставая покеболл с Пиджеотто. — Я почти уверен, что кто-то использует Танец дождя. Будь наготове, приятель! Нам понадобятся все твои силы!              — Претендент, время выходить на арену! — раздался голос за дверью.              Стадион подготовили невероятно быстро. Мы снова прошли по холодному, слегка влажному тоннелю, но на этот раз Эш шёл увереннее. Его плечи были расправлены, а во взгляде читалась не юношеская неуверенность, которая проскальзывала в момент выхода на стадион Пьютера, а что-то посерьезнее. Впрочем… Он все еще переживал, разумеется. Все же, Эш начал этот забег на хардкоре, выбрав для старта Пикачу, а потом и меня. Но Пьютер завершился грандиозной победой, так что… Не думаю, что следует терять темп. Мы вышли на ослепительный свет арены, и Эш поднялся на уступ, где обычно устанавливался трамплин для покемонов. Сейчас его убрали, оставив лишь небольшой безопасный помост для тренера.              Напротив, на таком же помосте, стояли три девушки, улыбающиеся и волнующиеся. Я скосила взгляд на трибуны и сразу увидела машущих нам Брока и Трейси, на руках у которого сидел малыш Вега. Тот нахмурился и с не по-детской серьёзностью следил за происходящим, сжимая за нас крошечные кулачки. Мисти нигде не было видно. Странно. Неужели в самом деле…?              Переведя взгляд на почётную ложу, я увидела Уолесса, который восседал там с элегантной, непринуждённой улыбкой. Думаю, сёстры будут особенно выкладываться перед таким зрителем… Или сегодня сражаться будет не троица?              — Итак! Начинаем квалификационный матч за значок водного стадиона Церулина — Каскад! — голос комментатора раскатился по залу. — Позвольте представить! По левую сторону — наши прекрасные водные Цветки Церулина: Дейзи! Лили! Вайолет!              Зал взорвался овациями! Девушки эффектно позировали перед публикой, посылая восторженным зрителям воздушные поцелуи. Я почти уверена, что Брок сейчас поплыл от созерцания.              — А по правую сторону — претендент Эш Кетчум из города Паллет-Таун!              На этот раз, к счастью, не было гробовой тишины. Раздались отдельные аплодисменты, а кто-то даже крикнул, что восхищён его битвой в Пьютере. Эшу не повредит немного поддержки.              — Правила битвы! Претендент должен последовательно одолеть одного покемона каждого из трёх лидеров зала! В случае двух побед засчитывается общая! Лидеры спортзала не могут менять или исцелять покемонов, претенденту это разрешено! Тренеры, приготовьтесь!              Вперёд уверенно вышла розоволосая Лили, собираясь сделать первый бросок.              — Постойте-постойте! — вдруг крикнула её сестра, Дейзи.              На стадионе воцарилась звенящая тишина, зрители замерли в ожидании.              — Мы, сёстры, конечно, обожаем выступать, но сегодняшнюю битву мы хотим представить всем нашим зрителям как уникальный опыт! — торжественно произнесла Дейзи.              В этот момент свет на арене приглушился. Прожекторы, взметнувшись, направили свои лучи в одну точку у выхода из туннеля. Из темноты медленно вышла высокая, стройная фигура в длинном плаще. Она поднялась на пьедестал напротив Эша. И затем, с театральным взмахом, сбросила плащ.              — Мисти?! — изумлённый крик Эша эхом разнёсся по замолчавшему залу.              — Та-да! Это я буду твоим противником! — покланилась Мисти, её губы тронула уверенная, почти вызывающая улыбка. — Берегись, Эш! Из всех сестёр именно я больше всего известна своим настоящим мастерством в битвах!              Она выглядела совершенно иначе. Её обычная форма сменилась на элегантный костюм, вероятно, официальную форму лидера зала. Нежно-голубой градиент переходил в розовые вставки, напоминающие кружевные плавники Голдин. Белые шорты подчёркивали строгость образа, а на поясе, словно капли воды, сверкала жемчужная нить. Когда она только успела переодеться?              — Это мы ещё посмотрим! — парировал Эш, но в его голосе читалось уважение к внезапно обретшемуся сильному противнику.              — Неожиданный поворот! Четвёртая сестра Цветков Церулина вступает в битву! — проревел комментатор. — Правила остаются прежними: три битвы, в течение которых претенденту необходимо победить хотя бы двух покемонов!              Стадион взорвался одобряющими криками и словами поддержки. Мисти уверенно кивнула. Эш ответил тем же. Пикачу на его плече неловко мотнул хвостом, сбрасывая неуверенность перед битвой с тем, кого он считал другом.              — Лидер стадиона Мисти, вы готовы к сражению?              — Да! — её голос прозвучал чётко и громко.              — Претендент Эш, вы готовы к сражению?              — Ещё как! — выкрикнул он, сжимая кулак.              — Итак, тренеры! В бой!              — Голдин, давай, покажем силу водных покемонов! — Мисти сделала изящный бросок, и из покеболла в воду с лёгким всплеском выпрыгнула сияющая рыба.              — Дин! Голдин!              У Мисти не было Голдин с собой, но… вероятно, она использует покемонов зала, а не собственных, потому что покеболлы на поясе были премьер-боллами. Я выдохнула. Мисти была сильным тренером. Я это чувствовала по исходящей от нее стойкой уверенности. Мы мало знакомы здесь, но я знала ее потенциал и способности. Эта битва будет не такой простой.              — Флик, давай!              — Пика-а-а-а-чу! — Пикачу в ответ прыгнул на одну из немногочисленных закреплённых платформ, едва уместившись на ней.              Поле боя было огромным. В бассейне, сверкавшем бирюзовой гладью, было несколько надёжных твёрдых платформ, но выглядели они крошечными, а расстояние между ними казалось непреодолимым. Для манёвра по воде плавали яркие надувные матрасы, покачиваясь на едва заметной ряби. Слишком мало пространства для такого покемона, как Пикачу.              — Не думай, что справишься просто из-за превосходства в типе! Я знала, что ты вызовешь Пикачу! — уверенно заявила Мисти. — Голдин, Водяное кольцо!              — Флик, Заряжайся! — скомандовал Эш.              Пикачу тут же покрылся снопом искр, разгоняя электрическую энергию по всему телу. В это время Голдин завершил создание идеального водяного кольца, которое закружилось вокруг него.              — А теперь, Танец дождя! — скомандовала Мисти.              — Флик, используй Удар молнии прямо в воду! Быстро! — почти крикнул Эш.              Пикачу напрягся, его щёки полыхали ярким светом, и мощная волна электричества пронзила воду, устремившись к Голдину. К несчастью, покемон-рыба был натренирован выполнять Танец дождя молниеносно. Кроме того, на его плавнике я успела заметить слабый блеск — он держал Мокрый камень, усиливающий и продлевающий дождь. Первые тяжёлые капли уже забарабанили по воде и платформам.              Мисти едва заметно выдохнула, и на её губе промелькнула тень улыбки. Первая и самая важная часть её плана была выполнена — неумолимый ливень, усиленный Мокрым камнем, уже барабанил по водной глади, превращая арену в её владения. Поле боя было идеально подготовлено для тех, кто придёт следом.              — Что ж… Голдин, Ливень! — скомандовала Мисти, и её голос прозвучал чётко, заглушая шум падающей воды.              Эш отшатнулся, его глаза широко распахнулись от неожиданности. Он явно не был знаком с этой атакой. У меня же похолодело внутри. Это было худшее из всего, что могло произойти.              — Флик, Удар Молнии, вперёд! — почти крикнул Эш, отчаянно пытаясь переломить ситуацию одной мощной атакой.              Пикачу моментально отозвался, его тело озарилось ослепительной вспышкой, и в следующее мгновение в небо взметнулась мощная молния. Она должна была парализовать противника, но… паралич не сработал — Голдин был полностью поглощён использованием своей атаки. Вокруг Пикачу буквально из ничего сформировалась плотная, вращающаяся стена из падающего дождя, которая с силой обрушилась на него. Я воочию видела, как яркая молния Пикачу тускнеет, теряя свою силу, рассеиваясь в бесчисленных водяных брызгах. Удар всё же достиг цели, но ослабленный до крайности, он лишь слегка потряс Голдина, не нанеся серьёзного урона.              — Говорю же — твой тип не поможет тебе! — с лёгким торжеством в голосе парировала Мисти. — Голдин, Клевок, а следом — Молочение!              — Флик, жди! Как только он выпрыгнет — Электросеть! — скомандовал Эш, пытаясь предугадать действия противника.              Голдин стремительно вынырнул из воды, его рог заострился и покрылся сгустком энергии, устремляясь прямо на Пикачу. Электрический покемон выпустил навстречу сверкающую сеть, но атака вышла слабее обычного — из-за эффекта Ливня тип Пикачу временно сменился на Водный, ослабив его электрическую природу. Однако сама сеть всё ещё была электрической, и этого хватило. Голдин, уже получивший до этого попадание Молнией, запутался в сверкающих нитях, дёрнулся в конвульсиях и через мгновение беспомощно всплыл на поверхность, покачиваясь на волнах.              — Голдин не может продолжать бой! Победа присуждается Пикачу! Первая битва остаётся за претендентом! — огласил решение судья.              Эш вздохнул с облегчением, но его лицо оставалось серьёзным.              — Возвращайся, Флик! Ты замечательно справился! — он поймал на руки уставшего покемона, а затем решительно схватил следующий покеболл. — Теперь твой черёд, Скай! Вперёд!              Измотанный Пикачу, оставляя за собой след искр, пошатнулся и сделал шаг назад, перепрыгивая. Его место уверенно заняла яростная птица — Пиджеотто с пронзительным клекотом ворвался на арену, взметнув в воздух веер блестящих перьев. Его крик эхом раскатился по залу, бросая вызов противнику.              — Интересно, какого покемона выпустит Мисти дальше? — прошептал кто-то из трибун, и этот вопрос повис в напряженном воздухе.              Сама Мисти с изящным поклоном поймала возвращенный покеболл. На ее лице играла уверенная, почти хитрая улыбка.              — Что ж, ты победил Голдин, это так… — она сделала паузу, давая своим словам просочиться в сознание зрителей и противника. — Однако помни: дождь звенит, а значит, водные покемоны одержат верх! — и она, закружившись в легком пируэте, швырнула новый шар на поле.              Вспышка света — и на приподнятой платформе, с громким шипением, возникла Сидра. Ее иглы грозно ощетинились, а глаза метали молнии.              — Си-и-и-и-и-и! — ее яростный вопль был полон решимости.              — Сидра! Отличный выбор! — одобрительно крикнул кто-то из зала.              — Докажи всем истинное величие водных покемонов!              — Сидра, значит… — Эш сжал кулаки, его взгляд стал острым и сосредоточенным. — Хорошо, для начала, Скай, Рассеивание!              Пиджеото взмыл вверх, и его крылья начали вибрировать с невероятной скоростью, создавая вокруг него невидимый барьер, искажающий воздух.              — Что-о? — Мисти приподняла бровь, но ее улыбка не дрогнула. — Хм… Я помню, ты пытался научить этому Ская. Не думала, что у вас получится так быстро! Неплохо! Но недостаточно! Сидра, Фокусировка! — Рука Мисти резко рассекла воздух, словно клинок.              Взгляд водного покемона стал острым как бритва, все его внимание сузилось до одной летящей цели.              — Скай, Проворство! — скомандовал Эш.              Птица ответила ликующим криком и, взмахнув крыльями с удвоенной силой, рванула вперед, превратившись в размытый серый силуэт.              — Танец перьев!              Вокруг Пиджеото, словно рожденные самим ветром, закружились полупрозрачные, переливающиеся перья. Они создавали гипнотическую завесу, ловя потоки ветра и наполняя легкое тело птицы еще большей силой.              — Теперь используй Гидронасос! — голос Мисти прозвучал властно и четко.              Сидра, набрав в легкие воздух, выпустила сокрушительную струю, способную пробить скалу. Но Скай был уже не там — он легко, почти игриво ушел в пике, и смертоносный поток прошелся мимо, вздыбив воду у края бассейна. Не давая опомниться, Сидра накопила новую порцию воды и выстрелила снова, яростно, отчаянно, словно отказываясь мириться с тем, что она промахнулась. Но Пиджеото, набрав высоту, был уже вне досягаемости, его силуэт танцевал на фоне потолка. Мисти, поняв бессмысленность атаки, резко сменила тактику.              — Дыхание дракона!              Сидра на мгновение вынырнула, и из ее пасти вырвался не поток воды, а сконцентрированный сгусток фиолетовой энергии, пылающее копье древней ярости. Атака была куда массивнее и опаснее. Я внимательно следила за тем, как она это делала. Механизм, концентрация… Это пригодится.              — Скай, уклонись и используй Порыв ветра! Закрути воду в воронку! — среагировал Эш.              Птица, словно акробат, сложила крылья и камнем понеслась вниз, позволив драконьему пламени прожечь воздух у себя над головой. Едва не касаясь воды, он резко расправил крылья, и мощный поток воздуха обрушился на водную гладь. Вода заклубилась, забурлила и поднялась вверх, образуя стремительный водоворот. Сидра, подхваченная стихией, беспомощно закрутилась в ней, потеряв всякую ориентацию и способность целится.              — Скай! Атакуй клювом! — закричал Эш.              Мисти улыбнулась. Черт, нет! Эш, это ловушка!              — Чар… — я вскочила с места, но было уже поздно.              Пиджеото, словно метеор, врезался в водяной смерч, и послышались глухие удары — Клевок за Клевком обрушивался на дезориентированного противника.              — Давай, Танец дождя! Сейчас! — это был не крик, а торжествующий шепот Мисти.              И сквозь боль, сквозь град ударов Сидра, собрав последние силы, выпустила в воздух маленькую, мерцающую каплю энергии. Она взмыла к потолку и лопнула. Это выглядело очень любопытно, вероятно, Ясный день работает по такой же механике… И в тот же миг по арене пролился магический ливень. Пиджеотто вскрикнул от боли, вздрагивая. Он камнем рухнул на ближайшую платформу, с трудом удержавшись на скользкой поверхности. Его перья быстро начали терять легкость, стремительно намокая, едва живая Сидра с плеском исчезла в воде.              — Скай, что с тобой? — голос Эша дрогнул от ужаса.              — Пидж-е-е-е… — птица судорожно сглотнула, крепко зажмурившись.       Его перья потемнели от влаги и яда, крылья предательски дрожали. Каждый вздох давался с трудом.              — Ты все еще новичок, Эш! — голос Мисти звучал почти жалостливо. — Но для тебя и зрителей я объясню. Это особая способность Сидры — Ядовитые иглы! Стоило тебе перейти в ближний бой, твой покемон был обречен! Теперь Пиджеотто отравлен!              Эш стиснул зубы. Его кулаки дрожали.              — Скай… Ты можешь сражаться? — в его голосе была не команда, а мольба.              Птица, качаясь, поднялась. Она расправила крылья, и ее пронзительный, хриплый боевой клич прозвучал вызовом. Он снова взлетел, но каждый взмах крыла давался ему невероятным усилием, яд медленно выедал его силы.              — Хорошо… Тебе нужно закончить эту битву! — крикнул Эш, и в его глазах зажегся знакомый огонь безумной решимости. — Скай, ты знаешь, что делать!              Покемон кивнул, его взгляд стал острым и ясным. Скай явно отказывался сдаваться так просто. Эш, хоть и пока что легкомысленно относился к битвам, но придумывал стратегии в перерывах между дорогой. Или пытался придумать. То, как он пытался научить Ская Рассеиванию действительно было забавно. Ему повезло, что покемон был весьма умным. Но я знала и другое — именно способность Эша к импровизации и вера в покемонов могут сотворить чудо. Слишком уж часто я видела подобное.              — Сидра! Водный…              — Сейчас!              Сидра, будто и не была на грани, с мощным всплеском выпрыгнула из воды. Пиджеотто летел низко, почти касаясь поверхности кончиками крыльев. Казалось, еще мгновение — и…              — Воздушное лезвие!              Не успела Сидра открыть пасть, как Пиджеото, собрав остатки сил, взметнулся и совершил резкий взмах. Сгусток сжатого воздуха, острый как бритва, рассек надвое готовящийся Гидронасос и на полной скорости врезался в Сидру. Та замерла на долю секунды, и на ее морде отразились ярость и непонимание. И в этот миг, используя крошечную заминку птицы, уже теряющей высоту, Сидра, собрав волю в кулак, выплюнула последний, отчаянный Гидронасос.              Удар был точен. Мощная струя прямо в грудь сбила Пиджеото с курса, насквозь промочив и без того тяжелые перья. С оглушительным ударом он влетел в борт бассейна и, отчаянно крича, рухнул в воду. Но даже тогда, в последнем усилии, он сумел доплыть и вцепиться когтями в покачивающийся на волнах матрас.              — Скай! — крик Эша был полон отчаяния.              — Сидра, Лобовая атака! Добивай! — Мисти сделала резкий выпад вперед.              Пиджеотто, тяжело дыша, не отрывал взгляда от воды. Казалось, он вот-вот потеряет сознание.              — Скай, СЕЙЧАС! — закричал Эш.              Поверхность воды чуть дрогнула. Острое зрение яростно борющейся с потерей сознания птицы уловило это мельчайшее движение. Последним усилием воли он отклонил голову — и мимо, впустую, пронеслась атака Сидры. И в тот же миг Пиджеотто рванулся в воду, исчезнув в бурлящей пучине.              На секунду воцарилась абсолютная тишина. Зрители и зал затаили дыхание, ничего не было видно, лишь беспокойные круги на воде и тени, мечущиеся в глубине. Это была уже не битва, а слепая, яростная драка на истощение. Пиджеотто, сквозь отравленные жесткие иглы, отчаянно пытался лишить Сидру сознания на ее же поле.              И вдруг все прекратилось.              Вода успокоилась.              Тишина стала невыносимой.              С громким всплеском на поверхности показался Пиджеото, вдохнувший воздух. Он издал победный, хриплый клич, расправляя крылья и из последних сил удерживаясь на плаву. Рядом с ним, перевернувшись на спину, покачивалась нокаутированная Сидра.              — Сидра не может продолжать поединок, победил Пиджеотто! Эш Кетчум завоевал значок Каскад!       — Скай, вернись! Молодец! — крикнул Эш. — Ты был великолепен!              Я была быстрой. Уже прыгнула на ограждение арены, сердце бешено колотилось в груди. Я понимала. Я знала. Самого сильного, самого страшного покемона Мисти приберегла на сладкое. И настоящая битва была только впереди. Я издала низкое рычание, словно распаляя древнее пламя внутри, оно ответило — искры с тихим шипением приземлялись на воду. Кто я такая, чтобы отказываться от прекрасной водной битвы? Это хороший шанс, я бы сказала, великолепный. Эш встретил мой взгляд и решительно кивнул, его глаза горели безграничным доверием.              — Эмбер! Хорошо, вперед, Эмбер! Мы собираемся идти до конца!              Я выпрыгнула на арену, навстречу пронзительному ветру и хлещущему дождю. Шепот изумления и недоумения прокатился по трибунам. Да, они видели Чармандера, готового к битве на водном поле. Они еще не знали, что я научилась плавать и не боюсь воды. Их сомнения были для меня музыкой. Ха-ха. Глупцы. Сейчас я вас удивлю.              — Итак, Эш, — голос Мисти прозвучал мягко, но с ноткой упрека. — Ты уже заработал значок Каскад. Неужели хочешь рискнуть в третьей битве? И этот выбор… он разочаровывает. Тебе не жалко Эмбер?              — Говори что хочешь, но моя Эмбер — сильнейшая! — парировал Эш, сжимая кулаки.       Его вера была непоколебимой стеной. Мисти покачала головой, и капли дождя закружились вокруг нее.              — То, что Чармандер сумел одолеть Стиликса в Пьютере, еще не значит, что она справится с сильным водным покемоном. И, прости, я не собираюсь поддаваться! Эта битва будет самой жаркой, я обещаю!              Голос комментатора взорвал напряженную тишину:              — Претендент Эш уже завоевал значок, но, кажется, его пыл еще не утолен! Отважный настрой, но посмотрите на этот выбор! Его Чармандер выглядит внушительно, но что она может противопоставить водной стихии лидера Мисти?              Дождь безжалостно хлестал по моей чешуе, но мне было плевать. Он стихнет минуты через две. Интересно, кто же выйдет на арену? Валрейн? Или, может, Старми?              Мое сердце забилось чаще, не от страха, а от предвкушения. Я чувствовала это нутром — эта схватка перерастет во что-то грандиозное. Я снова ловила удовольствие от этого опасного ощущения, от щекочущего нервы чувства, что все может пойти наперекосяк. Мне кажется, я наслаждаюсь этим опасным ощущением беспомощности. Снова. Снова это ощущение.              Давай, зажги. Покажи им, на что ты способна.              Итак…              — Дьюгонг, выходи! — скомандовала Мисти.              На платформе возник тюлень-исполин. Его массивное тело излучало спокойную силу, а усы поблескивали каплями влаги. Хвост Дьюгонга всколыхнулся, он посмотрел на меня и действительно выразил какое-то странное… извинение? Он на полном серьезе был более чем уверен в себе. Вероятно, он был одним из сильнейших покемонов стадиона. Ладно, не худший вариант. Но его спесь следует сбить.              И тут же прозвучала команда, от которой кровь стынет в жилах:              — Абсолютный ноль!              Твою мать! Мгновенный инстинкт, а не разум, заставил меня рвануться с места. Я металась по скользким матрасам, отталкиваясь от них всеми лапами, чувствуя, как предательски дрожат поджилки. Из-за Линзы я была медленнее себя прежней, но не настолько, чтобы стать легкой мишенью. Тридцать процентов — мизерный шанс попадания, и я только что, на первом же ходу, увернулась от нокаута. С ума сойти!              Впрочем, этим ходом Мисти показала мне свой настрой. Сейчас мы не были друзьями, мы были спарринг-партнерами. Я неосознанно усмехнулась, обнажая клыки. Сзади прогремел взрыв, всколыхнувший воду. С оглушительным ревом треснуло море льда. Ударная волна отшвырнула мой матрас на другой край бассейна. Я развернулась. Гигантская ледяная воронка, словно айсберг, выросла в центре арены, уже начав осыпаться с тихим, зловещим хрустальным звоном. Волны уносили осколки льда. Льдинки плавали вокруг, а вода бурлила от перепада температур. Секунду назад я была там.              — Разумеется, Эмбер уклонилась, — прокомментировала Мисти с легким, почти ожидаемым хмыканьем. — Это была просто разведка. Я и не надеялась, что Дьюгонг попадет. Теперь — Снежный пейзаж!              Кстати говоря… Что по способностям? Толстый жир? Пока Дьюгонг начал концентрировать энергию, призывая ледяную бурю, я лихорадочно соображала. Итак, это точно не Гидрирование, иначе она не меняла бы погоду. Получается, огнем орудовать бессмысленно, верно?              Пока я размышляла, навешивала на себя Затвердение за Затвердением. Я не стала терять времени. Пока с неба посыпались первые градины, я сфокусировалась внутрь себя. Раз за разом я наращивала защиту, чувствуя, как моя чешуя становится тверже стали, как мускулы наполняются силой, а кости крепчают. Ну, эта штука сильно повышала мою прочность и защиту, ело каплю энергии и быстро применялась. Я уже ас в использовании Затвердения. Фишка в том, что Затвердение гасило волну инерции, что неплохо так помогало даже от специальных атак, а не только от физических. Пять раз подряд я использовала Затвердение, пока ледяной ветер выл вокруг. Теперь…              Я оскалилась, бросив Дьюгонгу самый ядовитый, самый унизительный взгляд, на который была способна. Насмешка сработала — по телу тюленя пробежала волна темной энергии, его крошечные глаза загорелись слепой яростью. Отлично.              — Эмбер не слишком-то вежлива? — улыбнулась Мисти, но в ее голосе появилась тревога.              — Эмбер, Дымовая завеса! — скомандовал Эш.              Тц, я уже делаю, ты же просто увидел, что я уже начала ее использовать? Я выдохнула струю густого, черного как смоль дыма, который мгновенно окутал все вокруг, превратив арену в непроглядную пелену. В этот раз будет веселее. Я нырнула, исчезая под толщей воды.              — Дьюгонг, ныряй!              Ха-ха, привет, дружок! В мутной воде я увидела его огромный силуэт. Его глаза округлились от неожиданности, когда я, как торпеда, рванула на него. Мои челюсти со всей силы сомкнулись на его шее — Укус! Дьюгонг затрепетал, подавившись собственной атакой, не сумев использовать Водный пульс. Прекрасно! Ошеломленный покемон инстинктивно рванул на поверхность, выпрыгивая в воздух. Но я не разжала хватку. В тот момент, когда мы вылетели из воды, мой рот заполнился сдерживаемой, искрящейся энергией. Громовой укус! Искрящиеся вольты ударили прямо в мягкое тело тюленя. Ослепительная вспышка озарила дым, а тело Дьюгонга затряслось в конвульсиях под током. Шикарно! Конечно же перед походом в этот гим я потренировалась использовать Громовой укус!              — Какого… Что происходит?! — голос Мисти дрогнул от чистого, неподдельного шока. — Она… нашла его в дыму? Под водой? Электроукус?! Откуда?!              Ослепительная молния, вырвавшаяся из моей пасти, на мгновение озарила все поле боя. Дьюгонг взревел от невыносимой боли, его мощное тело сотрясалось в судорогах, а по шкуре побежали дымящиеся полосы ожогов. Он бешено забился, пытаясь сбросить меня, но мои челюсти были сжаты стальной хваткой. Даже комментатор на трибуне онемел, его голос, обычно неумолкаемый, прервался на полуслове. Даже сквозь туман и дождь я чувствовала волну изумленного шепота, прокатившуюся по залу. Чармандер, который не тонет, а плавает как рыба — это был шок, переворачивающий все их представления с ног на голову.              — Выпусти Ледяной луч! Прямо в нее! — отчаянно скомандовала Мисти, и в ее голосе впервые прозвучала тревога.              Холод. Пронзительный, обжигающий холод ударил мне прямо в морду. Мир на мгновение побелел и онемел. Словно по сигналу, мои челюсти разжались сами собой, и я с тяжелым плеском рухнула в воду. Каждая клеточка моего тела горела ледяным огнем, скованная невыносимым холодом. Черт возьми! Эти жалкие десять процентов шанса на заморозку — и они сработали именно сейчас?!              — Отлично… Ты заморозил ее! — вздохнула с облегчением Мисти, обращаясь к Эшу. — Лучше отзови ее! Так будет намного гуманнее…!              Но ее слова застряли в горле. Ее взгляд… тот снисходительный, почти жалостливый взгляд, которым она смотрела на меня, скованную льдом… Он не пугал меня. Он бесил. Бесил до глубины души.              Чувствуешь свое превосходство, да? Считаешь маленького огненного динозаврика легкой добычей?              Ну, держись!              Из глубины моей груди, сквозь ледяную броню, вырвался низкий, яростный рык. Из-под чешуи, раскаляя лед до хрупкости, пробилось первое пламя. Потом еще одно. И еще. С шипящим гневным воплем ледяная оболочка треснула и мгновенно испарилась, превратившись в облако пара. Вода вокруг меня буквально закипела, пузырясь и бурля яростными пузырями. Дьюгонг в ужасе отплыл назад, его глаза расширились от страха перед внезапно пробудившимся вулканом.              Я не дала ему опомниться. Снова я бросила ему Насмешку — унизительный, огненный взгляд, полный презрения. Боишься кипятка, тюленчик?              Я с силой ударила лапой по дну бассейна, и это был не просто удар — это был призыв. Из-под воды, с оглушительным ревом, вырвался столб чистого, яростного пламени. Он бил вверх, к самому потолку, мгновенно наполняя огромную арену удушающим, обжигающим паром. Видимость упала до нуля. Вода вокруг закипела по-настоящему, и Дьюгонг, вскрикнув от боли, в панике выпрыгнул из кипящего котла прямиком на шаткую платформу.              Где-то издалека доносился голос Эша, пытающегося что-то прокричать, но его слова тонули в реве пламени и моем собственном адреналине. Сейчас было не до его команд. Сейчас был танец.              Мое тело окутала фиолетовая, дикая энергия драконьей ярости. Я сорвалась с места, как выпущенная из пращи пуля, оставив за собой кипящий след. Я дополнила рывок Быстрой атакой, вынырнула из пара в мощном прыжке и, сменив траекторию в воздухе, всей своей массой обрушилась на обезумевшего от жара Дьюгонга.              Удар был сокрушительным. Он с оглушительным треском врезался в борт наполовину выкипевшего бассейна, оставив в нем паутину трещин, и безвольно обмякнув, рухнул обратно в воду с тихим стоном.              Повисла тишина, нарушаемая лишь шипением кипятка и тяжелым дыханием.              Мисти, побледнев, молча вернула побежденного Дьюгонга.              — Чар… Ч-чармандер побеждает! Дьюгонг не может продолжать бой! — голос комментатора срывался от возбуждения. — Победа достается претенденту Эшу из Паллетт-Тауна!              Зал взорвался аплодисментами, смешанными с изумленными возгласами. И в этот же миг небо, сведенное погодой Дьюгонга, разродилось последней, яростной карой — градом. Ледяные горошины больно хлестали по моей спине. Я с раздражением мотнула хвостом. Фуф. Я тяжело дышала. Физически я была почти не истощена — я не тратила много сил. Но адреналин, ярость и это колоссальное напряжение давали о себе знать усталостью. Это было неприятно, но чертовски приятно.              Аплодисменты еще не успели стихнуть, как по залу, чистым и властным, прокатился новый голос.              — Минуточку внимания, пожалуйста!              Все взгляды устремились на то место, откуда он раздался. С трибун, с грацией настоящей звезды, спускался Уоллес. Его плащ развевался за ним, как крыло, а каждый шаг по мокрому полу был полон невероятного театрального достоинства. Он поднялся на центральный помост и встал перед Мисти, словно защищая ее, его взгляд был устремлен прямо на меня. Воздух наэлектризовался.              — Великолепное… выступление, Чармандер, — произнес он, и в его бархатном голосе звенела стальная струна. — Тебе, должно быть, очень нравится насмехаться над водными покемонами? Позволять себе такие вольности? — он покачал головой. — Этот покемон, я вижу, лишен всяких манер и уважения к противнику. Эш Кетчум, разве твой Чармандер тебя вообще слушается? Или она сама себе хозяйка?              Эш застыл на месте, словно его поймали на краже печенья. Он покраснел и опустил взгляд, хотя это и так не было секретом… Так, ладно, дело пахнет жареным. Я незаметно сфокусировалась, накладывая на себя пару слоев Затвердения на всякий случай. Лучше перебдеть.              — Покемон, не знающий авторитета тренера, такой своевольный и жадный до побед… Позволь мне вызвать тебя, — Уоллес изящно указал на меня рукой в белой перчатке, — на специальную, воспитательную битву. Конечно, если никто не против. В конце концов, я здесь как почетный гость и координатор.              — Нет, мы не против! — хором, почти слишком поспешно, выдохнули сестры, смотря на Уоллеса с обожанием и надеждой.              Одна лишь Мисти нахмурилась, ее взгляд скользнул с Уоллеса на меня и обратно, в нем читалось сомнение.              — Отлично, — Уоллес улыбнулся, и в его улыбке не было ни капли тепла. — Что скажешь, маленькая хамка? Примешь мой вызов? Или предпочтешь сбежать, прикрывшись спиной тренера?              Я удивленно уставилась на него, широко раскрыв глаза. Что за внезапные провокации? С чего бы это?              — Конечно, ты можешь отказаться, — продолжал он, играючи вертя в руках изысканный покеболл. — Но если все же согласишься… знай, я буду сражаться очень серьезно. Эш Кетчум, — он повернулся к моему тренеру, — если твой Чармандер примет вызов, прошу — не вмешивайся. Я знаю, как тяжело бывает с такими… сложными характерами. Позволь мне помочь тебе преподать ей урок настоящей вежливости.              Меня будто обдали кипятком. Что он вообще несет? Внутри все закипело от возмущения. Так и подмывало швырнуть ему в лицо сгусток пламени. Эй! А ведь ты мне нравился, Уоллес, я была в твоей команде! Ты… задница! Что это за внезапная ненависть к огненным типам? Или… ненависть ко мне лично?              Я задумалась, и гнев понемногу сменился холодным анализом. Да, мой бой с Дьюгонгом был стремительным и односторонним. Но разве я виновата, что воспользовалась его слабостью? Я не считала его слабаком — я сражалась, как умела, вырывая победу когтями и зубами. Но как это выглядело со стороны? Как жестокая, самоуверенная расправа?              — Кроме того, — голос Уоллеса вновь вернул меня в реальность, он звучал как удар хлыста, — что это за насмешка у тебя на шее? Мистическая вода? Разве это правильно — вот так, демонстративно, плевать в лицо каждому водному покемону, который выходит против тебя? Это дурной тон, дикарство.              Эш растерянно оглянулся на трибуны, ища поддержки у друзей, но их лица были скрыты в тенях. Он был один на один с давлением чемпиона.              — Я… я не совсем понимаю, что вы хотите сделать, — сдавленно произнес он, теряясь.              — Я просто хочу сражаться с ней. Чисто, один на один. Она ведь до этого ни разу не проигрывала? — мягко спросил Уоллес, и его вопрос повис в воздухе, полный скрытого смысла.              Эш молча покачал головой.              — Так часто бывает, — вздохнул Уоллес с видом много повидавшего ментора. — Покемоны, не знавшие поражений, зазнаются. Линия Чармандеров в том числе. Начинают думать, что они сильнее своего тренера, что могут все сами. Им просто необходимо показать, что они не смогут вечно сражаться в одиночку. Понимаешь? Я просто продемонстрирую ей границу, которую она не сможет пересечь.              Кажется, до Эша наконец начало доходить. Его взгляд стал серьезным, задумчивым.              — Просто не вмешивайся. Это будет наш с ней разговор. — Уоллес повернулся ко мне. — Ну что? Ты согласна на бой?              В голове пронесся вихрь мыслей. Жесть, что я такого сделала-то? Я просто раскатала Дьюгонга, потому что меня недооценили, а не потому что я себя переоценила! Я как раз прекрасно знаю свой уровень и его пределы! Я вовсе не зазнайка! Мне страшно до чертиков!              Откажусь. Нет смысла. Я не смогу выиграть на данный момент ни одного из его покемонов. Он слишком сильный тренер для меня, это самоубийственно. Я не очень-то хочу терпеть побои…              Стоп. Нет. Что-то мешало мне отказаться. Странное, горячее ощущение внутри, вопреки всякой логике. Глупая, безумная уверенность? Но почему? Уоллес уничтожит меня. Я буду унижена, разбита. Возможно, это сломает меня, растопчет немного той индивидуальности и свободолюбия, что осталось от человека. Я до ужаса боялась проиграть вот так, на глазах у тысяч зрителей. Как я буду жить после этого? Почему же тогда…              Почему я улыбаюсь?              Я подняла голову, и с безрассудным вызовом выпустила в воздух сноп искр, сопроводив его низким, рычащим предупреждением. Что ты делаешь?! — кричал внутри меня голос разума. Эй, мы же команда! Почему ты просто стоишь и позволяешь этому страху захлестнуть тебя с ног до головы? Разве мы не должны сражаться с ним?              Мы должны стать чемпионами!              Я выдохнула струю горячего пара, и в этом жесте было решительное отречение от сомнений. Я не одна. Мы не одни. Мы вместе. Ты — моя ярость, а я — твой разум. И если наша сдвоенная душа говорит, что мы можем… что мы должны это сделать…              Я не думаю, что мы победим. Но я знаю, что мы попробуем.              С яростным ревом я извергла Огнемет, выпрямляясь и поворачиваясь в Уолессу с вызовом в горящих от пламени голубых глазах. Он не выглядел засранцем, то, что он говорил, было логично. Воспитать покемона — задача тренера, но иногда случается так, что тренер не справляется. Уолесс, кажется, решил, что это такой случай.              Ты ошибся. Я ни за что тебе не проиграю. Я вытерплю все и выдам куда больше. Я докажу, что я могу, что я способна. Что мы работаем вместе! Инстинкт и разум, рациональность и безрассудство. Я знаю свои пределы, но это не значит, что мне не хочется большего!              — Я принимаю эту улыбку как согласие, — голос Уоллеса прозвучал торжественно и безжалостно. Он не спрашивал, он констатировал. — Поверь, потерпев поражение, ты станешь только сильнее. Потому что ты должна научиться сражаться вместе со своим тренером, а не вопреки ему.              Я медленно кивнула, не отрывая от него взгляда. Пламя на кончике моего хвоста полыхнуло ярче, вырываясь в такт яростному стуку сердца. Я поняла твою точку зрения. Но это не значит, что я не хочу тебя ударить прямо сейчас.              Уоллес прочитал мою ярость в глазах и ответил на нее лишь легкой, почти невидимой улыбкой. Затем он повернулся к судье, его пальцы с изящной небрежностью сжимали покеболл, готовый к броску. Его движение было отработанным, идеальным, как и все, что он делал. Была бы я человеком, я бы точно стала его фанаткой… Но сейчас меня человеческая внешность не сильно привлекает, если быть честной…              — Уолесс, лидер стадиона города Соотополис региона Хоэнн и один из величайших координаторов, — его голос, усиленный акустикой зала, прозвучал на весь стадион, заглушая последний шепот, — вызывает претендента Эша Кетчума и его покемона, Чармандера, на специальную битву! Правила просты: один на один, без использования лечащих средств и… — он сделал многозначительную паузу, бросив взгляд на Эша, — без какого-либо вмешательства со стороны тренера Чармандера! Битва закончится только тогда, когда один из покемонов не сможет продолжать поединок или сдастся!              Мое сердце заколотилось, как бешеный барабан, гоняя по жилам адреналин и раскаленную энергию. Я чувствовала, как под чешуей сгущается мощь десяти Затвердений, делая мою кожу прочнее стали. Мне нужно выучить Танец меча… Нужно больше скорости, больше силы! Почему… почему я не озаботилась этим раньше!              И в следующее мгновение случилось то, чего я боялась больше всего на свете и до чего совершенно не додумалась. Я слабо верила, что это вообще случится. Нет, это был не изящный, опасный, но вполне победимый Майлотик. Далеко не он. Уолесс не шутил, когда говорил, что все будет серьезно.              Воздух на арене задрожал, зарядился свинцовой тяжестью. Пространство над бассейном разорвалось вспышкой ослепительного света, и из него, с оглушительным ревом, родился кошмар. Огромная водяная змея, ярко-красная, как свежая кровь, возникла словно древний левиафан, пробудившийся от тысячелетнего сна. Ее гигантское тело, покрытое блестящей чешуей, на миг перекрыло свет прожекторов, отбрасывая на меня огромную, удушающую тень.              Гаярдос.              Он обрушился в бассейн не падением, а ударом цунами. Вода взметнулась многометровой стеной, ледяные брызги обожгли мою кожу. Матрас, на котором я стояла, словно щепку, снесло ударной волной, и я едва удержалась на ногах, впившись когтями в скользкую поверхность. А потом он взревел.              Его рык был не просто звуком. Это был физический удар, волна чистого, животного ужаса. Он вдавил меня в пол, заложил уши, заставил содрогнуться каждую клеточку моего тела. Зал ахнул в едином порыве, и даже Эш отшатнулся, подняв руку против невидимого напора.              Я стояла напротив огромного красного Гаярдоса, который смотрел на меня так, словно завтракает Чармандерами каждый день. Страшно ли мне было? Это слово… оно вообще не описывает того, что я испытала.              — Гаярдос, в бой! — скомандовал Уоллес, и в его голосе не было ни капли сомнения или жалости. Он лишь изящно взмахнул рукой, отбрасывая со лба непослушную прядь волос.              Его взгляд упал на меня, крошечную и одинокую перед этим воплощением ярости океана.       — Если склонишь голову в знак покорности, я немедленно прекращу битву, — произнес он, и это прозвучало не как милосердие, а как последнее испытание.              И в тот миг наступило оно. То самое леденящее душу, кристально ясное осознание, от которого сжимается желудок и перехватывает дыхание. Осознание полного, безраздельного и неизбежного поражения.              Мне пиздец.       

***

      Подумаем.              Все начинается с тактики. В конце концов, я не идиотка, чтобы реально верить в то, что я сумею просто на силе веры и дружбы одолеть это чудовище. Нет-нет. Нужно просто подумать. Тактика — то, что мне просто необходимо. Я должна все спланировать, тщательно, учесть все мелочи и…              Я почувствовала огорчение. Я не могла учесть все, но я хотя бы попытаюсь.              Была бы это игра, я бы смогла одолеть Гаярдоса Чармандером сотого уровня при определенных обстоятельствах. Боже, если бы это была игра… Камешек льда, принесенный Градом, больно шлепнул меня по макушке, словно насмешливый подзатыльник от самого мироздания.       Прости, Арсеус, что называла тебя оленем все это время. Это моя расплата?              При каких, черт возьми, условиях я вообще могу победить? Ну… если серьезно, то должно сложиться очень много удачных факторов. Если начистоту — должно совпасть сто процентов удачи. Начнем с простого — у Гаярдоса есть Гиперлуч. Я сомневаюсь, что Уолесс станет использовать Гидропомпу в качестве добивания, он же не изверг. Но и знать этого наверняка я не могу. Мой Громовой укус пока что единственное, что нанесет хоть какой-то урон. Что по здоровью? Дьюгонг не особенно меня измотал, он попал Ледяным лучом, но не сказать, что это так уж много отняло.              И тут, словно вспышка, в мозгу родилась идея. Безумная. Сумасшедшая. И, вероятно, единственная. Но чтобы ее провернуть, нужно было сделать почти невозможное — выжить. Хотя бы несколько минут. Для того, чтобы ее реализовать потребуется переждать в течении какого-то времени.              Ярко-красная чешуя Гаярдоса, словно запекшаяся кровь титана, сверкнула под искусственным светом стадиона. Его огромный, пустой взгляд упал на меня, и в нем не было ни злобы, ни ненависти — лишь безразличие гильотины. Он прекрасно все понимал.              — Гаярдос, создай Водоворот.              Исполинский покемон взревел, и его рык сотряс саму воду. Энергия водного типа сгустилась, и горячая вода в бассейне пришла в яростное движение. За секунду безобидная рябь превратилась в бурлящий смерч, с гулким ревом формируя в центре гибельную воронку. Мой матрас дернуло и потащило в эпицентр, к кипящей пучине.              — Водяной хвост.              Гаярдос рванул вперед с невероятной для своих размеров скоростью. Его тело извивалось под водой, создавая десятки обманчивых следов — невозможно было предугадать, откуда он появится. Надо мной навигла тень, и я увидела, как его хвост, увеличённый и усиленный водной энергией, обрушивается на меня словно скала. Инстинкт сработал быстрее мысли — я прыгнула в кипящую воду. Хвост пронесся в сантиметрах, взметнув тучу брызг.              Я оказалась в воде, и могучие потоки сразу же начали затягивать меня в центр воронки. Быстрая атака! — скомандовала я сама себе, отчаянно заработав лапами, чтобы вырваться из хватки водоворота. И в этот миг сбоку, из мутной глубины, как торпеда, вынырнул сам Гаярдос.              Гаярдос не стал мелочиться — он воспользовался колоссальным преимуществом и пошел на Таран.              Удар был сокрушительным. Он пришелся точно в бок, выбив из легких весь воздух одним болезненным, оглушающим хрипом. Мир померк на секунду, пронзенная острая боль разлилась по всему телу. Я отлетела, кувыркаясь в бурлящей воде. Я выпустила весь воздух, чувствуя пронзающую острую боль по всему телу, на мгновение теряя связь с реальность.              Огромный покемон качнул головой, разворачиваясь. Он сделал плавную дугу, уже готовясь для нового разгона. Нового Тарана. Выжить. Нужно выжить сейчас! Я сфокусировалась, и мой хвост покрылся сияющей стальной оболочкой. Возросший вес мгновенно потащил меня на дно. Я камнем опустилась на днище бассейна, а над моей головой с ревом пронесся смертоносный силуэт.              И тут я увидела шанс. Нижняя часть его тела проходила прямо надо мной. Я оттолкнулась от дна всеми четырьмя лапами, выставила когти и впилась ими в его прочную чешую изо всех сил. Подтянувшись на одной лапе, я развернулась и изо всей силы вгрызлась ему в бок — Укус! Пошатнись! Не важно, как, но я должна держаться!              Гаярдос взревел от неожиданности и ярости. Это не сработало — он не вздрогнул, давая мгновение для передышки. Я висела на нем, как бульдог, впившийся зубами, чувствуя, как его мышцы напрягаются подо мной. И тогда я сконцентрировалась, ощущая знакомое сгущение энергии.              По всему его гигантскому телу прошел мощный всплеск. Он собирал силу водного типа, готовясь к чему-то грандиозному. Не давая мне опомниться, Гаярдос мощным движением вынырнул из воды, взмыв в воздух и пронесясь над бассейном с такой скоростью, что заложило уши.              — Решила, что этот трюк сработает и здесь? — голос Уоллеса донесся сверху, холодный и разочарованный. — Признаю, твое упрямство достойно похвалы. Но оно же тебя и погубит. Гаярдос, — его команда прозвучала как приговор, — используй Погружение! А затем — Водяная струя!              Мгновенное озарение пронзило сознание, холодное и ясное. Я поняла, что именно он задумал. Этот маневр был не просто атакой — это был спектакль, призванный меня сломать.              Гаярдос с ревом набрал скорость, и я почувствовала, как его мускулы напряглись под твердой чешуей, словно стальные канаты. Я вонзила когти глубже, ощущая, как мощная, неистовая энергия водного типа бушует вокруг, высасывая из меня последние крохи силы. Я не могла держаться так слишком долго. Мое присутствие на его спине было единственным, что мешало ему прицелиться для смертоносного удара, но я знала — один момент слабости, один неверный хват, и он сбросит меня, как надоедливую мошку.              Мы снова нырнули в кипящую пучину. Давление воды сдавило со всех сторон, выгибая ребра, пытаясь вытеснить последний глоток воздуха из легких. Сквозь мутную воду я увидела, как чешуя Гаярдоса озарилась пронзительным голубым сиянием — он копил мощь для следующего удара. Я ответила ему Громовым укусом, впиваясь зубами в его плоть и выпуская в нее сдерживаемые молнии. Электричество жгло мою собственную пасть, но на гиганте оно, казалось, почти не оставило следов — лишь разозлило его еще больше.              И начались скачки. Адские американские горки. Мы с оглушительным ревом вырывались из воды на гребне Водяной струи, пролетали над ошеломленными трибунами, и снова обрушивались в ледяную пучину. Жди. Мир мелькал ослепительными вспышками: испуганные лица зрителей, потолок арены, побелевшее от ужаса происходящего лицо Эша, Мисти, крик Пикачу, кипящая вода, снова и снова… Уолесс, без сомнения, именно этого и хотел — показать мне, что я не всесильна, что я не могу сражаться вот так же жестоко без тренера. Жди. Что я даже не могу его утомить, что я — всего лишь букашка, которую он носит на своей спине в качестве унизительного трофея. Он словно говорил, что я даже поцарапать или истощить его покемона не смогу. Жди!              Но я и не пыталась.              Думаешь, я не знаю, что я не могу? Что мой урон едва ли процент от его здоровья отнимет. Я слишком хорошо и ясно это знала, больше, чем ты себе думаешь. Поэтому рассчитывать на подобное и не было смысла.              Мое здоровье таяло на глазах. Я представила полоску ХП как в игре, с грустной мысленной усмешкой смотря, как она просто испаряется. Каждый новый удар водяного потока, каждое резкое погружение отзывалось в теле пронзительной болью. Но у меня не было времени на страх. Каждая клетка моего мозга была занята единственной целью — безумным планом, для которого нужна была идеальная точность и самоубийственная дерзость. По крайней мере, мозг был занят лихорадочным обдумыванием ситуации и…              На страх не было времени.              Вдруг моя чешуя вспыхнула тусклым алым заревом — инстинктивный сигнал бедствия, кричащий, что осталось всего критически мало сил. Пламя активировалось. Но вместе с этим пришел и яростный прилив ясности — дикий, первобытный всплеск энергии, что затопил сознание, притупив адскую боль, разрывающую тело на части. Это не было облегчением — это была последняя, отчаянная мобилизация всего существа. Я знаю, что долго не выдержу.              В тот миг, когда Гаярдос с оглушительным ревом в очередной раз взмыл в воздух, я изо всех сил зажмурилась, спасая глаза от ослепляющих брызг и ветра. Сработает ли? Я никогда не делала этого раньше! Но я видела, как другие призывают стихии, как используют дождь, град, бурю… Чувствовала эту энергию где-то в глубине души. Я должна была попробовать! Я обязана!              И я сосредоточилась. Энергия зародилась где-то в самом ядре, разливаясь по телу живительным, согревающим теплом, оттаивая ледяную чешую. Она плыла легкими волнами от центра груди, поднимаясь к голове, словно ласковое, ободряющее прикосновение. Давай же, давай! Еще немного! — умоляла я саму себя. Глубоко в сознании, в самой точке концентрации, зародилась и стала расти крошечная, сверкающая искра. Я представила солнце — не то, что на небе, а свое, рожденное моей волей. Энергия сжалась в одну невероятно плотную, раскаленную добела сферу.              Я запрокинула голову и извергла из пасти ярко-красный, пылающий шар, который рванул вверх, к самому потолку.              И… полу…чилось?              Град, не умолкавший ни на секунду, резко оборвался. Ледяные иглы перестали хлестать по спине. И над стадионом вспыхнуло второе солнце — ослепительное, жестокое, мое. Его лучи упали на мою чешую, и я почувствовала, как живительное тепло вливается в меня, распаляя костер внутри. Восторг и неверие ударили в голову.              Но эйфория длилась лишь мгновение. Голос Уоллеса прозвучал сверху, спокойный и разочарованно-снисходительный, будто он делал замечание непослушному щенку.              — Ясный день? — произнес он, и в его глазах мелькнула скука. — Совершенно бесполезно. Никакая огненная атака, даже усиленная солнцем, не способна одолеть моего Гаярдоса.              Пошел ты. Огненной? Думаешь, я не знаю?! Я, может быть, старше тебя! Где уважение? Я оскалилась, чувствуя разростающуюся злость. Да кто ты такой, чтобы меня воспитывать! Я зарычала, обнажая клыки, чувствуя, как слепая, яростная обида разрывает меня изнутри. Мало того, что я на грани, что каждое движение отзывается невыносимой болью, так еще и это высокомерное поучение!              — Ладно, мне это немного надоело, — его голос стал холодным и окончательным. — Скинь ее, Гаярдос. Ураган.              По телу исполина пронеслась ударная волна сжатого воздуха. Гаярдос совершил резкий, невероятно мощный разворот, и меня, словно пушинку, сорвало с его спины. Мои челюсти, исчерпавшие всю силу, разжались сами собой. Я кубарем полетела по воздуху и с оглушительным треском врезалась в одну из платформ, расколов ее вдребезги. Кости затрещали, мир поплыл перед глазами. Разве что, Затвердение спасло меня.              Гаярдос замер напротив, его гигантская тень накрыла меня. Сквозь туман в сознании я услышала голос Эша, прорвавшийся сквозь гул в ушах — разрывающийся от ужаса и беспомощности.              — Эмбер…! Я хочу это прекратить! Остановись! Хватит!              — К сожалению, это невозможно, — голос Уоллеса был стальным и неумолимым. — Ты сам согласился на условия боя.              — Но ей же больно! — закричал Эш, и в его голосе слышались слезы.              — Раз она не сдается, значит, не так уж и больно, — невозмутимо парировал Уоллес. Его взгляд упал на меня, выжимающую последние силы, чтобы подняться на дрожащих лапах. — Чармандер. Спрашиваю в последний раз. Признай поражение. Склони голову.              Я подняла взгляд. В нем не было ничего, кроме чистой, неразбавленной ненависти и немого выражения куда именно ему стоит пойти. Уоллес увидел это. И лишь коротко, почти беззвучно, хмыкнул.              — Хорошо, — голос Уоллеса прозвучал ледяным, окончательным приговором. В нем не осталось ни капли снисхождения, лишь холодная решимость. — Ты сама это выбрала. Гаярдос — Гиперлуч!              Мои глаза расширились не от ужаса, а от внезапной, безумной надежды. Он сделал это! Именно то, что мне было нужно! Но рано было радоваться. Теперь главное — пережить этот адский луч. Выжить. Ценой чего угодно.              Пока гигантский покемон собирал энергию, его пасть озарилась ослепительным, смертоносным сиянием, я поняла страшную правду: я не смогу уклониться. Ноги… все. Не было сил даже согнуть их, чтобы отойти. Только на голой силе воле лапы замерли неподвижно, едва меня удерживая. Хорошо. Значит, придется принять Гиперлуч. Всем телом.              Сначала — Выносливость. Я должна пережить этот удар. Я переживу его. Теперь… Выжидание. Это все, что я могу. Просто выстоять. Вжать себя в платформу, стать ее частью. Я из последних сил использовала Стальные когти, не для атаки, а чтобы вцепиться в бетон, сжаться в комок, вбуравиться в него так, чтобы меня не смогло сорвать ничто. Уоллес лишь коротко, с недоуменным пренебрежением хмыкнул. Он не понимал моего упрямства. Он не видел моего плана. Он не знал, что я делаю, но, вероятно, его все же удивляла моя решимость.              Я видела, как Гаярдос распахивает свою клыкастую пасть. Видела, как сгусток чистейшей энергии, способный испепелить скалу, разрастается у него в глотке и превращается в ослепительный, ревущий луч. Я зажмурилась, впиваясь когтями в бетон до хруста. Я должна. Должна выдержать. Иначе все это было зря. Тело едва выдерживало от напряжения, но я должна была пережить эту атаку, иначе я сломаюсь. Мне было это необходимо, я чувствовала.              И вот он, Гиперлуч.              Он ударил в меня с силой, превосходящей любые мои приготовления. Врезался в меня внезапно, сколько бы я ни готовилась, все равно не смогла в должной мере вынести этого. Казалось, каждая молекула моего тела взрывается, разрывается на части, испаряется в небытие. Я чуть не закричала, но звук сгорал в горле, не успев родиться. Слезы, выступившие на глазах, мгновенно испарялись в этом аду. Боль была всепоглощающей, абсолютной. Зачем? Ради чего я все это терплю?              Зачем я согласилась?              Для чего?              Терпи. — пронеслось в сознании, едва различимое сквозь боль.              Где-то на краю восприятия я почувствовала, как срабатывает первое Выжидание, поглощая часть невероятной мощи удара. Но боль не утихала. Какой же он сильный…              Просто терпи.              Второй стак. Тело онемело, меня начало сносить назад, но я держалась лишь силой воли, впившись в бетон так, что треснула платформа. Так больно… Так страшно…              Ты должна терпеть. Должна.              Разве я… действительно хотела такого?              Ты справишься. Я знаю, ты сможешь.              Прошу… пусть эти слова окажутся правдой.              Для меня время растянулось в вечность, это стало неоправданно долго. Каждая миллисекунда была бесконечной агонией. И когда наконец свет погас, и оглушительный рев стих, я едва устояла на ногах, пошатнувшись. Мир плыл перед глазами, в ушах стоял оглушительный звон. Я знала — если упаду сейчас, то уже не поднимусь.              Я открыла глаза, чуть ли не падая.              Должна… Я должна…              Гаярдос закончил атаку. У меня было всего мгновение. Одно единственное мгновение, чтобы стереть эту уверенную ухмылку с лица Уоллеса.              И ко мне пришло оно — Второе дыхание. Здоровье застыло на критической отметке, но я все еще стояла на ногах. Выносливость сработала. Сколько стаков? Четыре? Пять? Неважно. Это будет всем, что у меня есть.              Уоллес что-то говорил, его губы двигались, но я не слышала ничего, кроме звона в ушах и бешеного стука собственного сердца. Лучи Ясного дня, моего солнца, ласково согревали спину, даруя последние крупицы сил, скрашивая то дно отчаяния, на котором я находилась.              По чешуе прошелся теплый свет, который начал стягиваться к голове. Сначала крошечный желтый шарик, затем он начал рости и все рос, используя каждый ресурс, который я так тщательно собирала. Я… даже не была уверена, что сработает. Я могла просто упасть и не встать, могла потерять сознание в любое мгновение.              И тогда я почувствовала, как по моей чешуе пробежала знакомая волна тепла. Энергия, которую я так тщательно копила все это время, которую впитывала с каждым ударом, начала стягиваться. Сначала в крошечный, ярко-желтый шарик в глубине моей груди. Затем он начал расти. Поглощать каждую каплю моих сил, каждую крупицу собранного Выжидания, силу Второго дыхания и Пламени, всю мою боль, всю ярость и всю непокоренную волю.              Забавно. Я до самого конца не была уверена, что это сработает. Но теперь это единственное, что мне оставалось.              Дым, поднятый Гиперлучом, медленно начал рассеиваться, открывая взорам изумленной публики картину разрушения. И в центре этого хаоса стояла я. Уолесс… его спокойствие наконец покинуло его. Он замер, вглядываясь в клубящуюся пелену, его поза выражала напряженное ожидание. Он пытался понять, что происходит.              А я смотрела прямо на него. Сквозь боль, сквозь туман в сознании, мой взгляд был полон немого вызова. Солнце, призванное мной, разгоралось над ареной с неистовой силой, его лучи стали почти физически ощутимыми, плотными, звенящими энергией. Оно пылало так яростно, что его мощь затмевала даже эхо недавнего Гиперлуча. Я тяжело, прерывисто дышала, чувствуя, как каждая клетка моего тела становится проводником, конденсатором невероятной силы. Я копила ее, впитывая каждый луч, каждую крупицу боли и гнева, превращая их в оружие.              Гаярдос на другом конце поля забеспокоился. Он чувствовал нарастающую угрозу, исходящую от крошечного, израненного противника. Он нервно бил хвостом по воде, но был беспомощен — после использования Гиперлуча его тело требовало передышки, и он не мог ничего предпринять, даже отклониться в сторону.              На дрожащих, подкашивающихся ногах я сумела выпрямиться во весь свой невысокий рост. Я поднялась на задние лапы, упираясь в хвост. На мгновение я закрыла глаза, ощущая финальные капли энергии, стекающие к затылку, к горлу. А затем мои губы растянулись в широкой, безумной и торжествующей улыбке.              Стало оглушающе тихо. Толпа замерла, плеск воды растворился в звуке легкого гудения, которое источало монструозных размеров солнце, вырастающее из моей пасти. Затем, мир будто остановился.              И в тот же миг Солнечный луч нашел свою цель.              Не луч, а сконцентрированный гнев солнца. Ослепительный, ярко-желтый лазер, ревущий поток чистой энергии травяного типа усиленный всем, что только у меня было, обрушился на тело Гаярдоса. Я вымещала на нем всю свою боль, весь испытанный ужас, всю ярость от снисходительности. Энергия выжигала его изнутри, безжалостно истощая жизненные силы колосса. Гаярдос издал оглушительный, переходящий в хрип вопль невыносимой агонии, но луч не прекращался. Испытай то, что пережила я! Он бил и бил, пронзая его, затем пробил бетонную стену стадиона с оглушительным грохотом, вырвался наружу и ушел в небо, словно световой маяк, бросающий вызов небесам.              Я ничего не слышала. Ни оглушенного рева толпы, ни отчаянного крика Эша, ни возможно, попыток приказа Уолесса. Для меня в мире существовала только одна цель — ярко-красная чешуя Гаярдоса, в которую я вкладывала всю себя без остатка.              И вот луч иссяк. Звенящая тишина, оглушительная после рева. Гаярдос замер на миг, его огромное тело агонизировало, а затем с тяжелым, оглушающим плеском он рухнул в воду и замер, недвижимый. На поле боя остался стоять только один красный покемон.              Я стояла неподвижно. Внутри была пустота. Полная, абсолютная. От меня не осталось ровным счетом ничего — ни сил, ни энергии, ни даже мыслей. Если он сейчас встанет… Если он поднимется… Мое сердце замерло. Судья, казалось, окаменел. Прошла вечность. Он тоже не мог поверить в происходящее? В то, что Чармандер мог одолеть левиафана? Кто вообще мог бы в это поверить?              Пожалуйста… Это все, что у меня было.              И тогда голос судьи, срывающийся от волнения, наконец прорезал тишину:              — Га-Гаярдос не может продолжать бой! Победитель… Победитель — Чармандер!              Я сумела сделать один-единственный, прерывистый вдох — первый глоток воздуха в мире, где я оказалась победительницей. Я коротко взревела. И затем мои силы окончательно оставили меня. Сознание померкло, ноги подкосились, и я рухнула в воду, в объятия темноты, не слыша взрыва трибун и не видя шока на лице Уолесса.              Тьма.       

***

      Какая ужасно знакомая ситуация, да?              Правда, на этот раз я была не в боксе для ухода за покемонами, а в какой-то маленькой, но уютной палате. И, судя по всему, сюда уже кто-то наведывался — на стуле аккуратно лежала знакомая куртка Эша и его рюкзак. Я медленно потянулась, чувствуя, как суставы издают тихое довольное похрустывание. И выдохнула. Чувствую себя… странно хорошо. Это было обманчивое, почти пугающее ощущение. С одной стороны, меня буквально избили до полусмерти, так еще и Уолесс, чтобы ему пусто было, с другой — от этого не осталось и следа. Лишь призрачная память в мышцах да легкое головокружение.              Я сползла с кровати, прыгнула на кресло и потянулась к знакомому кейсу. Открыв его, я уставилась на значки. Нужно убедиться. Последние секунды той битвы расплывались в памяти, как дымка. Все, что случилось в тот миг, когда я наконец выпустила Солнечный луч, было скрыто за плотной, белой пеленой адреналина и боли. Это всего второй раз, но я не хочу терять сознание каждый бой.              Мой взгляд упал на самый новый трофей. Вокруг переливающейся водной капли сверкала изящная позолоченная рамочка. Я глубоко вздохнула. Я победила.              Это было безумно рискованно. Я не могла быть на сто процентов уверена, что у меня получится призвать Ясный день — я никогда раньше не видела, как это работает. Признаться, это была чистейшая импровизация, сплав отчаяния и какого-то древнего, дремавшего во мне инстинкта, который вдруг проснулся и подсказал верное движение. Без него у меня бы не хватило времени накопить энергию для ответного удара. Я до последнего боялась, что Гаярдос выйдет из ступора после Гиперлуча раньше, чем я успею что-то сделать. Было много переменных. К счастью, нельзя натренировать покемона на быстрое восстановление после таких чудовищных атак вроде Гиперлуча. Хотя, конечно, главный вопрос был в другом — я вообще не была уверена, что Уолесс решится использовать Гиперлуч. Но он был в арсенале его монстра, и я сделала на это ставку.              Я осторожно повела когтем по гладкой поверхности значка, чувствуя его прохладу. Стоило ли оно того? Не знаю. Мне… все еще трудно понять, зачем я все это затеяла. Конечно, у меня есть цель. Но, возможно… самую чуточку… я все же мечтала о таком приключении.              Размышления прервал скрип открывающейся двери. Первым в комнату вбежал Вега.              — Клеффа, кле-е-е-е! Клеффа! — он радостно замахал короткими лапками, его глаза сияли безграничным облегчением и счастьем при виде меня.              — Эмбер? Эмбер! — следом в комнату буквально ворвался Эш. Его лицо расплылось в широкой, сияющей улыбке. — Ты проснулась!              Он, не раздумывая, бросился ко мне и крепко обнял. Я замерла, застигнутая врасплох. И тут же почувствовала на своей спине несколько горячих, быстрых капель. Он… плачет?              — Прости! — его голос дрожал, слова вырывались сдавленно и путано. — Я должен был отказаться! Это было так ужасно! Я не мог ничего сделать, я просто стоял и смотрел! Я должен был тебя защитить! Ты была потрясающей! Самой лучшей! Сильнее всех!              Я не знала, как реагировать. Где-то глубоко внутри поднималось горячее, яростное возмущение — я сама все решила, я справилась, мне не нужна его жалость! Но другая, запрятанная поглубже часть почему-то не сопротивлялась. Я застыла в полнейшем замешательстве. В конце концов, я настойчиво высвободилась из его объятий, оттолкнув его хвостом и покачав головой.              — Чармандер… — мои слова были тихими, но твердыми. Я сама этого хотела.              — Нет! — он тут же возразил, смахивая с лица предательские следы слез кулаком. — Это я, как твой тренер, должен был тебя защитить! Это моя ошибка!              Пикачу, запрыгнувший на край кровати, смотрел на своего друга жалобным, полным сочувствия взглядом, не зная, как его утешить. Клеффа же просто замялся в неловкости, как любой ребенок, не до конца понимающий напряженную атмосферу между взрослыми. Из покеболла с глухим курлыканьем вылетел Скай, застывший на спинке кровати.              Эту неловкую сцену прервало появление сестры Джой. И то, как Эш моментально вытер все следы слез, расправил плечи и изобразил на лице самую радостную и беззаботную улыбку, которую только мог выдать, поразило меня до глубины души. Я тяжело сглотнула, ощущая, как в горле встает ком. Все это становилось гораздо, гораздо сложнее, чем я могла представить.              После той слезливой и неловкой сцены меня выписали в идеальном, отполированном до блеска порядке. Теперь мы втроем — я, Эш и Пикачу — сидели в пустынном холле покецентра, дожидаясь остальных. Планы побродить по утреннему Церулину, увы, сорвались. Эш, пока мы ждали, рассказал мне все, что произошло, пока я была без сознания. Оказалось, это он сам, не раздумывая, нырнул в бассейн и на руках примчал меня сюда, а проспала я почти двое суток — сказалось полное истощение, как физическое, так и энергетическое. Он даже значок не забрал, его принесла, в последствии Мисти.              А еще выяснилось, что она устроила своим сестрам грандиозный скандал прямо на стадионе, обвинив их в бездарности и полном непонимании сути быть лидером зала. Что-то у нее в тот момент, когда они без раздумий согласились уступить Уолессу место, переклинило. Оказалось, она ушла из Церулина в свое время именно потому, что искала свой собственный путь, а не хотела следовать канонам сестер. История, в общем-то, мне знакомая. Но, по словам Эша, она еще и накричала на самого Уолесса, а потом бросилась вдогонку за Эшем. Вот такие дела.              Двери покецентра с тихим шиком раздвинулись. За окном было раннее утро, часа семь, и спящий Церулин был окутан прохладной, сизой дымкой.              — Нам так и не удалось встретиться после битвы, юноша, — над Эшем, словно из ниоткуда, возникла утонченная фигура Уолесса.              Эш мгновенно нахмурился, его тело напряглось, и он инстинктивно придвинулся ко мне, словно щит.              — Что тебе нужно? — его голос прозвучал жестко и с открытым вызовом.              Уолесс медленно снял темные очки. Его типичная легкая, светская улыбка исчезла, сменившись выражением предельной серьезности. И затем он… поклонился. Глубоко и уважительно.              — Я пришел принести вам двоим свои извинения за произошедшее. Я поступил крайне некрасиво по отношению к тебе и, в особенности, к твоему покемону, — его взгляд поочередно остановился на Эше и на мне, полный искреннего раскаяния.              Так ты хочешь показать, что не являешься засранцем? Или взбучка от Мисти так подействовала?              — Что? — Эш недоверчиво моргнул, не до конца понимая эту внезапную перемену.              — Я в полной мере осознаю тяжесть и неэтичность своего поступка, — начал Уолесс, его голос был спокоен и проникновенен. — И пришел объясниться. Дело в том, что я действительно хотел помочь, Эш. Это один из… радикальных методов закалки. Точно также я воспитывал своего Гаярдоса. Способ воспитания строптивых, своевольных покемонов, чтобы показать им пределы их одиночных сил. Суть тренерской битвы не в том, чтобы покемон слепо подчинялся, а в том, чтобы вы сражались вместе, как единое целое. Ты, как тренер, должен видеть поле боя целиком, просчитывать ходы на несколько шагов вперед. Это называется «макро» — стратегия, большой план. А твой покемон владеет «микро» — мгновенными решениями в гуще схватки: уклониться, парировать, контратаковать. Многие тренеры терпят неудачу, им не хватает либо первого, либо второго.              Он сделал паузу, глядя на Эша с долей уважения.              — Ты — первый тренер, прошедший Церулин, в ком я увидел идеальный баланс этих начал. Но я жестоко ошибся насчет твоего Чармандера, что, в итоге, привело к тому, что именно она воспитала меня. Эш, твой покемон… Я не знаю, откуда он и что с ним случилось, но тот Чармандер, с которым я сражался, с самого первого мгновения мыслил на уровне «макро». Ты же видел. Она никогда раньше не использовала Солнечный луч или Ясный день, верно?              Эш молча кивнул, его глаза были широко раскрыты. Он все еще не совсем доверял Уолессу, поэтому пребывал в замешательстве. Я же скептически хмыкнула. Пожалуй, если ты будешь нахваливать меня в том же духе, так уж и быть, я приму извинения.              — Но она рассчитывал на это! — голос Уолесса зазвучал с почти что благоговейным восторгом. — Применяя Выжидание, намеренно подставляясь под Гиперлуч, она ждала этой атаки с самого момента появления Гаярдоса! Она… оценила меня как тренера. Поняла, что я не стану использовать статусные приемы, что я недооцениваю ее и не сменю погоду. И она рискнула. И победила. Этот покемон… Эш, тебе нужно учиться у нее. Учиться ведению битвы так, как это делает твой Чармандер, даже в самой безнадежной ситуации. Ваши стили крайне похожие, однако вам не хватает доверия друг к другу. Те движения, что она демонстрирует… Это идеальный баланс, который тебе необходимо научиться корректировать.              Уолесс повернулся ко мне, и на его лице появилась теплая, понимающая улыбка.              — Эта Мистическая вода. Сначала я не понял, зачем она тебе. Ты и вправду хочешь освоить водную атаку?              Я замерла. Вот это да… Раскусил? После секундного замешательства я медленно, но уверенно кивнула. Эш словно впервые меня увидел.              Уолесс ответил таким же кивком.              — Не держите на меня зла. Давайте встретимся в Большой Лиге. Надеюсь, к тому времени твой тренер будет идеально дополнять тебя, вы оба станете одним целым. Ах, да, — он будто бы случайно вспомнил, доставая из складок плаща небольшой стильный контейнер и протягивая его Эшу.              — Что это? — настороженно спросил парень, разглядывая коробку.              — Открой.              Эш щелкнул застежками. На черной бархатной подложке аккуратно лежали три голографических чипа ТМ.              — Это… — он не поверил своим глазам.              — Не пойми неправильно, — тут же пояснил Уолесс, — это награда за победу в специальной битве лично от меня. У нас в Хоэнне часто дарят победителям ТМ-ки. Когда у тебя появится достойный водный покемон, они ему очень пригодятся. Ты это заслужил.              В коробке лежали «Погружение», «Водный пульс» и «Ледяной луч».              — Ладно, я понял, — Эш наконец выдохнул, закрывая кейс. — Но прощения нужно просить не у меня. А у нее.              Уолесс кивнул и повернулся ко мне, протянув руку для рукопожатия, как равному сопернику. Я с легким раздражением сильно шлепнула его по ладони своим хвостом, а потом уже по-серьезному протянула ему лапу. Он рассмеялся — искренне и громко, но пожал ее.              — Чар! (Я вовсе не высокомерная!) — сказала я ему своим самым ясным взглядом.              — Я это уже понял, — его улыбка стала еще шире. — Твой боевой дух невероятен. А твой острый ум… Спасибо за урок, который ты преподала мне, Эмбер. Берегите друг друга, ребята. Мне пора, иначе скоро здесь станет не протолкнуться. Дойди до Большой Лиги, парень. Жду тебя там, я обязательно потребую реванш!              Эш молча кивнул, смотря вслед удаляющейся элегантной фигуре. Засранец! Теперь я не могу на него злиться! Привычно буду вымещать раздражение на Арсеусе, что уж поделать.              — Я обещаю, — он повернулся ко мне, и в его глазах горела новая, твердая решимость, — что однажды из нас получится по-настоящему великая команда.              — Пика-пи! — уверенно поддакнул Пикачу, бодро тряся ушами.              — Эй, Эш, долго ждешь? — звонкий голос Мисти разрезал утреннюю тишину.              Она стремительно спускалась по лестнице в компании Трейси и Брока.              — Нет, совсем нет! — крикнул им в ответ Эш, собирая вещи.              Следующий пункт назначения — Вермилион.