фальшивый спаситель

План был прост. Он как Гоэтия знакомится со Столасом. Не дает Столасу возможности переспать с Блитцем-бесом. Никаких сделок и трахательных транзакций. Втирается в доверие, в какой-то момент рассказывает о желании отправиться в будущее, показывает тот дневник. Рассказывает, что у него есть знакомый бес, которому для бизнеса очень нужен кристалл Асмодея, и что он готов сделать что угодно, чтобы Столас помог ему в этом. Отдает кристалл себе же. Итог: Столас счастливо живет в своем особняке вместе со своей дочерью, а Блитц имеет возможность работать с грешниками как и в изначальном варианте. Идеально. С шероховатостями можно будет разобраться на месте. Однако все равно был один момент, который не давал ему покоя, сидел на уголке сознания, даже когда Блитц максимально сильно пытался его игнорировать. Не сейчас. Это все потом. Сейчас надо было понять, как ему пойти на бал? Вечеринку? Или что это устроила Стелла. Сначала нужно было разобраться с одеждой. Не может же он пойти во всем рваном, да и к тому же где-то там все равно будет ходить бес в точно таких же шмотках. Снова став бесом (да, там было такое заклинание, спасибо, что хотя бы половина заклинаний была подписана), Блитц отправился в магазин, где в будущем они будут выбирать одежду Столасу, потому что помнил, что там должна была быть такая одежда. Только какая именно? В чем можно прийти на какую-то светскую вечеринку, где тусуется куча богатых придурков и Столас? При этом он не должен слишком сильно выделяться. И выбрать нужно как можно быстрее. Проведя какое-то время в магазине, Блитц остановился на черной рубашке, поверх которой был надет красный жилет, чёрные брюки и туфли, какой-то дурацкий галстук, перчатки, чтобы скрыть белые перья на руках, и какие-то глупые украшения. Пришлось отказаться от броши, которая досталась ему от матери, чтобы не вызывать подозрений и совпадений, тем не менее Блитц все равно оставил ее в кармане брюк. А плетеный браслет все-таки остался на запястье, пусть он и немного портил образ, но нет, Баксо ни в коем случае не хотел его снимать. Спиздить вещи и убежать было в целом легко — не в первый раз. Вернувшись в офис, он переоделся, после чего использовал заклинание маскировки, и, как и ожидалось, новый костюм идеально адаптировался под птичье тело. Взяв с собой телефон и кристалл, он отправился к дворцу. Осталось самое сложное. Блитц знал этот дворец как свои четыре пальца, а также знал, что на все такие вечеринки пускают только когда ты есть в списке гостей. Поэтому он сразу же пошел к входу для персонала, которым никто не пользовался и от которого легко можно было пройти в зал. Оказавшись внутри, Блитц внимательно оглядывался, думая увидит ли он себя, хотя по идее, если он все правильно помнит, его поймали уже ближе к ночи, а сейчас едва начинался вечер. Благодаря музыке и шуму, он легко нашел место проведения вечеринки. И правда, огромный зал, куча напыщенных придурков и бесы, бегающие туда-сюда, таская еду и напитки. — Что-то не так? — раздался голос откуда-то сбоку. Блитц вздрогнул, после чего увидел, что это еще один бес-работник, которого, видимо, смутило, что какой-то Гоэтия просто стоит в дверях и пялит на вечеринку. — Да не, всё гуд, не парься, — ответил Баксо, но тут же осекся. Если он собирается отыгрывать богатого и важного придурка, то ему точно нужно говорить не так, — То есть, я просто не был уверен, туда ли я вообще пришел, ну понимаешь, там, дворец большой, — он нервно хихикнул, хватая бокал с подноса, который нес бес, и вошел в зал, пытаясь закончить этот диалог. Беса, видимо, это объяснение устроило, либо же ему было похуй. Блитца устраивали оба варианта. Шагая по залу, он поглядывал на других гостей, пытаясь в хоть какой-то из компаний найти сову. Раздался знакомый громкий, сучий, женский голос. Голос Стеллы. Он взглянул в сторону источника звука и там, недалеко от Стеллы, окруженной какими-то женщинами, стоял Столас. Один. «Мне никогда так не везло, как сегодня» — подумал Блитц, а потом, вспомнив, как он вообще оказался в этой ситуации, передумал. Столас выглядел не особо счастливым, если честно. Недовольным и скучающим. Находился где-то далеко в своих мыслях. Но, блять, это был он, Столас! Принц Столас, у которого не было седой пряди, не было зрачков. Принц Столас, которому не приходится ютиться на маленьком диване и работать за гроши. Почему-то было страшно подходить к нему. Было страшно заговорить. И Блитц понимал почему: сейчас он все еще может свернуть назад, но если он заговорит, появится в жизни Столаса в таком виде, он может сильно изменить будущее, в итоге окончательно вычеркнув себя из жизни Столаса. Конечно, в этом и состоял весь план. Однако вычеркнув себя из жизни Столаса, он вычеркнет и Столаса из своей жизни. Он был готов потерять Веросику, готов потерять любого из его тупых бывших. Но Столас… Блитц глубоко вздохнул и залпом выпил содержимое бокала. Он хочет, чтобы Столас был счастлив. И он сделает это, даже если для этого ему придётся разбить собственное сердце. — Здравствуйте! Принц Столас, я правильно понимаю? — неуверенно начал Блитц, подходя к принцу и наблюдая, как Стелла с подругами уходит в другую часть зала. Сова тут же отвлеклась от своих мыслей и взглянула на неожиданного собеседника. — Да, да, я, — неловко ответил Гоэтия, — Здравствуйте… — он замолчал, внимательно оглядывая Блитца. Блять. Имя! Он забыл придумать ебаное имя! — Брайс! Можно просто Брайс! — резко и очень радостно выдал Блитц, протягивая руку. «Какой нахуй Брайс? Откуда ты вообще это имя высрал?» — панически металось в его голове. — Будем знакомы, Брайс. Я Столас, хотя вы уже это знаете, — неловко усмехнулся Столас, отвечая на рукопожатие. Он выглядел так… странно? Почему он вообще стоит здесь один? Почему не обсуждает с другими Гоэтиями разную чепуху? И почему он выглядит таким потерянный от того, что с ним вообще кто-то решил заговорить? — Как вам вечеринка? — вежливо спросил Столас, видимо, не зная, как еще продолжить диалог. — Оу, она замечательная. Ваша жена… она хорошо все устроила, — ответил Блитц, пожимая плечами и надеясь, что он правильно запомнил то, что ему когда-то сказал Гоэтия. Эту хуйню устроила Стелла. Повод хуйни — они со Столасом все еще не развелись. И еще было что-то в этой хуйне, что его тогда удивило, что-то очень тупое, но важное… — Да, она прекрасно организовывает различные мероприятия. А ваш партнёр…? Блять. Партнёр. Точно! Глупое правило вечеринки — сюда приходят только парочки. — У меня тоже жена, — начал Блитц, на ходу придумывая себе фальшивую историю, — но она болеет, очень, очень сильно болеет и не смогла прийти, — он нервно сглотнул, пожав плечами, — но я не мог пропустить такое мероприятие, потому что я уже очень давно хотел познакомиться с вами! — Со мной? Столас непонимающе изогнул бровь, пальцем указывая на себя. — Ага, — Блитц радостно кивнул, — я много слышал про вас, ну в хорошем смысле. Непонимание Столаса возросло ещё сильнее. Было видно, как он потерялся и неловко отводил взгляд. — Это… эм… — он неуверенно пожал плечами, — я польщён… Столас неловко улыбнулся, все еще стараясь не смотреть на собеседника. Да что блять с ним? С хуя ли эту сову так легко можно смутить? Резко раздался громкий и противный смех, разлетевшийся по всему помещению. — Да я же говорю, Столас — сплошное позорище, не дай бог вам такого мужика! Улыбка на лице совы погасла, равнодушием он пытался скрыть стыд. Плечи — как и все тело — тут же напряглись, а сам принц слегка отвернулся от Блитца. — Это моя жена, — горько усмехнулся он, опрокидывая бокал, после чего тут же потянулся за следующими. — Вот оно как, — тихо прошептал Баксо, по большей части даже самому себе. Столас редко говорил о их взаимоотношениях со Стеллой. Конечно, Блитц знал, что у них сложные отношения, особенно учитывая, что из-за какой-то измены она заказала киллера по душу бывшего мужа. Но ему все равно казалось, что хотя бы для всех остальных они пытались сделать вид нормальной, счастливой семьи. А тут… Унижать своего мужа при всех… Блитц кое-как сдержал свой пыл, потому что разборки со Стеллой очевидно не то, что поможет в этой ситуации. — Знаете, я слышал, что у вас замечательный сад, — попытался перевести тему Баксо, — И знаете, я типа не прям хорошо разбираюсь в растениях и таких штуках, но они мне нравятся, и я был бы рад посмотреть на ваш сад. Тем более, я не особо люблю весь этот эээ… шум. Ну и вы тоже, я смотрю, — произнёс Блитц, переводя рукой с гостей на них самих, а после и на стену около которой они стояли. Было поразительным то, как быстро и тревожно оживился Столас. Блитц был уверен, что у того даже глаза засияли после его слов, а клюв изогнулся в немного кривоватой улыбке. — Оу, это отличная идея, — радостно произнёс Столас, но тут же себя одернул, — Но а как же остальные гости? Разве вы не хотите провести время еще и с ними? — Ваще поебать на них, — пожал плечами Блитц, но тут же понял, что сказал, — Ну то есть, из всех демонов здесь вы мне интересны больше всего. Он заметил, как перья Столаса тут же распушились, а лицо залило румянцем. Он неловко посмеялся, одной рукой почесывая тыльную сторону другой и снова отводя взгляд. — Ну, тогда хорошо, пойдемте! Столас с широкой улыбкой пошел через весь зал к двери, а Блитц тут же последовал за ним, поглядывая на Стеллу, которая что-то активно обсуждала с другими женщинами. Периодически до него доносились ее слова, и он был уверен, что они обсуждали Столаса и то, каким он жалким и противным был для Стеллы, однако самого принца это видимо не волновало, потому что на его лице до сих пор была воодушевленная улыбка. — Знаете, вы первый, кто интересуется моим садом, но это действительно моя большая страсть. Я очень много времени провожу за уходом за своими растениями, — он подошел к высокой розоватой дионее и аккуратно провел рукой по ее бутону, — Даже не могу представить свою жизнь без них. Он мило улыбнулся и пошел дальше, продолжая что-то говорить, в то время как Блитц пытался успокоить то ли панику, то ли сильную тоску. Стоит ли говорить, что после суда растительный мир Столаса сократился до минимума. И он говорил, что его все устраивает. — Брайс, позвольте поинтересоваться, а какие ваши любимые цветы? Блитц замялся, пытаясь вспомнить хоть что-то, о чем ему когда-то рассказывал сам Столас. — Амариллис, наверное, красный, — пожал он плечами. Честно говоря, он смутно помнил, как выглядит тот цветок, но знал одно — если он скажет что-то не совсем банальное, то сможет получить пару очков отношения со Столасом. И он был прав, потому что Столас стал ещё более воодушевленным. — О, это прекрасные цветы, они у меня тоже растут. Посадил пару лет назад и каждый день любуюсь ими. Вы знали, что амариллис символизирует силу и мужественность? — спросил он, тут же наблюдая за реакцией собеседника, — Мне кажется, это подходит вам, — с добродушным смешком добавил Столас. — Да, наверное, — усмехнулся ответил Блитц, но тут же отвлекся на шум разбивающегося горшка. Там, в конце коридора, был другой Блитц. Блитц, который бес. Блитц, который щас к хуям все испортит. — Что там? — спросил Столас, разворачиваясь. Однако не успел он это сделать, как Блитц схватил его за руку и притянул к себе. — Кошки. — У меня нет— Столас даже не успел ответить, как Блитц потянул его в соседнюю комнату, прижимая к стене и кладя свою руку ему на щеку. Дыхание принца сбилось, в алых глазах появились белые маленькие зрачки, а щеки снова вспыхнули алым. — Вернемся к цветам. Дайте угадаю. Ваш любимый цветок это… — Блитц демонстративно задумался, всматриваясь в алые глаза, — Георгины? Красота, достоинство, элегантность? — губы его дрогнули в едва уловимой ухмылке, и прежде чем Столас успел опомниться, его пальцы уже сомкнулись вокруг его запястья — стремительно, без права на отступление. — Да, вы правы, — голос принца дрогнул, и он попытался отвести взгляд. Блитц следил за тем, как меняется выражение его лица, следил за частым дыханием, за едва заметным движением кадыка на длинной шее, когда Столас сглотнул. Но в один момент, почувствовав укол в своей груди, Блитц заставил себя отпустить Столаса и отойти на шаг назад. — Простите, пожалуйста, — выдавил из себя смешок Блитц, — Я просто так дурачусь. Не только бес не может трогать и влюблять в себя птицу. Но и он тоже. Он как Брайс Гоэтия должен быть другом Столаса, а не ебырем. — Старая привычка, но моя жена до сих пор от неё в восторге, — подмигнул он, шагая в сторону сада. Блитц не знал сколько времени они находились в саду. Столас, успокоившись после той выходки, снова начал говорить обо всем подряд, и Блитц просто слушал, периодически отвечая на вопросы. Он внимательно смотрел смотрел на цветущий сад, на темное небо и на счастливого Столаса. За весь вечер Блитц несколько раз обдумал правильность своих действий. Должен ли он решать за Столаса? Должен ли он переписывать ход истории? И глядя на сову сейчас, Блитц как-никогда понял, что должен. — Я уже говорил сегодня, но вы первый, кто интересуется таким, — произнес Столас, садясь на скамью. Он осторожно сложил руки на коленях и внимательно посмотрел на Блитца. — А как же там… друзья? — спросил бес, садясь рядом, — Я слышал, вы в отличных отношениях с Вассаго. — Он мой хороший друг, это правда, но он всегда в разъездах, и мы уже давно не виделись. А больше друзей у меня нет. — Ряльно что ли? — Вполне. Столас хотел что-то сказать, но тут же остановился, улыбнувшись. — Знаете, вы практически ничего не рассказали о себе. — Это обязательно? — усмехнулся Блитц, кладя руку на спинку скамьи. — Мне было бы интересно узнать вас получше. Блитц задумался, глядя на ночное небо и бессознательно покачивая ногой. Он чувствовал как перья колыхались от прохладного ветра. — Ну, я не отсюда… издалека, — он неопределенно махнул рукой, продолжая смотреть на звезды, — Моя жена больна, и я приехал сюда чтобы помочь ей. Очень тяжело наблюдать за тем, как любимый человек тонет в собственной болезни, при этом говорит, что все нормально, хотя это… это очевидно не так. И ты ничего не можешь с этим сделать. Голова Блитца бессильно склонилась вперёд. Он зажмурился так сильно, что боль начала отдаваться в висках, пальцы грубо терли веки. Отлично. Он сейчас заплачет, и принц Столас действительно проникнется к нему добротой и пониманием. Он громко вздохнул, выпрямляясь и тут же посмотрел на обеспокоенного принца. — Я готов на все, чтобы она была счастлива. Он разобьет себе сердце, останется в полном одиночестве, загонит себя в угол, но больше никогда и ни за что не разрушит жизнь Столасу. — Вот оно как, — поникше ответил принц, после чего между ними нависла тишина. Столас задумчиво смотрел куда-то вперед, в пол, а Блитц — на Столаса. Его перья казались такими мягкими и аккуратными, не топорщились в разные стороны. Они были яркими, не было ни одного сломанного пера — его Столас из-за недостатка сил просто оставлял их на месте, каждый раз говоря, что потом их уберет. Глаза казались такими живыми, под ними не было синяков от недосыпа, не было этого вечно уставшего взгляда. Сейчас Столас был принцем, и он показывал это всем своим видом. — Мне неловко, когда вы так на меня пялитесь, — тихо пробормотал Столас, отвернувшись. — Ой, да, простите, я не хотел, — смущенно ответил Блитц, почесывая затылок, на что принц лишь добродушно посмеялся.