Свобода, ведущая людей

«Жить с болью – это искусство.

Понять её – значит выжить»

– Вирджиния Вулф

То, что произошло в тот день в доме чистокровных нельзя было описать обычными словами. В их дом проникли, у полиции были только предположения о числе нападавших. Было ясно только одно – жертв уже к жизни не вернуть. Был нанесен один сильный удар каждому сзади по голове, а дальше было хуже. Стол, за которым ужинали мужчина и женщина, был в их крови, она стекала тонкой струйкой на пол из надрезов вдоль горла, они были неаккуратны, будто нападающие специально хотели оставить самые изуродованные порезы на бледной коже. Кап-кап… кровь капала ровно под тиканье часов. Звуки слились воедино. В доме было тихо, настолько, что теперь любой шорох казался слишком громким. Эта страшная новость разнеслась среди чистокровных за пару часов. Все были на взводе! Как такое можно было допустить, чтобы кто-то посмел сотворить такое с высокопоставленными людьми?! Новостные каналы кишели информацией. У каждого была своя правда. Но никто не знал, кто именно это совершил. Готье, услышав об этом всем, не смог сомкнуть глаз до утра. Только узнав о случившейся трагедии, он застыл, сжимая кулаки, когда его наконец-то оставили одного, то Готье уже не мог сопротивлялся внутренним порывам, в стену полетела какая-то дорогая ваза. Осколки посыпались на пол. Готье глянул в их сторону. Мир вокруг него трескается точно также. Он не может повлиять на происходящее. Не может защитить всех. У него нет таких сил и возможностей! Бам! В ту же стену влетает вторая ваза. Секунду-две, слышен только ветер за окном и тикание настольных часов. Готье садится на кровать, закрывая лицо ладонями. Ему нельзя сдаваться. Это было только начало, а дальше будет хуже. Просто нужно быть сильным, даже когда это трудно… – Нужно делать хоть что-то, – Готье пробормотал, устало потирая лицо ладонями. Чем он может помочь людям, если даже сам себя загоняет в угол. Очень сложно добиться уважения среди народа, когда всю жизнь это не особо интересовало. А теперь надо выйти перед всеми, смело и уверенно доказать, что спокойствие будет на улицах Октавии, что он приложит все силы, чтобы все вернулось на свои места. Этой ночью ближайший район патрулировали, чтобы в случае чего сразу поймать тех, кто осмелился на такое зверство. Но ночь успехов не принесла, не было найдено ни отпечатков пальцев, ни орудия убийства, только следы на полу от обуви. По ним и стало понятно, что нападающих было двое. Но даже такая зацепка ничем не помогла. Теперь улицы чистокровных поглотил страх. С этой ночи они познали тягучее чувство, которое обволакивало, не давало пошевелиться, это и была боязнь, вперемешку с ожиданием того, что может принести следующий день. А может завтра уже не наступит, как и для той пары, которая ничего не подозревала. На улицах появились палачи, но не те, которые следуют чьим-то указаниям. Они сами себе закон, никто им не указ. Они хотят очистить эту землю от чистокровных, которые возомнили о себе невесть что, которые должны сойти с поста главных этого мира. Поэтому «эти» незнакомцы сами стали теми, кто будет вершить правосудие, так как они того пожелают. Никого не обделят своим смертельным визитом. Наказание – это единственное, ради чего они в ночи выходят на улицы чистокровных. *** Скэриэл, прознав про этот случай самовольности, вышел из себя. Теперь весь заготовленный заранее план пошел по одному месту! Кто вообще нашелся настолько безбашенный, чтобы принимать такие решения самостоятельно. Скэриэл ходил по комнате, сложив руки за спиной. Все идет не так. Он продумывал все совершенно по-другому, забыв, что люди не просто бездушное стадо, что они умеют сами принимать решения, сами идти на риски. Эта ночь усложнила все, что могла. Надо было еще немного отвлечь внимание от себя, чтобы все думали, что все не так плохо, а потом бить в самый неожиданный момент, когда противник будет неподготовлен. – Сука. Эти идиоты вообще ничего не догоняют? Сколько ни говори, все равно не слушают, как стадо баранов! – Вместо того, чтобы швырять вещи, как это делал Готье, Скэриэл впечатал кулак в стену несколько раз. Костяшки были содраны в кровь, на обоях остались красные разводы. Боль приводила в себя, давала возможность снова рационально мыслить. Скэриэл пытался справиться со злостью разными способами, иначе был он превратил лица тех, кто сотворил эти убийства, в одно сплошное кровавое месиво. Но с этим лучше повременить. Сейчас есть проблемы, которые необходимо обдумать и решить незамедлительно. Что теперь будет после такого поворота событий? Нужна была только маленькая искра, чтобы развязать конфликт одновременно между всеми. Но то что произошло, это не искра, это целый пожар, который необходимо затушить, потому что он будет разгораться в невыгодную сторону для Скэриэла.