Нечто между нами

      ...В автобусе он сел ближе к окну, рядом с ним кто-то плюхнулся, Юрков повернул голову и столкнулся взглядом с Артёмом.       - Слушай, Юрков, - начал Артём, но Лён его прервал:       - Я ничего не видел, - на что Артём тихо рассмеялся.       - Вообще-то я хотел о другом спросить, - он усмехнулся, укладывая подбородок на плечо невозмутимого внешне Юркова, и добавил тише, с придыханием, вызывая у него мурашки, - я вовсе не переживаю, так как знаю, что ты не из болтливых.       - Отвали, - возмущённо пихнул его Лён, но Артём только рассмеялся. - Знает он... Что хотел?       - Вот всегда ты так, Юрков, - фыркнул ухмыляясь Артём, потираясь плечом о плечо и ластясь, как кот.       Юрков давно заметил, что Тёма довольно тактильный человек, и при встрече то повиснет на нём, то за руку вцепится, то обниматься кинется, то на спину запрыгнет. Ростом Тёма был немного ниже, чем Лён, но такой же жилистый, и всё же едва не сбивал с ног приятеля. Но Юрков уже привык к его поведению и лишь фыркал и шипел безобидно, прекрасно понимая, что Артём никак не среагирует на его глухое  возражение. Вот и сейчас Артём говорил, а сам пальчиком водит Юркову по коленке, всё узоры какие-то выписывает.       - Скажи-ка мне, Лёнчик, ты на вечеринку идёшь?       - На какую ещё вечеринку? - сбитый с толка Юрков развернулся и посмотрел на него прямо, но Артём всё также беспечно улыбался обманчивой улыбкой и прищуривал глаза, снова включая "дурачка".       - Благотворительный вечер, полагаю, что ты в курсе, - пояснил он опасно-ласковым голосом, а Лён сел поудобнее, вздыхая.       - Любишь ты заходить издалека, - ответил он, - иногда ты меня пугаешь, Тём. И откуда ты про "вечеринку" узнал?       - А вот это секретная информация, - с шутливой интонацией проворковал Артём, приглаживая пятернёй кудри медно-рыжих волос, рассыпающихся на две части. Юрков мысленно отмахнулся от непотребных мыслей, в которых кто-то "надругивался" в кустах на Тёмычем. - Да ты не отворачивайся, я ж серьёзно!       - Ну так это ты к чему вообще, про вечеринку? - озадаченно потёр лоб  Юрков: определённо, это не Тёмка, а он сам был испорчен. Но всё равно из-за этого рыжего лиса!       - Ты с кем поедешь?       - А что? - с подозрением в голосе спросил Юрков. У него даже тело застыло от напряжения.       - Расслабься, Лёнчик, не нужен мне твой эспер, просто мне колёса нужны, чтобы  добраться туда, - и Артём со смешком потрепал его за щёку. - Просто не хочется напрягать определённых людей.       - А меня значит можно? - Юрков закатил выразительно глаза, едва не выпалив:"он вовсе не мой!"       - О чём шепчетесь, девочки? - втиснул между ними своё лицо Лёшка с заднего сиденья.       - Лёх, отъебись! - каркнул Артём и убрал его лицо рукой обратно под смех остальных гидов, привлечённых громким вопросом Лёшки. Тот что-то проворчал, но беззлобно. К любопытству Лёшки тоже все привыкли, как и к его отходчивости.       - Я ещё толком не думал об этом, - честно ответил Юрков, отцепляя повисшего на нём снова Тёмку с хитрой лисьей мордой. С симпатичной хитрой мордой.       - Но ты же не против, если я присоединюсь? - заглянул ему в лицо Тёма, скорчив милую рожицу, по крайней мере так выглядело выражение его лица в глазах Юркова. Тот выдохнул, всем видом показывая, что вовсе "не против". Артём издал победный возглас, в шутку и не так громко, как мог бы этот парень. А Лён предположил, что он сам, возможно, чего-то не знает, о чём хорошо осведомлен Артём.       - Ты же не отлипнешь, - окончательно смирился Юрков, как никогда ярко ощущая никотиновый голод, хоть из автобуса выбегай.       - Неа, - весело и бодро отозвался Артём, не отлипая от плеча сдувшегося и вымотанного Юркова. Лён скосил на него глаза, на рыжую копну волос, поражаясь его энергичности, а ведь сегодня, еще пару часов назад, этот парень шёл впереди всей их группы.       В конце пути его разбудил Артём, оказалось, что Лён уснул с Тёмой на своём плече, а проснулся, - наоборот, - на плече Артёма, поменявшись таким образом местами с рыжим гидом.       Поднимаясь по лестнице на свой этаж, Юрков припомнил, что в комнате оставался Макс и немного ускорился, будто это могло как-то изменить тот факт, что парень в одиночестве провёл весь день. Пусть Юрков и не был виноват в этом, но всё равно ощущал себя где-то оплошавшим.       - Юрков! Наконец-то, - обрадованно восклипнул Максим, едва Юрков вошёл в их комнату широкими шагами, благо длинные ноги позволяли.       - Привет, - отмахнулся скупым жестом Юрков, задерживаясь у двери и  внимательно рассматривая довольное и посвежевшее лицо товарища. - Вижу, тебе лучше. А это откуда?       И Юрков обвёл жестом, вскидывая руку, изобилие фруктов и напитков, вокруг кровати "болезного". Макс облизал пальцы от очередного "заточенного" в "одну харю" сочного фрукта и с таинственным блеском в глубине глаз ответил:       - Это от Хан Соля, презент, - и Максим с сытым выражением откинулся на спинку кровати, - угощайся, мне тут одному не справиться.       Но Юрков отказался, затаскивая собственную, измученную тренировками тушку в ванную, под горячий расслабляющий душ. Он не понимал, для чего вся эта суета с тренировками, тем более, в таком бешеном ритме. Особенно для них, для гидов: их сроду так в родной казарме не гоняли, а тут насели со всех сторон.       Однако, и под струями ласкающей кожу воды ему не было покоя, потому что Юрков младший, внезапно возбудившись, решил выдать порцию телесных жидкостей и срочно осеменить хоть что-нибудь вокруг, в итоге излившись с помощью руки на плитку на полу душевой. Юрков тяжко вздохнул, расслабляясь и прикрывая глаза: он держался из последних сил, чтобы не рухнуть прямо здесь и не заснуть.       Но пришлось возвращаться в реальность и в комнату, где его ждал Макс, распираемый от любопытства и с уже четким узором голубых вен на висках. Юрков рухнул на свою кровать, не в силах двигаться, и короткими фразами и ответами отбарахтался от вопросов недовольного его вялостью Синицы.       На следующее утро Юрков снова, в режиме робота, поднялся, привел себя наспех в порядок, напоследок, перед выходом, зыркнул на спокойно и абсолютно безмятежно сопящего Синицу и отправился на построение.       Пока Самарин раздавал им ЦУ, Юрков мысленно поражался выдержке Артёма, который словно и не уставал, а бодрячком пришел на построение, и также бодро оттащил полусонного и вялого Юркова под руку в столовку, под шутейки рыжего гида. Затем их всех снова погрузили в автобус и оттаранили на полигон, где они снова совершали марш-бросок, наматывая ножками километры, таскали на стрельбище, где Юрков на удивление метко разрядил свою обойму по целям с точностью снайпера.       Потом они пообедали и снова мотали километры по проселкам, добираясь до поставленных целей. И снова Артём действовал четко и уверенно и выводил их группку самой первой, воодушевляя тем самым свою команду. Юрков даже проникся уважением к этому рыжему гиду, который обычно, на первый взгляд, казался окружающим  легкомысленным и ветреным парнем, хотя на деле он никогда не подводил товарищей.       Прежде Юрков никогда не воспринимал Тёму всерьёз, однако, его слаженные с командой действия и роль ведущего заставили изменить своё мнение об этом парне.       Отчего-то общительный и дружный со всеми Артём привязался именно к Юркову, и держался рядом, то и дело возникая перед ним, как черт из табакерки, где бы Лён не оказался и куда бы не пошёл. А теперь вот Тёмыч ещё и навязался ехать с ним на благотворительный вечер, куда его пригласил Джун Су.       Это казалось Юркову подозрительным: с чего это Артём решил с ним задружиться? Или он просто был слишком настороженным по отношению к Артёму?       - Что там с Максом? Ему лучше? - спросил будто между прочим Артём, уже сидя рядом с Юрковым в автобусе по пути обратно в общагу. Лён вскинул брови в немом вопросе: а ты-то откуда знаешь?       Артём рассмеялся звонко и непринуждённо. - Сорока на хвосте принесла. Не вижу смысла скрывать этот факт, это же не сотрешь, и все рано или поздно увидят и поймут, что произошло. А Самарин, по-моему, перегибает палку, позволяя Синице отсиживаться в комнате. В конце концов, он не болен и тоже, как и все мы, должен участвовать в тренировках.       - Вроде бы его хотят оставить в паре с Хан Солем, у них индивидуальные тренировки будут, - вяло отозвался Юрков, бросая короткие взгляды на неугомонного соседа.       - У нас тоже будут индивидуальные, но пропускать общие всё же ему не стоит, - тут он взбодрился вдруг, хлопая себя по коленям, - но это не нам решать, верно? Так что Юрков, есть ли у тебя костюм для банкета?       - А? - Юрков завис с приподнятыми бровями, вникая в суть вопроса. Артём снова хихикнул.       - Вижу, что об этом ты ещё не задумывался, - и он ткнул его шутя локтем в бок, - тогда нам стоит отправиться за покупками.       - А форма не подойдёт? - с кислой миной на лице отозвался Юрков, ему до смерти не хотелось таскаться по магазинам и салонам.       - Ни в коем случае, - сказал, как отрезал Артём, - и я уже отпросил тебя и Синицу у Самарина. Сегодня поедем в одно местечко, я уже договорился.       Юрков только успевал переваривать услышанное и не переставал удивляться тому, как Артёму всё это удавалось так легко. И с кем это он успел договориться и когда?       Однако, ничего не оставалось делать, как смириться, тем более, подходящего к подобному мероприятию костюма у него действительно не было, да и у Синицы тоже. Поэтому он согласно кивнул под удовлетворённый взгляд Артёма и решил вздремнуть до конца пути.       Чуть позже, ближе к вечеру, они втроём и в сопровождении малознакомого Юркову эспера в форме военнослужащего за рулём поехали в город, в один знакомый ему салон матери Джун Су. Могло ли это быть совпадением?!       Юрков поинтересовался у Артёма, и тот сподобился доложить, что действительно по "своим каналам" узнал через Йе Рим, о существовании одного отличного салона одежды, и конечно же, решил отовариться сам и отоварить своих приятелей именно здесь. Юрков выслушал его со скепсисом, но вынужден был поверить. Он долго подбирал одежду, пока не остановился под одобрительный взгляд на костюме-тройке тёмно-серого цвета с белоснежной рубашкой.       К нему подошёл Артём и сунул ему в руки что-то похожее на резинки, которые оказались подтяжками для рубашки, которые нужно было сперва надеть на ноги, что было для Юркова в новинку, но Тёма быстро пояснил что это и как надевается и помог приладить всё как нужно, несмотря на слабое сопротивление Юркова. Смотрелось это довольно пошло, по-мнению Юркова, но действительно было удобно, ибо рубашка сидела как надо и не вылезала при малейшем движении пупом из брюк. В целом, Лён был доволен.       Особенно, когда Артём объявил, что оплатит всё сам, так как выбил им эти денежки от руководства в качестве нужд. Тут даже Синица воодушевился и приобрёл галстук и фиксатор для него серебристого цвета, для своего темного костюма, почти иссиня-чёрного. Артём предпочёл классический чёрный, особенно выделяющий его светлое лицо и медные волосы. Все остались довольны покупками.       Все эти дни общих тренировок ни Синица, ни Лён не виделись с эсперами. Макс нашептал, что Хан Соль на какой-то операции, а затем эсперов отправили на тренировки, также, как и гидов, поэтому они и не виделись. Джун Су же изредка звонил по вечерам перед сном, что стало почти традицией для Юркова. Они болтали ни о чём и обо всём, не затрагивая, к удивлению Юркова, интимную часть их отношений.       Отчего-то ему казалось, что Джун Су не из тех, кто долго терпит, но тот держался достойно, не скатываясь до откровенных домогательств, и не поднимал тему их тесных отношений. Он не упоминал и о том разговоре, когда предлагал исключительно секс-партнерство, и всё это вызывало недоумение у Юркова.       С Яном они также не пересекались, и эспер словно пропал из его поля: ни звонил, ни появлялся лично, никак о себе не напоминал. С тех самых пор, как они провели довольно бурную ночь в комнате того самого злополучного клуба, куда их притащил Джун Су. В последний раз он лишь внимательно наблюдал за их с Яном любовной игрой.       Нехотя, но Лён признавал, что это ему нравилось: с какой жадностью и завистью смотрел на них Джун Су, сдерживая своё желание. Так по-детски, но Лён поддавался своему уязвлённому самолюбию, наслаждаясь меняющимся выражением лица Джун Су, пока был в объятиях Яна. Однако, эспер так и не решился присоединиться, будто хотел что-то прояснить для себя.       Лён не понимал, что творилось в голове у этого парня и потому перестал пытаться его понять или разгадать. Джун Су, в понимании Юркова, походил на свободолюбивого кота, и, словно опасаясь каких-либо привязанностей, действовал осторожно в его отношении. С Яном было не менее сложно, тот больше походил на привязчивого пса, но и любимого пса. Юркову нравился Ян, давно и безутешно.       И вот их, более менее, хрупкую связь, похожую на с трудом выстроенную башню из кубиков, норовил снести Джун Су. Снести бесцеремонно и безжалостно. Кем они являлись для этого парня? Проходящими в его жизни людьми?       Когда Джун Су предложил ему связь без обязательств, Лён растерялся, не зная, что ответить на подобное предложение. Однозначно следовало отказать, но свербило в нём нечто, шептало не спешить с ответом, останавливало от резкого "нет". И Юрков ненавидел себя за эту сторону.       Не слишком ли он мягкотелый с этим сопляком? Он поддавался этому наглецу и собственным желаниям, причем совершенно добровольно, и ненавидел себя за это. Столько беспокойства из-за одного парня! Неужели Джун Су нравился ему?       Юрков даже замер, ошеломлённый этой мыслью. Его пробил нервный смех. В груди зачесалось и он потёр это место автоматически, не задумываясь.       Следующий день на полигоне повторил предыдущие, и снова Артём сидел рядом с Юрковым в обе стороны поездки. И также держался бодрячком, несмотря ни на какие трудности с перебросом на несколько километров. Но и Юрков уже влился в темп тренировок и уже не чувствовал себя настолько разбитым к вечеру. Всё же и гиды были не совсем обычными людьми и по выдержке превосходили обычных граждан, но также много уступали эсперам.       К вечеру Юрков и Синицын уже приводили себя в порядок и приоделись в костюмы. Заблаговременно и Джун Су, и Хан Соль предупредили парней, что заберут их ближе к шести часам вечера. За полчаса к ним в комнату зашел и Артём, поражая своим утончённым шикарным видом и уложенной волнами прической, словно сошедший с обложек глянцевых журналов. Артём рассмеялся, глядя на вытаращивших глаза ошарашенных гидов. В свою очередь, он оценил их внешний вид, как удовлетворительный, так как особо заморачиваться с укладкой парни не стали.       Но Артём не был бы самим собой, если бы оставил это дело так; он быстро организовал обоим прически, ваяя их с помощью непонятных им приспособлений и лака. Наконец, он остался доволен результатом. Даже у Синицы расширились глаза, когда он посмотрел в зеркало: на него смотрел невысокий, миловидный и привлекательный молодой человек с внезапно зардевшимися скулами.       Юркову же Тёма подмахнул карандашом глаза, выделяя их и делая более выразительными, несмотря на сопротивление и шипение парня, в манере дикого кота. Синица одобрительно закивал головой, вставая на сторону Артёма, но благоразумно удержал за зубами норовившее вырваться на свободу:"очень сексуально". Ибо Тёма в этот момент весьма выразительно посмотрел на Макса, пресекая все лишние слова.       Выходили все трое по лестнице, через другой выход, чтобы не привлекать внимание остальных гидов, хотя несколько парней, встреченных по пути, присвистнули им вслед, интересуясь, куда это они "намылились". Но Артём, в свойственной ему шутливой манере отбрехался ото всех любопытных.       Когда они вышли на улицу, то их уже ждали Джун Су и Хан Соль. Юрков нервным движением оглянулся и замер, так как за ними наблюдали с балкончиков и из окон гиды- сотоварищи из группы, кто-то даже помахал рукой.       - Блядь! - выругался Юрков, и кончики его ушей тут же заалели. Он поспешил сесть в автомобиль под смешки Джун Су и Артёма. Тот, в отличие от товарища, вовсе не смутился, а наоборот с горделивой по-королевски осанкой неспешно осел в авто Джун Су, под недоуменные взгляды Хан Соль и Синицы.       Затем Макс опомнился и нырнул на переднее сиденье к Хан Соль и поспешил пристегнуться. Но машина так и не двинулась с места, и он непонимающе посмотрел на Хан Соль. Эспер же замер на своём месте, не в силах оторвать восхищённого взгляда от привлекательного синеглазого гида и от его изысканного узора на висках.       Хан Соль неосознанно потянулся к виску Синицы и его словно окутало теплом и энергией, что жадно впитывалась через кончики пальцев, которыми он прикоснулся к тонкой светлой коже. Максим вздрогнул, но не мог сдвинуться с места, ощущая желание сделать их прикосновение более тесным.       В этот момент им громко посигналил сзади Джун Су, возвращая обоих в реальность.       - Извини, я не должен был так бесцеремонно касаться тебя, - зачем-то произнёс Хан Соль, будто следуя официальным правилам общения с гидами и немного забывая о том, что теперь они с Синицей связаны контрактом, и встречаются по обоюдному согласию.       - Тебе не нужно извиняться за такое, - напомнил ему Максим, преодолевая смущение.       - Как ты себя чувствуешь? Не болит? - с беспокойством и заботой спросил Хан Соль, кивая на узор у Макса на висках. Тот отрицательно завертел головой:       - Нет, вовсе нет, - он торопливо пояснил, - сперва была температура и побаливала кожа, но сейчас всё в порядке.       - И всё же, извини, - снова произнёс Хан Соль, сводя брови на переносице. Его жест рукой был непроизвольным...       - Всё в порядке, не стоит так беспокоиться... Ведь мы же теперь вместе, - робко добавил Максим в конце, словно колеблясь.       - Ты прав, - кивнул Хан Соль, выдыхая воздух с облегчением.       Напряжение немного развеялось. Однако впечатление от внешнего вида гида еще не выветрилось окончательно: поначалу Хан Соль поймал себя на собственнических мыслях о том, что возможно ему следовало отвезти эту привлекательную птичку домой, а не тащиться с ним на благотворительный вечер, где все станут пялиться на его синеглазого гида, подобно гиенам? Впервые он ощущал влечение к кому-то настолько сильное: за последнее время Синица вторгся в его размеренную жизнь, и всё перевернул.       Сегодня Хан Соль понял как скучал без этого парня эти дни, он даже на задании действовал как робот, стараясь как можно быстрее его выполнить и вернуться к гиду. Он скучал по Синице. К сожалению его задержали с тренировками и проверками, он так и не успел встретиться с Йе Рим, а та будто избегала их встречи намеренно. Хотя, возможно, что это лишь казалось Хан Соль.       Пока Хан Соль молча переваривал свои мысли, и Максим старался сидеть тихо, лишь зыркая на его напряжённое лицо. Наконец, он не выдержал, когда в очередной раз эспер шумно вздохнул.       - Что-то не так?       - Переезжай ко мне, - почти одновременно произнёс Хан Соль вместе с вопросом Макса.       - Что?.. Сегодня?       - Сегодня? - Хан Соль поглядел на него быстро и снова уставился на дорогу, будто смущаясь смотреть в глаза. - Да. Сегодня. Останься сегодня у меня.       - Но я...Самарин меня убьёт, - произнёс извиняющимся тоном Макс, но потом вдруг нахмурил брови, и решительно заявил, - да. Я останусь.       - Правда? - невольно растянул губы в улыбке Хан Соль и желание повернуть руль и поехать сразу домой увеличилось, он сильнее сжал руки, сдавливая руль.       Максим смотрел на него с улыбкой, милой и очаровательной в глазах Хан Соль: как этот парень умудрялся выглядеть так привлекательно? Его сердце всякий раз сжималось от умиления и желания схватить его и сжать в объятиях до жалобного писка. Этот парень будоражил в нём и иные желания, более сильные и откровенные, но пока он не хотел пугать Макса, сдерживая свои порывы.       Хан Соль ощущал, как в нем пробуждается ревнивый и жадный зверь, что желает пустить когти и поглотить этого мышонка с большими синими глазами целиком и полностью. Хорошо, что Синицын не догадывался, что за мысли блуждали в его голове. Его внутреннее ядро будто вибрировало, особенно сильно рядом с гидом, но Хан Соль считал это нормальным явлением. Хан Соль неосознанно прижал руку к груди в области сердца.       - Тебе плохо? - обеспокоенно спросил Максим. - Хочешь, я окажу поддержку?       - Я получил поддержку от прикреплённого к группе гида, - пояснил Хан Соль, поморщившись: поддержка была малоэффективной, после того, как он уже попробовал совместимое руководство от Синицына. И теперь организм отказывался нормально воспринимать любую другую поддержку даже от гидов А класса. Хан Соль потёр лоб, хмуря брови. Затем покосился на обеспокоенное лицо Синицы.       - Если тебе не трудно, конечно, то я не откажусь от поддержки, - произнёс Хан Соль, ему было стыдно, но он не мог удержаться от того, чтобы не трогать этого милого гида и отказаться от столь привлекательной поддержки.       - Конечно не трудно! Ты не должен молчать о таком! - и Максим укоризненно покачал головой, и хватая Хан Соль за правую руку, которую тот всё ещё держал на руле. Макс начал поддержку, и его висок защипало, а ядро запульсировало внутри, выдавая энергию эсперу неспешным, но устойчивым и насыщенным потоком. Хан Соль облизал пересохшие от волнения губы и покосился на руку гида, что лежала на его руке. Он свернул с дороги к обочине, притормозил и повернулся к ничего не понимающему Максу:       - Что-то не так? Мне прекратить? - тревожно глядя, спросил Синицын, рассматривая будто окаменевшее лицо эспера и одновременно любуясь им.       - Нет, просто, - и Хан Соль замолчал, уставившись на губы Максима. Тот не мог не понять этого взгляда и молча потянулся к губам Хан Соль, не встречая сопротивления.       Мимо них проехала машина Джун Су и даже не посигналила, что в любом случае не могло отвлечь поглощённых поцелуем влюблённых. Оба уже забыли о причине, побудившей их к столь тесному контакту, и Хан Соль бережно сжимал тело гида, как хрупкую статуэтку, наслаждаясь этими, словно украденными, минутами. В этот момент вибрирующее ядро требовало более близкого контакта. Возможно ли, что это могло способствовать проявлению узора и у самого Хан Соль?       - Надеюсь, есть причина тому, что ты не пришел ко мне, к своему совместимому гиду за поддержкой? - прошептал в губы эспера Максим, едва оторвался, стараясь, чтобы голос звучал строго. Заглядывая в еще сильнее потемневшие глаза, он выжидал ответ. Едва сосредоточившись Хан Соль с провинившимся видом ответил:       - Признаю, я виноват. Но лишь в том, что не хотел тебе навредить, - и он снова припал к припухшим губам гида, а Макс, поддался требовательному поцелую, не прерывая поддержки. Когда в очередной раз они оторвались друг от друга с колотящимися сердцами, что с удовлетворением мог слышать Хан Соль и слушать всю жизнь, как лучшую музыку на свете, то Макс пробормотал, сбивчивым голосом:       - Больше никогда так не делай. Не смей меня избегать, - заявил он резко, и тут же поправил сам себя, поясняя с румянцем на лице, - не заставляй волноваться. Теперь я твой гид и только я буду оказывать тебе поддержку.       Прозвучало, как серьёзное заявление, и Хан Соль с довольным видом широко улыбнулся, едва не излучая счастье: ведь ему, осознанно или нет, но сделали предложение об индивидуальной поддержке, что могло означать в их случае лишь брачные узы. И Хан Соль был чрезвычайно доволен таким поворотом.       - Обещаю, что отныне буду получать поддержку только от тебя, от моего личного гида, - пообещал Хан Соль, обнимая замершего Синицу и утыкаясь носом в его тёплую хрупкую шею и оставляя на гладкой коже легкие поцелуи. Даже его ядро перестало так сильно вибрировать, будто удовлетворившись их обещанием.       - Сегодня я останусь у тебя, - вдруг решительно произнёс Максим, захватывая лицо эспера ладонями, при этом отодвигаясь и заглядывая ему в глаза, выискивая в них нужную реакцию. Сейчас он говорил это уверенно и не колеблясь ни секунды под одобрительным взглядом Хан Соль.       - Я буду этому счастлив, - отвечая тихим голосом, Хан Соль тонул во взгляде синих глаз, совершенно поглощённый чувствами. Как ему хотелось прямо сейчас уехать в квартиру, наплевав на банкет, но он не мог лишить удовольствия от посещения этого мероприятия своего милого спутника, заранее ревнуя его к каждому.       Хан Соль поправил причёску Макса, уводя выбившийся локон за ухо и улыбнулся ему, замечая как тот смотрит на него.       - Что-то не так?       - Нет, просто, - Максим смутился и попытался отвернуться, но его подбородок перехватил Хан Соль, поглаживая щеку, - просто у тебя красивое лицо.       - Тебе нравится? - с насмешкой, скрытой в глубине темных глаз спросил Хан Соль, продолжая поглаживать гладкую и мягкую щеку, еще не огрубевшую. Макс кивнул, - я рад, что тебе нравится. Но мой гид куда более красив.       Целуя кончик носа смущённого гида, он позволил ему вернуться в своё кресло и привести мысли в порядок перед мероприятием.       В то же время, в авто Джун Су ненадолго повисло молчание. Наблюдавший за эспером и гидом Артём, тяжко вздохнул и произнёс:       - Странно, что вы не взяли с собой Яна.       Джун Су зыркнул на него в зеркало заднего вида, потом в сторону притихшего Юркова. Тот словно почувствовал на себе этот тяжёлый взгляд и поёрзал на месте.       - Ян поедет отдельно, - нехотя отозвался он, под давлением пристального взгляда Джун Су.       - М-м, - понятливо хмыкнул Артём с долей насмешки в голосе, и принялся с интересом разглядывать своих попутчиков.       В это время Джун Су жалел, что не взял водителя, чтобы всё внимание уделить этому гиду с подведёнными притягательными разноцветными  глазами, что сидел рядом. И кто надоумил этого парня на такое?! Мало того, что костюм на нём сидел как родной, выгодно подчёркивая все преимущества фигуры, так еще и макияж выбил почву из под ног Джун Су.       Невольно его взгляд притягивался, словно примагниченный, к Юркову; он скользил по его ладной тонкой фигуре и, особенно, по аккуратному лицу, задерживаясь на каждом изгибе и малейшей детали, словно исследуя раз за разом. И это не надоедало, к его открытию и удивлению. Этот гид, старательно делающий вид, что ему всё равно, что на него пялились, - он не надоедал Джун Су.       - Ты хорошо выглядишь, - невольно сорвалось с губ Джун Су, но, несмотря на эту оплошность, так как не хотел выражать своё восхищение такими простыми словами, он с удовлетворением заметил, как порозовели кончики ушей у гида. Джун Су улыбнулся кончиками губ,  пряча пойманную улыбку в кулак. И тут же встряхнул головой:        - Нет, ты выглядишь отлично. Потрясающе.       - Мне стоит начать подозревать тебя в неком неизвестном мне умысле? - медленно пережёвывая слова, отозвался ошарашенный Юрков, недоуменно  приподнимая одну бровь.       - Не выёживайся, Юрков. Парень дело говорит: ты дьявольски хорош сегодня, - с усмешкой отозвался Артём, совершенно не смущаясь и абсолютно уверенный в себе. И Юрков и Джун Су, оба, в какой-то момент ощутили себя на мгновение сопровождающим персоналом этой королевской особы.       Джун Су повёл плечами и уселся удобнее в кресле, в котором он никогда не ощущал себя именно "водителем", "шофёром" для кого-то до этого момента. Этот гид был чертовски дерзок, но одновременно с тем, ярким и привлекающим к себе внимание. Однако, даже этот очаровательный парень с будто пылающими адским пламенем волосами не мог затмить Юркова, кажущегося в сравнении с Артёмом посредственным и скромным. Но было в Юркове нечто цепляющее и загадочное, и Джун Су не мог перестать его украдкой разглядывать. И всё не мог насмотреться.       Артём едва сдерживал смех и сарказм, что рвались на свободу, укрощая свою язвительную и ехидную натуру ради благополучия этой парочки. Да и руководитель Чхве лично просил присмотреть за этой парочкой, как тут откажешь. Про себя вздыхая, Артём причмокнул, прищурив глаза подобно сытому коту.       С интересом наблюдал он и за поведением Сон Мина: мужчина однозначно увлёкся им, и сам Артём это прекрасно понимал, пользуясь всеми привилегиями и близкой связью с руководителем корейского Центра.       Это не то, чтобы входило в его служебные обязанности, но прекрасно сочеталось с его личными предпочтениями, образуя гармоничный симбиоз между делом и личной жизнью. Пока Тёму всё устраивало, и шёл он на это осознанно, о чём не знал и не догадывался его дядюшка Самарин. Конечно, Тёма не мог быть не осведомлён куда, зачем и с кем он едет в составе русской группы эсперов, и назначение его в эту группу на деле было внедрением, но об этом не обязательно было знать каждому, и даже родному дяде. Все недолгие годы своей "работы" ему приходилось то и дело изворачиваться, чтобы избавить родных и близких ему людей от ненужной информации. И он прекрасно справлялся.       О совместимости с руководителем Чхве он был осведомлён ещё до их первой встречи; его задание было довольно простым с его-то внешними данными, очаровательными манерами, умом и, конечно же, совместимостью, что делало "поддержку" чрезвычайно привлекательной для объекта.       Поэтому привлечь к себе внимание Сон Мина не составило труда. Вступить в более близкий, физический контакт было исключительно его собственной  инициативой, да и кто мог ему запретить, если это устраивало как самого Тёму, так и его руководство, и Чхве Сон Мина, к тому же они по факту являлись гидом и эспером с более, чем комфортной совместимостью. И Артём позволил себе это, осознанно беря ответственность за дело на себя. А так как прежде в его работе нареканий не было, то начальство позволило ему эту "самодеятельность", доверяя его и профессионализму, и "чуйке".       И если в Артёме и царапалось некое ощущение, схожее с тревогой, и больше напоминавшее неудобство от небольшой мозоли на пальце стопы, то он не подавал вида и не давал ни малейшего повода сомневаться в себе. Однако, он сам заметил, что снова стал курить, а значит что-то заставило его нервничать.       Возможно, стоило взять отпуск после окончания всей этой операции?       Артём на секунду прикрыл глаза, и когда открыл их, то выражение его лица снова стало насмешливым и небрежным.                         ***       Впервые Йе Рим оказалась в личной комнате гидов российской группы: Юркова и Синицына. Тем не менее, она прошла, здороваясь с гидом, лежащим на кровати с припухшими глазами. Её сопровождал Самарин, как Цербер следуя по пятам, подозрительный по отношению к каждому.       Первым, что бросилось ей в глаза, это был припухший узор на висках гида Синицына, и она едва сдержалась, чтобы не воскликнуть от удивления: настолько яркой и четкой была "метка". Она быстрым шагом приблизилась к постели растерянного и напряжённого парня и присела рядом; он сел поудобнее, чуть приподнимаясь из лежачего положения в полусидячее. Самарин внимательно наблюдал за Йе Рим, и ей приходилось следить за своими реакциями и быть осторожной, и в то же время вести себя естественно, и потому она выбрала быть профессионалом, быть руководителем Пак Йе Рим, которая на работе спуску не давала своим подчинённым и яростно и безбоязненно спорила со своим начальством.       - Добрый день, Максим, как вы себя чувствуете? - спросила она, чуть наметив обманчивую улыбку на губах и ее глаза сощурились в приветливые полумесяцы. И Йе Рим похлопала Макса по руке, выражая свое участие.       - Сейчас всё хорошо, нормально, а вот ночью жгло, - и Максим осторожно коснулся висков и тут же убрал руку, покосившись на Самарина, мрачной тучей нависшего над ними. Синица будто  пытался угадать:"всё ли он верно делает и говорит?"       - Я уже получила информацию о произошедшем, - она вздохнула, - вам не о чем беспокоиться. Вероятно, что так среагировало ваше ядро на контакты с совместимым эспером.       - Впервые слышу о подобном, - проворчал Самарин, и тут же пояснил обернувшейся на него Йе Рим, - я имею в виду, что впервые встречаю такой случай в своей практике. Обычно, насколько я осведомлен, метка проявляется в двух случаях: при близком физическом контакте, и при введении раствора.       - Мне нечего вам предложить в качестве пояснения, по крайней мере, пока что, - отозвалась Йе Рим, - мы проверили: все анализы чистые, я уже переслала результаты вам в электронном виде. Сейчас, нам остается только наблюдать за процессом формирования ядра и стабилизацией состояния...       - А что с Хан Соль? Почему у него ничего не проявилось? - поинтересовался по-простому Максим, перемещая обеспокоенный взгляд с Йе Рим на Самарина, в попытке прояснить ситуацию.       - Возможно, причина в ядре, в его чувствительности и восприимчивости, скорее всего. В таких случаях, всегда всё индивидуально. Само собой, и Хан Соль предстоит тот же процесс проявления "узора", - и Йе Рим сосредоточенно уставилась на голубоватые завитки на висках Максима, как кот на сметану. - Вы позволите их рассмотреть ближе?       - Смотрите, раз нужно, - пожал плечом Синицын, а Самарин про себя укоризненно вздохнул.       Протянув руку к виску гида, Йе Рим осторожно прикоснулась к замысловатой вязи из голубоватых венок и выразительно хмыкнула своим мыслям, скрытым от присутствующих. Узор не так сильно бросался в глаза, как ей заявил Самарин-паникёр. Она пробормотала себе под нос:       - Интересно, интересно.       - Что-то не так? - обеспокоенно спросил Максим, устраиваясь поудобнее после того, как Йе Рим убрала руку. Она задумчиво потёрла подбородок.       - Метки всегда интересны. Они все разные. Проявляются в течении суток, с жаром, повышением температуры, иногда с лихорадкой. У вас всё прошло в облегчённом виде. Это радует.       - Несомненно, хотя бы что-то нас радует, - отозвался Самарин, пряча руки в карманы рабочего халата. Они с Йе Рим были в лаборатории, и пришли к Максу прямиком с рабочих мест, и Самарин даже удосужился подвезти коллегу до общаги на своем автомобиле, который ему выделили, как руководителю в личное пользование на период нахождения на территории Кореи.       - Однако, случай, действительно, уникальный, - согласился он, не показывая своих истинных чувств. Ему нравилась руководитель Пак, как женщина, но доверять ей, как ученому конкурирующей организации он не мог. Порой этот диссонанс чувств, эмоций и рациональности вводил в смятение Самарина, но он каждый раз доверял своему опыту и интуиции, и редко ошибался. И сейчас чутьё в нём словно звонило в набат, предупреждая о вероятном обмане. Его определённо водили за нос, но что именно давало повод сомневаться? Самарин никак не мог уловить некую мысль, которая крутилась в сознании и ускользала от него. Он что-то упускал. Но что?!       Между тем, Йе Рим приятно пообщалась и успокоила Синицына, оставляя ему лекарства, одобренные Шабриным и Самариным: обычный набор средств при проявлении метки. Всю ночь они с Шабриным искали причины и так и не смогли разобраться, выдвигая самые сложные схемы. Оба решили дождаться результата анализов: тех, что взяли местные медики, и тех, что собрал Шабрин. Поутру ничего не было обнаружено и в собранных ими анализах. Шабрин беспомощно и раздражённо развёл руками.       Сопроводив Йе Рим обратно в лабораторию, Самарин отправил уже подготовленный отчет с небольшой пометкой своему начальству в российский Центр по скрытой сети, и приготовился к еще одной не менее важной встрече. С момента обнаружения факта совместимости руководителя Чхве с Артёмом, он так и не смог выцепить племянника для серьёзного разговора; тот словно спиной видел и чуял приближение родственника и чудесным образом ускользал от него. В какой-то момент Сергей Игоревич отправил ему гневное и требовательное сообщение, как руководитель группы, и наконец получил ответ - согласие встретиться.       Во второй половине дня, в его кабинет в общежитие, что примыкал к жилой комнате Самарина, заглянул Артём, сперва просунув рыжеволосую голову в приоткрытую дверь и с виноватым щенячьим видом глядя на дядюшку. Самарин кивнул головой, предлагая войти. Артем проскользнул ужом и устроился на стуле, напротив Самарина, совершенно не скованный беспокойством, хоть и пытался изобразить вину. Удавалось ему это плохо, так как наружу вылезала озорная улыбка. Самарин вздохнул и закатил глаза.       - И как долго ты собирался меня дурачить? - сразу нахрапом наскочил он на племянника, но тот ни раз прежде пойманный этой ловушкой, уже успел приобрести иммунитет и потому сперва улыбнулся.       - О чём ты? Хотя бы объясни в чём я снова виноват? - выдал Артём, дурачась так, что Самарин не мог разобраться: Тёмка действительно просто шутит в привычной ему манере, или пытается прикрыть свою пятую точку?       - Я о твоей совместимости с руководителем Чхве Сон Мин, - и Самарин пристально следил за малейшим движением мышц на лице Артёмки, но тот рассмеялся, и снова включил режим дурацких ужимок. Взрослый парень, а ведёт себя, как ребёнок!       - А, это! - Артем снова рассмеялся и развел руками, - но это не моя вина, я же не в силах повлиять на совместимость. Как я могу?       - Иногда мне кажется, что ты вполне можешь, и не только это, - вздохнул Самарин, потирая устало переносицу. - Тём, ты правда не в курсе? Я уже ни в чём не уверен. Синицын, Юрков, теперь вот ты. Не похоже не простые совпадения, не думаешь?       - Не похоже, согласен, - кивнул Тёма, - ты что-то нашёл?       - Нет, пока все гладко, и выглядит, как совпадение, - ворчливо отозвался Самарин, - но чую, что тут не всё так просто... Тём, кто тебя перевёл в эксперементальную группу?       - Я сам попросился, никто меня не переводил, - через молчаливую минуту "признался" Артём, и опустил взгляд в пол. Самарин придвинулся ближе и спросил, понижая голос:       - Это из-за него? Из-за этого Сон Мина?       На что притихший Артём кивнул молча, не поднимая взгляд от пола на дядюшку.       - Извини, мы еще год назад познакомились, просто не хотел рассказывать. А тут узнал, что группу отсылают в Корею и попросился, - виновато и с нотой грусти рассказывал Артём, а Самарин всё больше мрачнел.       - Наворотил ты делов, Тёмка, - покачал он головой, - за каким-то старым хуем аж в Корею помчался, мать вон одну оставил...       - Ну Сереж! - возмутился Артём, негодующе вскидывая голову и глядя на Самарина. Тот усмехнулся.       - Ладно, ладно, понял, очередная любовь-морковь до гроба, - Самарин снисходительным взглядом окинул племянника и покачал укоризненно головой. - Надеюсь, что хоть ты-то не надумаешь влезть в контракт и избавишь меня от этих проблем. Хотя один хрен придётся отчет строчить... Не мог помоложе-то найти?       - Снова-здорово, - закатил глаза Артём, - как в первый раз!       - Да вот именно, что не в первый, - отозвался Самарин, - хоть бы определился уже.       - Любовь - штука сложная, - протянул Артём, с видом знатока откидываясь на спинку стула, и растянул губы в очаровательной улыбке. Самарин, глядя на это, устало вздохнул. Он поправил бумаги на столе и отмахнулся:       - Ладно, надеюсь на твоё благоразумие, Тём, помни про нас с матерью, - и с тоской вспомнил те времена, когда этот сорванец был в пелёнках и причинял в тот период минимальное количество "добра". И снова в нём поднималось недовольство по отношению к руководителю Чхве: в этом мужике раздражало всё, даже его образцово наглаженный чистенький халат и натертые аккуратные очки. А теперь это неприятие стало ещё сильнее.       Самарин проворчал ругательства в адрес Сон Мина и собрался подправить отчет по ситуации с Синицыным.                         ***       - Ребят, я ни на что не намекаю, но Тёмыч снова от Самарина выходил, - понижая голос сообщил с загадочным видом Лёшка в курилке.       - И чё? - многозначительно спросил Юрков, выпуская порцию дыма, выныривая из раздумий о двух интересующих его эсперах. Остальные гиды смеялись всё больше над пучившим глаза Лёшкой.       - Нет, в смысле "и чё"? Тут же всё ясно, как божий день - они вместе, ты его сытую морду видел? Довольный такой, лыбится, - выдал экспертное мнение парень, затягиваясь с жадностью.       - Ёбнулся что ли? Нахрен Тёмке этот душнила? - безаапелляционно заключил Юрков тоном, не подразумевающим и доли  сомнений. Ребята в курился снова заржали: ситуация казалась нереальной всем, но шутки и смеха ради все прислушались к разговору.       - Не, ну чисто внешне, Дракон - вполне симпатичный мужик, - осторожно возразил один из гидов группы, вступаясь за Самарина. Насколько помнил Юрков, парня звали Ником, сокращая длинное имя Никита. Совсем молодой гид Никита с классической фамилией Иванов. Из-за его простоты и порой наивности, превосходящей даже Синицу, звали его Ванечкой, или Ваней, жалеючи опуская присказку -"дурачок". У него были светло-голубые глаза и волосы цвета соломы, и торчали они также похожие на солому, веселя Юркова и не только его.       - Да тебе поди и Шабрин "классный мужик", - отмахнулся от него один из гидов. Все заржали до слёз, считая чем-то совершенно невероятным рассматривать кандидатуру мрачного и угрюмого, часто грубого врача, сопровождающего их группу. Шабрина все настолько опасались, считая суровым мужиком, что даже не отважились дать ему кличку, как Самарину. Мужчина вылетал всегда внезапно, словно коршун на добычу, пугая всех и держа ребят в тонусе, не позволяя особо расслабляться.       Ник замолчал и смущённо притих, вжимая голову в плечи, и поводив встревоженным взглядом по сторонам, будто его застукали на горячем. Юрков даже закашлялся, заметив реакцию Ника.       - По-любому Тёмыч мутит с Самариным, вот даю сто процентов, - упрямо выдал Лёшка, и вздохнул, заключив философски, - хотя, каждому своё. Я, конечно, не осуждаю.       - Так возьми и спроси, слабо? - фыркнул Юрков, и подвёл итог, - чушь это.       Он затушил окурок и вышел следом за ускользнувшим Ником. Однако в душе его поселились сомнения; он и сам не раз примечал, что Артём периодически нырял в кабинет Самарина, но чтобы подозревать его в связи - бред! Внутренний голосок, удивительно похожий на Лёшкин ехидный голос, нашептывал, что если не интим, то за каким лешим Тёмка к Самарину ходит?       Юрков нахмурил брови: он не любил вот этих неприятных подозрений, нависающих над людьми, особенно которые располагали Юркова к себе. Нехороший осадочек оставался.                         ***       - Чего скис, а? - грубовато спросил мужчина, зажимая светловолосого парня за шкафом в своём кабинете, и запуская руки ему под форменную рубашку и ласково оглаживая грудь и спину. Тот всхлипнул, прижал ладонь ко рту,  сдерживая голос, и что-то невнятно промычал. - Потом расскажешь подробнее.       - Н-нет, не нуж-но-о, м-м, - спустя несколько минут тихо выдавил парень, прогибаясь в спине навстречу сильным и резким толчкам и прикрывая глаза от накатившего удовольствия.       Мужчина усмехнулся довольно, сжимая сильнее податливое тело, словно коршун добычу. Они встречались тайно больше года, а Никита всё так же смущался, как в первый раз, сводя его с ума. Шабрин притянул парня к себе за шею и припал к его припухлым губам, не надоевшим и всё таким же манящим и сладким.       Свою связь они скрывали лишь по просьбе Ника, отчего-то скрывающего своего любовника. И только на днях тот смущаясь признался, что опасается, что когда парни узнают какой замечательный Шабрин, то сразу уведут его из под Никиткиного курносого носа. Это признание вызвало у Шабрина смех, но, вместе с тем, и удовлетворение и радость. На душе стало спокойнее: Ник не стеснялся, а боялся его потерять. Вот же дурачок! Ванечка, одним словом.                         ***       Когда Мин Хо вошёл со всеми в банкетный зал, то не удержался и присвистнул: в этот раз всё было более, чем шикарно, всё сияло и блистало, да и присутствующие радовали его глаза - сколько симпатичных парней, и иностранцев в том числе! Его взгляд тут же зацепился за высокую тонкую, даже хрупкую, фигуру с точёным благородным профилем и белоснежной кожей.       - Ребята, я на охоту, - оповестил он членов группы "Х", пришедших одной компанией, исключая только их командира. Его дёрнул за рукав Чжи Хон, останавливая:       - Мы должны найти командира, помнишь? Он обещал нас познакомить со своим гидом, - надавил Чжи Хон. Позади него выжидающе смотрел Гу Рён и двое русских эсперов, один из которых напряжённо высматривал кого-то в толпе.       - Тоже кого-то ищешь? - спросил его Чжи Хон, одновременно переключая внимание обычно любопытного Мин Хо на блондина. Тот усмехнулся и кивнул.       - Уже нашёл, - признался Ян, расплываясь в улыбке.       - Это гид? Познакомишь? Давай, не жадничай, - тут же подорвался Мин Хо от нетерпения приглаживая костюм и поправляя галстук. Ян неопределённо покачал головой и кому-то улыбнулся.       Тут все увидели гида с русыми волосами и в темно-сером костюме, обернувшегося к их группе и поразившего всех своими разноцветными подведёнными глазами. Мин Хо не удержался от возгласа восхищения.       - Ничего так, но моя Сон Нэ красивее всех, - басовитым голосом произнёс Гу Рён, будто между прочим, но Мин Хо лишь отмахнулся от него:       - Ага, продолжай убеждать меня, только это бестолку. Боже мой, я очарован! - он не сводил восторженного взгляда от приближающегося к их компании гида, как сорока от редкой блестяшки. - Ян, и ты молчал? Такую красоту от нас скрывал!       - Попредержи коней, он мой, - угрожающе и резко, с долей ревности, заявил Ян, замечая рядом с Юрковым и Джун Су, следовавшего за его любимым, как дерьмо за аквариумной рыбкой. - Вот только всякие трутни вьются возле моего мёда.       - Я бы не был столь категоричен, Ян, - промурлыкал Джун Су, оказываясь рядом с их компанией быстрее Юркова, и улыбаясь дерзко. Эспер сегодня поистине блистал: как говорится, подлецу всё к лицу! - позвольте представиться, Хван Джун Су.       - Вы же брат Хан Соль? Наслышан о вас, - и Мин Хо тоже представился. И тут же повернулся к подошедшему Юркову, - Ли Мин Хо.       - Юрков, Леонид. Можно Лён, или Юрков, гид экспериментальной группы, - поздоровался Юрков, глядя на Яна. Все по очереди представились и продолжили молча пялиться на Юркова. С гидами российской группы их команда не пересекалась, так как за каждым из них был утвержден конкретный гид и поддержку члены их группы получали непосредственно на территории эсперов, посещая Центр в исключительных случаях. С иностранными гидами вживую они пересекались редко, и поэтому иногда позволяли себе попялиться и пофлиртовать на подобных редких мероприятиях.       - Вы не встречали Хан Соль? - поинтересовался Чжи Хон, поправляя край пиджака и поглядывая в сторону Кира, что стоял рядом с Яном с невозмутимым видом, но какой-то невероятно притягательный в строгом костюме. Особенно был хорош торс молодого мужчины, который хорошо просматривался в распахнутом пиджаке, словно у модели с обложки. Но в какой-то момент их взгляды столкнулись и в зелёных глазах Кира промелькнуло нечто такое, отозвалось в сердце Чжи Хон, сбивая на секунду его с привычного размеренного ритма. Сегодня никто не мог затмить для Чжи Хон этого странного эспера с отстранённым лицом и отсутствующим видом, и всё же такого манящего: вокруг парня будто витал ореол таинственности, очаровывая всё сильнее обычно невозмутимого и рационального Чжи Хон.       - Я видел их где-то рядом со столиком со сладостями, - с насмешкой ответил Джун Су, и приложился к бокалу с шампанским, прожигая стремительным взглядом Юркова. Тот улыбнулся, вызывая выдох у Мин Хо:       - Вам говорили, что вы совершенно очаровательны? - замурлыкал Мин Хо, поближе пристраиваясь к Юркову, удивлённому его словами и протягивая ему бокал с шампанским. - Вы свободны? Я имею в виду, и как гида, и как симпатичного парня.       - Не смущайте МОЕГО гида, - отозвался Джун Су, смеясь, но акцентируя внимание окружающих на слове "моего".       - Ты имел в виду, МОЕГО гида? - подсказал Яни и широко улыбнулся, хотя улыбка стала похожа на оскал.       - Ого, ребята, спокойнее! Я и сам вижу, что тут всё серьёзно, - хохотнул Мин Хо, шутливо поднимая руки вверх, и чуть отодвигаясь от симпатичного гида, - очевидно, что мне тут ничего не светит. Понял, понял!       - Не обращайте внимания на этих придурков, - закатывая глаза, произнёс Юрков, пригубив шампанского. - Недавно они едва здание Центра не разнесли.       - Кто бы мог подумать, - воскликнул Мин Хо, и все недоверчиво посмотрели на обычно спокойного и уравновешенного Яна. Тот пожал плечом.       - Однако, позволь пригласить тебя на танец, - вдруг заявил Джун Су, и пояснил ошарашенным Яну и Юркову, не готовым ни к каким танцам, - на подобном приеме это обычное дело. Кстати, если хотите увидеть выступление, то давайте пройдём к центру зала. Обещают интересное зрелище!       - Но Хан Соль, - возразил было Чжи Хон, взывая к порядку.       - Наверняка, он уже там, - и Джун Су подмигнул Юркову, будто тот что-то знает, но Юрков абсолютно ничего не понимал. Возможно, Джун Су хорошо знал своего брата. И потому Юрков двинулся вслед за Джун Су, а за ним и Ян и все остальные потянулись.       И действительно, они столкнулись у фуршетных столиков с Хан Соль в строгом классическом черном костюме. Рядом с ним был невысокого роста и хрупкого вида гид с бледным лицом и огромными синими глазами. Мин Хо снова присвистнул не в силах сдержать эмоции. И тут же скис под строгим и ревностным взглядом командира.       - Не говорите мне, что и этот красавчик занят?! Что за проклятье! Чжи Хон, где справедливость?!       - Позвольте представить, мой гид, - при этом Хан Соль обвёл всех таким впечатляющим и проникновенным взглядом, что у любого отпала охота даже коситься в сторону тени этого маленького гида, - Максим Синицын. И мы заключили контракт. Кстати, у него уже и узор проявился, если кто-то ослеп.       - Я ослеп. Ослеп от красоты! Коронный, в голову, - прошептал Мин Хо, театрально хватаясь за голову. - Всех милашек разобрали. Я обречен!       - Уймись, Мин Хо, - рассмеялся Гу Рён и толкнул его локтем, - вон, гляди! Еще один!       - С рыжими волосами? Даа, хорош, - всматриваясь в смеющегося парня неподалёку отозвался Мин Хо и повернулся к Юркову, - знаете его?       - А, тот парень? - растерянно отозвался Юрков, - это Артем Ломов. Погодите, а кто это с ним рядом? Кажется я его где-то видел.       - Это руководитель Чхве, - задумчиво озвучил Хан Соль, переглядываясь с Джун Су.       - Точно, мы видели его у вас дома, - радостно брякнул Максим и вполовину спрятался за спину Хан Соль от взглядов эсперов, рассматривающих его узор. Его сегодня, как и Юркова прожигали любопытными или вожделеющими взглядами многие, поэтому гиды держались за эсперов, с которыми пришли.       В центре залы кружились под ненавязчивую музыку выряженные в ослепительно-блестящее или строгую классику пары: нанятые танцоры и желающие потанцевать гости. Но в какой-то момент музыка стихла и пары рассеялись, и середина зала освободилась.       - Что он делает? - удивленно прошептал Юрков, наблюдая, как Артем и руководитель Чхве выходят вдвоем на середину зала и встают в позицию, как танцевальная пара. Свет приглушили, а на середину направили свет выделяя странную парочку: один - симпатичный гид, парень с огненно-рыжими волосами, уложенными аккуратными волнами, и точённой фигурой, и второй - эспер и серьёзный мужчина с красивым лицом и в очках, которые он снял в последний момент, смущённо улыбаясь гиду. Все затихли, рассматривая их замершую пару.       Слова застряли в горле у Юркова, когда вдруг заиграло Либертанго и двое задвигались на едином дыхании, слаженно и резко, будто одно целое. Словно пылающее сердце обнажилось перед зрителями, затаившими дыхание и объятыми волнующим возбуждением. Тёма сейчас напоминал притягательное расплавленное золото, стремительное жидкое пламя, вычерчивая тягучие и резкие мазки по натёртому до блеска полу носком лакированных туфель своими длинными ногами. Его возносили ввысь и жадно прижимали к телу, и только судорожные выдохи вырывались у неравнодушных зрителей, желающих сейчас этого гида или его партнера, и не в силах оторваться от этого увлекательного зрелища.       Юрков забыл обо всём, во все глаза пялясь на Артема и его партнера. Этот потрясающий мужчина - руководитель Чхве? Тот зашоренный мужик в нелепых очках? Сколько ему лет? Он с лёгкостью вел партнера, обожал его, возносил и распинал прямо здесь и сейчас. Они несомненно затмили всех. Юрков слышал от Тёмки, что он ходил в детстве на танцы, то есть занимался, и вроде участвовал в каких-то мероприятиях, даже в их родной казарме, но и подумать не мог, что тот способен выдать нечто подобное. Артем блистал. Казалось, даже воздух стал тяжелее, и словно накалился.       Движимый эмоциями, он посмотрел на Яна и столкнулся с его пристальным и жадным взглядом: эспер смотрел лишь на него. Покосившись на Джун Су, Юрков понял, что дай этому наглому парню волю и он готов разложить Юркова прямо здесь у всех на виду. Лён сглотнул, нервничая и заливаясь румянцем, и потёр горло нервным дёрганным движением.       А Тёмка в рваном и тесном танце пылал и сгорал под музыку в руках руководителя Чхве: это было настолько эротично и откровенно, что одновременно с тем прекрасно и эстетично. Но Юркова бросило в жар; он точно не смог бы так открыто "пылать" на глазах у всех. Невольно представив себя в паре поочередно с Джун Су и Яном, он едва не выдал стон, перехватив его ладонью, прижатой ко рту.       Ноги ослабли и он едва не покачнулся, но его с двух сторон приобняли его эсперы. От этого его ядро радостно завибрировало, а Юрков прикрыл глаза: ему хотелось прямо сейчас начать "поддержку". А еще прижаться к губам Яна и Джун Су. Юрков впервые чувствовал себя настолько возбуждённым, радуясь, что пиджак костюма скрывает все стратегические зоны от любопытных глаз. Танец Артема словно хорошее вино с долей афродизиака распаляло зрителей, и краем глаза Юрков заметил, что некоторые пары прошмыгнули в направлении туалетов. Его отвлекло движение Джун Су: эспер подхватил Юркова за талию и, прижимая к себе, крутанул вокруг, отпуская. Юрков ошарашенный выходкой Джун Су не успел среагировать, как уже оказался в руках Яна, который также выдал несколько па под затихающую музыку. Наконец, Юрков пришел в себя и хлопнул Яна по руке, выбираясь с ворчанием из его объятий, под смешок довольного Джун Су.       Юрков приготовился было выдать тираду, но тут он заметил Макса и Хан Соль и тихо рассмеялся: Максим во все глаза пялился в немом восхищении на Тёмку и его партнера, в то время, когда Хан Соль украдкой пожирал его жадным взглядом, как хищная лиса замешкавшегося, ничего не подозревающего мышонка. Это выглядело забавно, что Юрков не сдержал смеха.       Стоявшие рядом эсперы группы Хан Соля также заметили, как их командир смотрит на гида и тихо посмеивались. Их повеселила и выходка Джун Су и Яна, все поняли, что тут не стоит влезать в их странные отношения. Мин Хо всё вздыхал, с замиранием пялясь на танец и щелкал языком.       Стоявший по его левую руку Чжи Хон также был очарован зрелищем, но в какой-то момент он стал украдкой наблюдать за эспером справа; тот притиснулся ближе, так, что Чжи Хон ощущал тепло его кожи, но так и не касался, лишь дразня воображение. Покосившись на отрешенное лицо Кира, он заметил крохотную родинку у края его небольших губ, по-детски чуть вывернутых "бантиком". Наверное, модницы отдали бы все деньги, чтобы заполучить такую форму губ, а Киру природа щедро отсыпала такой подарочек. Губы у Чжи Хон невольно дрогнули, и их кончики приподнялись в подобии улыбки.       - Кан Чжи Хон!? - услышал он удивлённо-раздражённый вскрик чуть поодаль и обернулся на знакомый, но уже неприятный голос. К ним, сквозь толпу зрителей, пробирался невысокий и смазливый гид, а за ним послушно с растерянным видом двигался эспер. На прошлой неделе Чжи Хон мог разволноваться при виде этого гида, но сейчас ощущал лишь пустоту и раздражение, словно ему помешали. Он определённо не был рад встрече. Но гид уже оказался рядом, привлекая внимание эсперов группы и их гидов.       - О! Чжи Хон, так ты тоже здесь? - при этом миловидная мордашка гида неуклюже изобразила восторженное удивление. - Рад видеть тебя. У тебя всё хорошо?       При этом гид обвёл изучающим взглядом окружение Чжи Хон и зацепился за фигуру Юркова, который смерил его насмешливым ответным взглядом, предвкушая веселье. Это заставило прибывшего гида думать неверно, что Юрков каким-то образом связан с Чжи Хон.       - Вижу, ты не скучаешь, - протянул гид, стреляя взглядом по эсперам, - может, наконец, представишь меня?       Чжи Хон не успел прийти в себя от появления бывшего любовника и гида, как тот уже что-то требовал от него, с присущей наглостью, которая раньше казалась ему забавной, но сейчас не вызывала ничего, кроме раздражения. На автомате он сухо  представил его:       - Юн Бон Хва, мой бывший...гид, - едва успел он поправиться в конце, но все поняли кто это. И даже на лице Мин Хо появилось кислое выражение. Все помнили, как тяжко переживал расставание их товарищ.       - Да, к сожалению, - собрал губы уточкой Бон Хва после вздоха якобы "сожаления".       - Милый, так это и есть твой бывший? - вдруг произнёс со смешком Юрков, растягивая манерно слова. Он и сам не знал зачем влез, но мелкий гид его выбешивал одним своим наглым видом. Сообразив, что Юрков затеял шалость, Макс хихикнул, скрывая лицо за спиной напряжённого Хан Соль. А Юрков, подхватил ошарашенного Чжи Хон под руку, и промурлыкал, выдавая ослепительную улыбку, - Чжи Хон, дорогой, как неловко вышло.       Хватая воздух ртом, Бон Хва уставился на высокого гида с тонкой талией, на губах которого блуждала оскорбительная и уничижительная усмешка, и поперхнулся словами.       - Бон Хва, нам стоит уйти, - одернул его сопровождавший эспер, с вымученной извиняющейся улыбкой. Ничего не оставалось, как попрощаться и уйти ни с чем. Он однозначно не ожидал, что Чжи Хон так быстро его забудет и найдет замену!       Вообще, Бон Хва рассчитывал, что на сегодняшнем вечере ему удастся подбить клинья к Чжи Хон: за время разлуки он понял, что возможно погорячился и его интрижка не стоила того, чтобы разбрасываться высококлассным эспером, и потому был уверен, что стоит ему появиться перед бывшим, как тот падет к его ногам, соглашаясь восстановить их отношения. Но Чжи Хон даже не страдал, а наоборот его уже окрутил какой-то красавчик!       Наблюдая за мрачным гидом,  отползающим с поражением с поля боя, все вздохнули с облегчением, а как только тот скрылся из вида, посмотрели с немым вопросом на Юркова. Макс уже смеялся в открытую, радуя глаза Хан Соль и умиляя Мин Хо.       - Извини, - произнёс Юрков ни капли не раскаивающийся, что поняли все. Джун Су оттеснил его от ошарашенного Чжи Хон, а с другой стороны Юркова зажал Ян, протягивая ему на смену бокал с шампанским, и приобнимая за талию. Яну после такой встряски требовался телесный контакт; он заметил, что Джун Су тоже "ломало". Оказывается они жутко ревновали своего гида.       - Благодарю, если быть откровенным, вы меня выручили, - чуть склонился в поклоне Чжи Хон, смущая Юркова. Затем улыбнулся, - а вы быстро сообразили.       - Спасибо, сочту за комплимент, - отозвался, улыбаясь Юрков.       - И кто его сюда пустил? Видели? Он словно лимон съел, вот так ему и надо, - вставил своё слово с видом эксперта Гу Рён своим басовитым голосом, вызывая смех облегчения после напряжённой ситуации, даже Хан Соль улыбнулся.       Всё это произошло за считанные минуты, но все они пропустили окончание танца, жалея и ругая про себя навязчивого гида, помешавшему насладиться зрелищем. Снова гости, вдохновлённые горячим танцем, потянулись к середине зала,  желая выпустить пар в собственном танце, уже под звучащую минорную и чувственную музыку, приглашенной группы. В длинном сверкающем платье певица исполняла что-то блюзовое. Джун Су выхватил за талию и потянул Юркова за собой, игнорируя пламенный уничтожающий взгляд Яна. Но тот перехватил его за руку и тихо произнёс:"потом я". Джун Су насмешливо улыбнулся, но кивнул соглашаясь.       Эсперы с интересом наблюдали за их странным противостоянием, затем Мин Хо поинтересовался у Яна:       - Не пойму, вы соперники? - и отхлебнул из своего бокала, не спуская пристального взгляда с гида и эспера на "танцполе", движущихся в медленном танце. Многие следили за этой парой. Ян передёрнул плечами и сжал чуть сильнее хрупкий бокал в руках:       - Он мой совместимый гид, - заявил Ян, но это не могло ничего объяснить присутствующим, внося еще больше сумятицы в происходящее.       - Ян и Джун Су совместимы с Юрковым, оба, - отозвался Максим, немного обозначив ситуацию между эсперами и гидом.       - Насколько же вы совместимы? - с любопытством спросил Мин Хо, он видел совместимых эсперов и гидов, но чтобы настолько сходили с ума... В силу того, что они практически постоянно были в разъездах и мало интересовались слухами, которые бродили по Управлению, информация о высокой совместимости эсперов с гидами русской группы, коснулась их лишь поверхностно. Но теперь Мин Хо, и даже Чжи Хон были заинтригованы.       - У нас с Юрковым 79 процентов совместимости, - мрачно произнес Ян, совсем не эстетично махом выпивая шампанское и пронзая взглядом пару на импровизированном танцполе. Мин Хо тихо присвистнул, поражённый таким ответом. Что и говорить, Чжи Хон и Гу Рён замерли, удивленные такой высокой совместимостью.       - Тогда какого черта он не с тобой? В смысле, зачем ты его отпустил? - воскликнул Мин Хо, не сдержав эмоции.       - Мин Хо, - одёрнул его спокойно Хан Соль, хотя прекрасно понимал о чем говорит парень.       - Отпустил? Я не собираюсь сдаваться, - ответил Ян, с удовлетворением наблюдая за тем, как Юрков идет обратно с Джун Су обратно.       - Просто Юрков совместим и с Джун Су, - повторил Максим громче, подбросив поленьев в огонь ревности Яна.       - Двойная совместимость? Это же редкость, невероятная редкость, - отозвался Чжи Хон, заинтригованный таким случаем. Он снова посмотрел на Кира, который успел ухватить со столика пироженку и теперь уминал её, неспешно и слизывая крем с боков. Чжи Хон на секунду завис, в голову ударил алкоголь, пошатнув его сознание. Он неосознанно облизал губы вслед за Киром, повторяя его движение языком. Но больше всего его поразило то, что в этот момент Кир едва заметно улыбнулся. Он заметил Чжи Хон? Его разоблачили?!       - Да, наша с Лёном совместимость восемьдесят процентов, - заявил с эффектом разорванной бомбы, подошедший Джун Су, и при этом его лицо светилось от гордости. Рядом кто-то ахнул, видимо расслышав их разговор, и их группа притянула ещё больше внимания, и лишь воспитание и место не позволяли броситься с расспросами, навязчивыми предложениями и визитками.       Ян уже перехватил хмурого Юркова и тащил его за собой на следующий танец, и Лён хоть и хотел, но не стал сопротивляться: он готов был танцевать, лишь бы избавиться от разговоров и вопросов. И от чересчур довольного выражения лица Джун Су.       - Юрков, я люблю тебя, - прошептал ему как-то отчаянно Ян, как только приобнял увлекая в медленный танец. От этого у Юркова сжалось сердце, и он поднял взгляд блестящих в тёплом свете глаз, рассматривая взволнованное щенячье выражение на бледном лице Яна. И эти его печально подрагивающие ресницы, не могли оставить никого равнодушным. Лён прикусил губу, сдерживая ответные слова, что готовы были сорваться в ответ. Подумав он поводил-погладил рукой, что лежала на плече у эспера и произнёс:       - Ты мне нравишься, Ян. Дай мне время всё обдумать, - и он улыбнулся в ответ на вымученную улыбку Яна. Ему хотелось прижать его к себе и успокоить, но Юрков опасался всё испортить словами, произнесёнными под влиянием момента, на эмоциях. Ему действительно нужно было время. Вся беда была в том, что Джун Су ему тоже нравился, и как это объявить обоим эсперам - он не знал.                         *** ​ ​