Среди пепла

Река журчит. Редкие птицы начинают щебетать, но, будто понимая, что война не лучшее место для этого, затихают. Все эти звуки приглушены из-за стука сердца в ушах. Всегда со всеми мылся вместе, ни разу не стеснялся, но прямо сейчас робел, будто мальчик. Хотя, в нынешнее время, двадцать три года не маленький возраст. В это время уже многие пашут на работе, а может и на нескольких. Но сейчас все на фронте. Думал, что уже такой взрослый, эмоции держит под контролем, но прямо сейчас хотел провалится сквозь землю. Не стоило ему соглашаться мыться вместе.. Эти странные чувства пугают, путают сознание. Может уйти, пока не поздно? Уже поздно. Он стоит в воде, совершенно без одежды. Руслан тоже. Он уже напортачил, осталось лишь пожимать плоды своей деятельности. Тушенцов моментально считал изменения в поведении Кашина но ему так нравился этот момент. Время замедлило свой ход, оставив этот мир только для них. —Ты в порядке? — проговорил Даня, все же найдя в себе силы отвести взгляд. —А.. Да, да. Я в порядке. — неловко почесав затылок ответил Руслан. Начали мыться. Конечно, мыла не было, но хотя бы смыли грязь и пот. Стало намного лучше, теперь он не чувствовал себя так паршиво и грязно. Когда Даня закончил «ванных процедур», он оповестил об этом товарища, сам не понимая, зачем. Немец тут же отвернулся. Парень спокойно вышел из воды, обтерся простынью, натянул чистые вещи. —Ты тоже скорей выходи из воды. — Произнес юноша, поправив кофту. —Ага, я уже заканчиваю. — намочив волосы, Руслан сделал пару массажных движений, после чего начал выходить из воды. Теперь отвернулся Даня. Тушенцов вышел на берег, вытерся полотенцем, после чего натянул штаны и верх. Кашин поймал себя на мысли, что ему хотелось бы подглядеть, но тут же одернул и отругал себя. Удумал тут.. На девушек пялится надо, а не на немцев. Наверное, из-за того, что выспался, спустя долгое время, с головой что-то не то. —Ну что, давай вещи быстренько постираем, и обратно?— все так же слабо улыбаясь, спросил немец. —Ага.. Вещи они постирали и вправду быстро. Заняло это все, по ощущениям, не более пятнадцати минут. Когда вещи были готовы, они собрали остатки своей деятельности и вернулись обратно в дом. Там развесили вещи над печью, после чего доели бутерброды, что остались с утра. —Я до сих пор не понимаю, тебе правда нравилось помогать нам? — многозначительно глядя на кусок хлеба с колбасой поинтересовался Даня. Немного помедлив, Тушенцов все же ответил. —Да. Иначе я бы этого не делал. Столько вопросов вертелось на языке, но Кашин промолчал. Сейчас не лучший момент говорить об этом. Когда нибудь в будущем.. В каком будущем? Эхом в голове раздался вопрос. Никакого будущего. Он не должен планировать его с.. Ним. Так что, эти вопросы он унесет с собой в могилу и скормит червям. Главное, что никакого будущего планировать не придется. День пролетел быстро. К вечеру есть не стали, ибо модно легко привыкнуть к трёхразовому питанию, когда у себя на территории будет только обед, поэтому, пообсуждав банальные темы, двое легли спать. Сегодня поменялись, Даня расположился в кресле, Руслан, в свою очередь, на кровати. Чувствовал, что так будет правильней. Пусть мышцы будут болеть с утра, но он поступит правильно. Под эти мысли и уснул, вспоминая их сегодняшнее купание. Оно будоражило. Сильно. В животе будто ожили мертвые бабочки. Но сон забрал его быстрее, чем успело накатить возбуждение, за которое, Даня, после себя бы бранил. С утра Руслан встал раньше, разбудил Кашина. —Я уже сварил картошку, давай позавтракаем, и пойдем. Тут есть один рюкзак и одна сумка, наберем с собой еды и припасов. —Хорошо. — коротко ответил Даня. Усевшись за стол, так же заметив, что мышцы болят, парень принялся завтракать. Горячая картошка была восхитительно вкусной, он так давно ее не ел. Да он, в принципе, все давно не ел, кроме каши. Вот каши он ел много.. —Спасибо за завтрак. —Не за что. На языке вертелось «и за заботу тоже спасибо», но он не осмелился это сказать. Не надо. Он может отреагировать не так.. Да и сам Даня тоже может. Закончив трапезу, Кашин натянул на плечи рюкзак, в который была сложена еда и припасы. Руслан же, надев на себя сумку, в которую тоже загрузили провизию и патроны, отворил дверь. Новое приключение начинается, хотя старое даже не думало заканчиваться.