Среди пепла

Его губы сегодня более требовательны, чем обычно. Даня сминал их, чувствовал, как вожделение начинает подступать. Руслан уместил свою ладонь га чужом затылке, сжал волосы, но тут же ослабил хватку. От него немного пахло водкой, как и от него тоже, но сейчас этот аромат вдарил в нос, вскружив голову. Тушенцов задыхался в этом поцелуе, будто желая утонуть в ощущениях, забыть про весь внешний мир, и Кашин позволял ему. Он лишь ласково поглаживал его щеку, даря ему волну мурашек. Спустя время немец отстранился, взял рыжего за запястье и молча завел в спальню. Там уложил на постель, после чего ладонь забрался под футболку. Даня вздрогнул, выронил тихий стон, как тут же его губы вновь накрыли чужие. Руки скользила по изгибам, выбралась из под футболки, начала неуклюже расстегивать ремень. Это были не спешка и не грубость, а нежность, которой обладал только Руслан, просто она утратила свою форму. Не была убрана в прекрасную упаковку, вырывалась без обработки, взрывая мозг.Обычно немец выверял каждое движение, они были плавными, гибкими.Сейчас они прямолинейны, как кубик льда, который имеет форму, но позже тает, превоащячмт в воду и растекаясь по телу. В его поцелуе не было обычного задора или игры, была только настоятельные нежность и желание, которые он не скрывал. С помощью второй ладони Руслан все же смог расстегнуть ремень, хоть на это и ушло некоторое время. Рыжий поднял бедра, помогая парню снять с себя нижнюю одежду. Его руки быстро расправилась и с бельем, а ладонь уместилась на внутренней стороне бедра, поглаживая, нежно и требовательно заигрывая. —Ты меня с ума решил свести? — Простонал Даня, инстинктивно сводя ноги вместе, хотя сейчас этого делать не очень то и хотелось. —Очень хочу. Извини за мою неуклюжесть.. — Шатен развел его ноги. Ладонь скользнула к заднице солдата, отчего он выгнулся. —Все в порядке, ты все делаешь правильно.. — простонал на выдохе парень. Вазелин, ныне их лучший друг, теперь всегда лежал на полу, чтобы, перед приходом гостей, его всегда можно было поднять и убрать к медикаментам, а не ходить за ним постоянно. Тущенцов дотянулся до него, смазал пальцы, после чего плавно ввел два пальца. Кашин вздрогнул, простонав. Было не больно, приятно, конечно, просто его это ужасно заводит. Немец не причинил бы ему намеренную боль, он ведь пылинки с него сдувает, оберегает. Сейчас Руслан такой необычный, нежный, но более прямолинейный, отчего так и хочется отдаться ему без остатка. Тушенцов тщательно разрабатывает его, и, по окончание, вытирает пальцы о свою футболку. Снимает с себя штаны с бельем, становится на колени меж чужих ног, и, предварительно смазав член,берется за основание, после чего одним медленным толчком плавно входит. Кашин выгибается все сильнее, сжимая покрывало. Когда тот погружается до конца, шатен начинает двигаться в медленном темпе, а так же покрывает грудь рыжего поцелуями. Кашин лишь стонет при каждом толчке, чувствуя, как внутри все связывается в тугой узел удовольствия. Руслан постепенно ускоряет темп, сжимая чужие бедра. Вскоре его темп становится рваным, как и толчки. Ладонь парня находит орган солдата, начиная водить рукой вверх вниз, помогая ему прийти к разрядке. Даня извивается, прижимает тело возлюбленного ближе, и, спустя пару минут, кончает. Тушенцов, следует за ним пару толков спустя. Он ложится рядом, тяжело дыша. Его нос утыкается Дане в шею, отчего он чувствует его прерывистое, сбитое дыхание. Он и сам тяжело дышит, неосознанно подстраиваясь под его ритм, глядя в потолок. Это был один из самых горячих моментов между ними. Его ласки сегодня быстрые, но сводящие с ума.. Кашин рукой зарывается в волосах шатена, после чего улыбается. —Как придешь в себя, расскажешь о Райане? — мягко интересуется рыжий, играясь с чужими прядями. —Конечно, обязательно расскажу. Очень хочу это сделать, только дай мне минутку отдышаться.. И Кашиг конечно же готов дать не только минутку. Хоть целую бесконечность, лишь бы он просто находился рядом, дышал в его шею, позволял играть с его волосами. Он готов потратить всю свою жизнь, чтобы быть с ним. И это взаимно, стопроцентно взаимно.