Гарри Поттер и Восхождение Лорда Волдеморта

С потолка с грохотом приземлился Волдеморт. Из под его чёрной мантии вылетели огромные потоки огня, принявшие вид волшебных существ. Адское пламя стремительно летело к Дамблдору. Но тот взмахом палочку просто потушил его. И отправил в сторону Тёмного Лорда синий вихрь. Став чёрным дымом, Волдеморт переместился левее. — Сражайся, Том, раз уж пришёл, — устало произнес Дамблдор. Волдеморт стиснув зубы послал в директора, струю огня. Дамблдор взмахнул палочеой, и стена воды поглотившая струю огня, устремилась дальше, на Волдеморта. Тот вновь став чёрным дымом, взлетел под потолок, и послал в директора зелёную молнию. Дамблдор трансгрессировал в сторону, и сразу же увернулся от копья праха, летевшего в него. Альбус послал огненные верёвки в Волдеморта, тот превратил их в огненную змею, которую Дамблдор растворил также, как и адское пламя в начале. Дамблдор разразился градом красных стрел, от которых Волдеморт закрылся зелёной полусферой. Альбус послал мощный белый луч, пробивший защиту Волдеморта. Тот увернувшись, послал в Дамблдора очередную зелёную молнию, от которой он вновь трансгрессировал, чуть правее. — Боишься тёмной магии, старик? — прошипел Волдеморт, глядя на Дамблдора, который сотворил Даркшиелд от синей вспышки Волдеморта. — Не боюсь, — твёрдо сказал Дамблдор, — просто недолюбливаю. По мановению палочки Альбуса, множество обломков взмыло в воздух и полетело на Волдеморта. Тот взмахом руки их взорвал, и разразился множеством зелёных молний прямо в директора. Дамблдор сжав ладонь, развернул их обратно к адресату. Волдеморт тут же став черным дымом, вновь устремился к потолку. — Ты что совсем охренел, старик? Использовать мои же проклятия против меня! Несколько чёрных молний полетело в Дамблдора, но тот защитился стеной белого света. Волдеморт оказавшись перед Дамблдором, полоснул себя осколком плитки по руке. Кровь, которая быстро потекла из раны, резко сжалась в форму хлыста, и ударила по директору. Альбус, сжав палочку покрепче, сотворил бронзовый щит. Раздался металлический звон. Директор взмахом руки создал и отправил в Волдеморта множество мелких птичек, тот также дёрнув рукой взорвал их в воздухе. Альбус выстрелил замораживающим лучом, но Тёмный Лорд, взмахнул палочкой, и чары Дамблдора, засияв красным, исчезли. Директор взмахнул палочкой, и поменяв местами в пространстве, себя и Волдеморта, отправил в дезориентированного колдуна поджигающие чары. Тот загоревшись, расстаял, комками чёрной глины, явив вместо себя труп магловского мужчины. — Ритуал двойника, — пробормотал Дамблдор, — Так вот почему ты сражался довольно слабо... Тяжёлая дубовая дверь дома Лиз Таттл распахнулась с оглушительным грохотом. На пороге стояла Мерула Снайд. Её мантия была разодрана, волосы растрёпаны, а в безумных, широко раскрытых глазах застыл первобытный ужас. Лиз Таттл вскочила со стула, мгновенно выхватив волшебную палочку, но, узнав подругу, тут же опустила её и бросилась вперёд. — Мерула! Пресветлый Мерлин, что случилось? На тебе лица нет! — Лиз подхватила её под руки, помогая дойти до кресла. Мерулу крупно трясло. Она тяжело рухнула на сиденье, сжимая палочку побелевшими пальцами, и заговорила прерывистым, задыхающимся шёпотом: — Они мертвы, Лиз... Все мертвы. — Кто? Успокойся, дыши. Кто мёртв? — Моя тётя, её муж... и их маленький сын, — Мерула сглотнула подступивший к горлу ком, её голос сорвался на хрип. — Я просто шла к ним в гости. Обычный вечер. Но ещё на подходе к дому я увидела её... прямо над крышей. В небе. Зелёная, сияющая... Чёрная метка. Лиз похолодела. Как член Ордена Феникса, она слишком хорошо знала, что следует за этим знаком. — Я дура, я должна была сразу развернуться и бежать, — продолжала Мерула, закрывая лицо дрожащими руками. — Но я вошла. Внутри стояла гробовая тишина. Они лежали в гостиной. Все трое. Без единого следа борьбы. На их лицах застыл этот чертов ужас... Лиз, они не пощадили даже ребёнка. Лиз присела перед подругой на корточки, крепко сжав её ледяные ладони. — Тебя кто-нибудь видел там? — Да! — Мерула резко вскинула голову, в её глазах мелькнула ярость пополам со страхом. — Как только я поняла, что произошло, спиной почувствовала чужой взгляд. Обернулась — а из тени коридора выходит она. Миссис Ли. Мать Барнаби... Лиз ахнула. Барнаби Ли был их общим другом, погибшим в этой безжалостной войне, но его мать, как и когда-то родители самой Мерулы, оставалась верной служанкой Волдеморта. — Она смотрела на меня как на предательницу, — процедила Мерула. — Сказала, что Лорд не прощает тех, кто сомневается, и что я буду следующей. Она подняла палочку, завязалась дуэль. Вокруг всё рушилось, летели искры... Миссис Ли загнала меня в угол и попыталась заблокировать пространство для трансгрессии. Она думала, что поймала меня. — Как ты выбралась? — тихо спросила Лиз, затаив дыхание. — Я вспомнила всё, чему меня учили. Я обрушила на неё потолок, — на губах Мерулы появилась слабая, истеричная усмешка. — Обломки на мгновение дезориентировали её и сбили слежку. Антитрансгрессионный купол дрогнул. Это был мой единственный шанс. Я крутанулась на пятке и прыгнула прямо сюда. Напрямую к тебе. Мерула наконец обессиленно откинулась на спинку кресла. Её палочка всё ещё была направлена в пол, а дыхание постепенно выравнивалось под защитой стен, которые охранял Орден Феникса. Лиз молча обняла подругу, понимая, что кольцо сжимается, и эта война теперь коснулась их ближе, чем когда-либо. Воздух в комнате резко стал плотным и ледяным. В следующую секунду защитные чары дома лопнули с оглушительным, похожим на взрыв звоном. Входная дверь разлетелась на тысячи щепок, и внутрь, поднимая клубы пыли, ворвались черные фигуры в мантиях и масках. Слуги Того-Кого-Нельзя-Называть нашли их. — Назад, Мерула! — крикнула Лиз, мгновенно выставляя Протего Максима. Вспышки заклинаний озарили полумрак. Белые сияния и вспышки, жёлтые и синие молнии, все они, прорезали пространство, уничтожая мебель и скалывая штукатурку со стен. Мерула, мгновенно отбросив шок, атаковала с яростью раненого зверя. Её заклинания летели одно за другим, заставляя нападавших отступать. Лиз с помощью Экспеллиармуса, выбила у одной из нападающих волшебную палочку, но та, направив руки прямо в сторону "Протего Максима", чётко произнесла: — Перрумпит! — мощная оранжевая молния ударила пряма в барьер, и тот рухнул. С женщины посылавшей молнию, слетел капюшон, и оказалась, что та была довольно возрастной колдуньей в очках. На Лиз тут же набросились Амикус и Алекто Кэрроу, тоже потерявшие свои капюшоны. Лиз уворачиваясь от "Круцио", нырнула за стол. Возрастная женщина пульнула в стол чарами, уменьшая его до размера спичечного коробка. — Спасибо, Пинкстоун! — зловеще улыбаясь, кивнул колдунье Амикус. Тем временем, один из нападавших послал в Мерулу Ступефай. Она едва успела уклониться, и ответным, выверенным ударом палочки послала в ответ Бомбарда Максима. Заклинание угодило точно в цель: двоих атакующих отбросило к стене, а от силы удара с их голов слетели глубокие капюшоны и раскололись бронзовые маски. Мерула застыла, её палочка дрогнула. Из полумрака на неё смотрели два до боли знакомых лица. Лица, которые она не надеялась больше увидеть на свободе. Её отец и мать. Те самые, что когда-то были брошены в Азкабан, а теперь, очевидно, бежали, чтобы снова служить своему Лорду. На их лицах не было родительской теплоты — только фанатичный блеск и холодная жестокость. — Ты... — выдохнула Мерула, и весь её гнев на мгновение сменился опустошением. Мать Мерулы презрительно осклабилась, поднимая палочку, кончик которой уже сиял белым светом, готовящегося заклинания. Время словно замедлилось. Мерула поняла, что эта встреча была неизбежна, и прежний мир окончательно рухнул. — Лиз, уйди, — не оборачиваясь, твёрдо и глухо сказала Мерула. — Что?! Нет, я тебя не оставлю! Их слишком много! — Лиз отбила с помощью Протего, очередное заклинание, рвавшись к подруге. — Пожалуйста, Лиз, трансгрессируй! Уходи в штаб! — Мерула перешла на крик, её голос дрожал от сдерживаемых слёз и подступающей ярости. Она сделала шаг вперёд, закрывая Лиз собой от приближающихся родителей. — Убирайся отсюда. Это моё. Это личное! Лиз увидела решимость в глазах подруги. Понимая, что сейчас каждый миг на счету, она отбила синее сияние пущенное Алекто, крутанулась на пятке и с громким хлопком исчезла, отправляясь за подмогой к Ордену Феникса. Мерула осталась наедине со своим прошлым. — Нон Мовенс! — произнесла миссис Ли, направив палочку в потолок, накладывая антитрансгрессионный барьер. Отец Мерулы сделал шаг вперёд, его палочка была наведена прямо ей в грудь. На его губах играла холодная, чужая усмешка. — Ты повзрослела, Мерула, — сухо произнёс он. — Но ты совершаешь ошибку. Твоё место не с крысами из Ордена. Наша кровь принадлежит Тёмному Лорду. Ты должна присоединиться к нам. Прямо сейчас. Мерула обвела родителей ледяным, презрительным взглядом. Вся её былая слабость исчезла, уступив место чистой ярости. — Пойти с вами? — выплюнула она, крепче сжимая палочку. — После всего, что вы сделали? Да пошли вы к дементорам! Не успела она договорить, как из темноты коридора беззвучно вылетело заклинание. Мерула не успела среагировать — верёвки мгновенно сжали её тело, намертво прижимая руки к бокам. Палочка выскользнула из её пальцев и со стуком покатилась по полу. Из тени медленно вышла женщина. Её капюшон был откинут, а на лице блуждала знакомая, высокомерная улыбка. Мерула вздрогнула от шока, узнав в нападавшей своего бывшего профессора по Защите от тёмных искусств. — Профессор Рейкпик... — прошипела Мерула, тщетно пытаясь вырваться из магических оков. — Здравствуй, Мерула. Ты всегда была способной ученицей, но слишком непослушной, — равнодушно отозвалась Рейкпик, убирая свою палочку. Мать Мерулы подошла ближе, грубо схватила дочь за подбородок и заставила посмотреть себе в глаза. — Послушай меня внимательно, доченька, — процедила она. — Мы даём тебе последний шанс. Нам не нужен позор в семье. Мы не хотим, чтобы с тобой случилось то же самое, что и с Барнаби Ли. Этот глупый мальчишка увы разбил сердце своей матери. Он отказался служить Милорду, и миссис Ли пришлось лично его убить. Ты хочешь повторить его судьбу? Мерулу передернуло от отвращения и ужаса, но она нашла в себе силы выкрикнуть в лицо матери: — Вы чудовища! Ладно Барнаби, но мой маленький кузен Меррик?! Чем вам помешал восьмилетний ребёнок? За что вы убили его?! Мама Мерулы лишь равнодушно пожала плечами, отпуская её лицо, словно речь шла о сломанной игрушке. — Твоя тётя с муженьком были слишком несговорчивыми, — лениво ответила она. — Они отказались присоединиться к Тёмному Лорду. Поэтому другой твоей тётушке — Верукке — пришлось лично решить эту проблему и убить его. В нашей семье нет места слабости, Мерула. — Убить? Весь потолок был в крови! — Мерула заворочилась, — Тётя Серафина была с перерезанным горлом! Её муж Эдрик был без рук! Маленький кузен Меррик, его что, пытали "Круцио" перед смертью?! — Серафина оказала сопротивление, поэтому и была обезврежена Родольфусом! Ладно, возможно с Эдриком, Пиритс с Сириусом слегка и перестарались, но... — ЗАМОЛЧИ! НЕ ЖЕЛАЮ ЗНАТЬ! ТЫ ОТВРАТИТЕЛЬНА! — заорала Мерула на свою мать, продолжая извиваться в путах. — Может ей растворить язык? — поинтересовался Амикус у миссис Снайд. Отец Мерулы сделал знак Патриции Рейкпик. Заклинание пут ослабло ровно настолько, чтобы Мерула могла упасть на колени, но руки её всё ещё оставались намертво прижаты друг к другу. — Раз ты не понимаешь слов, мы обеспечим твою верность иначе, — холодно произнёс отец. Он подошёл ближе и крепко схватил Мерулу за правую руку, силой вытягивая её вперёд. — Из Азкабана мы вышли не для того, чтобы нянчиться с предателями крови. Мать Мерулы встала напротив. Она с леденящей душу улыбкой перехватила ладонь дочери, сжав её пальцы в замок со своими. — Профессор Рейкпик, будьте добры, выступите Связующим, — скомандовала она, не сводя глаз с лица Мерулы. Рейкпик с лёгким смешком подошла к ним. Она достала палочку и коснулась ею их соединённых рук. Из кончика палочки вырвался тонкий, огненный язык пламени, который тут же обвился вокруг их запястий, словно раскалённая докрасна проволока. Мерула стиснула зубы от обжигающей боли, но не издала ни звука, лишь яростно смотрела на мать. — Обещаешь ли ты, Мерула Снайд, отныне и до конца своих дней быть верной Тёмному Лорду и служить его делу? — громко и отчётливо спросил отец, выступая в роли свидетеля. Огненная нить сильнее впилась в кожу. Мерула молчала, её всю трясло от бессилия и ненависти. — Отвечай, девчонка, иначе это пламя сожжёт тебя прямо сейчас! — прикрикнула мать, сжимая её ладонь до хруста костей. — Обещаю... — сквозь зубы выплюнула Мерула. Первая струя пламени затянула узел, превратившись в нерушимую золотую цепь под кожей. — Обещаешь ли ты беспрекословно подчиняться приказам своих родителей, отца и матери, во всём, если только это не противоречит прямым приказам самого Милорда? — продолжил отец, и его голос зазвучал победоносно. Мерула почувствовала, как вторая огненная лента обвивает её руку, скрепляя эту страшную магическую клятву, нарушить которую означало только одно — смерть. — Обещаю, — едва слышно прошептала она, понимая, что её свобода только что была сожжена дотла. Цепи вспыхнули в последний раз и растаяли, оставив на запястьях невидимые, но вечные шрамы Непреложного обета. Рейкпик отступила назад, убирая палочку, а путы полностью спали с тела Мерулы, оставив её опустошённой сидеть на полу. — Трансгрессируем! — произнёс мистер Снайд, — Скоро здесь будут члены Ордена Феникса... Сентябрьское солнце уже почти не грело, и по территории Хогвартса гулял прохладный осенний ветер. Гарри, Рон и Гермиона быстрыми шагами направлялись к теплицам на урок Травологии, на ходу делясь впечатлениями от начала учебного года. — Надо признать, Слизнорт как преподаватель действительно хорош, — заметил Рон, поправляя сумку на плече. — По крайней мере, на его уроках мы не варим какую-то скучную бурду, и он не пытается нас отравить взглядом, как Снейп. — Он очень знающий специалист, одна его лекция о противоядиях, чего стоит! — согласилась Гермиона, листая на ходу учебник. — Хотя его привычка коллекционировать знаменитых студентов немного утомляет. — Да уж, — вздохнул Гарри, но его мысли были заняты совсем другим. — Кстати, о профессорах. Я тут на днях пытался упросить Трелони научить меня заклинанию против дементоров. Ну, тому самому, с серебряным сиянием, которым она прогнала их, две недели назад. Гермиона удивлённо посмотрела на него: — И что она? — Наотрез отказалась, — недовольно буркнул Гарри. — Сказала, что мне ещё слишком рано знать такие сложные вещи. И вообще, заявила жёстким тоном, что её Внутреннее Око не видит никакой угрозы, и дементоры на меня в ближайшее время точно не нападут. Будто от этого легче. За разговором они не заметили, как подошли к третьей теплице. Однако привычного шума перед уроком не было — студенты замерли чуть поодаль, испуганно перешёптываясь. Подойдя ближе, гриффиндорцы увидели профессора Стебль. Она стояла у входа в теплицу и аккуратно придерживала за плечи седовласую женщину, чьё лицо было мокрым от слёз. Женщина судорожно всхлипывала, ломая руки, и её полный отчаяния голос разносился по округе: — У меня больше никого нет, Помона... Никого! Племянника Барнаби убили... Эти чудовища не пощадили его. А моя сестра с мужем... они ведь по-прежнему верны Волдеморту! Они служат ему! Что мне делать дальше? Как мне с этим жить? Гарри, Рон и Гермиона переглянулись. Профессор Стебль, чьё доброе лицо сейчас выглядело непривычно суровым и печальным, крепче сжала ладони женщины и тихо, но твёрдо произнесла: — Лия, послушай меня. Ты должна жить дальше. Вопреки всему, что происходит вокруг, вопреки этому кошмару. Это всё, что тебе сейчас остаётся... Ради памяти о тех, кого мы потеряли. Лия лишь беспомощно кивнула, утирая слёзы краем мантии, пока Стебль уводила её в сторону замка, подальше от любопытных глаз учеников. Огромный зал особняка Паркинсонов тонул в удушливом полумраке, освещаемый лишь редкими факелами и багровым пламенем камина. В абсолютной, мертвенной тишине 73 замершие фигуры внимали каждому слову своего Повелителя. Лорд Волдеморт медленно скользил между рядами, и его холодный, шипящий голос эхом отдавался от каменных стен. — Наше движение растёт, но вместе с ним растут и наши потребности, — произнёс Волдеморт, остановившись во главе длинного стола. — Северус сейчас занят в Хогвартсе. Он находится под неусыпным надзором Дамблдора и не сможет обеспечивать нас зельями постоянно. Его ресурс ограничен. Он обвёл собравшихся леденящим душу взглядом красных глаз. Верджилл Фаулер стоя рядом со своим дядей и Альбертом Ранкорном, поёжился. — Разумеется, у нас есть другие способные волшебники. Но заставлять варить зелья Барти, Квиринуса или Юстаса — это недопустимая расточительность. Их таланты и преданность нужны мне на передовой, для куда более важных и тонких поручений. Что же касается мадам Забини... — Тёмный Лорд едва заметно усмехнулся, — её очарование и связи необходимы в совершенно других вещах, далёких от кипящих котлов. Забини отвернувшись от Бэддока, вежливо поклонилась Тёмному Лорду. Волдеморт ударил длинным бледным пальцем по спинке кресла. Заставив Крокера, и стоящих рядом с ним Рида с Вейзи затаить дыхание. — Нам нужен ещё один высококлассный зельевар. Либо же, если нам всё-таки придётся поставить Юстаса к котлам, нам экстренно потребуется сильный колдомедик для лечения раненых. Ситуация требует решения. Он повернул голову к углу зала, где в тени хищно переминался с ноги на ногу крупный, косматый мужчина. — Фенрир, — позвал Волдеморт. Сивый мгновенно шагнул вперёд, толкая при этом Люциуса и Амбридж. Преклонив колено и обнажив в оскале острые зубы, он уставился на своего господина. — Да, Мой Лорд? — Для тебя есть задание. Найди Дамокла Белби. Этот выдающийся зельевар, создатель Волчьего противоядия, слишком ценен, чтобы оставаться в стороне. Найди его. Твоя задача — убедить его примкнуть к нам и добровольно варить зелья для моей армии. Волдеморт сделал паузу, и его глаза опасно блеснули. — Но если он проявит глупое упрямство и откажется... Убей его. Мне не нужен гений, который может послужить нашим врагам. Исполняй.